Мистер Синклер в стране большевиков. Гарри синклер нефть


Дэниел Ергин - Добыча - стр 77

Доэни был в некотором смысле легендой. Он начал свою карьеру в качестве геологоразведчика. Сломав обе ноги при падении в шахту, он с толком употребил время болезни на учебу, и стал юристом. Говорили также, что, вооруженный одним ножом, он победил горного льва. К двадцатым годам Доэни добился крупных успехов. Его компания "Пан-Америкэн" добывала сырой нефти больше, чем любая из компаний-преемниц "Стандард ойл". Сам Доэни старался установить покровительственные и дружеские отношения с политиками из обеих партий. Похожим образом вел себя и Гарри Синклер, сын аптекаря из маленького городка в Канзасе, сам учившийся когда-то на аптекаря. Однако, когда ему было двадцать лет, в результате неудачной спекуляции семейная аптека была потеряна. Разорившись, он пытался организовать торговлю лесом для оснастки буровых. Потом занялся куплей-продажей небольших нефтяных участков на юго-востоке Канзаса и на индейской территории Осейдж в штате Оклахома. Привлекая инвесторов, он начал создавать множество мелких нефтяных компаний - по одной на каждую ссуду. Он был искусным торговцем и сильным, уверенным в себе бизнесменом. У него не было почтения ни к кому, и менее всего - к своим инвесторам. По словам одного из его коллег, "место во главе стола было там, где он сидел". Синклер всегда настаивал на своем. Он поставил все, что у него было, на месторождение Гленн-Пул в Оклахоме - и ему повезло. Синклер пришел на только что открытые месторождения нефти в Оклахоме. Их заливало нефтью, поскольку трубопроводы еще не были подключены. Синклер скупил всю нефть, какую смог, по десять центов за баррель. Затем он поставил стальные цистерны для хранения, подождал завершения строительства трубопроводов и продал нефть по доллару и двадцать центов за баррель. К началу Первой мировой войны Синклер был крупнейшим независимым нефтедобытчиком в центральной части континента. Но всю жизнь ему отравляла необходимость продавать нефть крупным, интегрированным компаниям и заглядывать им в глаза. Он заработал 50 миллионов долларов, и в 1916 году быстро сколотил свою собственную нефтяную компанию, которая скоро вошла в десятку крупнейших в стране. Абсолютный монарх в своей компании, Синклер был готов бороться за рынок в любом месте страны. И не терпел, когда кто-то вставал на его пути. Типот-Дом был для него лакомым куском.

Министерство внутренних дел подписало контракты с Доэни и Синклером в апреле 1922 года. По словам одного консерватора, этому сопутствовал водоворот слухов "насчет близости мистера Фолла большим интересам маслянистого свойства". Сенатор Ла Фоллетт начал расследование. Он обнаружил, что тех чиновников военно-морского ведомства, которые сопротивлялись передаче резервов военно-морского флота министерству внутренних дел и их последующей сдаче в аренду, перевели в отдаленные и труднодоступные места. Его подозрения укрепились через год, в марте 1923 года, когда Фолл ушел в отставку с поста министра внутренних дел. Он по-прежнему оставался в обществе очень солидной и уважаемой, хотя и все более спорной, фигурой. К этому времени администрация Гардинга погрязла в скандалах. Сам Гардинг боролся со слухами о наличии у него постоянной любовницы. "У меня нет проблем с моими врагами, - сказал печально президент, когда его персональный вагон катил по канзасской равнине. - Я могу о них позаботиться. Мои… друзья - вот кто доставляет мне неприятности". Он скоропостижно скончался в Сан-Франциско - по словам врача, "от эмболии". Однако одна из газет поставила свой диагноз: "болезнь была частично страхом, частично стыдом, а частично - полным замешательством!" Гардинга сменил на его посту вице-президент Кэлвин Кулидж.

Тем временем комитет сената по общественным землям приступил к рассмотрению вопроса о Типот-Доме. Серьезных фактов по-прежнему не было, и кое-кто говорил, что все это дело - не более чем "буря в стакане воды". Но вскоре стали всплывать весьма интересные вещи. Как раз после того, как Типот-Дом был сдан в аренду, Фолл на своем ранчо в Нью-Мексика затеял обширную и дорогостоящую реконструкцию. Кроме того, он приобрел соседнее ранчо, частично расплатившись стодолларовыми облигациями, которые доставал из небольшой жестяной коробки. Припертый к стенке неожиданной проверкой его финансов, Фолл сказал, что получил ссуду в сто тысяч долларов от Неда Мак-Лина, издателя "Вашингтон Пост". Отвечая на вопросы в Палм-Бич - проблемы с сердцем якобы не позволяли ему передвигаться - Мак-Лин признал факт ссуды, но затем сказал, что через несколько дней Фолл вернул ему чеки необналиченными. Выяснились и еще более странные обстоятельства. Секретарь Синклера сообщил, что его шеф как-то велел ему выдать Фоллу двадцать пять или тридцать тысяч долларов, если тот когда-нибудь об этом попросит. И Фолл попросил. Сам Синклер, внезапно и без особого шума отбывший в Европу, поспешно выехал из Парижа в Версаль, чтобы скрыться от репортеров.

Тут разорвалась настоящая бомба. 24 января 1924 года Эдвард Доэни сообщил сенатскому комитету, что передал Фоллу сто тысяч долларов наличными, которые его сын собственноручно отнес "в маленькой черной сумке" в офис Фолла. Нет, это была не взятка, разумеется, нет, настаивал Доэни, только лишь ссуда для старого друга. Он даже показал испорченную записку якобы с подписью Фолла, хотя сама подпись была оторвана. Подпись хранится у жены, пояснил Доэни, чтобы Фолла не беспокоили требованиями возврата денег, если сам Доэни вдруг умрет. В общем, трогательная, заботливая дружба.

Сам Фолл отказался давать показания, сославшись на болезнь. Кое-кто вспомнил о случае, происшедшем всего за несколько лет до этих событий - в 1920 году, Фолл, бывший тогда ярым оппозиционером, и еще один сенатор отправились в Белый дом. Они желали выяснить, действительно ли Вудро Вильсон страдает от инсульта или же окончательно потерял разум, как твердили слухи. "Господин президент, мы все молились за вас", - сказал в этот день Фолл со всей серьезностью. "Как именно, сенатор?" - спросил больной Вильсон. Теперь все говорили, что надо бы провести расследование по поводу болезни самого Фолла. По мере того, к пикантная история разворачивалась, репутации рушились одна за другой, частники расследования выяснили, что телеграммы с использованием старого кода министерства юстиции шли между издателем "Вашингтон Пост" Мак-Лином, находившимся в Палм-Бич, и различными лицами в Вашингтоне, округ Колумбия. Для дачи показаний перед сенатским комитетом предстал известный в эошлом грабитель поездов из Оклахомы. Гарри Синклер, которого привлекли к СУДУ за неуважение к сенату, выразившееся в отказе дать показания, нанял детек тивов из агентства Бернса для слежки за присяжными. Это, мягко говоря, не соответствовало традициям англосаксонской юриспруденции. К 1924 году, как писала "Нью Рипаблик", весь Вашингтон был "по горло в нефти… Газеты не писали ни о чем другом. В отелях, на улицах, за обедом единственной темой для обсуждения была нефть. Конгресс забросил все прочие дела".

"На носу" были президентские выборы 1924 года, и Кэлвин Кулидж собирался занять Белый дом. По этой причине главный его "нефтяной" интерес состоял в том, чтобы держаться от нефти как можно дальше и избегать какой-либо связи со скандалом вокруг Типот-Дома. Показательно одно из предвыборных заявлений конгрессмена-республиканца: "Кулидж связан со скандалом единственно тем, что был приведен к присяге при свете лампы, питаемой нефтью". Но даже этого было достаточно, чтобы испытывать неудобство. Демократы собирались использовать тему скандала на выборах, однако недооценили политические способности Кэлвина Кулиджа. Они не заметили и своей собственной уязвимости: Доэни был, кроме прочего, членом их партии, и предоставил доходные рабочие места как минимум четырем бывшим членам кабинета Вудро Вильсона. Он выплатил также 150 тысяч долларов законного гонорара Уильяму Мак-Аду, приемному сыну Вудро Вильсона и основному кандидату демократов в 1924 году. Когда факт выплат стал достоянием общественности, демократическим кандидатом вместо него стал Джон У. Дэвис. Дело обернулось даже таким образом, что Доэни обсуждал в Монтане "предложение" по нефти с сенатором-демократом, который возглавлял сенатское расследование по Типот-Дому.

Шум в обществе по поводу Типот-Дома усиливался, и в этот момент Кулидж контратаковал: уволил людей Гардинга, осудил незаконные действия и назначил двух специальных обвинителей-"близнецов" - демократа и республиканца. Таким образом, он виртуозно дистанцировался от скандала, и во время президентской кампании 1924 года делал все, чтобы соответствовать прозвищу "Молчаливый Кэл". Его тактика состояла в том, чтобы нейтрализовывать проблемы, обходя их молчанием. Он проводил "кампанию молчания". Ни по одному вопросу он не был столь молчалив, как по нефтяному. И тактика сработала. Удивительно, но этого оказалось достаточно: великий скандал Типот-Дом за все время его предвыборной кампании не всплыл ни разу, и Кулидж стал президентом. Сам же скандал продолжался до конца десятилетия. В 1928 году обнаружилось, что Синклер выплатил Фоллу еще несколько сотен тысяч долларов через подставную компанию "Континентал трейдинг"; а это значит, что Фолл получил за услуги, оказанные двум старым друзьям, как минимум 409 тысяч долларов. Наконец в 1931 году алчный коррупционер Фолл отправился в тюрьму. Он стал первым членом правительства, которого посадили за преступление, совершенное в период пребывания на посту. Синклера приговорили к шести с половиной месяцам тюрьмы за оскорбление суда и сената. Перед тем как сесть в тюрьму, он присутствовал на заседании совета директоров "Синклер консолидейтед ойл корпорэйшн", где другие директора формально выразили ему "публичное доверие". Доэни суд признал невиновным, и в тюрьму он не попал, в связи с чем один из сенаторов пожаловался: "В Соединенных Штатах невозможно осудить миллионы долларов".

profilib.org

Мистер Синклер в стране большевиков. Повесть о великом инженере

Мистер Синклер в стране большевиков

В Москву прибыли из Соединенных Штатов представители нефтяного концерна «Синклер ойл», хотят обязательно повидаться с инженером Шуховым - эту новость сообщает Владимиру Григорьевичу по телефону управляющий Мосмашинотрестом Барулин.

Подумать только, посланцы капиталистической монополии в большевистской Москве, где буржуя можно увидеть лишь на агитплакате в образе денежного мешка, увенчанного цилиндром! И почему «Синклер ойл», а, скажем, не «Стандарт ойл»?

Уместно напомнить, что именно в эти годы монополистические хищники то и дело вступают в ожесточенные схватки, стремясь закрепить за собой контроль над нефтеносными землями в других странах. Когда «Синклер ойл» удалось заполучить выгодную нефтяную концессию в Иране, «Стандарт ойл» распустила слух о том, что сделка состоялась только благодаря подкупу высокопоставленных иранских чиновников.

Соперничающие монополии небезразличны и к нефти Апшерона. Поговаривали, что «Стандарт ойл» скупила у проживающего где-то на Западе Нобеля акции его бывших, ныне национализированных, бакинских предприятий, рассчитывая, очевидно, на непрочность Советской власти. Со своей стороны Синклер, оценивавший ситуацию в России более реалистично, предлагал создать смешанное американо-советское общество по эксплуатации бакинских промыслов и торговле нефтепродуктами. Однако его условия были отвергнуты Советским правительством, И вот представители «Синклер ойл» в Москве. Зачем же понадобился инженер Шухов посланцам большого бизнеса?

Американцы, приглашенные в кабинет Шухова, ведут себя так учтиво, словно находятся на приеме у министра или главы правления всемогущего банка. Щедро расточая улыбки и комплименты, гости растолковывают через переводчика цель своего приезда. Шухов достаточно хорошо знает английский язык, чтобы понять смысл сказанного и. без помощи переводчика. То, что он услышал, еще больше усиливает его недоумение. Речь идет о приоритете на изобретение процесса глубокого разложения нефти под давлением, так называемого крекинг-процесса. Автором его считается инженер Бартон. Но, по данным, имеющимся у «Синклер ойл», привилегию на это изобретение значительно раньше получил в России инженер Шухов. Необходимо обоснованное подтверждение его законных прав.

Так неужели концерн направил своих людей за океан только для того, чтобы восстановить справедливость, узаконить авторские права Владимира Григорьевича Шухо-вa? Ответ коренится в истории мировой нефтепромышленности. Каких-нибудь сто лет назад нефть считалась, как сказано в одной старинной книге, пригодной лишь «для обмазки колес и других махин». К концу девятнадцатого столетия, когда керосиновая лампа уступила место электричеству и нефть, казалось бы, утратила былое значение, у нее появился новый, куда более важный потребитель - двигатель внутреннего сгорания. А в двадцатом веке Клемансо пишет Вильсону: «Бензин - это кровь войны. Капля бензина - это капля крови».

На пороге нашего века мало кто предвидел, что автомобиль, больше похожий на фаэтон или ландо без оглобель и дышла, может сыграть решающую роль в развитии нефтяной индустрии. В ту пору автомобиль считался «летней игрушкой». На «моторах» ездили лишь спортсмены в очках-консервах и в перчатках с крагами. На зиму автомобили обычно прятали в сарай и выкатывали оттуда только весной. Поскольку на автомобилях зимой никто не ездил, их в это время и не покупали. Зима для автомобильных заводов была «мертвым сезоном».

Но наступила эра конвейерного производства автомобилей, эпоха «человека на колесах», как окрестил ее Форд. Бензин и керосин словно поменялись ролями. Производство бензина, продукта, который раньше так нелегко было сбыть нефтепромышленникам, быстро обгоняет по объему выпуск керосина.

В первые десятилетия нашего века автомобили приносят немало огорчений своим владельцам. Поломки, неисправности, внезапные отказы двигателя - обычное явление. Каждый подъем таит в себе опасность. Лишь легкомысленный водитель отправляется в путь, не имея в запасе буксирного троса. Карбюраторы то и дело забиваются смолой, моторы покрываются толстым слоем нагара. Детонация моторов считается неизбежным злом. Мало кто догадывается, что причина этих бед - низкое качество бензина, который зачастую ведрами покупают в бакалейных или скобяных лавках.

Растущий спрос на бензин вызывает коренные изменения в процессе нефтеочистки. Раньше заботились о том, чтобы выработать по возможности меньше бензина. Теперь, наоборот, стремятся перевести как можно больше нефти в бензиновую фракцию. Растет добыча нефти и мощь перегонных заводов, и, как неизбежное следствие устаревших методов перегонки, растет и переизбыток тяжелых фракций. В 1913 году рокфеллеровская нефтяная компания «Стандарт ойл» громогласно объявляет об успехе, достигнутом в ее лабораториях химиком Вильямом Бартоном, которому удалось резко повысить выход бензина за счет тяжелых фракций нефти благодаря использованию нового метода перегонки - крекинг-процесса. Число крекинг-установок в Соединенных Штатах быстро растет. Патент на процесс позволяет концерну наживать миллионные прибыли, оттесняя конкурирующие компании.

Такое положение вещей никак не устраивало основного конкурента «Стандарт ойл» - «Синклер ойл», которая не раз уже, правда, без особого успеха, затевала судебные процессы с целью лишить Рокфеллеров монопольного права на крекирование нефти. Опытные юристы, работающие в «Синклер ойл», задумывают ловкий маневр. Действительно ли Бартону принадлежит приоритет в изобретении крекинг-процесса? Если это не так, то автоматически аннулируются и монопольные права на патент, за которые так цепко держится «Стандарт ойл».

Ради такой заманчивой цели можно не жалеть ни труда, ни времени. Из хранилищ на свет божий извлекаются толстенные фолианты - своды патентов, выданных не только в Америке, но и в других странах. С особым вниманием изучаются изобретения, запатентованные в России. Ведь американцам хорошо известно, что русские много и плодотворно работали над совершенствованием методов добычи и переработки нефти. И вот нежданная удача! В своде привилегий, выданных департаментом торговли и мануфактур в 1891 году, по соседству с привилегиями некоего Томсона Генкеля Александра на «усовершенствованную скребницу для чистки лошадей» и вдовы Каролины Арколини на «способ крепления подошвы с передком всякого рода обуви» под № 175 записана привилегия, выданная В. Шухову и С. Гаврилову на «приборы для непрерывной дробной перегонки нефти и тому подобных жидкостей».

Надо сказать, что сомнения по поводу приоритета Бар-тона и до этого не раз высказывались в американской печати. В частности, отмечалось, что крекирование применяли при изготовлении масел из угля и сланцев еще до зарождения нефтяной промышленности. Авторы некоторых статей, чисто по-американски приписывая появление изобретения его величеству Случаю, приводили рассказы старых нефтяников о том, что впервые крекинг был осуществлен как бы нечаянно еще в 1861 году. По этой версии, некий аппаратчик, отогнав как-то весь керосин из сырой нефти, прибавил огня в топке под кубом и решил подкрепиться в ближайшем салуне. Куб оставался без присмотра несколько часов. Вернувшись под хмельком, аппаратчик никак не мог понять, почему в результате перегрева куба получено не тяжелое масло, как он ожидал, а легкий светлый дистиллат.

Но легенду суду не предъявишь. Другое дело - права на эксплуатацию изобретения, неоспоримо закрепленные патентом. Пусть русские инженеры Шухов и Гаврилов назвали свой метод не крекинг-процессом, как Бартон, а дробной перегонкой нефти под давлением. Суть дела от этого не меняется. Выходит, изобретение, авторство которого приписывается Бартону, почти на четверть столетия раньше запатентовано в России. Шаль только, что в тексте привилегии, выданной Шухову и Гаврилову, аппаратура и сам процесс описаны слишком сжато, схематично. Нужно раздобыть в Москве у изобретателя более полные данные, желательно и чертежи. Тогда разговор с Рокфеллером можно будет повести в ином тоне. Вот цель приезда «комиссии Синклера», состоящей из опытных инженеров-нефтяников и юристов, в страну большевиков.

Конечно, для встречи с Шуховым (Сергея Гаврилова, его соавтора и однокашника по Высшему техническому училищу, уже не было в живых) избрали более благовидный предлог. Комиссия-де хочет не только освободить американскую нефтяную промышленность от гнета рокфеллеровской «Стандарт ойл», но и уберечь от незаконных посягательств права русского изобретателя. Вопросы, предлагаемые Владимиру Григорьевичу, показывали, что гости очень тщательно подготовились к встрече и хотели бы получить неопровержимые подтверждения того, что патент Бартона лишь воспроизводит в основных чертах технологическую и конструктивную схему, созданную задолго до него Шуховым.

Как отмечала советская печать, «сама формулировка вопросов исключает мысль о том, что они преследуют лишь академические и историографические цели». Мало того, чувствовалось, что вопросы ставятся с целью получить от изобретателя желаемый ответ. Так, у Шухова спрашивают: имел ли купол над верхним резервуаром аппарата, изображенный на схеме в привилегии, достаточное охлажденное воздухом пространство? И предупредительно поясняют: ответ на этот вопрос очень важен, так как некоторые позднейшие изобретатели утверждают, что купол, показанный Шуховым, не был дефлегматором.

Американцы настойчиво допытываются, в каком именно году и месяце пришла господину Шухову мысль о сооружении аппарата, указанного в патенте, какие им были предприняты шаги для постройки завода, работающего по данному методу. По их словам, вопрос ставится для того, чтобы «выяснить соотношение между временем изобретения и постройкой завода, способного удовлетворить требованиям торговли».

– В начале 1890 года в Москве был построен опытный аппарат,- отвечает Владимир Григорьевич,- и заявлен патент, который получен в 1891 году. Осуществление аппарата в коммерческих размерах принял на себя Рогозин. Но смерть помешала ему претворить в жизнь свое начинание. А я занялся более интересными делами - конструированием котлов, башен, покрытий и т. п.

Опытные юристы предвидят, что, если дело дойдет до суда, представители интересов Рокфеллера могут выставить немало контрдоводов. Прежде всего они постараются подвергнуть сомнению один из основных, принципов шуховского патента - практическую возможность расщепления в его аппарате сложных молекул нефти под действием высокой температуры и большого давления. И американцы настойчиво допытываются, какие температуру и давление применял Шухов в своем аппарате, какие получал продукты? II снова подчеркивается: важно установить, какие температуры и давления применялись как в циркуляционных трубах, так и в конденсаторах.

Ответ краток: в опытном аппарате давление изменялось от 6 футов водяного столба до 9 атмосфер одинаково для труб и конденсатора, температура - от 200 до 320 градусов Цельсия и выше. Записи действия опытного аппарата не сохранились, восстановить их по памяти невозможно - прошло тридцать три года.

– Почему же аппарат, обладающий такими преимуществами, не получил широкого промышленного применения? - интересуются гости.

– Это объясняется тогдашним уровнем развития нефтяной промышленности,- отвечает Владимир Григорьевич,- не было условий для осуществления такого процесса в промышленном масштабе.

Конечно, последнего вопроса можно было и не задавать. Любой мало-мальски сведущий инженер-нефтяник должен понимать, что аппарат Шухова и Гаврилова не получил широкого признания именно потому, что намного опережал запросы времени.

Комиссия Синклера припасла не только вопросы, но и соблазнительные предложения. Учитывая стесненные условия, в которых сейчас находятся русские специалисты, можно ожидать, что Шухов продаст права на эксплуатацию своих изобретений. И почему бы не подумать о переезде в Америку? Мало того, компания могла бы предоставить русскому инженеру прекрасно оплачиваемую работу в одной из своих лабораторий.

Но, к большому разочарованию членов комиссии, Шухов не проявляет ни малейшего интереса к таким, казалось бы, блестящим возможностям, открывающимся перед ним. Америка? Да ведь он бывал там. Примерно полвека назад он уже получал такое предложение на Филадельфийской всемирной выставке, но предпочел вернуться на Родину. Владимир Григорьевич не объясняет, что тогда он был в том счастливом возрасте, когда верят в миф о маршальском жезле в ранце солдата, в то, что начинающему инженеру под силу перебросить мост через Берингов пролив. Но и в ту пору его не соблазнила возможность остаться в Новом Свете.

Продать свои патенты? Об этом и разговора не может быть. Все его изобретения принадлежат Родине. Вежливо, но столь же категорично Владимир Григорьевич отклоняет солидный гонорар, предложенный за консультацию. Приезжие явно разочарованы. Но, может быть, сотрудники и помощники Шухова окажутся более сговорчивыми, возможно, Владимир Григорьевич устроит встречу с ними? Эта надежда сквозит в заключительных вопросах. Нет, Шухов и здесь не может ничем помочь своим гостям. Инженеры Инчик и Гаврилов, работавшие с ним когда-то в области технологии нефти, уже умерли. О работах Елина, занимающегося этим делом, ему ничего не известно.

Посланцы «Синклер ойл» не без недоумения переглядываются. Отказываться от таких предложений! Не принять гонорара за консультацию! А ведь, судя по почерневшим от копоти обоям (следы недавно выброшенной «буржуйки»), разнокалиберной, изрядно потрепанной мебели, опрятному, но далеко не новому костюму, старому изобретателю живется не так уж вольготно. И уж совсем непонятно, почему Шухов, прощаясь, прячет в седые усы легкую улыбку, поглядывает на заокеанских гостей с чуть насмешливым превосходством. Впрочем, многого американцы не могут понять в этой полубезумной, по их понятиям, стране.

Посетители встают, начинают прощаться. Может быть желая «поставить на место» несговорчивого старика, один из американцев позволяет себе несколько отклониться от темы. Показывая на стоящую в углу модель гиперболоидной вышки, он с улыбкой говорит:

– Очень приятно было увидеть здесь старую знакомую - башню из тех, что стоят на наших крейсерах. Значит, инженер Шухов ценит работу американских конструкторов.

Вместо ответа Владимир Григорьевич достает с полки какую-то старую книгу, раскрывает ее и протягивает гостям. Перед ними номер журнала «Engineer» за 1897 год со статьей о Нижегородской выставке, со снимком и чертежом шуховской водонапорной вышки. Можно понять конфуз гостей, которые знают, что первые сетчатые башни на американских крейсерах появились только в начале двадцатого века. Да, этот удивительный человек всегда опережал время!

«Будем ждать от заатлантической почты вестей о результатах этого посещения, ибо вряд ли оно совершилось из одной любви к истории и внимания к нашему известному изобретателю» - так оценивал поездку комиссии Синклера выходивший в то время в Москве «Нефтяной бюллетень». Журнал с полным основанием отмечает, что даже наличие некоторых элементов новизны в спорных американских патентах лишь подтвердит оригинальность изобретения Шухова, сумевшего за тридцать лет до возникновения экономических условий, необходимых для крекинга, «предусмотреть не только общий характер процесса, но и ряд конструктивных деталей его технического осуществления».

Стала ли давно забытая привилегия русского инженера действенным оружием в борьбе нефтяных монополий? Надо учесть, что в двадцатых годах нашего века существовало несколько тысяч патентов и заявок на новые способы переработки нефти. Подавляющее большинство их содержало «способ перегонки нефти под давлением и при высокой температуре», причем менялись лишь конструкции кубов, выбор исходных продуктов и т. д.

В Соединенных Штатах вспыхивает подлинная эпидемия судебных процессов по поводу авторских прав на крекинг. Запутанные и длительные тяжбы становятся настолько обыденным явлением, что, кажется, вряд ли кого-нибудь могло заинтересовать известие о еще одном споре вокруг крекинга между нефтяными магнатами. И все же весть о судебном деле по поводу монопольных прав «Стандарт ойл» на крекинг перепечатывается газетами всего мира как крупнейшая сенсация. Дело в том, что на этот раз в роли истца выступает… правительство Соединенных Штатов.

Чем же объяснить неожиданное вмешательство американского правительства в спор о патентном праве? Ответ на этот вопрос следует искать в общеполитической ситуации в Соединенных Штатах в 1924 году, связанной с предвыборной борьбой двух основных партий - демократической и республиканской. Иск по поводу патента на крекинг-процесс - лишь звено в целой цепи событий, начало которым было положено громким «нефтяным скандалом».

Шумиха по поводу недостойного поведения видных государственных чиновников, связанных денежными интересами с большим бизнесом, стихает, как по команде, лишь только подходит к концу избирательная кампания. Так случилось и на этот раз. После выборов правительство быстро утрачивает интерес к иску против «Стандарт ойл». Судебное дело увязает в трясине юридического крючкотворства. Забыты предвыборные посулы о превращении нефтепроводов, контролируемых «Стандарт ойл», в «транспортные средства общего пользования». Предан забвению вопрос о патентных правах на крекинг-процесс, а значит, и о приоритете Шухова, всплывший на время как один из козырей в сложной политической игре.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

biography.wikireading.ru

Гарри Форд Синклер • ru.knowledgr.com

Гарри Форд Синклер (6 июля 1876 - 10 ноября 1956) был американским промышленником. Основатель Sinclair Oil, он был вовлечен в Скандал о Куполе Заварного чайника 1920-х и отсидел шесть месяцев в тюрьме для вмешательства жюри. Впоследствии он возвратился к своей бывшей жизни и наслаждался ее процветанием до своей смерти.

Он был энергичным владельцем спортивных свойств, одним из основных финансовых покровителей федеральной Лиги бейсбола и силы в американских чистокровных гонках. Лошади из его конюшни выиграли Дерби Кентукки и трех Belmont Stakes.

Биография

Молодость

Гарри Синклер родился в Бенвуде, Западная Вирджиния, теперь пригород города Уилинга. Синклер рос в Независимости, Канзас. Сын фармацевта, после окончания средней школы, он вошел в отдел аптеки университета Канзаса в Лоуренсе. Он работал фармацевтом в 1901, когда бизнес потерпел неудачу. Он тогда начал продавать пиломатериалы за краны в нефтяных месторождениях юго-восточного Канзаса. На стороне он начал размышлять в нефтяных арендных договорах. Возможность в быстро расширяющейся нефтедобывающей промышленности видела, что он стал брокером арендного договора и приобрел долю в Белой Нефтяной компании. В 1904 Синклер женился на Элизабет Фаррелл Независимости, Канзас. К тому времени, когда ему было тридцать лет, он стал миллионером.

Нефтяной бизнес

В 1910, четыре бизнесмена Талсы: Юджин Франк Блез, Чарльз Дж. Райтсмен, Уильям Коннелли и Гарри Ф. Синклер купили неудавшийся Национальный банк Фермеров в Талсе. Они создали новое предприятие, Обменный Национальный банк, и назвали Синклера как президента. Этот банк, позже переименованный как Национальный банк Талсы, был предшественником существующего Банка Оклахомы.

1 мая 1916 очень успешный Синклер создал Sinclair Oil из активов одиннадцати небольших нефтяных компаний. В том же самом году он купил Cudahy Refining Company Чикаго, владельца нескольких нефтепроводов и очистительных заводов. К концу 1920-х очистительные заводы Sinclair Oil имели производственную мощность 80 000 баррелей в день и построили почти из нефтепроводов. Операции были расширены в различных областях включая собственность угольной промышленности. Компания оценивалась как седьмая по величине нефтяная компания в Соединенных Штатах и самое большое на Среднем Западе. Деловая хватка Гарри Синклера сделала его важным членом местных деловых кругов, и он помог организовать Государственный банк Торговли, которая позже была приобретена Первым Национальным банком Независимости, которой Синклер служил на совете директоров.

Организованные спортивные состязания

Синклер был одним из главных financers федеральной Лиги бейсбола. Он был основным владельцем договора франшизы Индианаполиса той лиги. После сезона 1914 года он купил остаток от команды и переместил их в Ньюарк, Нью-Джерси, где они стали Ньюаркским Перцем. После сезона федеральная Лига заключила сделку с другими двумя бейсбольными лигами. Синклер по сообщениям сделал $2 миллиона на своих инвестициях.

Синклер инвестировал значительное количество денег у чистокровных скаковых лошадей, приобретя престижную Конюшню Rancocas в Джобстауне в юго-западном Нью-Джерси от состояния Пьера Лориллара IV. Одна из самых успешных конюшен в конце 19-го века, Синклер снова сделал его главной силой у чистокровки, мчащейся в течение 1920-х. При тренере Сэме Хилдрете конюшня Синклера выиграла Дерби Кентукки и трех Belmont Stakes. Такова была известность Конюшни Rancocas, что Железная дорога Пенсильвании назвала багажный вагон #5858 в его честь. Два из жеребят конюшни, Серой Задержки и Зев, находятся в Национальном музее Гонок и Зала славы.

Скандал

Высококлассный имидж Гарри Синклера уважаемого американского бизнес-лидера и спортсмена прибыл под вопросом в апреле 1922, когда Wall Street Journal сообщил, что министр внутренних дел Соединенных Штатов Альберт Б. Фол предоставил нефтяной арендный договор Sinclair Oil без конкурсных торгов. Арендный договор нефтяного месторождения был для правительственной земли в Вайоминге, который был создан как чрезвычайный запас для военно-морского флота Соединенных Штатов. Что стало известным как скандал о Куполе Заварного чайника, в конечном счете привел к Сенату Соединенных Штатов, основывающему Комитет по Общественным землям и Обзорам, чтобы провести слушания в обстоятельства, окружающие правительственный арендный договор нефти. Результатом было открытие мошенничества и коррупции, которая привела ко многим гражданским судебным процессам и уголовным обвинениям против Гарри Синклера и других. В 1927 Верховный суд США объявил, что арендный договор Sinclair Oil был коррумпировано получен и заказан отмененный.

Спустя две недели после того, как испытание Гарри Синклера началось в октябре 1927, оно резко закончилось, когда судья объявил неправильное судебное разбирательство после доказательств представленным государственными обвинителями, показывающими, что Синклер нанял детективное агентство к тени каждый член суда присяжных. Синклер был обвинен в неуважении к суду, случай, в конечном счете заканчивающийся перед Верховным судом США, который, 3 июня 1929 http://caselaw .lp.findlaw.com/scripts/getcase.pl?court=us&vol=279&invol=749, поддержал убеждение Синклера. Он был оштрафован и приговорен к шести с половиной месяцам в тюрьме, которая он служил заключенным #10,520 в тюрьме округа Колумбия.

В то время как в тюрьме, Синклеру разрешили работать и фармацевтом и помощником врача, и именно, работая в пределах этих мощностей ему разрешили быть взятым на машине, чтобы проявить внимание к заключенным, порученным работать детали в городских причалах. Внимание общественности и воспринятый фаворитизм побудили Джорджа С. Уилсона, Окружного директора Общественного Благосостояния, заказывать конец этим поездкам, но слухи преференциального режима Синклера продолжались.

В 1929 Падение Секретаря было признано виновным во взяточничестве, оштрафовало 100 000$ и приговорило к одному году тюремного заключения - создание его первый Президентский член правительства, который пойдет в тюрьму для его действий при исполнении служебных обязанностей.

Более поздняя жизнь

После обслуживания его короткого тюремного срока Синклер возвратился к своему успешному бизнесу. Он владел роскошным французским ренессансным стилем château http://www .nyc-architecture.com/UES/UES062.htm на юго-восточном углу Пятой авеню и 79-й улицы в Нью-Йорке. Его репутация разрушила там, Синклер продал собственность в 1930. Расположенный в той же самой области как несколько крупнейших музеев, это было в конечном счете приобретено украинским Институтом Америки и теперь открыто для общественности.

Гарри Форд Синклер покинул пост президента Sinclair Oil и Газовой компании в январе 1949.

Он умер богатый человек в Пасадене, Калифорния в 1956 и был предан земле на римско-католическом кладбище Calvary, Восточном Лос-Анджелесе.

Внешние ссылки

  • http://www .kshs.org/portraits/sinclair_harry.htm

ru.knowledgr.com

Читать онлайн "Нефть!" автора Синклер Эптон Билл - RuLit

Эптон Синклер Нефть!

Глава первая ПОЕЗДКА

I

Дорога в пятнадцать футов шириною бежала гладкая, без колей и выбоин, с ровными, как по нитке обрезанными краями, точно лента из серого бетона, которую чья-то гигантская рука протянула через долину. Почва шла волнами: длинные постепенные подъемы, а потом резкие спуски. Но эти спуски вас не пугали, вы знали, что на волшебной ленте из серого бетона, разостланной на вашем пути, нет, ни бугров, ни расселин, — ничего опасного для дутых шин ваших колес, вращавшихся со скоростью семи оборотов в секунду. Утренний холодный ветер, стремительно кидавшийся вам навстречу, свистел и гудел на все лады, но вы сидели удобно и уютно: вас защищал наклонно поставленный щит, который перебрасывал всю эту бурю через вашу голову. Порой вам нравилось поднять кверху руку и почувствовать холодное прикосновение воздуха; порой вы сами высовывались за край щита, и тогда воздушный поток ударял вас по лбу и бешено трепал ваши волосы. Но большую часть времени вы сидели неподвижно и молча, преисполненные чувства собственного достоинства, — совершенно так же, как сидел папочка, а папочка — мистер Дж. Арнольд Росс — воплощал собой всю этику автомобилизма. На мистере Россе было надето пальто из мягкой шерстяной материи бронзово-коричневого цвета, удобного широкого покроя, с большим воротником, большими отворотами и большими патами на карманах — портной постарался проявить свою щедрость всюду, где только мог. Пальто мальчика было сшито тем же портным, из той же мягкой шерстяной материи, с такими же большими отворотами, воротником и патами на карманах. На руках у мистера Росса были специальные автомобильные перчатки, и совершенно такого же сорта перчатки были и у мальчика. Очки у мистера Росса были огромные, в роговой оправе, и хотя мальчик никогда еще не был ни у одного окулиста, но он нашел в одном магазине очки с простыми дымчатыми стеклами, в роговой оправе, точь-в-точь такой же, как и у его отца. На голове у мистера Росса не было шляпы, так как он считал, что ветер и солнечный свет лучше всего сохраняют волосы, а потому и на голове мальчика ничего не было, и его кудри свободно развевались по ветру. Вся разница между ними — за исключением, конечно, роста — заключалась в том, что отец держал в зубах, в углу рта, большую незажженную сигару, пережиток прежних трудных времен, когда он перевозил на мулах разные тяжести и жевал табак.

Измеритель скорости показывал пятьдесят миль в час. Это была скорость, установленная мистером Россом для езды по открытой местности, и он изменял ее только в сырую погоду. Высота местности не влияла на нее. При каждом подъеме мистер Росс сильнее нажимал на педаль правой ногой, и машина устремлялась вверх, выше и выше, пока не достигала перевала, откуда неслась в следующую долину, все время держась в самом центре волшебной ленты серого бетона; машина ускоряла ход, катясь вниз, и мистер Росс слегка ослаблял давление правой ноги, позволяя мотору сокращать скорость. «Пятьдесят миль в час достаточно», — говорил мистер Росс, а раз он что-либо решил, то следовал этому неизменно.

Далеко впереди, по волнистой дороге, навстречу ему мчалась другая машина: небольшое черное пятно, скрывавшееся в низинах и становившееся все больше и все виднее на вершинах подъема. Еще несколько мгновений — и встречный автомобиль был перед вами. Он летел на вас со стремительностью большого снаряда.

Момент для испытания нервов автомобилиста. Волшебная лента из серого бетона не обладала никакой задерживающей силой; грунт по обеим ее сторонам был приспособлен на случай неожиданных столкновений и необходимости съехать за край дороги, но вы, конечно, не могли точно знать, насколько хорошо приготовлен этот грунт, и рисковали попасть или в сыпучий песок, который затруднил бы ваше продвижение вперед, или же в липкую грязь и глину, что затормозило бы ваши колеса и положило бы конец вашему путешествию.

Вот почему законы хорошего управления автомобилем разрешают вам съезжать с волшебной ленты из серого бетона только в самых крайних случаях. В вашем распоряжении имеется несколько дюймов этой ленты по правую сторону вашей машины, и столько же дюймов — у человека, едущего вам навстречу. И между этими двумя стремительно мчащимися навстречу друг другу снарядами остается расстояние всего в несколько дюймов. Риск, казалось бы, довольно значительный, но и вселенная держится на основе таких же вычислений, и около этой мгновенной черты, близкой к столкновению, все же остается достаточно времени или для создания новых миров, или для того, чтобы деловые люди могли успешно промчаться друг мимо друга. «Ууушшш»… — зловеще шипел и свистел пушечный снаряд, несясь вам навстречу. Пред вами мелькает лицо встречного автомобилиста с такими же очками в роговой оправе, как и ваши, так же крепко ухватившегося двумя руками за рулевое колесо, с таким же напряженным остановившимся взглядом, как у вас. И вот он уже промчался. Вы не обернулись потому, что при скорости в пятьдесят миль в час ваше дело — смотреть только вперед, оставляя прошлое прошлому. Сейчас может появиться другая машина, и вам опять придется покинуть удобную середину бетонной ленты и довольствоваться одной ее драгоценной половиной, учитывая те несколько дюймов, которые у вас в запасе. Каждый раз ваша жизнь зависит от вашего искусства поставить вашу машину на той черте, которая ей полагается, а также от искусства вашего неизвестного партнера и его готовности сделать то же самое. И в том случае, когда вы убедитесь, что мчащийся вам навстречу партнер не принял всех требуемых от него мер, вы можете быть уверены, что машиной управляет или пьяный, или женщина — кто именно, у вас нет времени выяснить, так как в вашем распоряжении остается одна тысячная доля секунды, чтобы повернуть рулевое колесо на десятую часть вершка и въехать правыми колесами машины в грязь.

www.rulit.me

Sinclair Oil Corporation • ru.knowledgr.com

Sinclair Oil Corporation - американская нефтяная корпорация, основанная Гарри Ф. Синклером 1 мая 1916, как Sinclair Oil и Refining Corporation, объединяя активы 11 небольших нефтяных компаний. Первоначально нью-йоркская корпорация, Sinclair Oil повторно соединилась в Вайоминг в 1976. Эмблема корпорации показывает силуэт большого зеленого динозавра.

История

Синклер долго был приспособлением на американских дорогах с его эмблемой динозавра и талисманом, Апатозавр (Бронтозавр).

1916–1969

В течение сентября 1919 Гарри Ф. Синклер реструктурировал Sinclair Oil и Refining Corporation, Sinclair Gulf Corporation и 26 других связанных предприятий в Синклера Объединенная Нефтяная корпорация. В 1932 это новое предприятие было переименовано в Объединенную Нефтяную корпорацию. В 1943 это было переименовано в Sinclair Oil Corporation.

Около начала Великой Депрессии Синклер продал остающиеся активы в его филиале трубопровода к Standard Oil Company (Индиана) за 72,5 миллиона долларов США (Standard Oil приобрел 50%-ю долю в филиале трубопровода в 1921). С этими фондами, включая дополнительные 33,5 миллиона долларов США от дополнительной проблемы обычных акций, Синклер удалился много простых векселей и подготовился выдерживать Депрессию с остающейся поставкой наличных денег.

Во время Великой Депрессии Синклер спас много других нефтяных компаний от администрации доходов или банкротства, и приобрел других, чтобы расширить его действия. В 1932 Синклер купил активы Нефти Прерии и трубопровода Газа и компаний по производству в южных Соединенных Штатах и Нефтяной компании Рио-Гранде в Калифорнии. Покупка Прерии также дала Синклеру 65%-ю долю в Producers and Refiners Corporation (или Parco), который впоследствии приобрел Синклер, когда Parco вошел в администрацию доходов в 1934. Наконец, в 1936, Синклер купил маркетинговый филиал Восточного побережья Нефтяной компании Ричфилда, которая работала в администрации доходов в течение нескольких лет. Ричфилд тогда реорганизовал, приведя к созданию Нефтяной корпорации Ричфилда. Синклер способствовал передаче капитала и организаторских активов в Ричфилд. Тридцать лет спустя Ричфилд слился с Очисткой Атлантики, расположенной на Восточном побережье, формируя Атлантический Ричфилд.

На Чикагской Всемирной выставке 1933–1934, Синклер спонсировал выставку динозавра, предназначенную, чтобы указать на предполагаемую корреляцию между формированием нефтяных залежей и время динозавров, теперь в основном дискредитированное неправильное представление. Выставка включала две тонны оживляемая модель бронтозавра. Выставка оказалась настолько популярной, она вдохновила содействующую линию резины brontosaurs на станциях Синклера, вместе с шевелением головами и хвостами и возможным включением brontosaur эмблемы. Позже, надувные динозавры были даны как содействующие пункты, и антропоморфическая версия появилась как работник станции техобслуживания в рекламных объявлениях. У некоторых местоположений есть модель в натуральную величину талисмана, колеблющегося между входом здания.

На нью-йоркской Всемирной выставке 1964–1965, Синклер снова спонсировал выставку динозавра, «Dinoland», показывая точные копии в натуральную величину девяти различных динозавров, включая их бронтозавра подписи. Подарки от выставки включали брошюру («Синклер и Захватывающий Мир Динозавров») и статуэтки формованного пластика показанных динозавров. После того, как Ярмарка закрылась, Динолэнд провел промежуток времени как выставку путешествия.

Две из точных копий все еще демонстрируются в Национальном парке Долины Динозавра под Глен-Роузом, Техас. Другой, модель Trachodon, был показан в Зоопарке Брукфилда за пределами Чикаго, Иллинойс.

В 1955 Синклер занял место 21-й на Fortune 500; к 1969 это упало на 58-й.

Эра ARCO

В 1969 Синклер был приобретен Atlantic Richfield Company (ARCO). Федеральные антимонопольные условия потребовали, чтобы новое предприятие лишило себя определенных активов Синклера, и в результате операции по Восточному побережью Синклера были проданы BP (который с тех пор купил ARCO). После приобретения ARCO был постепенно сокращен динозавр, но по крайней мере одна станция технического обслуживания, в Вайноне, Миннесота, сохранила оригинальный взгляд в течение 1980-х. Много станций Синклера на Среднем Западе продолжали использовать эмблему динозавра наряду с «алмазной искрой ARCO» эмблема. По крайней мере, некоторые станции Синклера частично сохранили бренд Синклера какое-то время, используя синюю прямоугольную эмблему ARCO включая графическую «искру», но со словом «Sinclair», которым заменяют ARCO.

Удерживание эры

В 1976 ARCO произошел Синклер, продав определенные активы Роберту (Граф) Холдинг. Синклер принадлежал Активам с 1976. Активы, лишенные в дополнительном доходе, включали розничные действия ARCO в область, ограниченную рекой Миссисипи и Скалистыми горами и правами на бренд Синклера и эмблему, приводящую ко многим станциям вдоль Автомагистрали между штатами 80 хранения эмблемы динозавра. Станции ARCO в Техасе, Нью-Мексико, Иллинойсе и некоторых частях Оклахомы не были затронуты divesture, и они продолжали как часть ARCO, пока ARCO не вышел из тех государств в 1980-х.

В настоящее время размещенный в Солт-Лейк-Сити, Синклер - 51-я крупнейшая частная компания в Соединенных Штатах. Есть 2 607 бензозаправочных станций Синклера в 20 государствах в Западных и относящихся к Среднему Западу Соединенных Штатах. С 2010 корпорация в настоящее время управляет двумя очистительными заводами — один в Каспере, Вайомингом, и один в Синклере, Вайомингом. Синклер управлял третьим очистительным заводом в Талсе, Оклахома, пока она не была продана Holly Corporation 1 декабря 2009. Другие действия Синклера включают 1 000 миль трубопровода.

Синклер продолжает использовать зеленого динозавра, нежно названного «Динозавром» и рынками все его продукты под эмблемой. Синклер запатентовал добавку бензина SG-2000. Динамичную топливную смесь называют «Динозавром, Высший» и регулярный газ - «Динозавр», торговые марки, используемые с 1961, когда много нефтяных компаний все еще использовали торговые марки для своего топлива вместо общих обозначений такой как «регулярные», «премиальные», или «неэтилированные». До того времени торговые марки Синклера для его продуктов бензина включали «Власть X» для высокооктанового топлива и «Синклера H-C» для регулярного газа. Синклер также продал продукты, такие как Динозавр, Динозавр Высшие и Опаловые моторные масла.

Транспортная компания Синклера

Синклер находившийся в собственности компании, Ездящий на грузовике, обеспечивает распределение для топлива Sinclair Oil и других связанных продуктов. Терминалы расположены в:

  • Флагшток, Аризона
  • Де-Мойн, Айова
  • Канзас-Сити, Канзас
  • Миннеаполис, Миннесота
  • Сент-Луис, Миссури
  • Омаха, Небраска
  • Язык шони, Оклахома
  • Талса, Оклахома
  • Солт-Лейк-Сити, Юта
  • Каспер, Вайоминг
  • Синклер, Вайоминг
Великие Американские отели и курорты

Sinclair Oil Company также владеет и управляет Великими Американскими Отелями и Курортами, у которого есть свойства отеля в Солт-Лейк-Сити, Юта; Флагшток, Аризона; Шайенн, Вайоминг; Литтл-Америка, Вайоминг; и Сан-Диего, Калифорния, в дополнение к курортам Сан-Вэлли и Snowbasin.

Пародии

Эмблема бронтозавра пародируется в фильмах Истории игрушек, как являющихся эмблемой для цепи автозаправочной станции «DinoCo», возможно намек на бензин и его создание от ископаемого топлива.

См. также

  • Отели Литтл-Америки
  • Список автомобильного топлива выпускает под брендом
  • Скандал о Куполе заварного чайника

Внешние ссылки

ru.knowledgr.com

Эптон Синклер, биография, история жизни, факты.

Эптон Синклер на собственном опыте знал, что, даже будучи американцем, у тебя могут отнимать твои права в родной стране. Несмотря на то, что его родители были из богатых семей, он рос в бедности и нищете. Поэтому с ранних лет понял, что нужно рассчитывать на себя и поддерживать тех, права которых ущемляют.

Семья и детство

Эптон Синклер родился в Балтиморе. Его отец работал продавцом в лавке алкогольных напитков и страдал от алкоголизма, что только усугубляло его место работы. Мать же напротив была строго верующей, она не только не пила алкоголь, но также не употребляла чай и кофе. Семья жила бедно, все трое спали на одной кровати. Поэтому, когда Эптон вырос, он был ярым противником алкоголя, а также у него разладились отношения с матерью. Он не мог забыть, что в детстве и юности она слишком ущемляла его свободы из-за строгих правил, по которым жила сама. Как потом объяснял Синклер своему сыну, он решил даже не общаться со своей мамой, длилось этот от его шестнадцатилетия и до 35.

Хотя родственники мамы были очень богатыми и процветающими. Мальчик иногда оставался у дедушки с бабушкой, что позволило ему сравнить, как жилы разные слои население в Америке конца 19 века. Отец Эптона также был из когда-то обеспеченной семьи, но из-за гражданской войны они потеряли своё имущество.

Карьера отца не складывалась, поэтому семья часто переезжала. Образованием мальчика не особенно кто-то занимался, поэтому он просто читал то, что находил. Такое занятие у него появилось уже в пятилетнем возрасте. В школу Эптон пошёл лишь в десять лет. По сравнения с одноклассниками, ему явно не хватало знаний, больше всего «хромала» математика, поэтому мальчик часами учился самостоятельно дома.

Учёба и писательство

Эптон пошёл в колледж, когда ему уже почти исполнилось 14 лет. Во время учёбы он начал работать. Писал анекдоты и рассказы в местный журнал. Доходов хватило на то, чтобы уже семнадцатилетним полностью обеспечивать родителей и переехать в отдельное от них жильё.

Колледж он закончил в 1897, а потом ещё некоторое время учился в Колумбийском университете на юридическом факультете, хоть писательское мастерство интересовала его куда больше. Также он изучал французский, немецкий и испанский языки. Чтобы иметь возможность учить то, что ему ещё хочется кроме основного курса, он заплатил единоразовый взнос. Зарабатывал деньги он уже проверенным способом — написанием сочинений в местные газеты и журналы. Кроме того, подавал идеи карикатуристам и художникам. Поняв, что сам писать много он не успевает, Эптон нанял нескольких стенографистов — таким образом ему удавалось получать до восьми тысяч слов в день. И заработать мог не только он, но и ещё несколько ребят.

После ухода из Колумбийского университета он издал четыре книги: «Король Мидас» в 1901, «Принц Хейгэн» в 1902, «Дневник Артура Стирлинга» в 1903 и в следующем, 1904, — собрание эссе о Гражданской войне.

Литератор и политик

Синклер был тем писателем, который не придумывал подробности, а вживался в образы своих героев. Так, например, в 1904 он несколько недель подрабатывал помощником на мясокомбинате, чтобы «с натуры» списать главного героя своего будущего романа «Джунгли», который издал в 1906. Кроме того роман поднимал несколько важных на то время тем, как работа иммигрантов, условия работы на заводах. Не удивительно, что книга стала бестселлером.

За деньги, полученные от продаж, Синклер организовал Helicon Home Colony в Нью-Джерси. Это сообщество было только для белых, что не особо понравилось местным, да и многим активистам за права «цветного» населения. Поэтому, когда Синклер решил баллотироваться в Конгресс от партии социалистов, колонию сожгли неизвестные. Она не просуществовала даже года.

Через год Синклер снова придумал создать организацию, назвал её Intercollegiate Socialist Society.

В 1913-1914 Синклер трижды ездил в Колорадо на угольные поля. Эти поездки потом отобразились в его книге «Король уголь», а со временем он взялся за огромный исторический труд «Война угля». В 1914 он также был одним из организаторов массовых демонстраций в Нью-Йорке против Рокфеллера возле офисов  его Standart Oil. Акцию поддержали многие общественные организации, в том числе и анархисты.

В 20-х годах Синклер переехал в Калифорнию, где прожил следующие сорок лет. Там он организовал Американский союз гражданских свобод. Не желая отказываться от политической карьеры, он ещё дважды баллотировался в Конгресс, но безрезультатно.

В 1927 Синклер издал роман «Нефть!»

В 1930 году он баллотировался на место губернатора штата, но также проиграл, хотя и набрал 50 тысяч голосов.

Синклер считал радикальную политику неплохим методом. Так, в 1923 его арестовали за то, что он был активным участником забастовки работников промышленности. Активисты боролись за свободы и права, гарантированные Конституцией, а Синклер при всех начал читать Билль о правах и свободах. Офицер, который его задержал, внятно дал понять, что ничего подобного в этой стране не будет.

В 1934 Синклер снова пробует себя в гонках за кресло губернатора Калифорнии, на этот раз от демократической партии, и получает уже почти 900 тысяч голосов, но уступает место Фрэнку Мерриаму, который получил на 200 тысяч больше. Активно противились кампании Синклера боссы Голливуда. Они запрещали своим сотрудникам голосовать за его кандидатуру, а также сняли несколько пропагандистских фильмов против него.

Основной идеей Синклера была борьба с бедностью. Эта его идея как раз и сослужила ему плохую службу, поскольку его 32-летнее членство в социалистической партии для многих теперь выглядело, как поддержка коммунизма. Хотя сами коммунисты США держались от него в сторонке, считая капиталистом.

В своей книге «Кубок ярости» Синклер жёстко раскритиковал коммунизм и выступил против его существования.

После проигрыша Мерриаму, Синклер решил завязать с политикой и вернуться к письму. В 1935 он опубликовал две книги, в которых описал методы «борьбы» за кресло своего оппонента.

В 1943 его роман «Зубы дракона» получи Пулитцеровскую премию.

Остальные годы жизни он писал романы и эссе, а также читал лекции по теории литературы и журналистике. Кроме того писал разоблачительные статьи о коррупции в США.

Личная жизнь

Синклер был женат трижды. Первой его женой стала Мета Фуллер в 1900. После рождения сына Девида, жена и её родственники начали давить на Синклера, чтобы он оставил писательство и начал зарабатывать нормальные деньги на содержание семьи. Через одиннадцать лет жена сбежала от Синклера с поэтом Гарри Кемпом.

Второй раз он женился в 1913. Его жена Мэри Кэйт Кимбру была из высшего общества штата Миссисипи. Они познакомились, когда Синклер читала лекцию о своей книге «Джунгли». Вместе они прожили вплоть до самой смерти Мэри в 1961.

Третьей женой Синклера стала Мэри Элизабет Уиллис, они поселились в домике в Нью-Джерси, гже жили до самой смерти Мэри в 1967. Сам Синклер умер через год после неё.

Интересные факты

  • В цикле альтернативной истории Гарри Тёртлдава «Американская империя» Синклер побеждает на выборах 1920 и 1924 годов и выступает как первый социалистический президент США.
  • По приглашению Чарли Чаплина Синклер выступал продюсером незаконченного фильма Сергея Эйзенштейна «Да здравствует Мексика!».
  • Писатель принадлежал к большой группе публицистов и журналистов — «разгребателей грязи» (лидер — Линкольн Стеффенс), печатавших в многотиражных изданиях обличения коррупции, фальсификации медикаментов, продажности стражей правопорядка, финансовых махинаций и торговли «живым товаром», эксплуатации детского труда и афер политиков.
  • В 2007 году по мотивам романа «Нефть» был снят художественный фильм «Нефть», который был выдвинут на премию Оскар в 8 номинациях.

Титулы и награды

  • 1943 — Пулитцеровская премия.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

theperson.pro