Что происходит с нефтью? Что происходит с нефтью


Что на самом деле происходит с нефтью?

Если и существует некая единая цена на товар, определяющая рост или замедление нашей экономики, то это цена на нефть. В июне 2014 года основные нефтедобывающие страны торговали ею по $103 за баррель. Имея некоторое представление о геополитике нефти и нефтяных рынках, я чую огромный подвох. В этой связи хочу поделиться некоторыми вещами, которые в моём понимании не стыкуются между собой.15 января нефть марки WTI, определяющая ценообразование на внутреннем нефтяном рынке США, стоила  $29 за баррель на момент закрытия торгов, что стало самой низкой ценой за баррель с 2004 года. Действительно, нефтяной рынок перенасыщен по меньшей мере на 1 млн баррелей в день, и эта ситуация сохраняется уже в течение года.После снятия санкций с Ирана на перенасыщенный рынок хлынет поток новой нефти, что приведёт к дальнейшему снижению цен.Однако за несколько дней до того как 17 января США и ЕС сняли санкции с Ирана, Сейид Мохсен Гамсари (Seyyid Mohsen Ghamsari), исполнительный директор по международным делам Национальной иранской нефтяной компании (НИНК), заявил, что Иран “…будет пытаться выйти на рынок таким образом, чтобы быть уверенным, что увеличение производства не вызовет дальнейшее падение цен … Мы будем производить столько, сколько рынок в состоянии поглотить”. Так что выход Ирана после снятия санкций на мировой нефтяной рынок не является причиной резкого падения цен на нефть с 1 января 2016.

Также неправда и то, что спрос на импорт нефти из Китая значительно снизился в связи с предполагаемым крахом китайской экономики. В период с ноября 2014  по ноябрь 2015 Китай импортировал на 8,9% больше по сравнению с аналогичным периодом предыдущего года вплоть до 6,6 млн баррелей в день и стал крупнейшим мировым импортёром нефти.

Добавьте в этот бурлящий котёл, который сегодня представляет собой мировой рынок нефти, политическую напряжённость, которая стремительно растёт с сентября 2015 года и решение России помочь президенту Сирии Башару Асаду, начав бомбардировки инфраструктуры ИГИЛ. Также прибавьте к этому драматический раскол в отношениях между Турцией, где президентствует Реджеп Тайип Эрдоган, после инцидента с российским Су-24. Исходя из всего этого, можно предположить, что цены на нефть должны расти, а не падать.

НЕФТЯНЫЕ ГОРКИ ЗАПАДА

Стратегическая Восточная провинция Саудовской Аравии

САУДИТЫ МЕЖДУ ГОРБАМИ ВЕРБЛЮДА

А вдобавок к этому бросьте туда провокационное решение саудовского министра обороны и фактического короля, принца Мухаммада ибн Салмана (Mohammed bin Salman), казнить шейха Нимр аль-Нимра (Sheikh Nimr al-Nimr), гражданина Саудовской Аравии. Аль-Нимр, уважаемый шиитский религиозный лидер, был обвинён в пособничестве терроризму за совершённый им в 2011 году призыв предоставить больше прав саудовский шиитам. Около 8 миллионов саудовских мусульман придерживаются шиитских учений, а не радикально жёсткого ваххабитского суннитского течения. Его преступление заключалось в том, что он поддержал протесты, призывавшие предоставить больше прав угнетённому шиитскому меньшинству, составляющему около 25% населения Саудовской Аравии. Шиитское население Саудовской Аравии в основном сосредоточено в Восточной провинции Королевства.

САУДОВСКАЯ АРАВИЯ: КОРОЛЕВСТВО БАНДИТСКИХ ВОЙН

Восточная провинция Королевства Саудовской Аравии, вероятно, является самым ценным объектом недвижимости на планете, вдвое превосходящим по площади территорию Федеральной республики Германии, с населением всего 4 млн человек. “Saudi Aramco” – национальная нефтяная компания Саудовской Аравии расположена в Дахране, находящимся именно в Восточной провинции.

Основные саудовские нефтяные и газовые месторождения по большей части расположены здесь же, на суше и на шельфе, включая крупнейшее в мире нефтяное месторождение Гавар (Ghawar). Нефть из саудовских месторождений, в том числе и из Гавара, поставляется в десятки стран из нефтяного портового терминала комплекса Рас-Таннура (Ras Tanura), крупнейшего в мире терминала по перевалке сырой нефти. Около 80% из почти 10 млн баррелей нефти в день, откачиваемых саудитами, направляется в Рас-Таннура в Персидском заливе, где её грузят на крупнотоннажные танкеры, следующие на запад.

В Восточной провинции также расположены промышленные объекты месторождения Абкайк, которое разрабатывает “Saudi Aramco”, крупнейшие нефтеперерабатывающие объекты мощностью 7 млн баррелей в сутки. Это объекты, на которых производится первичная обработка “Аравийской сверхлёгкой” и “Аравийской лёгкой” нефти, а также обрабатывается нефть, выкачанная из месторождения Гавар.

И надо же такому случиться, что большинство работников нефтяного месторождения и нефтеперерабатывающего завода являются… шиитами. Говорят, что они сочувственно относятся к недавно казнённому шиитскому священнослужителю, шейху Нимр аль-Нимру.

Кроме того по имеющимся данным, 30-летнего принца ибн Салмана намереваются провозгласить королём. Это существенно добавит политической напряжённости в конфликте в Сирии.

13 января Gulf Institute - ближневосточный экспертно-аналитический центр, сообщил в эксклюзивном отчёте, что 80-летний король Саудовской Аравии Салман аль-Сауд (Salman Al-Saud) планирует отречься от престола и провозгласить королём своего сына Мухаммада. Они отмечают, что нынешний король “нанёс ряд визитов своим братьям, чтобы заручиться их поддержкой для свержения сегодняшнего крон-принца и американского фаворита, бескомпромиссного Мухаммада ибн Наифа (Mohammed bin Naif) с его поста наследного принца и министра внутренних дел. По словам источников, знакомых с положением дел, Салман заявил своим братьям, что стабильность саудовской монархии требует изменения права престолонаследования путём отказа от боковых и диагональных линий наследования и перехода к вертикальному порядку, в соответствии с которым король передаёт власть самому достойному из его сыновей”.

САУДОВСКИЙ ПРИНЦ В РОССИЮ ПО ЗАКАЗУ ИЗРАИЛЯ

3 декабря 2015 года в прессу просочились данные отчётов Федеральной разведывательной службы (БНД) Германии, которые предупреждают о всё большем сосредоточении власти в руках принца Салмана, которого они характеризуют как непредсказуемого и чрезмерно эмоционального. Ссылаясь на причастность королевства к происходящему в Сирии, Ливане, Бахрейне, Ираке и Йемене, БНД утверждают, подразумевая принца Салмана, что “предыдущая осторожная дипломатическая позиция старших лидеров королевской семьи сменяется новой импульсивной политикой вмешательства”.

Упадут ли цены на нефть?

КАК АМЕРИКАНСКИЕ БАНКИ ПЫТАЮТСЯ СПАСТИ НЕФТЬ

И несмотря на все эти многочисленные факторы, которые должны способствовать росту цен на нефть, которые временно стабилизировались в декабре на уже достаточно низком уровне $40, чёрное золото опустилось ещё на 25%, до $29, и дальнейшие перспективы совсем не радужные. Citigroup прогнозирует вероятность снижения стоимости нефти до $20 за баррель. Goldman Sachs недавно выступили с заявлением, что также не исключают падения цен до $20, что, по их мнению, поможет заново стабилизировать ситуацию на мировом рынке нефти и избавиться от избытка поставок.

Моя интуиция подсказывает мне, что в ближайшие месяцы на мировом нефтяном рынке произойдёт нечто весьма значительное и внезапное, нечто, чего большая часть мира совершенно не ожидает.

СНИЖЕНИЕ ЦЕН НА НЕФТЬ И ЗАПАС ПРОЧНОСТИ АМЕРИКАНСКОЙ ЭКОНОМИКИ

Предыдущий раз Goldman Sachs и их приспешники с Уолл-Стрит делали драматические прогнозы относительно цен на нефть летом 2008 года. В то время на фоне растущего давления на банки Уолл-Стрит, вызванного набирающим обороты американским ипотечным кризисом недвижимости, как раз перед крахом банка Lehman Brothers в сентябре того же года, Goldman Sachs заявили, что нефть стремится к $200 за баррель. Она только успела побить отметку $147. Тогда я написал исследование, в котором говорил, что дела обстоят с точностью до наоборот. Я основывался на том факте, что на мировом рынке нефти был огромный переизбыток, который, что любопытно, отметили только в Lehman Brothers. Информированный источник в Китае сообщил мне, что банки с Уолл-Стрит вроде JP Morgan Chase обманом раздували цену до $200, чтобы убедить Air China и других крупных государственных покупателей нефти в Китае купить всю до единой капли нефть за $147 до того как цены взлетят до $200, и эта информация стимулировала рост цен.

ЧТО НА САМОМ ДЕЛЕ ПРОИСХОДИТ С НЕФТЬЮ И ДОЛЛАРОМ

К декабрю 2008 года ценообразующая нефть марки Brent опустилась до $47 за баррель. Банкротство Lehman Brothers, являвшееся преднамеренным политическим решением министра финансов США, бывшего председателя Goldman Sachs, Генри Полсона (Henry Paulsen), принятое им в сентябре 2008 года, погрузило мир в финансовый кризис и глубокий спад. Знали ли приспешники Полсона в Goldman Sachs и остальных ключевых банках Уолл-Стрит, таких как Citigroup или JP Morgan Chase, заранее о том, что Полсон спланировал банкротство Lehman Brothers, чтобы вынудить Конгресс предоставить ему неограниченные полномочия в операции по спасению от банкротства с правом использования огромных фондов Программы спасения от проблемных активов в размере $700 млрд? На деле, по имеющимся данным, Goldman Sachs и их друзья получили огромную прибыль, сыграв против собственных прогнозов стоимости нефти по $200, используя нефтяные фьючерсы.

Убить сланцевых “ковбоев” – первоочередная задача

Сегодня американская сланцевая нефтяная промышленность, крупнейший источник растущего объёма добываемой нефти в Америке примерно с 2009 года, находится на грани банкротства. В последние месяцы добыча сланцевой нефти начала снижаться, составив около 9 230 баррелей в январе 2016 года.

ФРС ЛОПАЕТ ПУЗЫРЬ ДОЛГОВ СЛАНЦЕВОЙ НЕФТИ

Международный нефтяной картель – ExxonMobil, Chevron, BP и Shell –  ещё два года назад начал демпинговать договоры об аренде сланцевых нефтяных участков. В сланцевой нефтяной промышленности США сегодня доминируют те, кого BP или Exxon называют “ковбоями” – агрессивные нефтяные компании среднего размера, а не нефтяные гиганты. Банки Уолл-Стрит вроде JP Morgan Chase или Citigroup, которые традиционно финансируют Международный нефтяной картель, да и сам Международный нефтяной картель, совершенно точно не стали бы лить слёзы, если бы бум сланцевой нефти пошёл на спад, снова позволив им заполучить контроль над самым важным мировым рынком. Финансовые институты, которые ссудили сотни миллиардов долларов сланцевым “ковбоям” за последние пять лет, в апреле будут проводить полугодовой анализ заявок на кредит. Если цены будут колебаться на уровне около $20, можно ожидать новую, значительно более серьёзную волну банкротств нынешних сланцевых нефтяных компаний. В этом случае нетрадиционная нефть, в том числе и огромное нефтяное месторождениебитуминозных песков в Канаде (Альберта), быстро уйдёт в прошлое.

СЛАНЦЕВАЯ РЕВОЛЮЦИЯ – АФЕРА ВЕКА

Само по себе это не восстановит стоимость нефти на уровне $70-90, который устроил бы крупных нефтедобывающих игроков и их банки с Уолл-Стрит. Перенасыщение рынка, которое идёт с Ближнего Востока от Саудовской Аравии и их союзников из стран Персидского залива, должно быть резко сокращено. Однако не похоже, что саудиты собираются это сделать. Именно это беспокоит меня в сложившейся ситуации.

Быть может, в Персидском заливе назревает что-то очень скверное, что резко поднимет цены на нефть в этом году? Неужели назревает настоящая война между шиитскими и саудитскими ваххабитскими нефтяными странами? До сих пор это была опосредованная война, ведущаяся в первую очередь в Сирии. После казни шиитского священнослужителя и штурма иранцами посольства Саудовской Аравии в Тегеране, которые привели к разрыву дипломатических отношений саудитами и другими суннитскими арабскими государствами Персидского залива, конфронтация стала значительно более открытой. Доктор Хоссейн Аскари (Dr. Hossein Askari), бывший советник министерства финансов Саудовской Аравии, заявил, что “если между Ираном и Саудовской Аравией начнётся война, нефть в одночасье может взлететь выше отметки $250, но потом откатится до $100. Если они будут атаковать нефтеналивные станции друг друга, то мы сможем наблюдать скачок нефти за отметку $500 и цена останется на этом уровне на некоторое время, в зависимости от степени повреждений”.

НЕФТЬ: РАЗЛИВ НА ТРОИХ

Всё говорит мне о том, что мир находится в ожидании ещё одного нефтяного шока. Кажется, практически всё время всё вертится вокруг нефти. Как якобы сказал Генри Киссинджер (Henry Kissinger) во время нефтяного шока в середине 1970-х гг., когда Европа и США столкнулись с нефтяным эмбарго ОПЕК и длинными очередями на заправках, “Если вы распоряжаетесь нефтью, вы распоряжаетесь целыми народами”. Эта одержимость контролем с огромной скоростью разрушает нашу цивилизацию. Пришло время сосредоточиться на мире и развитии, а не соревноваться в том, кто станет самым большим нефтяным магнатом на планете.

Оригинал публикации: http://www.warandpeace.ru/ru/reports/vprint/108660/

geopolitikym.org

Что происходит с нефтью?

Отскок нефти за $40 за баррель обосновывается ожиданиями договоренностей между крупнейшими мировыми нефтедобывающими странами мира. Договоренностей, которые должны «визировать» США, без которых попытки регулирования цен обесцениваются, не говоря уже о судьбе ценовых «войн со сланцем». Американцы же неоднократно подчеркивали свою приверженность «рыночным принципам ценообразования» (то есть договариваться отказывались).

Подпишитесь на наши сообщества с социальных сетях: Вконтакте , Одноклассники , Facebook , Twitter ,youtube.

Далее выкладываем полную версию нашей статьи «Что происходит с нефтью?», опубликованной в газете «Суть времени».

«Что происходит с нефтью?»

Сейчас общеизвестно, что экономика России критически зависит от нефтегазового экспорта. Но в этом дуэте нефти и газа определяющую роль играет именно нефть.

Так, по итогам 2015 года экспорт нефти из России в физическом выражении составил 244,5 млн. тонн нефти (рост на 9% по сравнению с 2014 годом), в стоимостном выражении $89,6 млрд (снижение на 41,8%). Экспорт нефтепродуктов в физическом выражении составил 171,5 млн тонн нефтепродуктов (рост на 4%), в стоимостном выражении $67,4 млрд (снижение на 41,7 %). Экспорт газа в 2015 году в физическом выражении составил 185,5 млрд. куб.м. (рост на 7,5%), в стоимостном выражении $41,8 млрд (снижение на23%).

Таким образом, нефтегазовый экспорт из России в 2015 году составил $198,8 млрд, из которых 73,4% приходится на экспорт нефти и нефтепродукты (в сумме $157 млрд) и 26,6% — на экспорт газа ($41,8 млрд). Кроме того, ценообразование в долгосрочных контрактах на поставку газа (по которым работает Россия) привязано к ценам на нефть и реагирует на них с отставанием примерно в 6–9 месяцев. То есть наш газовый экспорт сегодня ориентируется на нефтяные цены 6–9-месячной давности (тогда нефть марки Brent торговалась в районе $55 за баррель).

Стоимость совокупного экспорта из России в 2015 году составила $340,3 млрд. (снижение на 31,6%). Таким образом, доля нефти и нефтепродуктов в экспорте из России составляет 46,1%, доля газа — 12,3%, доля нефтегазового экспорта в целом — 58,4%. То есть экспорт продукции нефтяной отрасли приносит почти вчетверо большую экспортную выручку, чем экспорт газовой отрасли, и это без малого половина от всей экспортной выручки страны. И потому на сегодня именно фактор цен на нефть является определяющим для устойчивости российской экономики.

А ведь с нефтью явно происходит что-то неладное.

То, что резкое падение цен на нефть привело не к снижению добычи, а, наоборот, к ее увеличению и даже дополнительному демпингу производителей, по-своему нормально. Нефтяные компании и те страны, для чьей экономики экспорт нефти имеет критическое значение, пытаются возместить убытки от падения цен путем увеличения объема продаж, что и приводит к росту добычи и демпинговой войне. Падение же инвестиций в освоение новых месторождений пока не сказалось на нефтяном рынке.

Рынок пока не реагирует на новости о недофинансированности будущей добычи нефти на сотни и сотни миллиардов долларов (я уверен, что не за горами тот день, когда в оценках зазвучит слово «триллион») и, как следствие, о рекордном падении числа действующих буровых установок. Например, 19 февраля 2016 года Financial Times сообщила, что число работающих буровых установок в США снизилось до минимального уровня с 2009 года. В этот же день цена на нефть марки Brent снизилась на 0,42% до $33,12 за баррель. А ведь нынешний мировой рынок живет ожиданиями, отыгрывая в ценах будущие события задолго до того, как они должны произойти.

Подобную реакцию можно было бы объяснить ожиданием падения мирового спроса на нефть. Но Международное энергетическое агентство, как и другие ведущие экспертные центры, прогнозирует рост спроса на нефть как в краткосрочной, так и в долгосрочной перспективе.

То есть нефтяной рынок получает новости о том, что добыча нефти всё больше и больше недофинансируется, что спрос на нефть будет расти и... держит устойчивый падающий тренд цен на нефть.

Может быть, дело в том, что игроки на нефтяном рынке рассчитывают на новые объемы предложения, связывая особые надежды с Ираном?

Снятие «ядерных» санкций с Ирана частично открывает ряд рынков для иранской нефти. Но именно частично, так как долларовые сделки с Ираном всё еще представляют проблему из-за других, оставшихся в силе, санкционных ограничений со стороны США. Но главное — это объемы.

До снятия санкций Иран экспортировал 1 млн баррелей в сутки (около 49 млн тонн в год). После снятия санкций Иран заявил о намерении в течение 2016 года удвоить свой экспорт, доведя его до 2 млн. баррелей в сути. 14 февраля 2016 года заместитель министра нефти Ирана Рокнеддин Джавади заявил, что Иран уже увеличил свой экспорт на 400 тыс. баррелей. Напомню, что в 162 номере газеты «Суть времени» Ю. В. Бялый приводил оценку «серого» (обходящего санкции) экспорта нефти из Ирана в 300–400 тыс. баррелей. То есть в данном случае речь может идти о легализации тех объемов нефти из Ирана, которые и ранее были на рынке, формально имея другие страны происхождения.

Что же касается оставшихся 600 тыс. баррелей, на которые Иран собирается увеличить свой экспорт в 2016 году, то они составляют 0,6% от мировой добычи нефти (96,3 млн. баррелей нефти в сутки в 2015 году). Для сравнения, Ливия в 2011 году экспортировала 1,6 млн. баррелей в сутки. В результате гражданской войны и иностранной военной интервенции экспорт из Ливии обрушился. Но это не привело к потрясениям на рынке нефти. На уровень добычи, достигнутый при Каддафи, Ливия не вернулась по сей день. Выйдя на 800 тыс. баррелей в сентябре 2014 года, добыча нефти в Ливии вновь обрушилась до 180 тыс. баррелей в начале 2015 года, а затем частично восстановилась до 400 тыс. баррелей в сутки. Более того, в результате перманентной войны, идущей на территории Ливии, систематически возникает угроза полного прекращения экспорта нефти из этой страны. Однако потеря экспорта из Ливии не мешала нефтяным ценам пикировать вниз на протяжении 2014 и 2015 годов. Но сейчас цены особенно сильно падают на каждой новости из Ирана, вроде «в Европу прибыл первый танкер с иранской нефтью».

Новости из Ирана и в целом новости, напрямую касающиеся нефтяного рынка, сами по себе являются отдельным сюжетом. Например, цены на нефть отыграли новость о предстоящем снятии санкций с Ирана летом 2015 года, отреагировав на нее падением. А затем, когда в январе 2016 г. санкции были сняты уже формально, цены еще раз упали так, как будто эта новость ещё не отыгрывалась ранее.

Даже отмена действовавшего с 1973 года эмбарго на экспорт нефти из США, которая действительно является психологически мощной новостью, не может задавать тренд на мировом рынке физической нефти, так как США остаются крупными нетто-импортерами нефти (импортируют нефти гораздо больше, чем экспортируют). В сообщениях о демпинговой торговле нефтью ИГ приводятся оценки от 34 тыс. до 200 тыс. баррелей нефти в сутки, что в любом случае представляет для мирового рынка величину на уровне статистической погрешности. И так далее. То же самое касается и сообщений о том, что запасы в таком-то нефтехранилище выросли на столько-то баррелей.

Складывается впечатление, что рынку для дальнейшего падения вниз нужны только формальные поводы, «легитимизирующие» понижающий тренд. Многие эксперты объясняют наличие этого тренда желанием Саудовской Аравии (шире — стран Залива в целом) покончить с развернувшейся в США «сланцевой революцией». Добыча сланцевых нефти и газа действительно нерентабельна при текущих ценах на нефть, и в сланцевой отрасли в США нарастает волна банкротств. Но банкротство — это юридический вопрос, а не уничтожение имеющихся технологий, оборудования и месторождений.

Непонятна логика ценовой войны со «сланцем». Если план в том, чтобы обанкротить отрасль, а потом вернуть цены наверх, то что помешает сланцевой отрасли в США восстановиться под флагами новых компаний? Ведь месторождения никуда не денутся, и технологии никуда не денутся, и даже оборудование останется. Кадры частично будут потеряны, но их восстановят, вопрос только в сроках.

Так в чем здесь логика? Всё время держать цены на запредельно низком для сланца уровне? Никто, кстати, не думал о том, что будет, если сланцевая отрасль адаптируется к этим ценам? Или план состоит в «качелях»: сбили цены — сланцевая отрасль лежит на боку, подняли цены — сланцевая отрасль расцвела?

Сланцевые нефть и газ — это суперфактор. Если США даже не сегодня, а в обозримой перспективе смогут «прокормить» (пусть и с переплатой) сами себя с опорой на сланцевые нефть и газ, то это развязывает им руки для принципиально новой политики в отношении Большого Ближнего Востока, а значит, и всего мира в целом.

А чем, если не принципиально новым отношением к нефти (а значит, и к ключевому нефтегазовому региону — Большому Ближнему Востоку), можно объяснить то спокойствие, с которым мир, включая США, взирает на войну в Йемене, в которой увязла Саудовская Аравия и которая периодически «заходит» на сопредельные с Йеменом территории самой Саудовской Аравии? А почему на цены не влияет развернувшаяся «холодная война» между Саудовской Аравией и Ираном, сопровождающаяся ростом напряженности в населенных преимущественно шиитами Бахрейне (который де-факто оккупирован Саудовской Аравией) и ключевом нефтяном регионе Саудовской Аравии — Восточной провинции?

Раньше любого из этих процессов было бы достаточно для резкого скачка цен на нефть вверх. Но сегодня для мирового рынка почему-то оказываются важнее новости типа «первый нефтяной танкер из США прибыл во Францию».

Если американская политика способствует поджиганию нефтяной «священной коровы» в виде региона Персидского залива — значит, эта «корова» больше не священна, и ее начинают резать.

Тогда, возможно, мы находимся на этапе становления новой архитектуры мирового нефтегазового рынка. В которой США, управляя финансовыми спекуляциями (имеющими решающее влияние на ценообразование на нефтяном рынке), получают (или думают, что получают) еще и потенциальную возможность автономного самообеспечения нефтью и газом. И, тем самым, теряют жизненную заинтересованность в стабильности ключевых мировых поставщиков нефти.Андрей Малаховgazeta.eot.su

comments powered by HyperComments

www.xn--h1akdffamm.xn--p1ai

Политэкономический практикум. Что происходит с нефтью

Сейчас уже мало кто помнит, но лет 6–7 назад основным трендом «аналитических» разговоров о нефти было: «нефть кончается, и скоро мы все умрем».Прошло 10 жирных нефтяных лет и … К чему я это? К тому, что о скором окончании нефти писали все те же «аналитики» и «серьезные» издания, что и сейчас рассказывают как оно «на самом деле». Жизнь же, видимо, не читает аналитику «Сноба» и не смотрит «РБК», поэтому одновременно и проще, и сложнее. У нее сейчас другие проблемы, а поэтому и нефть регулируется несколько иными закономерностями, для понимания которых надо посмотреть на проблему в контексте реальности.Высокие цены на нефть последних лет привели к тому, что стало экономически выгодно добывать "сложную" нефть. Что и стали технологически развитые западные компании достаточно успешно делать в США, Канаде, а по газу и в Австралии, начав теснить таким образом традиционных лидеров добычи.Это с одной стороны. С другой стороны, нефтяные страны развращались "легкими" деньгами, и практически у всех гос.бюджеты сверстаны сейчас по цене нефти выше 80 долларов и принципиально уменьшены быть не могут. Почему? Потому, что лояльность населения в этих странах обеспечивается нефтедолларами. И не важно о какой «нефтяной» стране идет речь. Нефтяная зависимость бюджета примерно одинакова, что в России, что в Венесуэле, или у Саудитов с Ираном. Кстати, рентабельность добычи "сложной" нефти тоже, загадочным образом, условно, порядка 80-ти долларов.Поэтому, если бы мир был устроен рационально, то цена бы и не опускалась ниже 85-95 долларов, ну а курс у нас был бы 30-40... Но увы, мир такой какой есть, и рационального в нем все меньше. Поэтому вот только несколько, часто взаимоисключающих, интересов глобальных игроков, сталкивающихся друг с другом вокруг темы нефтяных цен:
  1. Страны «запада» хотят уменьшить свою зависимость от импортеров нефти. Для этого развивают методы добычи "сложной" нефти на подконтрольных им территориях. Но для этого им нужна цена от 80-ти долларов, а лучше от 100-та. Ну а высокие цены последнего десятилетия позволили нарастить добычу настолько, что эта нефть начинает уже теснить на рынках традиционную.
  2. Обладатели "восточной" нефти понимают, что их вытесняют с рынков, что их регион погружают в хаос, и единственная их возможность противостоять этому — снизить цены и демпингом убить «западных» конкурентов. И они это могут себе позволить, себестоимость их нефти в разы ниже. Ну а если «запад» опять станет зависеть от их нефти, то тогда они хоть как–то, хоть на что-то смогут влиять геополитически. Поэтому восточные шейхи, и в первую очередь Саудиты, готовы опускать цены, даже делая этим свои бюджеты дефицитными, но надеясь пересидеть какое-то время на «подушке финансовой безопасности», накопленной в жирные годы.
  3. Пока цены на нефть высоки, "западу" сложно с Россией что-то сделать. Нет, можно, и белоленточная смута зимы одиннадцатого года это показала, но такой вариант дольше, затратнее, а главное — рискованнее. Во-первых, если обвал не резкий, то можно и на «ответку» нарваться. Но главный фактор - время. Его катастрофически не хватает. Нужны быстрые решения. Поэтому цены «запад» будет опускать.
  4. Западная экономика вообще, а особенно европейская и китайская, для оживления нуждаются в дешевой нефти. Поэтому они все будут цену на нефть опускать.
  5. При достаточно низкой цене на нефть Америке крайне сложно будет что-то сделать с Китаем, да и с возрастающей экономической мощью Европы. То есть поставлена задача обратная к задаче понижать цены, чтобы сковырнуть Россию, и цена будет повышаться.
  6. Низкая цена на нефть убивает индустрию добычи "трудной" нефти в англосаксонских странах, а это влечет потери в бизнесе у нефтяного лобби, геополитическую зависимость от внешних импортеров и много чего еще, а значит цену надо повышать.
И можно продолжать перечислять эти взаимоисключающие интересы, но, как мне кажется, уже и сказанного достаточно для понимания, что о какой-либо рациональности в ситуации с ценами на нефть не приходится даже мечтать. Так что сейчас в мире по вопросам цен на нефть на лицо классический игровой расклад, предсказывать который — это как предсказывать результаты профессиональной игры в карты.Тактически, скорее всего, из-за украинских дел, в ближайшей перспективе нефть будут качать вниз. Почему? Потому, что это будет обваливать курс рубля, и в пределе обваливать власть в России. Ради этого многие наши “друзья” и “партнеры” будут готовы потерпеть временные неудобства.Но долго такое падение продолжаться не может, хотя бы потому, что все основные игроки имеют бюджеты, сверстанные исходя из цены 80+. Хотя, так как геополитическая турбулентность не ограничивается вопросами нефти, то итоговые расклады могут быть очень разные.России в этой ситуации остается надеяться только на Бога, высокие цены и сохранение внутренней стабильности. Реально сделать практически хоть что-то во внутренней политике, что смогло бы облегчить судьбу страны в ближайшей перспективе, увы, нельзя. Точнее не совсем так, можно и нужно сделать единственное - поменьше совершать глупостей. И Украина - наглядный пример того, что получается, когда власть и население перестают думать "головного мозга корой". А ведь украинцы вполне могли бы года до 16 прожить "как раньше", а потом... Кто его знает, что было бы потом? Тогда как даже то, что есть сейчас — уже повод ужаснуться. А ведь это, увы, еще только начало.Ну а у нас власть, что бы не писали об этом в американской газете «Ведомости», пока ведет себя вполне адекватно. Чему ситуация с долларом как раз и есть прекрасное подтверждение. Но подробнее об этом в другой раз.

PS Все ли факторы, влияющие на нефтяные цены, я указываю? Нет конечно. Я даю лишь совсем общую схему. Ведь, к примеру, супер важным фактором, влияющим на нефтяные цены, были программы «количественного смягчения», благодаря которым в глобальную экономику попадало огромное количество «пустых» «напечатанных» денег, которые надо куда-то девать. И этим “куда-то” последнее время были нефтяные фьючерсы. Но вот «программы» стали сворачивать, и денег на рынке «виртуальной» нефти стало не хватать. Цены стали падать, а так как идет общемировой спад производства, то объективно снижается и потребность в нефти, и в реальности уже не первый год нефти добывается больше, чем нужно. И много есть еще чего, существенно влияющего на картину, но что я умышленно выношу за скобки. Почему? Потому, что принципиально картину происходящего эти детали не меняют. Ну и вообще, «рациональные» факторы существенно влияют в «рациональном» мире. Мы же сейчас живем в мире «игр», в котором немного иные законы.

PPS Да, парни, и есть хорошая новость! «Достойные подвижники советской и российской науки» выяснили, нефть самозарождается в тверди земной, ее так дофига, что цена ей копейка… И мы все умрем теперь от избытка нефти. Смерть неизбежна!

dzeso.livejournal.com

Что происходит с ценами на нефть?

На фото выше: добыча нефти на платформе Татнефти в Альметьевске (Татарстан)

Отсутствие прогресса на переговорах Ирана и Саудовской Аравии привели к резкому снижению нефтяных котировок, поскольку теперь под угрозой ожидаемое рынком сокращение добычи странами ОПЕК.

Почему они не могут договориться?

Ранее в октябре на встрече в Вене, ОПЕК согласовала возможность снижения добычи с 34 млн баррелей в сутки до 32,5 млн. Однако квоты по-прежнему не определены, поскольку страны не хотят брать на себя сокращение добычи, опасаясь потерять долю на рынке. В результате Эр-Рияд и вовсе угрожает поднять добычу с нынешних ежесуточных 10,7 млн баррелей до 11 или даже 12 млн.

На фото: встреча ОПЕК

Игра мускулами

Саудовская Аравия ранее насытила рынок дешёвой нефтью с целью вытеснить американских производителей, но из этого особого ничего не вышло и отрасль в Штатах всё-таки выжила. В текущей ситуации саудиты пытаются сыграть на том, что себестоимость иранской нефти выше, а значит на фоне восстановления экономики после санкций, Тегеран может сдаться и пойти на условия Эр-Рияда по квотам на сокращение добычи. Впрочем, иранцы пока отступать от своих позиций не намерены.

Вместе с тем, существуют планы по выводу государственной Saudi Aramco на биржу в следующем году, поэтому стабилизация рынка и рост цен на нефть также входит в интересы Саудовской Аравии. Следовательно, в конце концов они могут-таки согласовать с Ираном параметры сокращения добычи, чтобы обеспечить благоприятный рыночный фон для инвесторов.

Запасы в США

В среду стало известно о рекордном росте запасов нефти в США, сразу на 14,4 млн баррелей, что лишь усилило падение цен. Причиной стал рост импорта нефти в Штаты, что во всех красках отразило перенасыщение рынка.

Борьба за долю рынка

Одной из причин игры на понижение стран ОПЕК было стремление “выжить” с рынка конкурентов и увеличить свою долю. В целом, им это удалось. Стремительный рост американской добычи был сдержан и теперь сокращается. Под существенным давлением оказалось и производство нефти с высокой стоимостью добычи вроде глубоководной бразильской и арктической.

В результате, общий объём поставок нефти стран, не входящих в ОПЕК, сократился. На фоне падения цен наблюдается рост спроса, а страны ОПЕК последние годы увеличивали добычу, поддерживая перенасыщение рынка и увеличивая свою долю на нём.

Инвестиции в добычу

Однако в пылу конкурентной борьбы цены удалось сбить до такого уровня, что практически полностью остановились инвестиции в нефтяные проекты. Причём, даже если рынок стабилизируется выше $50 за баррель, вряд ли инвестпроекты сразу же будут разморожены.

Цена войны за цены

Начиная с сентября 2014 года, когда цены на нефть упали ниже $100, доходы США от продажи нефти снизились примерно на 55%, а стран ОПЕК – на 48% (в ценах марки WTI). Однако, объёмы производства стран ОПЕК втрое выше американского. Например, в сентябре 2016 года месячная прибыль стран ОПЕК уменьшилась на $43 млрд по сравнению с сентябрём 2014 года, а американские производители не досчитались $14 млрд. Более того, в США убытки несут инвесторы, акционеры и небольшие буровые компании, а в странах ОПЕК падают доходы государственных бюджетов.

Переформатирование рынка

Длительный период низких цен на нефть привёл к образованию новых рыночных связей. Саудовская Аравия стала поставлять больше нефти в Европу, переманивая потребителей, считавшихся традиционно российскими. Россия отвечает попыткой нарастить поставки нефти Китаю, а также выходом на индийский рынок. Не так давно Роснефть купила нефтеперерабатывающий завод в Индии, где спрос на энергоносители стабильно растёт. Африканские производители увеличивают поставки в США.

Новые технологии и источники энергии

ОПЕК как может пытается сдерживать развитие возобновляемых источников энергии, стоимость которых по-прежнему выше нефти и газа. Однако, если с новой энергетикой пока много вопросов, то рынок электромобилей продолжает расти. Ожидается, что к 2020 году число электрокаров увеличится в пять раз по сравнению с 2014 годом.

ignat.news

Что происходит с нефтью? / Мировая экономика / БрамаBY: свободная саморегулируемая политическая площадка

VEROLA

Ключевая картинка, хотя сложная. Вообще, сейчас очень ответственный момент.

ОПЕК и союзникам удалось загнать запасы нефти в США — тонкая синяя линия — туда, куда они весь год хотели их загнать. Внутрь интервала, где эти запасы находились последние пять лет — серая полоса. Серая полоса символизирует «норму», попадание внутрь нее — возвращение к норме.

Именно этим, объясняется повышение цены до $56 за баррель за Brent, и разговоры — пока являющиеся явным экстремизмом и провокацией )) — что «даже $80 становится возможно к началу 2019».

Может ли снова появится мировая нефть за $80?

Абсолютно все зависит от американских сланцевиков. Как они сейчас отреагируют. Как быстро они отреагируют. Цена около $45 (на WTI, это на несколько долларов ниже Brent), часто появлявшаяся в прошедшем году, явно ОЧЕНЬ ПЛОХО устраивает значительную часть добытчиков нефти из сланцев.

Кого-то из них даже $40 устраивает, но таких не много. Добыча из сланцев начала сокращаться в августе, и это одна из причин того, что WTI ушло выше $50. И останется там, я думаю, на некоторое время. Как резко и решительно сланцевая добыча отреагирует на цену в $50 определит будущее нефти на ближайшие лет 5. И очень скоро мы это узнаем.

И да, считаю возвращение на $80 абсолютно невозможным. Впрочем, скоро узнаем ))

P.S. По бензину аналогичная картинка в США выглядит даже хуже. Бойкая продажа его на экспорт и ураганы сильно снизили запасы…

Нигерия — моя любимая страна

Почитала тут в сводке нефтяных новостей про Нигерию. Где партизаны в дельте Нигера опять охреневают совершенно — взрывают нефтяную инфраструктуру, пытают и убивают нефтяников, и даже между своими партизанскими отрядами тоже ведут войну на уничтожение.

Почитала… и на сердце потеплело. Все-таки совершенно объективно говоря, там дела идут хуже, чем в Российской Федерации. Точно хуже.

Есть все-таки одна страна, где хуже правительство, чем в России. Где всё сильнее раздолбано. И заражение HIV у них все еще немного выше, чем в РФ. Не намного, на чуть-чуть, но тут уж привередничать не приходится. Новосибирскую область и Восточное Конго не перекроет.

Не много таких стран уже осталось на свете. Меньше десятка. Люблю Нигерию. Мало нас таких осталось, но есть еще братья.

Почему Нигерия наши братья? Они тоже живут добычей нефти, а их правительство — воровством нефтяных доходов

bramaby.com

Что происходит с нефтью? / Империя

Что происходит с нефтью?

Андрей Малахов

9 марта 2016 г. 13:46:59

Отскок нефти за $40 за баррель обосновывается ожиданиями договоренностей между крупнейшими мировыми нефтедобывающими странами мира. Договоренностей, которые должны «визировать» США, без которых попытки регулирования цен обесцениваются, не говоря уже о судьбе ценовых «войн со сланцем». Американцы же неоднократно подчеркивали свою приверженность «рыночным принципам ценообразования» (то есть договариваться отказывались).

Далее выкладываем полную версию нашей статьи «Что происходит с нефтью?», опубликованной в газете «Суть времени».

«Что происходит с нефтью?»

Сейчас общеизвестно, что экономика России критически зависит от нефтегазового экспорта. Но в этом дуэте нефти и газа определяющую роль играет именно нефть.

Так, по итогам 2015 года экспорт нефти из России в физическом выражении составил 244,5 млн. тонн нефти (рост на 9% по сравнению с 2014 годом), в стоимостном выражении $89,6 млрд (снижение на 41,8%). Экспорт нефтепродуктов в физическом выражении составил 171,5 млн тонн нефтепродуктов (рост на 4%), в стоимостном выражении $67,4 млрд (снижение на 41,7 %). Экспорт газа в 2015 году в физическом выражении составил 185,5 млрд. куб.м. (рост на 7,5%), в стоимостном выражении $41,8 млрд (снижение на23%).

Таким образом, нефтегазовый экспорт из России в 2015 году составил $198,8 млрд, из которых 73,4% приходится на экспорт нефти и нефтепродукты (в сумме $157 млрд) и 26,6% — на экспорт газа ($41,8 млрд). Кроме того, ценообразование в долгосрочных контрактах на поставку газа (по которым работает Россия) привязано к ценам на нефть и реагирует на них с отставанием примерно в 6–9 месяцев. То есть наш газовый экспорт сегодня ориентируется на нефтяные цены 6–9-месячной давности (тогда нефть марки Brent торговалась в районе $55 за баррель).

Стоимость совокупного экспорта из России в 2015 году составила $340,3 млрд. (снижение на 31,6%). Таким образом, доля нефти и нефтепродуктов в экспорте из России составляет 46,1%, доля газа — 12,3%, доля нефтегазового экспорта в целом — 58,4%. То есть экспорт продукции нефтяной отрасли приносит почти вчетверо большую экспортную выручку, чем экспорт газовой отрасли, и это без малого половина от всей экспортной выручки страны. И потому на сегодня именно фактор цен на нефть является определяющим для устойчивости российской экономики.

А ведь с нефтью явно происходит что-то неладное.

То, что резкое падение цен на нефть привело не к снижению добычи, а, наоборот, к ее увеличению и даже дополнительному демпингу производителей, по-своему нормально. Нефтяные компании и те страны, для чьей экономики экспорт нефти имеет критическое значение, пытаются возместить убытки от падения цен путем увеличения объема продаж, что и приводит к росту добычи и демпинговой войне. Падение же инвестиций в освоение новых месторождений пока не сказалось на нефтяном рынке.

Рынок пока не реагирует на новости о недофинансированности будущей добычи нефти на сотни и сотни миллиардов долларов (я уверен, что не за горами тот день, когда в оценках зазвучит слово «триллион») и, как следствие, о рекордном падении числа действующих буровых установок. Например, 19 февраля 2016 года Financial Times сообщила, что число работающих буровых установок в США снизилось до минимального уровня с 2009 года. В этот же день цена на нефть марки Brent снизилась на 0,42% до $33,12 за баррель. А ведь нынешний мировой рынок живет ожиданиями, отыгрывая в ценах будущие события задолго до того, как они должны произойти.

Подобную реакцию можно было бы объяснить ожиданием падения мирового спроса на нефть. Но Международное энергетическое агентство, как и другие ведущие экспертные центры, прогнозирует рост спроса на нефть как в краткосрочной, так и в долгосрочной перспективе.

То есть нефтяной рынок получает новости о том, что добыча нефти всё больше и больше недофинансируется, что спрос на нефть будет расти и... держит устойчивый падающий тренд цен на нефть.

Может быть, дело в том, что игроки на нефтяном рынке рассчитывают на новые объемы предложения, связывая особые надежды с Ираном?

Снятие «ядерных» санкций с Ирана частично открывает ряд рынков для иранской нефти. Но именно частично, так как долларовые сделки с Ираном всё еще представляют проблему из-за других, оставшихся в силе, санкционных ограничений со стороны США. Но главное — это объемы.

До снятия санкций Иран экспортировал 1 млн баррелей в сутки (около 49 млн тонн в год). После снятия санкций Иран заявил о намерении в течение 2016 года удвоить свой экспорт, доведя его до 2 млн тонн. 14 февраля 2016 года заместитель министра нефти Ирана Рокнеддин Джавади заявил, что Иран уже увеличил свой экспорт на 400 тыс. баррелей. Напомню, что в 162 номере газеты «Суть времени» Ю. В. Бялый приводил оценку «серого» (обходящего санкции) экспорта нефти из Ирана в 300–400 тыс. баррелей. То есть в данном случае речь может идти о легализации тех объемов нефти из Ирана, которые и ранее были на рынке, формально имея другие страны происхождения.

Что же касается оставшихся 600 тыс. баррелей, на которые Иран собирается увеличить свой экспорт в 2016 году, то они составляют 0,6% от мировой добычи нефти (96,3 млн. баррелей нефти в сутки в 2015 году). Для сравнения, Ливия в 2011 году экспортировала 1,6 млн.баррелей в сутки. В результате гражданской войны и иностранной военной интервенции экспорт из Ливии обрушился. Но это не привело к потрясениям на рынке нефти. На уровень добычи, достигнутый при Каддафи, Ливия не вернулась по сей день. Выйдя на 800 тыс. баррелей в сентябре 2014 года, добыча нефти в Ливии вновь обрушилась до 180 тыс. баррелей в начале 2015 года, а затем частично восстановилась до 400 тыс. баррелей в сутки. Более того, в результате перманентной войны, идущей на территории Ливии, систематически возникает угроза полного прекращения экспорта нефти из этой страны. Однако потеря экспорта из Ливии не мешала нефтяным ценам пикировать вниз на протяжении 2014 и 2015 годов. Но сейчас цены особенно сильно падают на каждой новости из Ирана, вроде «в Европу прибыл первый танкер с иранской нефтью».

Новости из Ирана и в целом новости, напрямую касающиеся нефтяного рынка, сами по себе являются отдельным сюжетом. Например, цены на нефть отыграли новость о предстоящем снятии санкций с Ирана летом 2015 года, отреагировав на нее падением. А затем, когда в январе 2016 г. санкции были сняты уже формально, цены еще раз упали так, как будто эта новость ещё не отыгрывалась ранее.

Даже отмена действовавшего с 1973 года эмбарго на экспорт нефти из США, которая действительно является психологически мощной новостью, не может задавать тренд на мировом рынке физической нефти, так как США остаются крупными нетто-импортерами нефти (импортируют нефти гораздо больше, чем экспортируют). В сообщениях о демпинговой торговле нефтью ИГ приводятся оценки от 34 тыс. до 200 тыс. баррелей нефти в сутки, что в любом случае представляет для мирового рынка величину на уровне статистической погрешности. И так далее. То же самое касается и сообщений о том, что запасы в таком-то нефтехранилище выросли на столько-то баррелей.

Складывается впечатление, что рынку для дальнейшего падения вниз нужны только формальные поводы, «легитимизирующие» понижающий тренд. Многие эксперты объясняют наличие этого тренда желанием Саудовской Аравии (шире — стран Залива в целом) покончить с развернувшейся в США «сланцевой революцией». Добыча сланцевых нефти и газа действительно нерентабельна при текущих ценах на нефть, и в сланцевой отрасли в США нарастает волна банкротств. Но банкротство — это юридический вопрос, а не уничтожение имеющихся технологий, оборудования и месторождений.

Непонятна логика ценовой войны со «сланцем». Если план в том, чтобы обанкротить отрасль, а потом вернуть цены наверх, то что помешает сланцевой отрасли в США восстановиться под флагами новых компаний? Ведь месторождения никуда не денутся, и технологии никуда не денутся, и даже оборудование останется. Кадры частично будут потеряны, но их восстановят, вопрос только в сроках.

Так в чем здесь логика? Всё время держать цены на запредельно низком для сланца уровне? Никто, кстати, не думал о том, что будет, если сланцевая отрасль адаптируется к этим ценам? Или план состоит в «качелях»: сбили цены — сланцевая отрасль лежит на боку, подняли цены — сланцевая отрасль расцвела?

Сланцевые нефть и газ — это суперфактор. Если США даже не сегодня, а в обозримой перспективе смогут «прокормить» (пусть и с переплатой) сами себя с опорой на сланцевые нефть и газ, то это развязывает им руки для принципиально новой политики в отношении Большого Ближнего Востока, а значит, и всего мира в целом.

А чем, если не принципиально новым отношением к нефти (а значит, и к ключевому нефтегазовому региону — Большому Ближнему Востоку), можно объяснить то спокойствие, с которым мир, включая США, взирает на войну в Йемене, в которой увязла Саудовская Аравия и которая периодически «заходит» на сопредельные с Йеменом территории самой Саудовской Аравии? А почему на цены не влияет развернувшаяся «холодная война» между Саудовской Аравией и Ираном, сопровождающаяся ростом напряженности в населенных преимущественно шиитами Бахрейне (который де-факто оккупирован Саудовской Аравией) и ключевом нефтяном регионе Саудовской Аравии — Восточной провинции?

Раньше любого из этих процессов было бы достаточно для резкого скачка цен на нефть вверх. Но сегодня для мирового рынка почему-то оказываются важнее новости типа «первый нефтяной танкер из США прибыл во Францию».

Если американская политика способствует поджиганию нефтяной «священной коровы» в виде региона Персидского залива — значит, эта «корова» больше не священна, и ее начинают резать.

Тогда, возможно, мы находимся на этапе становления новой архитектуры мирового нефтегазового рынка. В которой США, управляя финансовыми спекуляциями (имеющими решающее влияние на ценообразование на нефтяном рынке), получают (или думают, что получают) еще и потенциальную возможность автономного самообеспечения нефтью и газом. И, тем самым, теряют жизненную заинтересованность в стабильности ключевых мировых поставщиков нефти.

Источник

www.imperiyanews.ru

Aragonia group :: Пресса - Что происходит с нефтью

Что происходит с нефтью

На прошлой неделе цена на американский сорт легкой нефти WTI (West Texas Intermediate) едва не достигла $100: в ходе торгов накануне Дня благодарения контрактам с поставкой в январе 2008 года оставалось меньше доллара до рекорда.

Панический рост последних месяцев вряд ли можно объяснить фундаментальными причинами. Скорее, наоборот: фундаментальный анализ говорит о возможном падении. По данным министерства энергетики США, запасы нефти в стране составляют 313,6 млн баррелей, что выше среднего уровня последних лет для этого времени года. Сезон ураганов в Карибском бассейне второй год подряд не наносит серьезного ущерба нефтедобывающей отрасли главного потребителя нефти в мире. США ожидает, как минимум, замедление экономики вследствие ипотечного кризиса, а следовательно, уменьшение потребления нефти. Международное энергетическое агентство уже снизило свой прогноз мирового потребления нефти в 2008 году на 300 тыс. баррелей в день. Понизили свой прогноз мирового потребления на 100 тыс. баррелей и аналитики ОПЕК. Если добыча нефти останется на прежнем уровне, мировые запасы вырастут, что не может не привести к падению цены.

Популярное мнение о том, что рост цен на нефть объясняется падением курса доллара, не выдерживает критики. С начала года цены на нефть выросли на 70%, в то время как доллар относительно других мировых валют подешевел на 15%. Скорее всего, рост цен на нефть объясняется большим количеством свободных денег в мире. Более того, понижение ставки ФРС США на 0,75% сделало деньги более дешевыми и привело к притоку спекулятивных денег на все товарных рынках.

Ситуация, когда цена на контракты с дальним сроком исполнения меньше цены ближних контрактов, также выгодна спекулянтам, играющим на повышение. Ведь, покупая каждый последующий контракт по более низкой цене, такие спекулянты понижают стоимость своих покупок, что делает их позиции все более выгодными. Это позволяет им не только держать свои длинные позиции сколь угодно долго, но и наращивать их с течением времени без привлечения дополнительных денег. По последним данным комиссии по торговым операциям на фьючерсных рынках, перевес длинных позиций над короткими составляет около 15% — 225 тыс. длинных против 197 тыс. коротких (это называется высокой перекупленностью рынка).

Такую ситуацию с нефтью нельзя признать позитивной для российского фондового рынка. Как уже заметили его участники, дальнейшее повышение цен на нефть не оказывает на него положительного влияния. Прогрессивная шкала начисления экспортных пошлин (так называемые ножницы Кудрина) лишает нефтяные компании дополнительной прибыли при дальнейшем росте цен на нефть. А это, в свою очередь, делает проблематичным рост акций нефтедобывающего сектора. Учитывая угрозу инфляции, связанную с ростом цен на энергоносители, которая усугубляется падением курса доллара, являющегося основной торговой валютой для нефти, дальнейший рост цен на нефть будет иметь только негативные последствия для России.

Инвестору, работающему на рынке акций, несмотря на напрашивающееся решение инвестировать в нефтянку при росте цен на нефть, рекомендую учесть фактор перекупленности этого рынка. Если при росте цен на нефть котировки нефтяных акций весьма неохотно растут (цены на нефть за последние три месяца выросли на 37%, а индекс РТС — всего на 15%), то это явный сигнал, что входить в этот рынок поздно. А также, что при развороте цен на нефть очень вероятно падение нефтяных акций.

(с) Газета «Коммерсантъ» № 219(3795) от 28.11.2007http://www.kommersant.ru/doc.aspx?DocsID=830147

Источник: Дмитрий Тратас

28.11.2007

aragonia.com