Добыча нефти и газа в Норвегии Суверенитет Норвегии. Добыча нефти в норвегии


Добыча нефти в Норвегии неожиданно упала: mikle1

 «В сентябре добыча жидких углеводородов в Норвегии упала на 13,75 по сравнению с августом. Как говорится в докладе Норвежского нефтяного директората (Norwegian Petroleum Directorate – NPD), производство сократилось на 255 тыс баррелей в сутки до 1,607 млн баррелей в день. И это стало настоящей неожиданностью для экспертов рынка, так как никаких крупных остановок на нефтедобывающих платформах страны в прошлом месяце не было.

Причем ранее NPD прогнозировала, что сентябрьская добыча составит 1,829 млн баррелей в сутки. Непосредственно нефти в прошлом месяце производилось 1,302 млн баррелей в день, что на 11,9% ниже прогноза NPD. А объем добычи широкой фракции легких углеводородов (ШФЛУ) составил 275 тыс баррелей в сутки, конденсата — 29 тыс. баррелей в день.NPD никак не прокомментировал возможные причины такого сокращения. Однако, не исключено, что снижение производства является первыми признаками грядущего кризиса нефтегазовой отрасли Норвегии».Комментарий. Вообще, я уже пару раз писал о том, что у Норвегии в последние годы было все очень плохо в вопросе поиска новых месторождений. Многие поисковые скважины оказывались пустыми, а коэффициент замещения добытых ресурсов едва достигал 20-25% (и то не в каждые годы).

Пик добычи нефти и конденсата был достигнут Норвегией в 2001 году, когда страна добывала по 3,4 млн. баррелей в сутки. Сегодня, страна уже потеряла более половины добычи и далее, до ввода в действие «последней надежды нефтяной отрасли страны», второй очереди месторождения «Йохан Свердруп» в 2020 году она будет продолжать падать. Да и потом, можно будет рассчитывать только на некоторое замедление падения.

Что касается газа, то там ситуация чуть лучше. Норвегия сейчас находится на пике добычи. Правда поддерживать его становится все труднее и труднее. Технологические достижения позволяют пока удерживать текущие объемы (порядка 110-115 млрд. кубов в год), но уже через пару лет начнется падение, которого уже точно не избежать. Вначале небольшое. Но к 2030 году все более существенное.

Юра Подоляка, http://naspravdi.info/novosti/dobycha-nefti-v-norvegii-neozhidanno-upala

mikle1.livejournal.com

Уровень добычи нефти в Норвегии в 2018 году

Была ли информация Вам полезна?

Последние данные

27.10.2018 1555.00 BBL/D/1K 1517.00 BBL/D/1K
29.09.2018 1517.00 BBL/D/1K 1350.00 BBL/D/1K
01.09.2018 1350.00 BBL/D/1K 1544.00 BBL/D/1K
28.07.2018 1544.00 BBL/D/1K 1549.00 BBL/D/1K
29.06.2018 1549.00 BBL/D/1K 1596.00 BBL/D/1K
19.06.2018 1596.00 BBL/D/1K 1652.00 BBL/D/1K
28.04.2018 1652.00 BBL/D/1K 1567.00 BBL/D/1K
22.03.2018 1567.00 BBL/D/1K 1560.00 BBL/D/1K

Morgan Stanley

GBP/USD Покупка

CitiBank

NZD/USD Продажа

Reuters IFR

EUR/USD Продажа

Morgan Stanley

EUR/USD Покупка

Bank of America

EUR/GBP Покупка

ОБУЧАЮЩИЕ СТАТЬИ

take-profit.org

Добыча нефти в Норвегии неожиданно упала

В сентябре добыча нефти в Норвегии резко упала. И это стало настоящей неожиданностью для экспертов рынка, так как никаких крупных остановок на нефтедобывающих платформах страны в прошлом месяце не было:

«В сентябре добыча жидких углеводородов в Норвегии упала на 13,75 по сравнению с августом. Как говорится в докладе Норвежского нефтяного директората (Norwegian Petroleum Directorate – NPD), производство сократилось на 255 тыс баррелей в сутки до 1,607 млн баррелей в день.

Причем ранее NPD прогнозировала, что сентябрьская добыча составит 1,829 млн баррелей в сутки. Непосредственно нефти в прошлом месяце производилось 1,302 млн баррелей в день, что на 11,9% ниже прогноза NPD. А объем добычи широкой фракции легких углеводородов (ШФЛУ) составил 275 тыс баррелей в сутки, конденсата — 29 тыс. баррелей в день.

NPD никак не прокомментировал возможные причины такого сокращения. Однако, не исключено, что снижение производства является первыми признаками грядущего кризиса нефтегазовой отрасли Норвегии».

Комментарий. Вообще, я уже пару раз писал о том, что у Норвегии в последние годы было все очень плохо в вопросе поиска новых месторождений. Многие поисковые скважины оказывались пустыми, а коэффициент замещения добытых ресурсов едва достигал 20-25% (и то не в каждые годы.

Пик добычи нефти и конденсата был достигнут Норвегией в 2001 году, когда страна добывала по 3,4 млн. баррелей в сутки. Сегодня, страна уже потеряла более половины добычи и далее, до ввода в действие «последней надежды нефтяной отрасли страны», второй очереди месторождения «Йохан Свердруп» в 2020 году она будет продолжать падать. Да и потом, можно будет рассчитывать только на некоторое замедление падения.

Что касается газа, то там ситуация чуть лучше. Норвегия сейчас находится на пике добычи. Правда поддерживать его становится все труднее и труднее. Технологические достижения позволяют пока удерживать текущие объемы (порядка 110-115 млрд. кубов в год), но уже через пару лет начнется падение, которого уже точно не избежать. Вначале небольшое. Но к 2030 году все более существенное.  

naspravdi.info

Подкачали (Опыт Норвегии в нефтегазовой и социальной сферах экономики)

Норвегия является крупнейшим западноевропейским производителем нефти и газа, и это обстоятельство, помимо баснословных доходов, на протяжении 50 лет с момента открытия месторождений нефти оставалось неизменной головной болью норвежских властей. Причиной тому — возможность подхватить так называемую «голландскую болезнь». На протяжении десятилетий власти страны не отмечали значительных симптомов болезни, а теперь официально объявлено об исцелении. Полезный пример самолечения экономических недугов для России — в материале «Ленты.ру».

Норвегию регулярно ставят в пример другим государствам: страна с населением чуть более пяти миллионов достигла огромного экономического роста благодаря экспорту нефти, не только эффективно распорядившись собственными природными ресурсами, но и заработанными деньгами. Экономисты из Норвежской школы бизнеса утверждают, что страна избежала «голландской болезни». Термин получил название из-за зафиксированного в Нидерландах негативного экономического эффекта, последовавшего за открытием в 1959 году богатого газового месторождения и бурного роста добывающего сектора. За его разработкой последовал стремительный рост экспорта газа, укрепление национальной валюты, которые в итоге привели к рецессии.

При «голландской болезни» в экономике происходит перекос в сторону добывающего сектора, который переживает настоящий бум. Резкий рост экспорта приводит к укреплению национальной валюты. Добывающая отрасль перетягивает к себе рабочую силу из товарно-производственного сектора, который в условиях роста курса валюты становится неконкурентоспособным. На фоне роста дешевого импорта этому сектору становится невыгодно производить собственные товары и продавать их на внутреннем рынке, а уж тем более за рубеж. Параллельно рост благосостояния граждан провоцирует рост спроса на неторгуемые товары (например, недвижимость, земля или услуги, которые невозможно экспортировать). Этот «эффект расходов» также ведет к утечке кадров из промышленности, только уже в сферу услуг.

Фото: Greg A. Syverson / Getty Images

В краткосрочной перспективе экспорт ресурсов эффективен и позволяет получить сверхдоходы, однако в долгосрочной возникший эффект приводит к деградации промышленности. Государство оказывается в ситуации деиндустриализации, отстает в промышленном развитии от всего мира и полностью зависит от цен на экспортный товар. Актуальный пример «голландской болезни» — это Венесуэла, где обвал нефтяных цен спровоцировал экономический кризис. Зависимость государства от одного вида экспорта отпугивает инвесторов — ресурс может упасть в цене, а то и вовсе кончиться. Государство останется с деградировавшей недиверсифицированной экономикой и столкнется с кризисом. Подобная проблема была в СССР: когда легкоизвлекаемые запасы нефти начали подходить к концу, советское правительство столкнулось с падением доходов государства, затем падением национальной валюты, а в конечном итоге — с самым настоящим крахом экономики.

«Голландская болезнь» не обязательно проявляет себя в сырьевых экономиках — явление может возникнуть в любой стране, в экспорте которой доминирует один продукт. Примерами могут служить австралийская золотая лихорадка XIX века и бум экспорта кофе из Колумбии в 70-е годы XX века. Однако чаще всего, говоря о «голландской болезни», подразумевается экономический бум на фоне экспорта нефти и газа.

Универсального лекарства от «сырьевого проклятья» нет, основными способами избежать этого явления считается сдерживание чрезмерного роста курса валюты и повышение конкурентоспособности промышленных секторов, пострадавших от сырьевого бума. Чтобы достичь этого, правительствам не следует делать мгновенного «вливания» полученных сверхдоходов в экономику, а аккумулировать их в резервных фондах и инвестировать. Подобные фонды становятся государственными копилками, в которых деньги хранятся для будущих поколений и которые дают уверенность в завтрашнем дне.

Другим способом являются протекционистские меры, которые будут стимулировать конкурентоспособность других отраслей, в том числе с помощью инвестиций в образование и инфраструктуру, однако здесь также кроются риски довести собственную промышленность до неконкурентоспособного уровня.

Группа исследователей из Норвежской школы бизнеса на примере королевства также показала, что сырьевая зависимость вовсе не всегда является действительным проклятьем и может быть позитивным явлением при грамотной внутренней политике. Норвегия на момент открытия запасов нефти в 1969 году не имела технологий, знаний и специалистов для самостоятельной разработки месторождений. На сырьевой рынок этой страны вышли иностранные игроки, которые занимались ключевыми вопросами, в которых Норвегия была на тот момент недостаточно компетентна. Государство же выступало лишь в качестве бенефициара, получая доходы от разработки нефти. Однако грамотная политика Норвегии позволила интегрировать и адаптировать граждан, работавших в других сферах, в нефтедобычу, создать сопутствующие производства и стать экспортером разработанных ею технологий. В качестве примера экономисты привели норвежцев, которые прежде работали сварщиками на судоверфях, однако после открытия запасов нефти и стагнации отрасли судостроения получили опыт в сложных комплексных глубоководных работах.

Более того, начиная с 90-х годов, Норвегия смогла перегнать по производительности труда соседнюю Швецию. Как утверждают исследователи из Норвежской школы бизнеса, этого удалось достичь именно благодаря развитию нефтегазовой отрасли — Норвегия прошла долгий путь от еще одной «бензоколонки» в экспортера технологий и профессиональных знаний в этой сфере, а своевременное создание собственного резервного фонда и грамотное управление деньгами, которые направлялись на развитие других секторов экономики, помогли государству избежать симптомов «голландской болезни».

Избежать эффекта расходов Норвегии позволило создание крупнейшего в мире фонда национального благосостояния — Государственного нефтяного фонда, который пополняется за счет сверхдоходов от экспорта ресурса. За 20 лет его существования объем активов фонда превысил триллион долларов. «Я не думаю, что во время первого зачисления нефтяных доходов в фонд в мае 1996 года кто-либо мог ожидать, что объем активов достигнет триллиона долларов… Это веха, а рост рыночной стоимости фонда был ошеломляющим», — сказал глава Norges Bank (Центробанк Норвегии) Investment Management Ингве Шлингстад.

Фонд практически неприкосновенен — большая часть поступающих в него средств инвестируется в международные активы, что превратило фонд в одного из крупнейших акционеров с долями более чем в девяти тысячах компаний по всему миру. Лишь малая часть (около трех процентов) средств фонда идет на государственные расходы — тратить разрешается только доходы от вложений. Все остальное планируется оставить будущим поколениям — об этом говорит и название структуры (она была переименована в 2006 году) — Государственный пенсионный фонд Норвегии.

Норвежские власти крайне успешно управляют средствами фонда. Так, только за 2017 год фонд удвоил свою доходность — с 6,9 процента в 2016 году до 13,7 процента в нынешнем, заработав более 130 миллиардов долларов. Для сравнения, управление средствами объединенных Резервного фонда и Фонда национального благосостояния (ФНБ) от размещения на счетах Банка России по итогам 2017 года принесли убытки — минус 0,10 процента.

Фото: Inked Pixels / Shutterstock

По мнению норвежских экономистов, одной из главных причин, почему страна избежала «голландской болезни», сталисвоевременные меры по нивелированию эффекта расходов. Не позволив чрезмерно разрастись сфере услуг на фоне нефтяного бума, государство воспользовалось повышением производительности труда в добыче ресурсов. Это привело к появлению сопутствующих производств (разведка полезных ископаемых, транспортировка) и, в целом, повысило производительность труда во всех отраслях экономики, что позволило стране диверсифицировать собственную экономику, став не просто поставщиком углеводородов на европейский рынок, но также экспортером накопленных знаний и технологий.

Вдобавок, чтобы избежать головокружения от успехов и эффекта расходов власти Норвегии держат в ежовых налоговых руковицах нефтяную отрасль — корпоративный налог в стране составляет 23 процента (в России 20 процентов), для нефтяников же к нему добавляется так называемый специальный налог в размере 55 процентов от доходов. Таким образом, предельная ставка в нефтяном секторе может достигать 78 процентов.

В итоге Норвегия превратилась в классическое государство неосоциализма, которое максимально раскрывает человеческий потенциал, например, расходы на здравоохранение в стране — одни из самых высоких в мире — более шести тысяч долларов на человека в год, против 1,3 тысяч долларов в России. Аналогичная ситуация наблюдается в сфере образования.

Симптомы «голландской болезни» у России налицо, яркое тому доказательство — экономический кризис (или затяжная рецессия) с 2013 года по настоящее время. Российским властям следовало бы взять на вооружение несколько положительных примеров у соседней Норвегии, например, та же система налогообложения. Российский нефтяной сектор облагается двумя типами сборов с отрасли — это налог на добычу полезных ископаемых (НДПИ) и экспортная пошлина на нефть. Экспортная пошлина на нефть с 2018 года составляет 120 долларов за тонну, однако, если экспорт идет с трудноизвлекаемых месторождений, владелец получает широкие льготы.

Еще лояльнее к нефтяникам НДПИ. Ставка налога для отрасли — это целая математическая формула, которая включает в себя коэффициент, определяющийся текущей стоимостью барреля нефти на мировых рынках, то есть власти страны изначально входят в положение нефтяников, давая им льготы при падении цен на нефть. Вдобавок в формуле заложен коэффициент, который снижает итоговую ставку, если добыча опять же идет на трудноизвлекаемом месторождении. Более того, по некоторым месторождениям власти страны вообще обнуляют налоговые ставки, мотивируя это опять же сложностью разработки. В итоге получается, что российские компании не заинтересованы в развитии отрасли для снижения собственных издержек, они недостаточно вкладывают в развитие технологий — то, что делала Норвегия.

Антон Силуанов и Эльвира Набиуллина

Фото: Алексей Дружинин / РИА Новости

Пример Норвегии привлекателен для российских властей, о чем свидетельствуют недавние высказывания министра финансов Антона Силуанова, который называл опыт северного соседа «крайне привлекательным». В сфере налогообложения нефтяной отрасли действительно грядут большие изменения: вместо НДПИ с 2019 года заработает налог на добавленный доход (НДД), который будет взиматься непосредственно с доходов от продажи нефти за вычетом экспортной пошлины. Ставка налога составит 50 процентов, с 2019 года НДД должен заработать на пилотных проектах.

Если в налоговой сфере идут подвижки, то в вопросе управления нефтяными доходами по-прежнему все грустно — убытки при управлении российскими резервами на фоне 13,7-процентной доходности у Норвегии говорят сами за себя. Более того, российские резервы зачастую идут на латание бюджетных дыр, к чему в итоге привело исчерпание, а затем и вовсе ликвидация Резервного фонда и присоединение его к Фонду национального благосостояния. Норвегия же доходы от нефти направляет на развитие того, что принято называть «социальным капиталом» — здравоохранение, образование, высокотехнологичные отрасли. Эффективности вложений у Норвегии точно стоит поучиться.

xn--b1aecn3adibka9mra.xn--p1ai

Добыча нефти в Норвегии заметно сокращается

В сентябре добыча жидких углеводородов в Норвегии упала на 13,75% по сравнению с августом. Как говорится в докладе Норвежского нефтяного директората (Norwegian Petroleum Directorate – NPD), производство сократилось на 255 тыс баррелей в сутки до 1,607 млн баррелей в день.

Причем ранее NPD прогнозировала, что сентябрьская добыча составит 1,829 млн баррелей в сутки. Непосредственно нефти в прошлом месяце производилось 1,302 млн баррелей в день, что на 11,9% ниже прогноза NPD. А объем добычи широкой фракции легких углеводородов (ШФЛУ) составил 275 тыс баррелей в сутки, конденсата — 29 тыс баррелей в день.

NPD никак не прокомментировал возможные причины такого сокращения. Однако, не исключено, что снижение производства является первыми признаками грядущего кризиса нефтегазовой отрасли Норвегии.

Еще зимой директорат выпустил доклад, в котором прогнозировалось, что в 2018 году Норвегия сократит ежесуточную нефтедобычу на 2%, до 1,55 млн баррелей в день. В 2017 году этот показатель составлял 1,59 млн баррелей в сутки.

“Согласно ожиданиям, нефтедобыча в Норвегии будет сокращаться до 2020 года, после чего месторождение Johan Sverdrup поможет снова увеличить производство”, – проинформировали в NPD.

Однако в госкорпорации Equinor ASA (экс-Statoil) не слишком полагаются на это месторождение. Там утверждают, что оно лишь временно решит проблему, а в середине 2020-х годов добыча нефти в Норвегии начнет неуклонно сокращаться.

В Equinor ASA подчеркивают, что только разработка нефтегазовых залежей Лофотенских островов, запасы которых составляют около 1,3 млрд баррелей нефти, может спасти ситуацию. Бурение на Лофотенах в течение многих лет было одним из самых спорных вопросов во внутренней политике Норвегии.

В последнее время появились признаки того, что норвежские лейбористы, давние союзники нефтяной индустрии страны, готовы отказаться от борьбы за открытие региона для добычи углеводородов.

Если лейбористы прекратят настаивать на открытии островов для геологоразведки, в парламенте останется большинство, которое хочет навсегда закрыть Лофотены для нефтегаза. Если это произойдет, норвежским нефтяникам останется только вести исследования в Баренцевом море. А разведка там пока не принесла серьезных результатов.

www.rusfact.ru

Добыча нефти и газа в Норвегии Суверенитет Норвегии

Добыча нефти и газа в Норвегии

Суверенитет Норвегии над норвежским континентальным шельфом на исследование и использование природных ресурсов, находящихся под морским дном, был провозглашен 31 мая 1963 г. Новым законом установлено, что собственником этих участков является государство, и что только Король, на практике правительство, может давать разрешение на разведку и добычу нефти и газа. В тот же год нефтяным компаниям была предоставлена возможность производить предварительные исследования. Летом 1966 г. на норвежском континентальном шельфе пробурили первую разведывательную скважину. С начала 70-х годов в политике Норвегии в области нефтегазодобывающей отрасли ключевое значение имели национальное управление и контроль, а также создание норвежской нефтяной промышленности с участием государства. Контроль и управление были предоставлены Стортингу (парламенту Норвегии), правительству, министерству и вновь созданному Нефтяному директорату. Решения об открытии для разведки и разработки новых районов должны были приниматься Стортингом, и право выделения концессий было оставлено за Правительством. В 70-е годы деятельность по разведке ресурсов проходила только южнее 62 параллели. Чтобы удерживать темпы развития в этой отрасли, шельф открывали для эксплуатации постепенно, и каждый раз, когда проводился конкурс на получение лицензий, речь шла только об ограниченном числе блоков. На начальном этапе в деятельности по разведке преобладали иностранные компании, и первые месторождения также были разработаны ими. Иностранным компаниям в перспективе была отведена важная роль, но придавалось большое значение созданию норвежской нефтяной промышленности. Государственная норвежская нефтяная компания «АС Статойл» была основана в 1972 г. В течение 10 последних лет объемы добычи нефти и газа в Норвегии значительно росли, и сегодня страна занимает 3 место в мире после Саудовской Аравии и России по экспорту сырой нефти. Нефтяная промышленность теперь составляет значительную часть экономики Норвегии и приносит большие доходы государству.Будучи западной индустриальной страной, занимающей ведущее положение в экспорте нефти, Норвегия имеет разнообразные интересы. Норвегия располагает приблизительно 50% оставшихся запасов нефти и газа в Западной Европе. Мы участвуем в сотрудничестве по разработке политики в области производства и использования энергии Международного агентства по энергетике наравне с другими странами-членами Организации экономического сотрудничества и развития, являющимися нашими самыми важными политическими и экономическими партнерами. Одновременно мы разделяем важные интересы с другими нефтеэкспортирующими странами, как состоящими в ОПЕК, так и не являющимися его членами.В 2000 г. экспорт нетто сырой нефти из Норвегии составлял 2,9 млн. баррелей в день, что ставит Норвегию на третье место среди самых крупных экспортеров нефти в мире после Саудовской Аравии (6,5 млн. баррелей в/д) и России (4,3 млн. баррелей в/д). Самыми важными рынками (первыми странами-получателями) были Великобритания (22%), Нидерланды (15%), Франция (13%), США (6%) и Германия (6%). В то время добыча сырой нефти составляла 3,1 млн. баррелей в/д. Ожидаются, что до 2004 г. объемы добычи сырой нефти сохранятся на том же уровне, а затем последует снижение. Предполагается, что в 2010 г. размеры добычи немного превысят 2 млн. баррелей в/д.Норвегия занимает 2 место в мире по экспорту газа в Западную Европу и покрывает потребность стран Европейского Союза на 15%. В 2000 г. экспорт газа из Норвегии составлял 48,6 млрд. кубометров. Основными получателями были Германия (38%) и Франция (25%). Норвежский газ также экспортировали в Бельгию (11%), Нидерланды (10%), Испанию (5%), Великобританию (5%), Чехию (3,9%) и Польшу (0,1%). Поставки газа в соответствии с заключенными контрактами достигнут наиболее высокого уровня в 2005-2006 гг., когда размеры будут около 70 млрд. кубометров. Однако, в перспективных планах не исключается, что годовой экспорт газа с норвежского шельфа может достичь уровня приблизительно 90 млрд. кубометров. Исходя из разведанных ресурсов, а также учитывая мероприятия по увеличению эффективности добычи, можно будет поддерживать сегодняшний уровень добычи газа в течение еще 80 лет. В 1985 г. большинство инвестиций «Статойла» в открытых для добычи районах норвежского шельфа были разделены на экономическую долю «Статойла» и на долю, которая стала называться «Прямые государственные финансовые интересы (SDØE) в нефтяной отрасли». В 1999 г. на SDØE приходилось около 43% объемов добычи на норвежском шельфе.В начале 2001 г. правительство предложило путем выставления акций на биржу допустить других владельцев в «Статойл». После принятия предложения Стортингом в апреле 2001 г. 18 июня 2001 г. акции «Статойл» были выставлены на биржах Осло и Нью-Йорка. Теперь 18,2 % акций компании находятся в свободной продаже. В 1990 г. Стортинг постановил создать Государственный Нефтяной фонд Норвегии. Первые отчисления в него имели место только в 1996 г. Доходную сторону фонда составляют поток наличных средств от нефтяной отрасли и дивиденды Нефтяного фонда. В 2000 г. стоимость фонда возросла на 164 млрд. норвежских крон, а по истечению года она составляла 386,4 млрд. норвежских крон. Стоимость экспорта сырой нефти и природного газа за 2000 г. оценивают в сумму чуть меньше 300 млрд. норвежских крон, что соответствовало приблизительно 46% общего норвежского экспорта. Доля ВНП, которая приходится на нефтяную отрасль, составляла в 2000 г. примерно 22%.

e.120-bal.ru

Добыча нефти в Норвегии растет, forexmetic.com

ВходРегистрация
  • Новости
  • Обучение
    • Статьи
    • Видео
    • Вебинары
  • Аналитика
    • Технический анализ
    • Фундаментальный анализ
    • Мнения экспертов
    • Экономический календарь
  • Стратегии
  • Книги
  • Загрузки
    • Инструменты
    • Роботы
    • Архивы вебинаров
  • Обзоры
  • О нас

forexmetic.com