Справедливая цена на нефть. Цена нефти 1985


Справедливая цена на нефть - Slon.ru

Немного истории, или Угол падения почти равен углу отражения | Немного статданных. Евро, инфляция цены на нефть | Рассуждения и расчеты Президент Медведев недавно снова обмолвился, что справедливой ценой на нефть для России является 80 – 90 долларов за баррель. По факту, это максимальная цена на нефть конца 2007 года. Выше она была только в марте – июле 2008 года. Судя по всему, президент Медведев считает справедливой самую высокую из цен (полагая экстремум 2008 года все же непонятной флуктуацией). На самом деле, справедливая цена – понятие сугубо бухгалтерское, в западной бухгалтерии (несколько упрощенно) практически тождественное понятию рыночной цены. А рыночная цена далеко не всегда справедлива – если рассуждать о ней именно в том понимании, каковое вкладывает в свои слова наш президент. Потому мы рассуждать о справедливой цене на нефть не будем, а попробуем определиться с базовой ценой на нефть. Точнее – с минимальной средней за некий относительно длинный период.

НЕМНОГО ИСТОРИИ, ИЛИ УГОЛ ПАДЕНИЯ ПОЧТИ РАВЕН УГЛУ ОТРАЖЕНИЯ

Еще в 1972 году арабская нефть (сорт «Дубай») стоила 1,90 доллара за баррель. В 1973 – уже 2,83 доллара. А в 1974 – уже 10,41 доллара. В 1976 году появляется сорт «Брент», по цене практически равный (на тот момент) «Дубаю», и своего максимума цена на нефть достигает в 1980 году, показав «хай» в 36,83 доллара. За 8 лет цена выросла в 19 раз. Затем цена на нефть постепенно снижалась, но до 1986 года оставалась стабильно выше 27 долларов за баррель. В 1986 (точнее, в 1985/1986) цена на нефть упала почти в 2 раза – с 27,56 до 14,43 долларов за баррель.

Первый период высоких цен на нефть в новейшей истории закончился. Длился он с 1973 по 1985 гг. и занял, таким образом, 13 лет. Средняя цена барреля нефти в этот период составила 21 доллар. Если же выбросить из расчета 1973 год с его не слишком отличимыми от нуля 2,83 доллара за баррель, то средняя цена следующей двенадцатилетки составила 23 доллара.

В 1986 году начался период низких цен на нефть и длился он – как ни странно – почти те же 13 лет. Если быть совсем уж точным – то четырнадцать, с 1986 по 1999 гг. Средняя цена нефти сорта «Брент» за этот период составила 17,78 доллара за баррель с пиком в 23,73 доллара в 1990 году (война в Заливе) и нижней точкой в 1998г. – 12,72 доллара за баррель.

Как мы видим, «ход маятника» составляет 13 – 14 лет. Средняя цена на нефть за период 1974 – 1999 гг. составила около 20 долларов за баррель.

Средняя цена на нефть второго периода высоких цен с 2000 по 2007 г. составила 42 доллара. С учетом экстремально высокой цены 2008 года – 48 долларов за баррель.

Средняя цена на нефть за период 1974 – 2007 годы составила 25,6 доллара за баррель. За 1974 – 2008 – 27,6 долларов.

НЕМНОГО СТАТДАННЫХ. ЕВРО, ИНФЛЯЦИЯ ЦЕНЫ НА НЕФТЬ

В январе 1999 года евро был введен в обращение на мировых финансовых рынках. Его изначальное соотношение с долларом составляло 1,1 доллара за евро. Правда, уже в следующем году евро упал, на пике своего падения показав 83 цента за один евро. Показав в середине 2001 года второй минимум (практически равный первому), евро с тех пор и по август 2008 года рос – на максимуме за него давали 1,59 доллара. Итак, можно заявить, что за без малого 10 лет евро вырос по отношению к доллару на 44%.

Какой процесс шел в те же годы параллельно с ростом курса евро? Правильно – росла цена на нефть. Нефть выросла с 18 долларов за баррель в 1999 году до 147 – на июльском пике 2008 года. 18 долларов за баррель нефти сорта «Брент» является средневзвешенной ценой за период 1990 – 1999 гг.

Средний уровень инфляции в ЕС за период 1999 – 2007 гг. составлял около 2% в год. Т.е. за 9 лет цены выросли примерно на 20%.

Страны ОПЕК (да и Россия тоже) экспортируют свой основной продукт – нефть – за доллары США. А вот порядка половины импорта оплачивают в евро.

В 1999 году население лидера ОПЕК, Саудовской Аравии, составляло 22 млн человек, в 2006 – уже 27 млн (включая работающих в стране иностранцев). С 1995 года население увеличилось вдвое.

РАССУЖДЕНИЯ И РАСЧЕТЫ

Возьмем за базу Саудовскую Аравию. Почему именно ее? Потому она – лидер крупнейшего объединения стран-экспортеров нефти, ОПЕК. Именно она дважды – в 1985/1986 и 1998 гг. роняла цены на нефть. Именно она является крупнейшим экспортером нефти в мире. И, следовательно, именно на ее долю приходятся крупнейшие выгоды и крупнейшие потери в случае падения или роста цены на нефть.

Поскольку свой экспорт Саудовская Аравия осуществляет за доллары, а импорт – преимущественно за евро, то падение курса доллара должно компенсироваться либо снижением уровня жизни в королевстве, либо ростом цены на нефть.

Итак, мы имеем две сложившиеся характеристики – численность населения и накопленную инфляцию. А так же одну переменную – курс доллара.

Вопрос в том, какую дату взять за точку отсчета. 1985 или 1999 год? Возьмем все же 1999-й, ибо в случае, если бы мы выбрали за базу год 1985, нам пришлось бы делать слишком много допущений – в первую очередь, из-за объемов добычи нефти Саудовской Аравией. Разница между 1985 и 2007 гг. – в 3 раза. Зато добыча 1999 года всего на 15% меньше добычи 2007 года. Что позволяет нам (с некоторой натяжкой) пренебречь этим фактором.

Итак, с 1999 года в результате инфляции в ЕС стоимость импортируемых оттуда товаров выросла минимум на 20%. Т.е. составляет 120% к цене 1999 года. Население Саудовской Аравии выросло примерно на те же 20%. Таким образом, для того, чтобы потребление населением импортных товаров не упало, необходимо нарастить цену на нефть еще на 20%. Т.е. 120%*1,2=144%. 144% к цене 1999 года – минимальная базовая цена нефти при курсе в 1,1 доллара за евро. Что дает нам 26 долларов за баррель нефти. Но сегодня за евро дают вовсе не 1,1 доллара, а, практически, 1,5 доллара. Или на 37% больше. Значит, при курсе 1,5 доллара за баррель минимальная цена на нефть, позволяющая населению Саудовской Аравии жить на уровне далеко не самого хорошего 1999 года, должна составлять 26+26*0,37=35,6 доллара. Аналогично вы можете рассчитать минимальную базовую цену для любого курса евро. Скажем, при возврате курса евро к минимуму 2008 года – 1,25 доллара за евро, базовая цена барреля нефти сорта «Брент» составит 26+26*(0,13)=29,40.

Это вовсе не значит, что при данном курсе евро цена нефти не может быть ниже указанной цифры – речь идет о том, что она не может быть ниже достаточно долгий период.

Таким образом, поскольку считали мы от достаточно плохого для нефти и Саудовской Аравии 1999 года, то мы получили уровень цены на нефть, ниже которого цена если и опустится, то ненадолго. Это – 30 долларов за баррель при курсе евро в 1,25 доллара. Запас, оберегающий Саудовскую Аравию от спекулятивных атак нефтяных медведей, также должен иметь место. По опыту первого квартала 2009 года, он составляет порядка 20% от необходимой цены. Таким образом, мы приходим к цене в 36 долларов.

При курсе 1,5 доллара за евро минимальная долгосрочная стоимость нефти с защитным 20%-ным запасом составит 42 доллара за баррель.

republic.ru

Цены на нефть - в качестве доказательной базы

Я считаю, что нынешние высокие мировые цены на нефть - лучшие доказательство обслуживания нынешней властью интересов мирового правительства ( тем более, если учесть, что разница в цене, на Россию и не работает, а изымается). Почему? Поймете, когда прочтете внимательно статью Кирилла Бенедиктова "Цены на энергоносители как продукт политических договоренностей" http://www.warandpeace.ru/ru/analysis/view/66663/ В сокращении статья выглядит так:

"На нашей первой встрече с Владимиром Путиным весной 2001 года он жаловался, что Россия обременена долгами советских времен. Тогда нефть продавалась по 26 долларов за баррель. Когда мы увиделись на саммите АПЕКа в Сиднее в сентябре 2007 года, нефть достигла цены 71 доллар – а к лету 2008 г. стоила уже 137 долларов.".

Джордж Уокер Буш, "Ключевые решения"

Оружие холодной войны

 Мы понимаем, что инструменты, позволившие США восторжествовать над своим коммунистическим соперником, сохраняются и по сей день, более того – играют важную роль во взаимоотношениях Америки и России. Однако общество в целом довольно редко размышляет о подобных неявных факторах внешней политики.

Между тем речь идет о вполне конкретных вещах, описываемых в терминах реальной дипломатии. После крушения Советского Союза отношения между его основной наследницей – Российской Федерацией – и его победителем, США, перешли на иной уровень. И то оружие, которое было использовано Америкой и ее союзниками в борьбе против коммунистического колосса, стало инструментом внешней политики обеих стран. Вероятно, теперь оно используется чаще не для уничтожения геополитических противников, а для решения иных задач, как правило, не очевидных для широкой публики.

Это оружие – цены на нефть.

Черная кровь России

Нефть в Российской империи стали добывать еще в первой половине XVIII века, при императрице Елизавете Петровне. А в 1748 году ученые Санкт-Петербургской Берг-коллегии успешно осуществили перегонку нефти, и в Ухте был построен первый в мире нефтеперерабатывающий завод. Технология была простой, но эффективной – в печь ставили котел со стальной трубкой, которая проходила через бочку с холодной водой. Так, с помощью охлаждения горячей нефти, из нее удаляли примеси, получая очищенный продукт[1].

Позже именно в Российской империи была построена первая в мире нефтяная вышка, первая в мире крекинговая установка, первый в мире нефтепровод (сама идея трубы для транспортировки нефти принадлежит Дмитрию Менделееву). А также изобретен первый центробежный насос для добычи нефти,  Да и дизельное топливо для мотора, изобретенного Рудольфом Дизелем, стали впервые использовать на российских автомобилях[3].

На протяжении всего XX века фактор нефти определял судьбы России.

Черная кровь нефтяных полей Кавказа, Поволжья и Средней Азии спасла СССР в годы Великой Отечественной войны. С экономической точки зрения, великие сражения 1942-43 годов были в первую очередь борьбой за энергоресурсы, и в этой жестокой борьбе энергетическая мощь Советского Союза преодолела опирающийся на румынские месторождения Плоешти Третий Рейх[4].

После того, как арабские страны – экспортеры нефти договорились о сокращении ее добычи и экспорта (17 октября 1973 года), а Саудовская Аравия ввела эмбарго на поставки нефти в США, она начала стремительно дорожать (с $3 до $12 за баррель в ценах 1973 года – сейчас это приблизительно соответствует $8 и $32,4 за баррель). На Советский Союз пролился золотой дождь нефтедолларов. Он стал основой для недолгого периода советского процветания, вторжения в Афганистан и Олимпиады-80.

К началу 80-х годов СССР уже прочно сидел на нефтяной игле. Поэтому резкое снижение цен на нефть в 1985-86 годах пошатнуло всю советскую экономическую систему, и от этого удара вторая сверхдержава мира уже не оправилась.

Цифры – скучные, но необходимые

Советский Союз ушел в прошлое, но нефть продолжала оставаться важнейшим фактором геополитического выживания для его наследников – России и нефтедобывающий стран СНГ.

В частности, сильнейший в постсоветской истории России экономический кризис – дефолт 1998 года – был тесно связан с падением цен на нефть с $18,4 за баррель в 1997 году до $11,9 в 1998.

Однако в 1999 году цены на нефть поднялись до докризисного уровня, а затем начался их непрекращающийся рост. (интересное совпадение со временем прихода к власти Путина) Этот рост опережал расчеты экономистов – так, согласно базовому варианту прогноза Министерства энергетики США (ведущей организации в области анализа и прогнозирования развития мировой энергетики) – мировая цена на нефть, определяемая как средняя цена нефти, импортируемой в США, к концу 1999 года должна была составить $18,67 за баррель, а к концу 2000 – достичь $19 за баррель. В действительности в 2000 года цена за баррель составляла от $26 до $27.

В 2001 году цены на нефть несколько понизились – от коридора $22-28 к коридору $17-20 за баррель (среднегодовая цена составила $23), в 2002 отыграла почти доллар ($23,87), в 2003 составила уже 28,48. В апреле 2004 года портал "Нефть России" называл "оптимистическим" прогноз МЭРТ, согласно которому среднегодовая цена на нефть в 2005-2007 годах должна была составить 28 долларов за баррель.

Однако вместо этого средняя цена уже на 2004 год составила $37,7. А дальше цены просто сорвались с поводка:

2005 – $53,6; 2006 – $68; 2007 – $75

Наконец, в июле 2008 года цены на нефть достигли своего исторического максимума: нефть марки Light Sweet торговалась по $146 за баррель. Затем наступил период спада, вызванного, как принято считать, мировым финансовым кризисом. В настоящий момент цены на нефть стабилизировались на уровне $112 за баррель – существенно ниже предкризисного уровня, но гораздо выше уровня 2007 года.

Широко распространено мнение, что высокие цены на нефть в период двух сроков президентства Владимира Путина были своего рода "подарком судьбы" для России. Именно они послужили финансовым обеспечением того процесса, который в просторечии именуется "подъемом России с колен". Именно они сделали возможным укрепление международных позиций страны, социальной стабильности и роста ВВП на уровне 4-5% в год. В конце концов, именно эти цены позволили сформировать Стабфонд, который сыграл роль "подушки безопасности" во время финансового кризиса 2008-2009 годов ( и где он хранился и куда делся?).

Много говорилось и о том, что средства Стабфонда, полученные от продажи нефти по высоким ценам, хранятся в основном в ценных бумагах США и европейских стран, причем ставки по вложениям в государственные облигации других стран, в первую очередь в США, существенно ниже ставок кредитов, привлекаемых российскими государственными компаниями. Однако обычно из этого делается тривиальный вывод о том, что либеральный блок российского правительства действует в интересах "вашингтонского обкома". Лежащая на поверхности гипотеза о том, что в данном случае могут иметь место взаимовыгодные негласные договоренности, насколько нам известно, большей частью аналитиков не высказывалась.

Можно предположить, что это связано с укоренившейся привычкой рассматривать фактор изменения цен на нефть как нечто не зависящее от политической воли лидеров США и России. Тем более интересно было бы взглянуть на проблему под другим углом зрения, а именно задаться вопросом – зависит ли формирование цен на энергоносители в целом и на нефть, в частности, только от объективных процессов, либо на их динамику могут влиять и субъективные факторы.

Выражаясь метафорически, мы привыкли воспринимать взлеты и падения нефтяных цен как результат действий пресловутой "невидимой руки рынка". Между тем, кажется вполне вероятным, что в этой внешнеполитической игре действуют и другие руки – тоже вполне невидимые, но принадлежащие вполне конкретным игрокам.

Заговор-1985

Концепция, согласно которой администрация Рональда Рейгана обрушила мировые цены на нефть в 1986 году, договорившись с правящим королевским домом Саудовской Аравии, была впервые изложена в книге консервативного американского политолога Петера Швейцера "Победа" (Peter Schweizer: "Victory: The Reagan Administrations Secret Strategy That Hastened the Collapse of the Soviet Union", 1994). Книга вызвала довольно бурную реакцию в США (интересно, что почти сразу же переведенная на русский язык в России она прошла почти незамеченной) – молодой ученый (Швейцеру было тогда 30 лет) подвергся жесткой и нацеленной критике не только со стороны левых, но и со стороны консервативных публицистов, и больше уже не обращался к этой скользкой теме.

В статье Саида Гафурова "Все, пред чем я полон страхом" кратко излагается основная интрига "Победы" – долгие переговоры американцев с правящей в Эр-Рияде династией, создание US CENTCOM, резкое увеличение производства нефти саудитами, и, как следствие, быстрое сокращение советских валютных резервов и дефицит от торговли с Западом. Однако после прочтения статьи остается легкий привкус недосказанности: как будто автор намекал на что-то важное, однако так и не решился (или не захотел) высказать это вслух.

В 1986 году для решения геополитической задачи был использован инструмент ценообразования в сырьевой сфере. Использован чрезвычайно эффективно (США в результате без единого выстрела избавились от своего самого грозного соперника), А это означало, что подобная технология может быть использована и в будущем.И не только США.

Из книги Швейцера со всей очевидностью следует: один игрок, даже самый влиятельный, не способен в одиночку использовать этот механизм для решения текущих политических проблем. Хотя Саудовская Аравия, как страна, обладавшая самыми большими запасами нефти в мире, играла ключевую роль в этой партии, без игроков-партнеров задуманный план вряд ли сработал. В 1981-1985 годах, когда Эр-Рияд стал главным оператором нефтяного рынка, он играл на повышение цен, или, во всяком случае, всеми силами противодействовал их снижению: сокращал производство, компенсируя превышение квот другими членами ОПЕК и снижение мирового спроса, и т.п. Тем не менее, цены на нефть с начала 1981 года хотя и медленно, но снижались ($31,76 в 1982, $28,67 в 1983, $27 в 1985). Вероятно, речь шла об объективном макроэкономическом процессе, который, однако, после заключения закулисного соглашения с США превратился в процесс субъективный и управляемый. Участие США было значительным. Как пишет Швейцер:

Клуб нефтяных игроков

Идеи, высказанные Швейцером в 1994 году не потеряли своей актуальности и до сих пор. В интервью Terra America Швейцер подтвердил, что остается приверженцем концепции о политическом регулировании нефтяных цен, хотя и признал, что сейчас политическим лидерам гораздо сложнее координировать свои усилия в этом направлении, чем в 1986 году. Однако, несмотря на изменившиеся реалии, Швейцер не отрицает возможности некоторых стран серьезно влиять на цены на нефть. К числу этих стран Швейцер относит и Россию.

"многие на Западе считают, что Россия может влиять на {нефтяные} цены... В целом признается, что если государство доминирует над энергетическим сектором промышленности, то велик соблазн использовать энергоресурсы в качестве политического инструмента. В странах, где энергетические компании пользуются большей независимостью, это сделать гораздо труднее, так как компании имеют обязательства перед акционерами".

К подобным странам Швейцер относит также Китай и Саудовскую Аравию. С точки зрения автора "Победы", эти страны в значительной степени ориентируются на российскую стратегию накопления ресурсов и преобразования их в инструмент политического влияния, "ведь России в целом сопутствовал успех за счет сектора энергоресурсов".

Итак, Россия является авторитетным (ее стратегии пытаются подражать другие страны) членом клуба нефтяных игроков. Кто же другие члены клуба?

Очевидно, что членство в этом условном клубе принадлежит далеко не всем странам-производителям нефти. Можно выделить, по крайней мере, четырех крупных игроков (в том числе, и коллективных) – это страны ОПЕК, контролирующие 2/3 мировых запасов нефти, где лидирующую роль по-прежнему играет Саудовская Аравия, Канада (вторая в мире страна по запасам нефти), США (до недавнего прошлого – крупнейший импортер нефти), и Россия. Чрезвычайно близок к членству в этом клубе Китай (хотя Швейцер и оговаривается, что в западном восприятии Китай предстает не как энергетическая держава, а, скорее, как страна-производитель товаров, однако в последнее время Поднебесная "все более активно приобретает энергоресурсы по всему миру").

Место России в этом клубе определяется как ее географическим положением, так и особенностями нефтедобычи. Россия не может (а в определенном смысле, и не хочет) быть членом ОПЕК, несмотря на то, что такое членство – по крайней мере, чисто теоретически – могло бы оказаться для нее выгодным в энергетической игре с Западом.

В отличие от подавляющего большинства стран-членов ОПЕК нефтедобыча в России осуществляется в чрезвычайно сложных горно-геологических условиях. Для России характерны высокие затраты на добычу нефти, а главное – большое транспортное плечо для транспортировки сырья. В то время как многие страны ОПЕК ориентированы на транспортировку нефти от месторождений через короткие трубопроводы к нефтеналивным терминалам и далее танкерами по морю, в России основным способом транспортировки являются трубопроводы, протянувшиеся через половину континента. В этих условиях регулировать объемы поставки нефти на рынки (а, следовательно, влиять на политику ценообразования) путем искусственного сокращения (или увеличения) ее добычи весьма затруднительно – в трубопроводах должно поддерживаться определенное давление.

Таким образом, Россия не может использовать те инструменты, которые нефтяной картель с успехом применял в 1973 году в энергетической войне против Запада. Более того, эта особенность делает затруднительным выполнение даже текущих решений конференций ОПЕК. Кроме того, Россия в своей энергетической политике стремится к независимости от других игроков, а решения в рамках картеля принимаются коллегиально.

Эти соображения определяют стратегию России в отношении картеля: быть близко, но не вместе. Так, 9 сентября 2008 года – мировой финансовый кризис уже начал свое шествие по планете – Россия послала на проходившую в Вене встречу министров стран ОПЕК делегацию высокого уровня во главе с вице-премьером Игорем Сечиным. Сечин предложил министрам ОПЕК расширить сотрудничество между Россией и ОПЕК, чтобы "удовлетворять мировые потребности в энергоресурсах". Тогда же картель устами министра нефти Катара Абдаллы бин Хамад аль-Аттийя выразил надежду, что Россия однажды станет полноправным членом ОПЕК, заявив, что это "увеличит значение" организации, но русские вариант полноценного членства обсуждать не стали. По словам Сечина, "это было бы безответственно для России стать членом ОПЕК, так как мы напрямую не можем регулировать деятельность наших нефтяных компаний".

Однако Сечин поддержал "координацию" с картелем с учетом общих интересов по поддержанию цен на нефть. А в декабре 2011 года Владимир Путин снова заявил, что Россия, в настоящий момент являющаяся ведущим производителем нефти в мире, планирует тесно сотрудничать с ОПЕК.

"Мы иногда вызываем раздражение у стран ОПЕК, поскольку не будучи страной, входящей в эту организацию, производим больше нефти (чем любой из ее членов), и это влияет на мировые цены на рынках, – заявил Путин. – Но мы все-таки будем координировать нашу работу с ОПЕК".

Про раздражение премьер-министр России упомянул не ради красного словца: как отмечает ведущий эксперт Heritage Foundation Ариэль Коэн,

"Сегодня, несмотря на разговоры о сотрудничестве, Россия продолжает качать нефть на полную мощность, обостряя напряженность в отношениях со странами ОПЕК".

Как ни парадоксально, эта конкурентная напряженность создает определенные возможности для влияния на ценообразование на нефтяном рынке. Так, например, спустя несколько месяцев после визита Игоря Сечина в Вену, министр энергетики РФ Сергей Шматко заявил, что в условиях неуклонно снижающихся цен на нефть Россия готовится объявить о том, что совместно с ОПЕК будет работать над координацией снижении добычи нефти для создания стратегических запасов. Этого не произошло, но одного заявления Шматко оказалось достаточно, чтобы цены на нефть, накануне упавшие до $40 за баррель, тут же подскочили до $43.10.

Разумеется, этот пример лишь очень косвенно свидетельствует о скрытых механизмах, способных влиять на ценообразование в долгосрочном плане. Важно другое – позиция России, ее готовность сотрудничать с ОПЕК, но не вступать в состав картеля, чтобы не поступиться долей своей самостоятельности, открывает перед нашей страной достаточно широкое окно возможностей.

Россия – США: сроднясь в земле, сплетясь ветвями

С нашей точки зрения, при всей важности картеля для России, основные теневые договоренности, касающиеся регулирования цен на нефть, заключаются не между Москвой и ее арабскими партнерами, а между Москвой и Вашингтоном.

В 2001 году во время первой встречи В. Путина и Дж. Буша-младшего в Любляне президент США, как известно, заглянул в глаза своему российскому коллеге и "смог уловить движение его души". Три месяца спустя Путин оказался первым иностранным главой государства, позвонившим в Белый дом 11 сентября, после атаки "Аль-Каиды" на Манхэттен[10]. На следующий день Путин вновь позвонил Бушу и сообщил, что подписал указ об объявлении минуты молчания в знак солидарности с США. В конце беседы он сказал: "Добро победит зло, и я хочу, чтобы вы знали – в этой борьбе мы с вами"[11].

Впоследствии Буш и Путин неоднократно созванивались, обсуждая то, что в сообщениях информагентств скромно называется "проблемами энергодиалога России и Америки". Едва ли в этом диалоге не затрагивался вопрос об урегулировании цен на нефть, взаимовыгодном для обеих стран.

И уже в августе 2004 года, в американских СМИ появлялись сообщения о том, что советник президента США по национальной безопасности Кондолиза Райс по телефону беседовала с руководителем кремлевской администрации Дмитрием Медведевым о влиянии дела ЮКОСа на мировые нефтяные цены. Тогда же вашингтонские источники сообщили, что обсуждение этих тем продолжится на более высоком уровне.

Разговор состоялся 23 августа, когда Дж. Буш позвонил В. Путину прямо со своего ранчо в Техасе. Озабоченность Буша вызвало повышение цен на бензин в США. Для Буша это повышение было особенно опасно в связи с приближающимися президентскими выборами и возможным недовольством американских потребителей бензина. В разговоре Буш сделал особый акцент на возможных перебоях в работе ЮКОСа, дающего в тот момент около 20% российской нефти.

Очевидно, что проблема ЮКОСа имела не только экономическое, но и политическое измерение, об обсуждении которого двумя лидерами нам ничего не известно. Однако, по словам представителя администрации США, Путин заверил Буша, что "российские нефтяные компании увеличивают и будут дальше увеличивать производство и объемы экспорта нефти".

Эта информация была интерпретирована и американскими, и российскими СМИ однозначно: Путин поможет Бушу нефтью накануне выборов.

С большой долей уверенности можно говорить о том, что основные договоренности в сфере негласной нефтяной дипломатии России и США были выработаны гораздо раньше 2004 года, вероятно, вскоре после того, как в 2001 году Москва и Вашингтон заговорили о перспективах стратегического партнерства. Как известно, в силу целого ряда причин стратегического партнерства в политической сфере не получилось, однако в сфере энергетической политики были достигнуты куда более впечатляющие успехи, которые, однако, не являются предметом исследования политологов.

О важности этой закрытой, негласной повестки международной политики свидетельствует тот факт, что несмотря на постепенное ухудшение отношений между США и Россией после эйфории 2001 года и даже ряд болезненных конфликтов, таких, как проблема ЕвроПРО и российская операция по принуждению к миру в Грузии, неформальная дипломатия в нефтяной отрасли продолжала функционировать бесперебойно. Хотя, как мы увидим дальше, в руках у Вашингтона были весьма мощные козыри, позволяющие оказывать давление на Москву в тех случаях, когда та выходила за пределы оговоренных когда-то условий.

Игры спекулянтов

Несмотря на то, что контролирующие 2/3 нефтяных ресурсов планеты страны ОПЕК обладают значительным влиянием на процессы ценообразования на рынке нефти, этого влияния оказалось недостаточно, чтобы помешать росту, начавшемуся в 2004 году Когда весной 2004 года нефть поднялась до $40 за баррель, картель принял решение об увеличении нефтяных квот. С 1 июля ОПЕК увеличила добычу нефти до 25,5 миллионов баррелей в сутки, спустя месяц – до 30 миллионов. Аналитики отмечали, что в совокупности это явилось самым большим увеличением производственных квот ОПЕК за последние шесть лет (с 1998). При этом картель надеялся, что увеличение добычи поможет вернуть мировые цены в рамки ценового коридора $22-28 за баррель[12]. Как было показано выше, этого не произошло.

Безусловно, у этого процесса были и объективные причины, например, бурный рост производственных мощностей Китая. Но в то же самое время непрерывно наращивала объемы добычи нефти и Россия. Кажется весьма вероятным, что начиная, по крайней мере, с 2004 года ценообразование на рынке энергоносителей определялось не только объективными экономическими факторами.

Летом 2008 года в журнале "Экономическая политика" появилась статья Егора Гайдара "Головокружение от успехов". В ней "отец либеральных реформ" подвергал убедительной критике модели прогнозирования цен на нефть, опирающиеся лишь на объективные факторы, такие, как спрос и предложение.

"Все это имело бы смысл обсуждать, если бы речь шла о рынке нефти тридцатилетней давности, когда спрос и предложение на товар — сырую нефть — практически определяли динамику цен. В последующие годы организация рынка изменилась. Все большую роль в том, что на нем происходит, играют деривативы — финансовые инструменты, связанные с ценой на нефть и нефтепродукты".

По мнению Гайдара, современный мировой нефтяной рынок "все в большей степени теряет черты товарного рынка, на котором речь идет о контрактах, предполагающих поставку товара, и превращается в финансовый рынок, где почти никто и никому нефть не поставляет, где торгуют инструментами, определяющими обязательства сторон, связанные с прогнозами динамики цен на сырье. Сегодня рынок нефтяных фьючерсов — важнейший компонент мирового финансового рынка. Объем операций на нем многократно выше, чем операций с нефтью и нефтепродуктами на спотовом рынке, где, собственно, продают и покупают реальную нефть".

Гайдар предупреждал об опасности "мыльного пузыря", возникшего на фьючерсном рынке – резком повышении котировок ценных бумаг, связанных не с реальными событиями на рынке, а лишь с ожиданиями. Такой пузырь может лопнуть, и тогда игроки начинают торопливо сбрасывать ценные бумаги. В обоих случаях происходящее слабо связано как с предложением товаров, так и со спросом на них, зато масштабы колебания цен на финансовые обязательства могут быть велики.

Фьючерсные спекуляции – один из мощных рычагов ценообразования на рынке энергоресурсов. В период, предшествовавший кризису 2008 года целый ряд финансовых игроков США – хеджевые фонды, инвестиционные банки, включая таких гигантов, как Goldman Sachs и Morgan Stanley, активно играли на рынке нефтяных фьючерсов.

По мнению начальника аналитического отдела Департамента казначейских операций и финансовых рынков Николая Кащеева рост спроса на нефть со стороны индексных фондов (прежде всего, американских) по объему вполне сравним с китайским.

"Я уже тысячу раз приводил цифру, которая прозвучала на сенатской комиссии США, занимавшейся этим вопросом: рост годового потребления нефти и продуктов в Китае за 5 лет – 940 миллионов баррелей (в 2007 году рост замедлился, кстати). Рост спроса со стороны индексных фондов в эквиваленте – 850 миллионов баррелей. Почти еще один Китай! У Morgan Stanley – танкерный флот. Goldman Sachs арендует емкости в Нидерландах. Негодяи, одно слово.."[13]

"Мыльный пузырь", о котором предупреждал Гайдар, лопнул в июле 2008 года. Но первоначальное падение цен на нефть казалось совсем не критичным, свидетельствуя, скорее, о том, что температура на перегретом рынке постепенно нормализуется. Резкое же падение нефтяных цен странным образом последовало за операцией по принуждению к миру, которую Россия провела на Кавказе, защитив независимость своих союзников Южной Осетии и Абхазии. Быстрая и победоносная война 08.08.08. встревожила Запад, заговоривший о "границах новой российской силы". Западные эксперты не исключают возможности искусственного понижения цен на нефть в конце лета 2008 года. Как считает Михель Штюрмер:

"Я могу себе представить, что, если бы я был советником по национальной безопасности в Белом Доме, я бы сказал “давайте сделаем русским легкий намек, и откроем наши резервы, чтобы успокоить рынок”. Скачки цен на рынке – не в интересах крупных промышленных и торговых держав, они хотят иметь стабильный нефтяной поток по стабильным ценам, предсказуемым, контролируемым ценам".

Специфика ситуации заключается в том, что США даже не было необходимости приоткрывать свои резервы – достаточно было провести скоординированную кампанию на фьючерсном рынке. Как писал Егор Гайдар,

"Информация о происходящем на рынке нефти запутана, а по многим важнейшим параметрам — недоступна. Например, нет информации о том, что происходит с запасами нефти и объемами нефтедобычи на крупнейших нефтяных месторождениях Персидского залива. По некоторым важным параметрам международные организации, связанные с нефтяным рынком, публикуют несовпадающие цифры. В результате спекулянты ориентируются на набор сигналов, которые не имеют принципиального значения для долгосрочных перспектив развития отрасли. В первую очередь речь идет о еженедельных данных о запасах нефти, публикуемых Министерством энергетики США".

По мнению американского экономиста и политолога Ф.У. Энгдаля,

"Мы можем найти массу правдоподобных аргументов, объясняющих высокие цены на нефть: "страховая премия от терроризма"; "стремительный" рост спроса на нефть в Китае и Индии; беспорядки в Нигерии; взрыв нефтепровода в Ираке; возможная война с Ираном… Ну и кроме всего прочего – миф о Пике нефтедобычи. Нефтяной спекулянт Т. Бун Пикенс, по имеющимся сведениям, получил гигантские прибыли на нефтяных фьючерсах и опирался на удобный миф, что мир на пороге пика нефтедобычи. То же самое сделал и банкир из Хьюстона, друг Дика Чейни, Мэтт Симмонс".

Признавая возможность искусственного понижения цен на нефть в конце лета 2008, Михель Штюрмер не склонен переоценивать роль финансовых спекуляций:

"Я думаю, что спекуляция всегда должна иметь какую-то связь с реальным миром. И спекуляция некоторым образом сглаживает резкие скачки цен, поэтому меня не расстраивает этот тип форвардных контрактов. В мировой истории это происходило всегда, люди скупали зерно на корню, чтобы потом им спекулировать, и их за это осуждали, но, на самом деле, этот тип спекуляции имел положительный эффект, потому что во время перепроизводства зерна, или газа и нефти, как в нашем случае, он поднимал цены, а во время нехватки, заставлял выводить на рынок больше продукции. Но, конечно, это чудесный способ обжечься, потому что никто не знает, что произойдет на Ближнем Востоке через месяц".

Это утверждение Штюрмера справедливо лишь отчасти: некоторые события последнего времени на Ближнем Востоке выглядят хорошо подготовленными (это касается, например, свержения режима Каддафи в Ливии). По мнению Петера Швейцера, коммерческие интересы (вплотную связанные с ливийской нефтью) были важной мотивацией европейских участников войны против режима Каддафи.

"Мое мнение таково — оно не основано ни на какой инсайдерской информации, но думаю, оно не ошибочно – несомненно в принятии решения по Ливии у некоторых европейских деятелей имелся коммерческий расчет. Поддержку вторжения со стороны Италии и Франции безусловно следует рассматривать в свете их коммерческого интереса".

События в Ливии в первой половине 2011 года подняли цену на нефть более чем до $120. Заявления ОПЕК, гарантировавшей, что срыв поставок энергоносителей из Ливии будет компенсирован другими членами картеля, не сумели остановить взлет цен. Очевидно, что в данном случае против ОПЕК играли силы, заинтересованные в высоких ценах на нефть.

Не возникает сомнения, что силы, планирующие военную операцию такого масштаба, как вторжение в Ирак или блокада Ливии, могут осуществить гораздо менее затратное наступление на фьючерсные рынки. Результатом в обоих случаях будет изменение нефтяных цен в интересах действующих за кулисами игроков.

Заключение: Россия как игрок

Все экономисты сходятся во мнении, что цены на нефть определяются способом, отличным от того, каким "невидимая рука рынка" клеит ценники на другие товары.

"Рынок нефти никогда не был ни вполне свободным, ни жестко регулируемым"

В первой половине XX века правила игры в нефтяной отрасли были выработаны и поддерживались так называемыми "Семью Сестрами" – крупнейшими англосаксонскими компаниями (Anglo-Persian Oil Company (ныне BP), Gulf Oil, Standard Oil of California, Texaco (ныне Chevron), Royal Dutch Shell, Standard Oil Company of New York (ныне Exxon), Standard Oil of New Jersey (ныне Esso), объединяющими разведку, добычу, переработку и реализацию этого ресурса. Затем наступила эпоха ОПЕК и "войны цен". В процессе этой войны была разработана стратегия, основанная на политических договоренностях между различными игроками нефтяного рынка и использовании изменения цен на нефть для достижения определенных геополитических целей.

С этого момента к списку факторов, определяющих цены на нефть (объективных, вроде изменения объема добычи или увеличения спроса, а также колебаний валют, и субъективных, коим несть числа) следует добавить политические договоренности.

По понятным причинам, договоренности такого рода не становятся достоянием широкой публики. В редких случаях они попадают в сферу внимания исследователей – наподобие Питера Швейцера, раскрывшего подноготную сговора администрации США и владык Саудовской Аравии в 1985 году. В большинстве же случаев мы наблюдаем лишь тени, отбрасываемые участниками таких переговоров, и можем анализировать их последствия.

Для России возможность участия в таких переговорах в качестве равноправного и уважаемого партнера является жизненно важной. На отечественную нефтяную промышленность приходится более половины экспорта страны в денежном выражении. По подсчетам ГУ ИЭС, изменение цены на нефть марки Brent на один доллар/баррель приводит к изменению доходов консолидированного бюджета на $1,9 миллиардов. В этих условиях, как подчеркивают специалисты ГУ ИЭС, "проблема высокой волатильности мировых цен на нефть стоит остро с точки зрения не только изменения доходов нефтяных компаний, но и стабильности и экономического развития всей страны"

По мнению ряда западных экспертов, Россия является членом этого элитного клуба по крайней мере с 2004 года. Очевидно одно – жестко определив свою позицию в отношении нефтедобывающих компаний, Кремль начиная с 2004 года стал реализовывать свою новую энергетическую политику, направленную на превращение России в энергетическую сверхдержаву.

При обсуждении этой сверхдержавной стратегии эксперты и в России и за рубежом обычно обращают внимание на давление, которое оказывает экспортер сырья на импортера, однако, может быть не менее важную роль играют в геоэкономике Нефти готовность и способность каждой стороны к заключению негласных политических сделок, о содержании которых общественность может узнать лишь задним числом и в очень редких случаях.  И, конечно, российскому читателю было бы весьма любопытно узнать о том, что происходило за кулисами глобальной политики в "нулевые годы", когда рост цен на энергоносители вывел Россию из долговой ямы, а затем позволил ей более менее благополучно пройти через финансовый кризис 2008-2009 годов.

Будем надеяться, когда-нибудь такая книга все же будет написана.

С учетом всего сказанного выше, мы бы, возможно, узнали из этой книги, что высокие цены на нефть для нашей страны в "нулевые" годы были обеспечены определенными политическими усилиями и потому являлись для нашего руководства не только везением.

Кирилл Бенедиктов

rurik-l.livejournal.com

1985 Историческая цена на сырую нефть,цены на нефть | цена нефти

1985 - 01 SMondayTWTFS
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031 
1985 - 02 SMondayTWTFS
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
2425262728 
1985 - 03 SMondayTWTFS
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31 
1985 - 04 SMondayTWTFS
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
282930 
1985 - 05 SMondayTWTFS
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 
1985 - 06 SMondayTWTFS
 1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30 
1985 - 07 SMondayTWTFS
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031 
1985 - 08 SMondayTWTFS
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
1985 - 09 SMondayTWTFS
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
2930 
1985 - 10 SMondayTWTFS
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031 
1985 - 11 SMondayTWTFS
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
1985 - 12 SMondayTWTFS
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031 

ru.oiloilprice.com

Как изменялась цена на нефть - Это надо знать... - - Каталог файлов

Динамика изменения цены на нефть

В 1861 году впервые (год рождения NYMEX - Нью-Йоркской товарной биржи) была установлена  цена на нефть в США на уровне 15$ (по нынешним ценам). США были первыми, кто начал торговать нефтью и торговать успешно, став для остального мира ориентиром в этом. Такое положение сохранялось до 1944 года. Вторая мировая война отодвинула торговлю нефтью в этой стране на второй план, а точнее ей просто перестали уделять повышенное внимание. А вот нефтедобыча в Саудовская Аравия набирала устойчивые обороты, качество нефти было очень высокой, и с 1945  по 1985 год цена на нефть марки Arabian Light  стала ориентиром для всех на мировом нефтяном рынке. Следует отметить, что с 60-х годов торговля нефтью развивалась и в других нефтедобывающих странах, только на их долю вплоть до 80-х приходилось всего лишь 3-5% всего объема торговли нефтью. Отношение к ним начало изменяться после ряда кризисов, таких, как эмбарго 1973 года и иранская революция 1979 года, в результате которых "официальные" цены стали достаточно часто меняться, сильно коррелируя с ценами на спот-рынках. Доля долгосрочных контрактов сократилась. И вот после очередного кризиса в 1986 года ведущие страны-экспортеры ввели в обиход маркерные сорта и стали рассчитывать цены на их основе...

Цена на нефть в период с 1861 по 2007 года (с учётом инфляции). 

В конце ХХ века на мировом рынке нефти наблюдался ценовой бум. За период с 1998 года - времени локального минимума на нефтяном рынке (11,61$ за баррель!!!) — до 2006 года, когда среднегодовая стоимость сырой нефти в текущих ценах превысила 63,8$ за баррель, стоимость одного барреля в зависимости от сорта сырой нефти выросла не менее чем в 4 раза. Фундаментальными причинами бума на рынке нефти как правило является растущий спрос на углеводородное сырье, с одной стороны, и ограниченные мощности в добыче нефти (на фоне перебоев с ее поставками) и в нефтепереработке — с другой. При появлении существенного запаса в резервных мощностях добычи нефти и ее переработки влияние спроса и спекулятивных факторов на цены рынка нефти становятся значительно меньшим, чем предполагается. И согласно мнению большинства аналитиков, именно в 2007 году формировались предпосылки для реализации сценария, при котором можно  было ожидать снижения нефтяных цен в среднесрочной перспективе. Что и произошло... Всплеск и резкий обвал... Однако рынок диктует свои условия и устойчивый рост цены уже "на лицо"...

Цена на нефть марки Brent ICE в период с 1998 по 2010 года.

beloil.ucoz.ru

Цены на нефть - Википедия

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Текущая версия страницы пока не проверялась опытными участниками и может значительно отличаться от версии, проверенной 13 ноября 2016; проверки требуют 8 правок. Текущая версия страницы пока не проверялась опытными участниками и может значительно отличаться от версии, проверенной 13 ноября 2016; проверки требуют 8 правок. Среднемесячные спотовые цены на нефть марки Brent с 1988 года в долларах США за баррель

Под ценой на нефть чаще всего понимают спотовые цены барреля нефти одного из маркерных сортов, свободно торгуемых на фьючерсном рынке, обычно североморской нефти Brent или, несколько реже, американской нефти WTI. Ещё реже, либо в прошлом, использовались эталонные смеси Dubai Crude и корзина ОПЕК.

Цены на другие сорта могут зависеть от их качества, определяясь их плотностью и содержанием серы, а также местонахождением нефти; однако они зачастую задаются относительно одного из маркерных сортов.

Некоторые организации, в частности Energy Information Administration (EIA, США), в качестве «мировой цены нефти» используют средневзвешенную стоимость нефти, закупаемой североамериканскими нефтеперерабатывающими предприятиями.

Общемировой спрос на нефть является неэластичным — он практически не изменяется при колебаниях цены.[1][2][3]. Но при этом спотовые цены на эталонные сорта подвержены значительным колебаниям и определяются множеством политико-экономических обстоятельств глобального характера.

Виды цен[ | ]

На практике для упрощения торговли нефтью используется несколько стандартных (маркерных, эталонных) сортов нефти, связанные либо с основным месторождением, либо с группой месторождений, и имеющих определенные свойства.

Цены на большинство сортов прямо или косвенно определяются по рыночным ценам на следующие базовые виды нефти[4]:

  • West Texas Intermediate (с 1983, также известна как WTI и Light Sweet Crude Oil) — техасская нефть, торгуемая на NYMEX. Её цена фиксируется на момент поставки на хранилища или трубопроводы города Кушинг, штат Оклахома, США[5]
  • Brent Crude Oil (с 1980-х, также называется Brent Blend, London Brent, торгуется на ICE) — нефтяная смесь нескольких месторождений Северного моря (Великобритания и Норвегия), задает стандарт цен для рынков Европы и стран ОПЕК
  • Dubai/Oman (с 2007 года, также Oman Crude, торгуется на ) — основной маркерный сорт для азиатского рынка

Объёмы добычи маркерных сортов сравнительно невелики, на 2011 год добыча Brent и WTI составляла суммарно около 2 % от мировой добычи[6].

Более 90 % сделок с нефтью приходится на внерыночные средне- и долгосрочные контракты[6].

Исходя из котировок цен на базовые маркерные сорта WTI и Brent, публикуемых в PRA Platts, Argus Media и некоторых других, определяются цены большинства физических поставок различных экспортируемых сортов[6], связанных с конкретными месторождениями или регионами. Например, для России экспортными сортами являются тяжёлая

encyclopaedia.bid