Дипломаты: Запад покупает нефть ИГИЛ, одновременно бомбя нефтяные объекты. Добыча нефти игил


ИГИЛ. Нефть и деньги

el_murid — 28.11.2015
Я уже говорил, что сейчас пишу книгу про экономику Исламского государства. Данные, по понятной причине, добываются весьма непросто - в основном по косвенным и перекрестным ссылкам и информации. Есть и очень глубокие проработки вопроса - но при этом они касаются в основном общих вопросов. Тем не менее, при всех трудностях, картина в целом довольно понятна.

Вчера я закончил с сельским хозяйством на территории ИГ, и продолжаю нефтяную и газовую тему. Там еще много чего неясного и не до конца достоверного. Тем не менее, хочу выложить небольшой и с существенными сокращениями отрывок, касающийся именно нефтяного бизнеса ИГИЛ. На мой взгляд, он в некоторых местах очень серьезно отличается от штампов пропаганды, в том числе и российской - поэтому предвижу негативную реакцию.

Иллюстративное сопровождение текста в книге будет гораздо более полным - и карты, и графики, и диаграммы, и медиафайлы. Здесь - самый минимум. Текст неправленный, черновик. Ссылки на источники многочисленны, поэтому чтобы не перегружать, они будут приведены в самой книге. Тема торговли нефтью с момента резкого обострения отношений Турции и России после инцидента со сбитым российским самолетом Су-24 внезапно вышла в топ и, естественно, немедленно вызвала массу публикаций в СМИ.

Большая часть этих публикаций носит откровенно поверхностный характер, а так как авторы не слишком утруждают себя изучением вопроса, в основном они содержат одни и те же смысловые блоки и отдельные факты, которые просто кочуют из одной публикации в другую. В итоге создается очень упрощенная и не совсем достоверная картина происходящего. На самом деле ситуация имеет несколько измерений, которые в совокупности и создают реальность.

Исламское государство сегодня контролирует нефтяные поля Сирии с крупнейшими в стране месторождениями, из которых можно упомянуть пять, в которых добывается более тысячи баррелей в день: аль-Танак (16 тысяч бар/сут), аль-Ом

yablor.ru

Нелегальная нефть ИГИЛ

Ближневосточная нефть приносит колоссальное богатство не только монархиям вокруг Персидского залива, но и Исламскому государству (ИГИЛ), с его самопровозглашенным халифом Абу Бакром аль-Багдади. Каковы реальные доходы от нелегальной торговли нефтью, и можно ли их вообще просчитать, размышляет каирский корреспондент Suddeutsche Zeitung Пауль Антон Крюгер.

23 сентября Региональное командование вооруженных сил США приступило к первым авиационным ударам по ультра-исламистам на территории Ирака и Сирии.

По сведениям американского командования, ежедневный доход ИГИЛ от продажи сырой нефти и нефтепродуктов составлял 3 млн долларов. Очень скоро целями авиа ударов со стороны США и их союзников, из числа европейских и арабских государств, стали импровизированные нефтеперабатывающие заводы. Разрушено, по меньшей мере, 16 таких «хозяйств», каждое из которых способно перерабатывать от 300 до 500 баррелей нефти в день. Беда в том, что на замену их новыми уходит всего от 10 до 15 дней. По ту сторону турецкой границы их продукция стоит уже 200–300 тыс долларов.

Международное агентство по энергетике опубликовало во вторник сообщение, что ежедневный объем производства на контролируемых ИГИЛ территориях с середины лета снизился с 70 тыс баррелей до 20 тыс. Объемы нефти, вывозимой в курдские районы и Турцию, в Иран и Иорданию, сократились с 30 до 10 тыс баррелей. Эти цифры очень условны – точных данных о поставках и продажах нет.

«Никто не владеет полной информацией, все оценки – даже те, что делают американские военные, – основаны на ряде предположений, которые опять же, лишь частично опираются на конкретные данные. ИГ ведь не публикует статистику», предостерегает от крутых выводов Дэвид Баттер, эксперт по Ближнему Востоку из влиятельного лондонского института Think Tank, больше известного как Chatham House.

В Алеппо, который сейчас контролируют боевики ИГИЛ, баррель дизельного топлива в начале октября стоил 112 долларов – летом у местных торговцев цена была около 75 долларов. Выросли цены на продукты, транспорт и электричество, которое сейчас производят дизельными генераторами, так как газопроводы перекрыты. Но цены растут и в других местах – на них влияют не только боевые действия и бомбардировки, но и растущее потребление топлива ввиду приближающейся зимы.

На территориях, не контролируемых правительственными войсками Сирии, самые значительные нефтяные месторождения – это Дейр-ас-Зор и Хассаках. Добыча на сирийских месторождениях сопряжена с достаточно высокими технологиями и квалифицированными кадрами, отмечает Дэвид Баттер. Более чем очевидно, что ИГИЛ не в состоянии обеспечить ни то, ни другое.

В контролируемых ультра-исламистами областях проживают от шести до восьми млн человек – «остаточные» потребители тех ресурсов, которые остаются после сбыта за границу. Чтобы задобрить население, боевики уже перешли к прямому распределению топлива.

Кроме того, торговцы нефтью должны платить пошлину на контрольно-пропускных пунктах.

Перекрыть нелегальную торговлю вряд ли возможно. Турецкое правительство заявило, что ужесточило меры против нелегального импорта, однако сеть мелкооптовой торговли по обе стороны границы существовала задолго до войны в Сирии. Но если раньше в Турцию продавали дотационное дизельное топливо из Сирии, то сейчас те же торговцы меняют сирийскую сырую нефть на бензин и дизель из Турции. У многих даже нет цистерн – везут в бочках на пикапах и грузовиках, большей частью по бездорожью.

Через посредников нефть, бензин и дизельное топливо, проданное боевиками ИГИЛ, поступает и в зону правительственных сил. Раньше Сирия получала много нефти из Ирана, и в полную силу работали нефтеперерабатывающие предприятия в портовом городе Банияс на северо-западе страны. С августа регулярных поставок нет, танкеры приходят изредка, и правительство уже на треть подняло цены. Таким образом, запрашиваемые боевиками ИГИЛ 25 долларов за баррель сырой нефти пока что устраивают всех участников этого товарооборота.:///

 

teknoblog.ru

Как действует нефтекорпорация ИГ | Investtalk.ru

15 октября 2015

На данный момент под контролем террористической группировки «Исламское государство» находится значительная доля нефтяной добычи Сирии. Когда террористы смогли завладеть нефтяными месторождениями, им потребовалась система перевозки и переработки углеводородов с целью их последующей реализации.

Сколько нефти добывает ИГ

Значительный объем нефти, находящейся во владении «Исламского государства», разрабатывается в провинции Сирии Дейр-эз-Зор. Об этом сообщает газета Financial Times. Среднесуточная добыча здесь составляет приблизительно 35-40 тысяч баррелей.

Также под контролем террористов находится месторождение Кайяра, которое расположено около города Мосул в Ираке. Аналитики оценивают здешнюю добычу на уровне 8 тысяч барр., однако здешние углеводороды в значительном объеме подходят исключительно для изготовления асфальта.

Однако суммарный объем углеводородов, которые добывают на подконтрольных «Исламскому государству» месторождениях, аналитикам неизвестен. Причина – уничтожение инфраструктуры на объектах, в результате чего значительно падает уровень добычи. Также террористы не имеют требуемых технологий и не могут нанять квалифицированный персонал.

И все же ИГИЛ получает достаточное количество нефти, реализует ее, а полученные средства идут на финансирование его деятельности.

Нефть, продаваемая террористами, продается по цене, на которую значительное влияние оказывает ее качество. Ряд месторождений позволяет продавать ее только по 25 долл. за барр., в то время, как нефтедобытчики в Сирии поставляют углероды по 40 долл. за барр. Аналитики отмечают, что ежедневно ИГИЛ на поставках нефти зарабатывает более полтора миллиона долларов.

Особенности торговли нефтью

Многие ошибочно полагают, что террористическая организация имеет финансовую модель, которая основывается на поставках «черного золота» в соседние государства. Однако по словам источников FT, главные финансовые поступления идут от продажи углеродов на внутренних рынках.

Можно сказать, что заключение сделок осуществляется непосредственно на месте добычи сырья, где непрерывно пребывают независимые трейдеры. Они приобретают крупные объемы нефти с тем, чтобы в будущем продать ее дороже. Данная система отличается высокой организацией, трейдеры из Ирака и Сирии загружают танкеры «черным золотом», они находятся максимально близко к местам разработки.

На нефти, приобретенной у боевиков, можно заработать следующими методами:

  • продать нефть трейдерам, доставляющих ее на автомобилях повстанцам, ведущих деятельность в северной части Сирии либо восточной части Ирака;
  • поставлять «черное золото» на нефтеперерабатывающие заводы, далее готовое для применения топливо продается неподалеку от месторождений;
  • продать нефть крупному НПЗ либо реализовать на внутреннем рынке, один из них находится неподалеку от города Аль-Каим.
  • Многие трейдеры отдают предпочтение второму варианту, который с одной стороны является достаточно рискованный, однако на нем можно заработать на барреле нефти на 10 долларов больше.

    Основное количество нефтеперерабатывающих заводов, контролируемых «Исламским государством», располагаются в восточной части Сирии, также некоторые заводы находятся на северо-западе государства, однако здесь изготавливаются продукция низкого качества.

    Зачастую из нефти изготавливается бензин и мазут. Однако по причине того, что многие НПЗ не имеют возможности изготавливать бензин высокого качества, они выпускают мазут.

    Важно понимать, что на данное время многие нефтеперерабатывающие заводы являются мобильными конструкциями, которые местные жители изготовили из подручных материалов. Крупные предприятия, которые находились в собственников боевиков ИГИЛа, были уничтожены от авиаударов. Собственники мобильных нефтеперерабатывающих заводов подписали с боевиками договоры о переработке «черного золота».

    Также СМИ сообщают о нахождении в собственности «Исламского государства» ряда танкеров, с их помощью нефть напрямую доставляется на действующие крупные нефтеперерабатывающие заводы.

    investtalk.ru

    Запад покупает нефть ИГИЛ, одновременно бомбя нефтяные объекты

    Коалиция под предводительством США полна решимости подорвать торговлю нефтью «Исламским государством», которая, по оценкам, приносит ИГИЛ 10 млн долларов в неделю. Но в то время, как Запад бомбит бензовозы и нефтяные объекты, западные страны также являются косвенными покупателями нефти джихадистов, признают западные дипломаты.

    Через несколько часов после того, как Палата общин Великобритании утвердила в среду просьбу премьер-министра Дэвида Кэмерона расширить бомбардировки его страны против ИГИЛ на цели в Сирии, британские бомбардировщики нанесли удар по нефтяным объектам, подконтрольным джихадистам.

    В 56 километрах от восточной границы Сирии с Ираком, четыре британских самолёта Tornado нанесли удар по нефтяному месторождению Омар, которое финансирует ИГИЛ. Сирийские мониторинговые группы сообщили, что другие связанные с нефтедобычей цели были также поражены военными самолётами коалиции на этой неделе.

    Коалиция рассматривает связанные с инфраструктурой нефтедобычи цели, как приоритетные. Тем не менее, она до сих пор избегала уничтожения самих нефтяных месторождений, опасаясь, что это сделает восстановление Сирии после войны более трудным. Есть также опасения, что бомбардировки месторождений будут иметь последствия для окружающей среды.

    По подсчётам коалиции, в прошлом году она нанесла удары по 260 связанным с нефтью целям.

    Министр обороны Великобритании Майкл Фэллон говорит, что авиаудары наносят «очень реальный удар по нефти и доходам», от которых зависит ИГИЛ.

    Покупка нефти «Исламского государства»

    Многослойный и чрезвычайно сложный конфликт, который длится уже четыре года, однако, имеет свои изгибы и повороты. Среди них тот факт, что западные правительства также косвенно помогают финансировать ИГИЛ. Запад предоставляет деньги повстанцам и местным группам в контролируемых повстанцами районах на севере Сирии, которые после покупают нефть у посредников, действующих в интересах «Исламского государства».

    «Большинство организаций не посылают топливо в Сирию, они посылают деньги. Угадайте, у кого они покупают топливо?», – задаёт вопрос Бассам аль-Кувейти, политический активист, базирующийся в южной части Турции и работающий в тесном сотрудничестве с иностранными и местными НПО, международными гуманитарными организациями и коммерческими группами по развитию, финансируемыми правительством США и другими западными державами.

    «Так что, мы действуем в чьих интересах здесь? – добавляет он. – Но все закрывают на это глаза».

    Несколько американских и европейских представителей подтвердили «Голосу Америки», что поддерживаемые Западом повстанцы, сирийские НПО и местные советы, которые возникли в повстанческих районах, удерживаемых в северной Сирии, покупают нефть у ИГИЛ. Никто не хотел говорить об этом открыто.

    Международные НПО и коммерческие организации также предпочитают не замечать этот аспект нефтеторговли.

    «Не пишите об этой торговле, – сказал «Голосу Америки» высокопоставленный сотрудник гуманитарной организации из Германии. – Не смейте. Гуманитарным группам внутри (ред. – Сирии) нужно это, чтобы работать», – сказал он.

    Представители западных правительств и гуманитарные организации утверждают, что у доставки нефти в Сирию из Турции будут значительные логистические проблемы, особенно с таким количеством стран, наносящих авиаудары. Без нефти и топлива восстание против президента Башара аль-Асада рухнет.

    Нефтяная блокада

    В июле ИГИЛ на короткое время ввёл нефтяную блокаду против удерживаемого повстанцами севера Сирии после того, как оно уступило контроль курдским боевикам над Таль Абьядом, ключевым сирийском городом на границе с Турцией.

    Во время наступления к западу от Таль Абьяда на другой пограничный город Азаз «Исламское государство» приказало своим поставщикам под угрозой обезглавливания остановить грузоперевозки дизельного топлива и переработанной нефти в районы под контролем повстанцев на севере Сирии.

    Блокада затронула не только повстанцев. Запрет на поставки топлива усугубил гуманитарный кризис в северной Сирии, подорвав работу всего – от сельского хозяйства до медицинских клиник, которые работают на генераторах, поставленных западными странами. Пекарни, водоснабжение и поставки помощи также пострадали.

    ИГИЛ контролирует более 10 нефтяных месторождений на удерживаемой территории. Выручка от поставок «черного золота» помогает террористической группе управлять провозглашённым халифатом и глобальной террористической сетью. Нефть продаётся трейдерам, которые затем транспортируют её на самодельные нефтеперерабатывающие предприятия или продают ее контрабандистам для транспортировки в Турцию.

    Продажи Асаду

    Как ни странно, режим Асада также вынужден покупать нефть у ИГИЛ, чтобы удерживать на ходу свою военную машину.

    Представителям Запада и Ирака предоставили в июне 2014 года детальную информацию о торговле нефтью ИГИЛ с режимом Асада после того, как иракские офицеры разведки захватили в доме командира джихадистов Абдулрахман аль-Билави в Мосуле компьютеры и базы данных. Рейд был проведен за несколько дней до того, как джихадисты захватили этот северо-западный иракский город.

    Захваченные тогда бухгалтерские отчеты о финансовых ресурсах ИГИЛ шокировали даже высокопоставленных иракских представителей, по словам которых, эти базы данных показали, что «Исламское государство» получало деньги не только от доставки нефти, но также от её поставок зарубежным трейдерам, другим сирийским повстанческим группам и режиму Асада.

    www.golos-ameriki.ru

    ИГИЛ. Нефть и деньги

    Я уже говорил, что сейчас пишу книгу про экономику Исламского государства. Данные, по понятной причине, добываются весьма непросто - в основном по косвенным и перекрестным ссылкам и информации. Есть и очень глубокие проработки вопроса - но при этом они касаются в основном общих вопросов. Тем не менее, при всех трудностях, картина в целом довольно понятна.

    Вчера я закончил с сельским хозяйством на территории ИГ, и продолжаю нефтяную и газовую тему. Там еще много чего неясного и не до конца достоверного. Тем не менее, хочу выложить небольшой и с существенными сокращениями отрывок, касающийся именно нефтяного бизнеса ИГИЛ. На мой взгляд, он в некоторых местах очень серьезно отличается от штампов пропаганды, в том числе и российской - поэтому предвижу негативную реакцию.

    Иллюстративное сопровождение текста в книге будет гораздо более полным - и карты, и графики, и диаграммы, и медиафайлы. Здесь - самый минимум. Текст неправленный, черновик. Ссылки на источники многочисленны, поэтому чтобы не перегружать, они будут приведены в самой книге.

    Тема торговли нефтью с момента резкого обострения отношений Турции и России после инцидента со сбитым российским самолетом Су-24 внезапно вышла в топ и, естественно, немедленно вызвала массу публикаций в СМИ.

    Большая часть этих публикаций носит откровенно поверхностный характер, а так как авторы не слишком утруждают себя изучением вопроса, в основном они содержат одни и те же смысловые блоки и отдельные факты, которые просто кочуют из одной публикации в другую. В итоге создается очень упрощенная и не совсем достоверная картина происходящего. На самом деле ситуация имеет несколько измерений, которые в совокупности и создают реальность.

    Исламское государство сегодня контролирует нефтяные поля Сирии с крупнейшими в стране месторождениями, из которых можно упомянуть пять, в которых добывается более тысячи долларов в день: аль-Танак (16 тысяч бар/сут), аль-Омар (11 тысяч бар/сут), аль-Джабсен (2,5 тысяч бар/сут), аль-Табха (1,5 тысяч бар/сут), аль-Харата (1 тысяч бар/сут). Общий (средний) объем добычи из этих скважин составляет 32 тысячи баррелей в сутки. Помимо этих месторождений, под контролем ИГИЛ находятся скважины, дающие менее тысячи баррелей в сутки общим количеством около 3-4 тысяч баррелей в день.

    С иракской нефтью ситуация менее однозначная. Под контролем ИГИЛ до конца октября 2015 года находились месторождения Химрин, Наджма, Каяра, Аджил, Балад, Айн-Зала и Батман, на которых в общем добывалось до 80000 баррелей нефти в день, хотя есть оценки, доходящие до 120 тысяч. В конце октября 2015 года иракские власти объявили об освобождении провинции Салах-эд-Дин и восстановлении контроля над нефтяными источниками в этой провинции.

    Месторождения Каяра и Наджма, расположенные вблизи Мосула, значительно выработаны. Их оператором до 2013 года была ангольская компания Sonangol. На Каяре добывалось приблизительно 7 тысяч баррелей в сутки, чуть меньше — около 5 добывалось в Наджме. При этом в Каяре боевиками был захвачен небольшой нефтеперерабатывающий завод НПЗ с мощностями переработки около 16 тысяч баррелей в сутки. Нефть, добываемая на этих месторождениях, тяжелая и продается по цене примерно 25 долларов за баррель.

    На востоке от Тикрита ИГИЛ контролировало месторождения Аджиль (25 тысяч баррелей в сутки) и 150 млн куб. футов газа, питающих городскую электростанцию. Однако на этом месторождении “при ИГИЛ” добыча существенно ниже, чем при правительстве, так как примитивная добыча опасна и имеется опасность взрыва газа. Оценочно объемы добычи — порядка 10 тысяч баррелей в сутки. Там же расположено месторождение Химрин, где из пяти действующих скважин добывается приблизительно 6 тысяч баррелей в сутки.

    Судя по сообщениям иракских властей, месторождения Айн-Зала, Батман и Балад теперь находятся под их контролем. Таким образом, в Ираке боевики контролируют добычу нефти объемом приблизительно в 28-30 тысяч баррелей в сутки.

    Проблема нефти, добываемой ИГИЛ в Ираке, заключается в том, что это нефть тяжелых сортов, во-вторых, большая часть скважин уже почти выработана, а примитивные технологии и недостаток квалифицированных специалистов делают добычу неустойчивой — поэтому оценивать объемы добычи можно с известной осторожностью из-за неизвестной величины ошибки в подсчетах. Цена продаваемой нефти колеблется в зависимости от скважины, однако в среднем ее можно оценить как 20 долларов за баррель.

    Таким образом, в Сирии и Ираке на сегодняшний момент под контролем ИГИЛ находится добыча нефти объемом приблизительно в 60-65 тысяч баррелей в сутки с общей выручкой приблизительно в 1,8-1,9 млн долларов в день (в годовом исчислении порядка 650 млн долларов)

    Хочу сразу оговориться — в разных источниках цифры доходов ИГИЛ разнятся, причем иногда довольно существенно. Проблема кроется как раз в недобросовестности публикаторов, которые смешивают между собой разные цифры доходов, получаемые на разных этапах нефтяного бизнеса ИГИЛ. Цифра в 1,8-1,9 млн долларов в день от торговли нефтью — это этап так называемой «продажи со скважины».

    Возникает законный вопрос: а какова структура всего нефтяного бизнеса ИГИЛ?

    Добыча

    Первый этап — это добыча. ИГИЛ контролирует полностью торговлю нефтью «со скважины». Это значит, что любой торговец, уплатив пошлину за проезд (составляющую порядка 200-400 долларов за грузовой автомобиль и порядка 200 долларов за легковой — в основном это пикапы), а также специальный сбор за право купить нефть на месторождении (приблизительно доллар за баррель) может подъехать к скважине и залить нефть в свою цистерну (или бочку). Приблизительно это дает ИГИЛ еще 350-400 тысяч долларов в сутки, добавляя к цене проданного барреля еще около 5 долларов.

    Те караваны автоцистерн, о которых говорил президент Путин, рассказывая про уходящий за горизонт «живой трубопровод» - это частные торговцы нефтью, не имеющие к ИГИЛ ни малейшего отношения. Удары с воздуха по этим колоннам, естественно, подрывают торговлю нефтью и финансовый ресурс Исламского государства, и уже поэтому с военной точки зрения оправданы, однако нужно понимать, что этим бизнесом занимаются в значительной мере люди, вынужденные в условиях всеобщего экономического коллапса и катастрофы в регионе как-то выживать. Это не боевики, и поэтому убийство этих людей выглядит довольно двойственно.

    Однако проблема в том, что уничтожение колонн автоцистерн довольно слабо влияет на торговлю нефтью как таковую. В регионе существует жесточайший дефицит топлива — Сирия и в довоенное время была вынуждена импортировать отдельные его виды, при том, что среднесуточное потребление в 2013 году составляло 224 тысячи баррелей в сутки. Падение добычи, по словам министра нефти и минеральных ресурсов Сирии Сулеймана аль-Аббаса, по сравнению с началом конфликта сократилось с 385 тысяч баррелей до 14 тысяч.

    Говоря про «живой нефтепровод», Владимир Путин ошибается: снимки огромного числа автоцистерн показывают очередь, формирующуюся для покупки нефти на месторождениях: то есть, это пустые автоцистерны. Залив нефть и расплатившись, водитель уже не стоит в огромной толпе, а немедленно везет ее своему покупателю. При объеме цистерны в 10 кубических метров в нее заливается примерно 63 барреля нефти (нефтяной баррель - 159 литров), то есть, ежедневный оборот автоцистерн из расчета 10-кубового объема цистерны — примерно 500 автомашин. В реальности их больше, так как нефть транспортируется в цистернах меньшего объема: на снимках видны и 5, и 3-кубовые, мелкие перевозчики перевозят нефть также в бочках на пикапах. Есть и автомобили, способные перевозить большие объемы — около 150 баррелей. Однако суть остается прежней — залив на скважине нефть, которую водитель ждет в очереди несколько дней (доходит даже до недели ожидания), автомобиль немедленно уезжает. Никаких “нефтяных” колонн в реальности не существует. Повторюсь — все снимки скопления автотехники — это «отстойники», где формируется очередь покупателей. Именно по ним показательно провели бомбометание российские самолеты, и именно поэтому авиация западной коалиции не наносит удары по этим скоплениям: нефти там нет даже теоретически. В “живом” нефтепроводе нефти нет.

    Еще один вывод из сказанного: деньги за продажу нефти Исламское государство получает из двух основных источников: транспортных пошлин и продажи объемов нефти непосредственно на скважине. Залив нефть в цистерну, ее владельцем становится не Исламское государство, которое уже получило деньги, а новый владелец. Говоря иначе — Исламскому государству глубоко безразлично, разбомбят ли автомобиль на обратном пути — свои деньги оно уже получило.

    Переработка

    Второй этап нефтяного бизнеса — переработка. Оговорюсь сразу: теперь владельцем нефти является ее покупатель, и деньги, которые получаются на этом этапе бизнеса, принадлежат ему. Тем не менее, Исламское государство имеет свой доход и здесь.

    Значительная часть имеющихся нефтеперерабатывающих предприятий, которые остались от прежних властей в Сирии и Ираке, серьезно деградировали как в технологическом отношении, так и в своих производственных возможностях. Кроме того, имеется серьезный дефицит персонала, и в первую очередь — инженерного, управленческого и ремонтного. Нужно учесть, что стационарные нефтеперерабатывающие предприятия уязвимы в военном отношении, их легко атаковать с воздуха. Поэтому основой нефтепереработки в таких непростых условиях стали либо кустарные «самовары», либо мобильные модульные установки. Часть таких установок находится в частных руках, часть принадлежит Исламскому государству.

    Дефицит нефтепродуктов в зоне боевых действий привел к тому, что цена на нефть и цена на продукты ее переработки мало соотносятся с мировыми — спрос заведомо превышает предложение, поэтому при цене барреля «на скважине» в 20-35 долларов за баррель цена продуктов переработки может доходить до 60-100 долларов в расчете на баррель в зависимости от глубины переработки.

    На этом этапе перевозчик перепродает купленную на скважине нефть владельцу перерабатывающего предприятия, получая прибыль приблизительно в 10 долларов (около 3 тысяч сирийских лир) за баррель, и немедленно возвращаясь в очередь за новой партией нефти.

    Перерабатывающие предприятия производят в основном бензин и мазут, причем мазут пользуется повышенным спросом, так как подача электричества существенно сокращена, поэтому мазут является основным видом топлива и используется в дизель-генераторах.

    Группировка ИГИЛ также производит на принадлежащих ей купленных контрабандным путем мобильных НПЗ различные виды топлива, большую часть которого она использует на свои нужды для ведения боевых действия, однако немалая часть топлива, особенно для легковых пикапов, покупается непосредственно на заправочных станциях. Поэтому, кстати, в сводках-отчетах об итогах ударов по объектам боевиков практически не значатся склады ГСМ — их попросту нет. Основой топливной инфраструктуры боевиков (как прозападных «умеренных», так и ИГИЛ) является гражданская сеть автозаправочных станций. При этом боевики тщательно следят за тем, чтобы никто не реквизировал топливо с АЗС. Заправка осуществляется строго за деньги с расплатой на месте наличными.

    Исламское государство получает доход с нефтеперерабатывающих предприятий, принадлежащим частным переработчикам, через особый вид налога — закят. Он доходит до 20 процентов от прибыли. Здесь происходит смешение двух видов дохода Исламского государства — доход от торговли нефтью и доход от поступления налогов и сборов, поэтому правильнее будет учитывать этот доход именно в статье «налоги». Однако оценить общий объем собираемого налога с НПЗ можно, если учесть, что приблизительно 2/3 всей проданной на скважинах нефти поступает немедленно на переработку (остальная транспортируется за границу в виде контрабанды — к ней мы вернемся позже). Это составляет приблизительно 43 тысяч баррелей в сутки для сирийской и иракской нефти. Доход владельцев НПЗ оценивается приблизительно в 20-40 долларов за баррель переработанной нефти, частным лицам принадлежит примерно 2/3 всех перерабатывающих мощностей на территории Исламского государства. Таким образом, общий доход частных владельцев составляет около 800-850 тысяч долларов в сутки, что ориентировочно позволяет ИГ получить в виде налога около 170 тысяч долларов в сутки (или 65 миллионов долларов в год). Доход от переработки на НПЗ, принадлежащих непосредственно ИГИЛ, дает в казну Исламского государства еще приблизительно 0,45 млн долларов ежесуточно или 165 млн долларов в год. Итого на этапе переработки Исламское государство зарабатывает порядка 230 миллионов долларов в год (однако оговорюсь — в этой сумме 65 миллионов относится к другой статье доходов — налогам и сборам, точно так же, как не совсем корректно причислять к нефтяным доходам пошлины на перевозчиков, о которых говорилось выше. В итоговых подсчетах я вычту эти суммы и отнесу их именно на налоговую статью доходов)

    Торговля

    После переработки следующим этапом является торговля. Торговля нефтью осуществляется как непосредственно с НПЗ, так и на рынках. Трейдеры-оптовики закупают объемы нефтепродуктов и доставляют их на рынок (здесь опять же нужно учесть, что при транспортировке готовых нефтепродуктов ИГИЛ зарабатывает транспортные пошлины на перевозчиков, которые они уплачивают на блок-посту. На этом этапе суммарный сбор чуть ниже, так как перевозки такого рода осуществляются по большей мере мелким по грузоподъемности транспортом, который суммарно платит немного меньшие пошлины — такова политика ИГ). Однако все равно в перерасчете на баррель сырой нефти на этом этапе пошлина составляет около 3 долларов и приносит в казну ИГ 130-150 тысяч долларов в день или примерно 45 млн долларов в годовом исчислении.

    Оптовые рынки, на которых продаются основные объемы нефтепродуктов, расположены в городах Аль-Баб и Мандбиж на востоке от Алеппо, а также в городе Аль-Каим в Ираке вблизи сирийской границы неподалеку от месторождений аль-Танак и аль-Омар. С продавцов взимается пошлина на право торговли, ориентировочно в 300 сирийских лир (0,3 доллара) в расчете на баррель сырой нефти. Суммарно это дает доход в казну ИГИЛ еще 5 млн долларов в годовом выражении. Это опять нельзя назвать нефтяным доходом, эта сумма относится к налоговым сборам.

    Контрабанда

    Наконец, судьба примерно трети всей добываемой нефти — это и есть контрабанда. В принципе, как раз этот этап почти не приносит доход в казну ИГИЛ, так как группировка уже получила свои деньги, продав нефть «на скважине». Дальнейшая судьба нефти ее не волнует — это риск покупателя. Стоит отметить, что объемы контрабандной нефти на самом деле не слишком велики и, судя по всему, имеют тенденцию к сокращению по мере развития мощностей переработки «на месте». Объяснение простое: территория Исламского государства представляет собой довольно замкнутый рынок с серьезным дефицитом нефтепродуктов внутри него, поэтому норма прибыли на всех этапах нефтяного бизнеса вполне высока и отвечает плате за риск. Вывозя контрабандой нефть за пределы этой территории, продавец попадает в другие условия с гораздо более высокой конкурентностью, и вынужден учитывать сложившиеся цены, которые близки уже к мировым.

    Поэтому покупая нефть «на скважине» по 20 долларов, еще имеется смысл везти ее для продажи в ту же Турцию, Иорданию или Ливан — однако это как правило, тяжелая нефть, которая на рынке тоже стоит не слишком дорого. Прибыль перевозчика с барреля сырой нефти в этом случае составляет менее 10 долларов — около 7-8. Это окупает риск только в том случае, если нефть приобретается на скважинах, расположенных рядом с границей — как правило, это иракская нефть. Любопытно, что несмотря на все обвинения в адрес западной коалиции из Кремля, она как раз довольно активно бомбит именно иракские месторождения и пути транспортировки нефти из Ирака. Благодаря этому (а также наземным действиям иракской армии и курдских формирований) за последний год добыча и торговля нефтью из Ирака сократилась с 80 до 30 тысяч баррелей — почти втрое.

    Легкие сорта нефти со скважин аль-Танак и аль-Омар практически полностью попадают на переработку, так как позволяют перерабатывать ее глубже, а значит, и получать больший доход при весьма высоком спросе и ценах на топливо.

    Безусловно, помимо чисто военной составляющей, здесь имеется и серьезная политическая: США крайне заинтересованы в том, чтобы перевести войну с Асадом на «самоокупаемость» - то есть, боевики «прозападной» ориентации должны зарабатывать на войну самостоятельно. Это, конечно, в немалой степени выводит их из-под контроля, однако в данном случае «краник» довольно легко перекрывается и в случае серьезных проблем с той или иной группировкой финансовые потоки, которые она самостоятельно генерирует, перекрываются довольно быстро. Примерно ту же политику ведет и Турция — принимая часть контрабандной нефти (оценочно ее объем можно представить примерно в 6-7 тысяч баррелей в сутки: это приблизительно 40 стандартных автоцистерн объемом в 150 баррелей или порядка 90 10-кубовых автоцистерн). При этом немалая часть контрабанды в Турцию попадает по подземным трубопроводам, проложенным через границу. Полиция периодически находит их, но по понятной причине, ищет их без особого энтузиазма.

    Однако при такой постановке вопроса становится понятно, что существование месторождений под контролем ИГИЛ входит в интересы Запада и той же Турции - “прозападные” боевики, покупая нефть у ИГИЛ, финансируют свою борьбу с Асадом. Поэтому борьба с ИГИЛ и ведется аккуратно и для “галочки”. У Турции вообще с ИГИЛ свои отношения, связанные с ее борьбой с курдами - там политика вообще превалирует.

    Таким образом, понятно, что перекрыть границу для полусотни — максимум сотни грузовиков при том, что через нее ежесуточно проходит на несколько порядков большее количество других автомашин, даже при очень большом желании весьма непросто. Когда его нет (или почти нет) — это еще сложнее.

    Тем не менее, если вести речь об обвинениях в адрес Турции со стороны Москвы, то они, безусловно, имеют под собой почву. Даже 7 тысяч баррелей контрабандной нефти — это реальное финансирование терроризма. При цене «на скважине» в 20 долларов это 140 тысяч долларов в сутки или 50 миллионов долларов в год. При доходах Исламского государства от нефтяного бизнеса (включая и торговые пошлины) почти в 3 млн долларов в день 140 тысяч турецкого финансирования выглядят не слишком серьезно: около 5 процентов. То есть, это (повторюсь) — реальное финансирование терроризма, но с остальными 95% что делать?

    russianpulse.ru

    Что известно о производстве нефти, контролируемом ИГИЛ, и куда эта нефть направляется

    Малая часть нефти, добываемой на контролируемых ИГИЛ (запрещенная в РФ организация. - Прим. ред.) месторождениях, поступает в Турцию, пишет Жан-Мишель Беза в статье, опубликованной в газете Le Monde.

    "Кризис, в котором Россия противостоит Турции, возникший после того, как турецкие истребители сбили российский бомбардировщик в районе сирийской границы, 2 декабря прошлого года вышел на новый этап.Заместитель министра обороны России Анатолий Антонов обвинил президента Эрдогана и его семью в том, что они извлекают выгоду из контрабанды нефти, которую поставляет ИГИЛ", - пишет корреспондент.

    "Исламское государство" в настоящее время контролирует 60% добычи нефти в Сирии и 10% в Ираке. Пик добычи пришелся на 2014 год, когда он достигал 70-100 тысяч баррелей в день. Но с тех пор уровень добычи упал. Одной из причин, по словам экспертов, является изношенность оборудования на сирийских месторождениях. В настоящее время объем добычи снизился до 20 тысяч баррелей в день.

    После провозглашения халифата в июне 2014 года Абу Бакр аль-Багдади пригласил на работу инженеров-нефтяников, способных восстановить этот сектор экономики, разрушенный войной, и создать в определенной степени эквивалент нефтяной компании. Сотрудникам была обещана высокая зарплата. Оборудование поставлялось из Турции, что позволило джихадистам продолжить добычу нефти, отмечает автор статьи.

    Руководство ИГИЛ ведет строгий учет добываемой и продаваемой нефти, поскольку она является одним из основных источников финансирования организации, наряду с поборами с населения и контрабандой различного рода. В прошлом году нефть приносила халифату прибыль в размере до 500 миллионов долларов в год и составляла треть доходов, отмечают многие источники.

    Один из экспертов сообщает, что ИГИЛ всегда продавало нефть по низкой цене: когда на мировом рынке ее цена упала до 50 долларов за баррель, террористическая группировка продавала ее за 20-30 долларов. Добываемая нефть продавалась в Сирии, экспортировалась контрабандным путем или использовалась на месте, в целях обеспечения ведения боевых действий и экономической деятельности. "Экспорт сырой нефти значительно сократился. Он, как кажется, теперь ограничивается транзакциями с сирийским режимом в районе Дейр-эз-Зор", - полагает Патрик Озгуд, эксперт Iraq Oil Report. Нефть также продается повстанцам в Сирии в зонах, неконтролируемых ИГИЛ, пишет корреспондент.

    Малая часть нефти направляется в Турцию, порой в канистрах на мулах. Эту контрабанду Турция всегда отрицала, хотя граница между Ираком, Сирией и Турцией всегда была раем для всякого рода контрабандистов. Еще в 90-е годы, когда действовала программа "Нефть в обмен на продовольствие", здесь уже вовсю велась торговля нефтью, ИГИЛ просто возобновило эту практику, пишет корреспондент.

    Источник: Le Monde

    voozl.com

    Дешевая нефть у ИГИЛ скоро закончится | Блог obamaLoh

    Комментарии многочисленных экспертов нефтяного рынка преисполнены пессимизма. Их общий тон сводится к тому, что нашу нефть начинают потихоньку вытеснять с рынка, а на шею России уже надели петлю и готовятся повторить вариант развития событий с Ираком при Саддаме Хусейне. Ведущий эксперт Фонда энергетической безопасности Илья Юшков о том, чего ждать от цен на нефть в ближайший год, и всё ли так мрачно на рынке для России сегодня.

    Эксперты обращают внимание на увеличение роли дешевой нефти с Ближнего Востока, поставляемой боевиками ИГИЛ («Исламское государство», деятельность организации запрещена на территории России) в Турцию и другие страны региона, а также на решение США экспортировать нефть, чья себестоимость ниже, чем у аналогичного продукта российского производства, и позволяет удержать такую ценовую характеристику в течение как минимум нескольких лет.

    «Не стоит обращать внимания на апокалиптические высказывания. У нас всё это довольно эмоционально воспринимается, но на самом деле ситуация кардинально иная: беспокоиться, скорее, нужно по сбыту газа. Объемы добычи большие, но продавать некуда. А с нефтью наоборот: у нас эти объемы купят, но мы просто не сможем их добыть», – считает эксперт.

    По его словам, конкуренция на рынке нефти была всегда, и в плане стоимости продукции Россия находится в не самом плохом положении.

    «Важно понимать, что в Штатах никто не принимал решения экспортировать нефть. Там разрешили экспортировать газовый конденсат и нефтепродукцию, но США до сих пор остаются вторым после Китая импортером нефти. Другой вопрос, из-за того, что они добывают всё больше сланцевой нефти, то потихоньку сокращают импорт и меняют его структуру. Они всё больше начинают завозить из стран Южной и Северной Америки (Канады, Мексики, Бразилии, Венесуэлы) и тем самым сокращают закупки у дальневосточных стран», – комментирует собеседник.

    Все крупные поставщики нефти страдают от низких цен.

    «И мы, и саудиты, и Индия распаковали свои резервы. Больше всего страдают такие страны, как Венесуэла. Она и при 200 долларов за баррель, кажется, начала спешно корректировать свой бюджет, опасаясь близкого геополитического и экономического коллапса. Уверен, что громыхнет и в Алжире, который стабильно поставляет нефть и газ в Европу», – говорит Юшков.

    Та же дешевая нефть, которую добывают исламисты, имеет свой предел и скоро закончится.

    «Они дожимают то, что есть в Сирии и Ираке, на тех территориях, что они захватили. По разным оценкам, от 9 до 11 месторождений. Поначалу террористы добывали чуть ли не по 50 тысяч баррелей в сутки, но потом сбавили темп. Всё потому, что они не поддерживают добычу, а просто отжимают то, что есть. Не бурят новых скважин, не поддерживают там давление. Ну и плюс не забываем про авиаудары по месторождениям. Сейчас темпы выработки сократились до 35-40 тысяч баррелей в сутки», – заявляет собеседник.

    Он подчеркивает, что этими работами занимаются даже не сами члены ИГИЛ – те просто контролируют месторождение, а подгоняют на работы местных жителей, участников других группировок и людей, которые потеряли работу.

    «Эти же граждане и продают дешевую нефть всем подряд. Внутреннее потребление в Сирии и Ираке довольно низкое, поэтому нужно перебить канал поставок в Турцию и другие страны типа Ливана. При этом стоит учитывать, что ключ к цене в ближайшем будущем будет лежать даже не в экономической плоскости, а в политической. Если начнутся проблемы с нефтью в Венесуэле, Алжире, начнутся и социальные протесты, и смена власти. Не исключаю ухудшения российских отношений с саудитами, которые уже воюют на рынке с Ираном и нефтью ИГИЛ. Но в целом, есть надежда, что цена на нефть немного оттолкнется ото дна», – резюмирует эксперт.

    Остается добавить, что уже в этот четверг, 3 декабря в Вене состоится саммит ОПЕК, где страны-экспортеры решат вопросы о целесообразности борьбы за сохранение рынков. Если не предпринять попыток по стабилизации рынка, существует опасность падения стоимости барреля нефти с нынешних $45 до $25. Что, конечно, не добавляет общественности многих стран, чья экономика завязана на нефти, веры в светлое будущее.

    Дмитрий Пятов

    ×

    cont.ws