Бесполезные богатства. Есть ли нефть в афганистане


В Афганистане нашли полезных ископаемых на триллион долларов, но возможности разрабатывать их нет: Экономика: Lenta.ru

Земля Афганистана, как выяснилось, богата не только почвами, хорошо пригодными для выращивания опиумного мака. Американские геологи, трудившиеся под началом Пентагона, обнаружили в стране гигантские запасы полезных ископаемых. В списке разведанного - железо, кобальт, золото, медь на общую сумму более 900 миллиардов долларов. Но главное богатство среднеазиатской страны - легкий металл литий, необходимый для производства батарей.

Поиски природных ресурсов в недрах Афганистана начались еще во времена, когда страну контролировали советские войска. Ученые из СССР, несмотря на военные действия, исколесили всю страну, собрали массу ценных сведений о наличии полезных ископаемых и нанесли все это на карту. Разрабатывать ресурсы совместно с братским афганским народом предполагалось после того, как южного соседа удастся замирить и мало-мальски цивилизовать. Однако все сложилось иначе: "ограниченный контингент" ушел, Союз распался, а Афганистан вернулся в моджахедско-талибское средневековье. О разработке ископаемых пришлось забыть за неактуальностью.

Через некоторое время после входа в Афганистан войск НАТО в начале 2000-х о природных богатствах страны вновь вспомнили - теперь уже ее новые опекуны. Выяснилось, что составленные нашими специалистами карты чудом сохранились в ходе гражданской войны и интервенции НАТО. Афганские геологи спрятали ценнейшие документы у себя дома и передали военной администрации после изгнания "Талибана" из Кабула в 2001 году.

С 2004 года американские ученые начали собственные изыскания, опираясь на старые карты. Исследования велись в основном с борта самолета, но с использованием самых новейших технологий. За пять лет было проделано несколько попыток полномасштабного изучения геологии страны, в результате которых знания о ее ресурсном потенциале были значительно обогащены.

Итак, чем же располагает горная страна в самом центре Азии? Судя по данным, опубликованным в The New York Times, нефти и газа там пока в товарных количествах сравнительно немного, зато различных металлов в Афганистане оказалось в избытке. Больше всего железа - стоимость его запасов оценивается американскими геологами в 421 миллиард долларов. Залежи афганской меди стоят 274 миллиарда долларов, редкоземельного металла ниобия - в 81,2 миллиарда долларов, кобальта - 50,8 миллиарда, золота - 25 миллиардов и молибдена - 24 миллиарда.

В сумме выходит чуть более 900 миллиардов долларов. Для Афганистана эта сумма воистину гигантская. Для сравнения, весь ВВП страны составлял в 2009 году лишь 13,5 миллиарда долларов, то есть разработки найденных ископаемых хватило бы государству для самообеспечения в течение 80 лет.

Но и это еще не все. Отдельная экспедиция, проведенная геологами под патронажем Пентагона, обнаружила в солончаках в Западном Афганистане колоссальные запасы лития. Самого легкого металла на этой территории оказалось так много, что месторождение оценивают как богатейшее в мире. В записке американского военного ведомства Афганистан даже назвали "литиевой Саудовской Аравией".

Литий - металл чрезвычайно ценный и стратегически важный. Он практически незаменим в производстве батарей и аккумуляторов. С учетом того, что автопроизводители все больше и больше внимания уделяют выпуску транспортных средств на гибридных двигателях, уже в ближайшие годы спрос на металл может значительно превысить предложение.

Крупнейшие промышленные державы мира уже потирают руки. В особенности в полезных ископаемых Афганистана заинтересован Китай. В этой стране сосредоточена большая часть всей мировой переработки редкоземельных металлов и лития, которыми в первую очередь богат Афганистан. Если бы китайцам удалось замкнуть поставки сырья на себя, он бы стал мировым гегемоном не только в экспорте текстиля, электроники и стали, но и на модном нынче рынке "зеленых" товаров. Да и снижению зависимости от нефти третьей по величине экономике мира это тоже бы поспособствовало.

Пока, впрочем, ожидания сырьевого бума в Афганистане упираются во множество препятствий. Первое из них - технологическое. Примером бесполезного месторождения того же лития является Боливия, где его не столь давно обнаружили в количестве более 3 миллионов тонн. Таких объемов хватило бы на полное обеспечение мирового спроса на протяжении десятков лет, но вот незадача - металл в стране добывать очень сложно, поскольку он равномерно распределен в солях на территории во много тысяч квадратных километров.

C учетом требований боливийского правительства сосредоточить полный цикл добычи и обработки лития на территории страны инвесторы решили, что игра не стоит свеч. В результате природные богатства по-прежнему ждут хозяина.

Инвестиционные трудности неизбежно ждут и Афганистан. Советский Союз только начал приступать к разработке его природных богатств, а во время правления различных исламистских правительств в 90-е годы исчезла и эта крошечная индустрия. То есть всю разработку придется начинать с нуля. В этом коренное отличие от Ирака - там-то многочисленные месторождения нефти были всего лишь законсервированы на время войны. Сразу же после наведения в ближневосточном государстве минимального порядка инвесторы, по сути дела, пришли уже на все готовое. В Афганистане разработка, с учетом рельефа страны, практически нулевой инфраструктуры и полного отсутствия местных кадров влетит в десятки миллиардов долларов. Едва ли условные BHP Billiton или Chinalco согласятся вкладывать такие деньги даже под гарантии Кабула (которые сами по себе, к тому же, недорогого стоят).

Самой же главной проблемой является военно-политическая. Несмотря на все усилия, войска НАТО пока крайне далеки от контроля над большей частью территории страны - в Афганистане по-прежнему хозяйничают отряды "Талибана", племенные ополчения и просто вооруженные банды неизвестной политической окраски. Инвестиции любят стабильность и предсказуемость, но эти слова сейчас к Афганистану явно не относятся.

Конечно, любой недостаток при определенном желании можно выставить как преимущество. Разработка полезных ископаемых может приносить немалые деньги. Многие полевые командиры при определенных условиях, возможно, оказались бы не против получать от корпораций деньги в обмен на обеспечение безопасности месторождений. В конце концов, литий и железо - неплохая замена попавшему в последнее время в немилость маку.

Однако при таком раскладе в числе недовольных могут оказаться уже сама военная администрация Афганистана. Для корпораций деньги не пахнут, а вот американская армия будет не в восторге от того, что полученные вождями средства за "крышу" будут использоваться для проведения новых терактов.

В общем получается, что последние геологические открытия в Афганистане оказались не очень-то своевременными. О том, что Афганистан чрезвычайно богат полезными ископаемыми, догадывались многие и находки американских специалистов лишь подтвердили эти ожидания. Однако как обнаруженное извлечь на поверхность и переправить промышленным потребителям, не знает никто. Так что едва ли новые знания о богатствах Востока будут полезными в ближайшем будущем.

lenta.ru

Почему Афганистан поставлял газ Советскому Союзу?

В истории советско-афганских отношений есть один вопрос, который до сих пор не получил внятного разъяснения. Вопрос этот простой очень: почему Афганистан поставлял газ в Советский Союз?

И в самом деле: почему? Ведь СССР не относится к числу стран, обделенных запасами нефти и газа. Только в Средней Азии, только в Узбекистане и Туркменистане запасы газа исчислялись в 1 трлн 350,2 млрд куб.м. газа. Много это или мало? Это очень много. Запасы афганского газа исчислялись в начале 70-х годов в 116,5 млрд куб.м. Всего 8% по сравнению с запасами советских республик Средней Азии. Чтобы найти ответ на этот вопрос, надо обратиться к истории создания газовой промышленности Узбекистана и реализации амбициозного узбекского газового проекта 60-х годов.

Газовая промышленность Узбекистана сравнительно молода. Первый газ был получен на ферганских нефтепромыслах, попутно с нефтью в 1958 году. Открытие попутного газа подтокнуло геологов к более широким поисковым работам, и вскоре были открыты огромные газовые месторождения. Общие запасы газа были оценены геологами в 2,2 трлн куб.м., в том числе в месторождении Газли более 1 трлн куб.м.

Начало 60-х годов в СССР было временем реализации амбициозной программы под лозунгом «догоним и перегоним передовые капиталистические страны». Советский Союз прочно захватил первое место по промышленному производству, но все еще отставал по производству на душу населения, что тогда и сейчас считалось важным показателем уровня жизни. Н.С. Хрущев, провозгласивший наступление коммунизма через 20 лет (к началу 80-х годов), поставил задачу увеличить производство и превзойти уровень наиболее развитых стран, в первую очередь США.

Поскольку финансовые ресурсы Советского Союза были ограничены, то было решено удешевить производство. Поскольку большая часть затрат в промышленном производстве падает на сырье и топливо, было решено в первую очередь удешевить именно сырье и топливо. Рецепт решения этой задачи нашел академик А.Е. Пробст. Он утверждал, что топливо и энергию для всего хозяйства страны лучше всего проивзодить в Сибири, где имелись самые большие и доступные запасы угля и полезных ископаемых. Этим словам добавило веса открытие в Узбекистане и в Тюменской области РСФСР огромных запасов нефти и газа.

До этого главным топливом в Узбекистане был уголь, которого добывалось 3,5 млн тонн. Однако эта добыча не покрывала всех потребностей республики, и уголь приходилось ввозить. Добывалась нефть, 1,4 млн тонн в год. Но и этого не хватало для всех потребностей республики. В таком же положении были остальные среднеазиатские республики. Недостаток топлива и энергии тормозил развитие добычи руд и полезных ископаемых, развитие промышленности. Проблемы можно было бы решить за счет строительства ГЭС, однако они требовали больших вложений и долгого периода освоения. Хозяйственникам же 60-х годов хотелось быстрого результата.

Открытие газа в Газли пробудило надежды, что такой результат будет достигнут. Был разработан грандиозный проект снабжения газом центра страны, Урала и всех республик Средней Азии. Предполагалось ежегодно добывать и передавать по газопроводам 34,3 млрд куб.м. газа, в том числе 20 млрд куб.м. на Урал. Узбекистан должен был потреблять 9,2 млрд куб.м., и удовлетворять свои потребности в топливе на 82,7% газом. 3 млрд куб.м. газа использовалось для производства электроэнергии.

Однако, в реализацию проекта вмешались обстоятельства, которые заставили пересмотреть этот проект. Промышленный отбор из месторождения составляет 60% запасов. После отбора такого количества газа давление в пластах падает, и месторождение становится непригодным к разработке. При составлении проекта, плановики исходили из запасов в 2,2 трлн куб.м., и из промышленного отбора 1,32 трлн куб.м. При ежегодной добыче в 35 млрд куб.м. этого количества газа хватило бы до 1997 года.

Детальная разведка газовых месторождений показала, что запасы газа в них были резко переоценены. Газлийское месторождение оценивалось в более чем 1 трлн куб.м., а детальная разведка подтвердила наличие лишь 479,3 млрд куб.м., то есть меньше чем половины предполагаемых запасов. Геологический комитет СССР в 1967 году произвел переоценку запасов газа в Узбекистане и определил запасы газа в 856,1 млрд куб.м. Это был крах всего газового проекта, произошедший как раз тогда, когда он стал выходить на полную мощность. Отбор 60% газа из Газлийского месторождения должен был произойти в 1974 году. Это обстоятельство заставило резко сократить поставки газа по газовпроводу Бухара – Урал до 10-12 млрд куб.м. газа в год, и срочно искать источники пополнения запасов.

В 1970 году добыча газа в Узбекистане составляла 32,1 млрд куб.м., тогда как пропускная способность узбекских газопроводов составляла 34,3 млрд куб.м. Образовался дефицит газа в 2,2 млрд куб.м. Если бы он приходился только на Узбекистан, то республика лишилась бы всего производства электроэнергии и половины мощности химической промышленности. Добыча год от года падала, и в 1975 году дефицит составил уже 9,5 млрд куб.м.

Нужно было срочно найти источники восполнения дефицита. Одним из таких источников были туркменские месторождения. Они были открыты и разработаны позже узбекских, и тоже были ориентированы на передачу газа за пределы региона. В 1970 году Туркменистан из 13,1 млрд куб.м. добываемого газа 10,6 млрд отправлял по газопроводу Средняя Азия – Центр. В 1975 году – уже 19 млрд. Кроме того, в том же 1975 году с туркменских месторождений в газопровод Бухара – Урал подавалось 7 млрд куб.м. газа в год.

Этот газ восполнял дефицит в магистарльных газопроводах, но не восполнял его в системе газопроводов среднеазиатских республик, от которых зависело развитие промышленности и жизнь населения. Дефицит попытались восполнить за счет усиления добычи на узбекских месторождениях газа, но это удалось только частично. Удалось удвоить добычу в Бухарской области (до 28,2 млрд куб.м.), развить газовый промысел в Кашкадарьинской области (до 3,2 млрд куб.м.), и снять части нагрузки с Газлийского месторождения. На юге Узбекистана и Таджикистана произошел полный провал. Месторождения газа на левобережье Амударьи ввести в промышленную эксплуатацию не удалось.

При всех усилиях добыча и потребление газа не сходились с зазором примерно в 2,5 млрд куб.м. Промышленное развитие среднеазиатских республик было поставлено под угрозу срыва. Перед хозяйственниками встала необычная задача: найти поблизости от существующих газопроводов месторождение газа, способное восполнить этот дефицит. Взоры геологов обратились на Афганистан. Там, с 1958 года велись геологические изыскания, в ходе которых были открыты геологические структуры, перспективные на нефть и газ. В 1964 году были открыты нефтянные и газовые месторождения в провинции Дзаузджан: Анготское нефтянное, Етыг-Тагское, Ходжа-Гугртагское, Ходжа-Булакское газовые. Это открытие поспело как раз вовремя. Вскоре советское правительство предложило Афганистану помощь в строительстве газовых промыслов с годовой добычей в 3 млрд куб.м. газа в год. Этого количества вполне хватило бы для покрытия дефицита в Узбекистане и для развития некоторых производств в самом Афганистане. В 1968 году вошли в строй газовые промыслы в Шибиргане, газопровод до Мазари-Шарифа и до советской границы. В 1970 году вошла в строй ТЭЦ Мазари-Шарифа на газе и в 1975 году азотно-туковый комбинат, производивший удобрения.

В 1968 году начался экспорт газа в СССР. В том году его было передано 1,5 млрд куб.м. В 1969 году – 2 млрд., в 1970 году – 2,3 млрд куб.м. газа. Дефицит был покрыт, афганский газ частично передавался на снабжение Узбекистана, а частично на снабжение Таджикистана. Перспективный план развития газоснабжения учитывал ежегодную поставку 2,5-2,6 млрд куб.м. афганского газа.

Газовая промышленность в Афганистане принадлежала государству, и от его экспорта правительство получло 53 млн долларов в год, столько же, сколько от вывоза хлопка, шерсти, кож и каракуля. Газ сыграл большую роль в дальнейших событиях. Афганская газовая промышленность с самого начала родилась как придаток советской газовой промышленности в Средней Азии. Советское правительство не желало отказываться от такого приобретения, тем более, что с истощением узбекских газовых месторождений проблема газоснабжения все более обострялась.

Экспорт газа поставил афганское правительство в хозяйственную зависимость от Москвы. Это был надежный источник доходов. К тому же, нельзя было использовать 3 млрд куб.м. газа внутри Афганистана. В руках советского политического руководства оказался рычаг давления на афганское правительство. Отказом от импорта газа оно могло бы нанести Афганистану серьезный ущерб. Скорее всего, именно это обстоятельство не давало афганскому правительству воспротивиться нарастанию советского влияния и подготовке вооруженного переворота апреля 1978 года. После революции 1978 года, газ стал основным способом поддержки афганских коммунистов. При неизменных объемах поставок газа, цена за него постоянно росла, и к 1985 году достигла 309,4 млн долларов, против 53 млн. в 1978 году. Это явление, при неизменном объеме поставок, при неизменности цен на газ в СССР, можно объяснить только скрытой поддержкой коммунистического правительства, замаскированного под «внешнюю торговлю». Загадочно резкий рост цен был и по другим статьям экспорта. Если это так, то только в 1985 году правительство ДРА получило от Советского Союза под видом доходов от внешней торговли 290,3 млн долларов, в том числе от поставок газа – 256 млн долларов. Подобная «внешняя торговля» позволяла Советскому Союзу скрывать характер своего присутствия в Афганистане.

Одним словом, Афганистан поставлял газ Советскому Союзу потому, что советские плановики допустили крупные просчеты при составлении плана использования газовых месторождений Узбекистана. Афганский газ затыкал дыру в узбекском газовом проекте. Экспорт газа в СССР поставил Афганистан в зависимость от Москвы, открыл двери усилению влияния и подготовке переворота 1978 года, а после него был средством поддержки афганских коммунистов. Газ был основной экономической причиной советского вторжения в Афганистан.

maxpark.com

Какого цвета афганская нефть?.. - Постсовет.ру

Какого цвета афганская нефть?.. После десятилетия нахождения американского военного контингента в Афганистане и после слов Барака Обамы о возможном выводе этого контингента в 2014 году, похоже, наконец-то проявились принципы, по которым американцы могут остаться в этом регионе, что называется, навсегда. Совершенно неожиданно выяснилось, что Афганистан-то, оказывается, страна, располагающая огромными запасами нефти. Геологическая служба США, которой, видимо, сверху было настоятельно рекомендовано хоть что-то найти в афганских недрах, не просто нашла, а даже озвучила поистине грандиозную цифру афганских нефтяных богатств – почти 2 миллиарда баррелей. А ведь и правда, если бы геологические артели ничего в недрах Афганистана не нашли, то это была бы первая «безнефтяная» за многие годы кампания, в которой принимали участие Соединенные Штаты. А, как известно, в США не привыкли воевать «на сухую» — вот сердобольные геологи и решили вознаградить воинов демократии за их труды… Такой подарок от геологов, очевидно, весьма порадовал американские власти, а далее все пошло по классической отработанной схеме. Богатейшим месторождением, которое располагается в северной части Афганистана – у границы с Таджикистаном, в котором, кстати, не так давно тоже обнаружили нефть, заинтересовался один из нефтяных гигантов – компания Exxon. По сообщениям руководства этой компании, она готовая начать разработки нефтяных месторождений хоть сегодня, чтобы «помочь поднять экономику Афганистана» — кто бы сомневался… И самое интересное, что нефть нашли, ну, чуть ни вчера-позавчера. Удивительно, что никто о таком афганском чуде даже и не знал, да и вообще под фразой «афганское чудо» американцы привыкли подразумевать товар совсем иной, нежели нефть, природы… Казалось бы, теперь все должно стать на свои места: американские нефтестаратели придут на территорию северного Афганистана, определенный процент американских войск останется в Афганистане для контроля нефтепромысла, деньги потекут рекой в бюджет Афганистана, немного перепадет Exxon… Но в этой радужной картине есть несколько закавык, которые, очевидно, помешают столь идиллическому развитию событий. Во-первых, интерес к нефти проявляет не только Exxon (в частности китайская CNPC тоже пытается вести свою деятельность неподалеку — в бассейне реки Амударьи, не входя, правда в Афганистан). Целых семь компаний из разных стран мира, в том числе, из Саудовской Аравии, Турции, Пакистана и Индии, желают, наконец-то увидеть, какого же цвета афганская нефть. Во-вторых, не все афганцы могут правильно понять, если «раскопками» на их территории будут заниматься представители иностранных государств. В частности, могут неправильно понять посыл к «экономическому процветанию Афганистана», например, талибы. Да и нельзя забывать, что если нефть в Афганистане действительно есть, и есть она на севере страны, то север – это территория, которая, мягко говоря, не полностью контролируется афганским президентом Карзаем, если им вообще что-то в этой стране контролируется, кроме прикладывания руки к «братской» финансовой помощи, поступающей из-за рубежа. На севере Афганистана есть свои лидеры, которых местные жители готовы уважать куда больше, нежели Карзая. В частности, таким человеком является Абдул-Рашид Дустум, который успел повоевать против самых различных сил, а потому в сказки про то, как американцы будут поднимать афганскую экономику с помощью выкачивания афганской нефти, верить явно не будет. Ну, если конечно, самому Дустуму, как говорилось в одном известном фильме, ни сделают предложение, от которого он не сможет отказаться… В-третьих, есть проблема, которую можно назвать чуть ли ни самой главной. Эксперты приводят следующую мысль: если тот же Exxon начнет вести разработки афганской нефти, то по какому маршруту эту нефть будут транспортировать? Ведь при всем уважении к афганской транспортной системе, единственным проверенным веками средством перевозки здесь является местный ишак… И если с транспортировкой опия он справляется прекрасно, то вот нефть животное не потянет, надорвется… Нет, безусловно американцы могут предоставить свои средства перевозки, но это ж сколько надо нефтевозов, чтобы те огромные запасы перевозить в нужное время к нужному месту… Да и за время операции в Афганистане американцы, вроде бы, уже должны были осознать такой факт, что ни выхода к морю, ни соответственно подходящего морского транспорта эта страна не имеет. Неужели надежда возлагается на афганские железные дороги, но здесь их, мягко говоря, не вполне достаточно для реализации столь масштабного проекта. Есть, конечно, ветка, которая построена еще советскими специалистами. Это ветка Хайратон-Термез с мостом через Амударью. Есть и еще несколько веток: Кандагар-Герат-Кушка и Герат – Хаф (Иран). Но, как видно, в первых двух случаях придется выходить на Россию, а случай с иранским Хафом вообще выглядит как насмешка в отношении американцев, если конечно они ни начнут «приводить» Иран к «светлому демократическому будущему» уже в ближайшее время. В общем, во всех рассмотренных железнодорожных вариантах стоимость барреля добытой в Афганистане нефти может достичь поистине астрономических значений. Быть может, американцы намерены построить нефтепровод на территории Афганистана, но опять-таки, куда он поведет?.. Если на север, то там опять, понимаешь, Россия вырисовывается с нашими необъятными пространствами и «антидемократическими» нормами для ведения кристально чистого американского бизнеса. Не зря ж Россию упрекают в том, что не умеет она работать с западными бизнесменами. Мол, все нормальные западные бизнесмены давно ноги из России сделали. Не уж-то прикажут возвращаться… Получается, что с Россией – не вариант. Если через Туркмению, то там Каспий со своей проблемой неразрешенности акваториального спора и застопорившимся проектом «Набукко»… Если на юг – то такой нефтепровод станет просто отличной мишенью для террористов самых различных мастей. Да и само строительство такого нефтепровода, обойдется, пожалуй, дороже обслуживания военного бюджета США… Пожалуй, впервые в своей новейшей истории США сталкиваются с подобной проблемой: демократические завоевания в виде обнаруженной нефти в стране с победившим народовластием есть, а вот ни моря, ни дорог нормальных нету — кругом только плантации, которые с помощью самих же демократизаторов и ширятся в площадях. Просто какой-то афганский тупик для главных носителей мировых ценностей получается… Об этом сообщает сегодня Военное обозрение . Нефть, Афганистан, Американец, США, Частность

www.postsovet.ru