Россия или «альтернатива»? В Европе кончились нефть и газ. Газ нефть европа


Россия или «альтернатива»? В Европе кончились нефть и газ

Запасы нефти и газа в Европе неумолимо иссякают. Об этом говорят не только сами страны Старого Света, но и поведение отечественных компаний, сокращающих инвестиции в разработку месторождений региона. Казалось бы, такая тенденция выгодна России, которая теперь сможет нарастить поставки на один из своих традиционных рынков. Но, как выяснил Лайф, не всё так просто…

Вовсю трубящая о своей «энергонезависимости от России» Европа начинает испытывать проблемы с собственной добычей. Об этом свидетельствуют попавшие в распоряжение Лайфа данные BP. За последние несколько лет многие страны, особенно это касается Восточной Европы, сократили добычу на 20–30% и теперь вынуждены наращивать поставки из и без того слабеющей Норвегии, а также стран Персидского бассейна, Африки и России.

Добыча Норвегии и Англии «на последнем издыхании»

Если посмотреть на Европу через призму мировой нефтедобычи, то вроде все не так плохо. За последние 10 лет ее доля в мировой добыче чёрного золота изменилась всего на пару процентов — с 9% в 2006 году до 7% в 2016-м. Видно, что крупным производителем Старый Свет никогда не был. Но об этом можно было бы и забыть, имей самый продвинутый в мире континент возможность хотя бы частично положиться на свои ресурсы. В реальности же с каждым годом делать это становится всё сложнее.

По данным британской BP, с 2006 года европейская добыча нефти упала на рекордные 34% — с 253 млн тонн до 169 млн тонн. По большому счету, брать нефть особо неоткуда — добывают только Норвегия – 88 млн тонн — и Англия – 45 млн тонн. Но перспектив у Великобритании с ее выработанными шельфовыми месторождениями почти нет. На Норвегию, как ранее узнал Лайф, тоже полагаться было бы наивно. В 2015 году она принесла Европе на 35% меньше чёрного золота, чем 10 лет назад, свидетельствуют данные BP.

Остальные сравнительно крупные добытчики тоже, как ни пытаются, имевшиеся объёмы удержать не могут. Так, у Дании добыча уже упала на 53%, у Британии – на 41%, у Румынии — на 20%.

— Многие месторождения уже выработаны, все открытия за последние 4 года принесли лишь 2% в суммарную добычу региона, — пишут аналитики BMI Research. — Компаниям остаётся лишь разрабатывать «старые гиганты», так как новые проекты всё чаще оказываются «сухими».

С такими проектами сталкивались многие европейские компании, больше всего «пустых» открытий оказывалось в западной части шельфа Норвегии и в Восточной Европе, замечает в разговоре с Лайфом специалист по рынку ЕС из Оксфордского института энергетических исследований (ОИЭИ) Дэвид Ладезмо.

— Lundin Petroleum, ConocoPhillips, Norse Energy, Centrica — список компаний, разочаровавшихся в открытии новых месторождений, можно продолжать бесконечно, — перечисляет собеседник. — Дело в том, что бурить на суше уже никто не хочет, применять гидроразрыв пласта нельзя, поэтому все идут на шельф. Часто идут вслепую, оперируя только данными, полученными от властей. А они, как вы понимаете, могут нередко завышать полученные от геологов сведения.

Россияне уходят

С падением добычи столкнулись и российские нефтяники. Недавно глава подконтрольной «Газпром нефти» сербской нефтекомпании NIS Кирилл Селезнев заявил о сокращении инвестиций в разведку в пользу электроэнергетики. По его словам, низкие цены на нефть заставили компанию пересмотреть стратегию и снизить инвестиции в добычу на 40% — до $400 млн. В прошлом году компания добыла 1,6 млн тонн нефтяного эквивалента. Добычные и геологоразведочные активы у NIS располагаются в Сербии, Боснии, Румынии, Венгрии, Туркмении и Анголе.

Формальная причина — слишком низкие цены на углеводороды. Но на решение, говорит близкий к компании собеседник Лайфа, могли повлиять и неудачи с последними «гринфилдами» (проекты с нуля).

К примеру, в прошлом году, согласно отчётности бывшего партнера «газпромовских сербов» Falcon oil&Gas, NIS ушла из венгерского проекта Mako. В нём она участвовала в качестве сервисного партнёра, то есть долей не владела. Она бы могла получать доход с продажи добытой там нефти. Но за три года чёрного золота там, несмотря на широкую разрекламированность проекта, так и не нашли. Более того, пришлось даже заплатить Falcon порядка $6 млн за работы, которые «сербы» сами и провели.

В следующий раз с неудачей NIS столкнулась в Боснии и Герцеговине. Так получилось, что на проекте, кроме неё, бурила ещё одна местная компания с российскими корнями – «Нефтегазинкор», принадлежащая государственной «Зарубежнефти» (владела 34% в проекте, остальные были у NIS). Как уже писал Лайф, балканская авантюра дорого обошлась компаниям — на тщетные поиски нефти было потрачено порядка $300 млн. Правда, что в итоге стало с фирмой, компании не сообщают.

Данные события не могли не сказаться и на отчётности компании. В совокупности с подешевевшей нефтью это уронило чистую прибыль NIS за 2015 год на 47% – до 14,6 млрд динар. При этом годовая добыча снизилась на 5% — до 1 млн тонн условного топлива, в первом полугодии этого года она продолжала снижаться ещё на 9% — до 493 тыс. тонн условного топлива. Кстати, ещё один проект «Зарубежнефть» покинула в Хорватии, так и не приступив к бурению на шельфе страны.

Будущее без нефти и газа

Несмотря на большие неудачи на проектах, импорт нефти в страны Европы едва ли вырос. Если в прошлом году страны Старого Света покупали 13 648 тыс. барр. в день (это всего на 1% больше, чем в 2006 году), то в предыдущем — наоборот, на 7% меньше — 12 619 тыс. барр. в день, свидетельствуют данные BP.

Более того, уже давно наметилась тенденция к снижению потребления углеводородов, сходятся во мнении опрошенные Лайфом аналитики. По данным британской компании, за 10 лет Европа сократила зависимость от нефти примерно на 17% — с 789 млн т до 653 млн т. Треть объёмов Старый Свет по-прежнему закупает у России (247 млн т в 2015 году).

Рассчитывать на увеличение «европейской» доли РФ и других стран-экспортёров не стоит, считает Дэвид Ладезмо из ОИЭИ.

— Европа уже давно уходит от традиционных ископаемых видов топлива, потребности постоянно снижаются, — замечает он. — Скорее всего, доля России также не изменится в ближайшие 5–10 лет. То же касается и остальных поставщиков — на материке бурить запрещено, поэтому местным компаниям ничего не остаётся, как продолжать работать на шельфе. В некоторых случаях практически вслепую. Вероятность того, что нефть всё же найдется, не выше, чем выиграть в лотерею.

Во многом импорт нефти будет поддерживаться за счёт нефтепереработки, получившей большое развитие в Европе, считает директор Фонда энергетического развития Сергей Пикин.

— Другое дело — альтернативная генерация. Вероятно, до 2050 года от 80% до 100% европейского энергетического рынка займут возобновляемые источники энергетики (ВИЭ). Этому, в том числе, будут способствовать Парижское соглашение по выбросам и, в принципе, ужесточение экологических требований в странах ЕС, — считает Пикин.

По данным Energy data, в общеевропейской генерации доля ВИЭ в среднем составляет около 19%.

Та же ситуация будет складываться с импортом газа, на который большие планы имеет российский «Газпром». С 2006 года собственная добыча голубого топлива в странах Европы сократилась на 18% — с 310 млрд куб.м. до 255 млрд куб.м. (данные BP). Летом правительство Нидерландов решило ограничить добычу на крупнейшем на континентальном шельфе газовом месторождении Гронингем (980 млрд куб.м.) с 27 млрд куб.м./г. до 24 млрд куб.м./г.

— То же касается и импорта. За последние 10 лет только у «Газпрома» европейские страны стали закупать на 100 млрд куб.м. меньше. Падает и потребление голубого топлива в странах Старого Света, — замечает Пикин.

Источник

bazaistoria.ru

Нефть. Новости дня: Европа пожертвует российским газом ради любви США - Свободная Пресса

Президент США Дональд Трамп и глава Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер приостановили разгоревшуюся было торговую войну между Америкой и Европой, заключив «новую сделку», которой и добивался американский лидер. Стороны договорились не только не вводить новых пошлин и торговых ограничений, но и начать работу над отменой уже существующих.

Дональд Трамп результатами переговоров остался доволен. Он даже выложил свое совместное фото с Юнкером, написав, что на самом деле США и ЕС очень любят друг друга. Глава ЕК также сообщил о значительном прогрессе. А министр экономики Германии Петер Альтмайер даже написал о прорыве, который поможет избежать торговой войны и «спасти миллионы рабочих мест». Хотя насколько выгодны условия «новой сделки» для самих европейцев пока неясно, как и то, какую цену им придется заплатить за трансатлантическую любовь и взаимопонимание.

В частности, как сообщил Дональд Трамп, Евросоюз уже хочет импортировать больше сжиженного газа (СПГ) из Соединенных Штатов.

«Они станут очень, очень крупным покупателем, и мы собираемся облегчить для них этот процесс. Они смогут диверсифицировать свои поставки энергоресурсов, чего они очень сильно хотят сделать, а у нас СПГ в изобилии», — заявил Трамп.

Читайте также

Трамп угодил Порошенко, ударив по Кремлю «Крымской декларацией» Трамп угодил Порошенко, ударив по Кремлю «Крымской декларацией»

США приравняли полуостров к советской Прибалтике

«Мы договорились сегодня усилить наше стратегическое сотрудничество касательно энергетики. Европейский союз хочет импортировать больше СПГ из Соединенных Штатов для диверсификации поставок энергии», — в свою очередь говорится в заявлении Еврокомиссии.

Еще до этого на совместной пресс-конференции с Трампом Юнкер сообщил, что Евросоюз намерен построить больше терминалов для импорта СПГ из США. Этого давно добивается Вашингтон, и, кстати, еще после введения пошлин на алюминий и сталь для европейцев эксперты говорили о том, что Брюссель может пойти на увеличение закупок сжиженного газа в качестве уступки.

Однако пока что, даже существующие терминалы используются далеко не на пределе своих возможностей. Дело в том, что российский трубопроводный газ обходится намного дешевле американского, а доставлять его проще. В прошлом году на долю «Газпрома» пришлось более половины всего европейского экспорта газа. С введением в эксплуатацию газопроводов «Северный поток-2», а также второй ветки «Турецкого потока», позиции России на рынке должны только укрепиться.

Если же говорить об СПГ, то и тут 43% в прошлом году приходилось на Катар, 19% - на Нигерию, 16% - на Алжир. Тем не менее, США активно наращивают собственные СПГ-мощности. Если сейчас там функционирует только один СПГ-завод Sabine Pass мощностью 14 млн. тонн, то к 2020 году в строй должны быть введены еще шесть, что позволит увеличить производственный потенциал до 78 млн. тонн. в год. Сейчас основная часть американского сжиженного газа идет на Восток — в Азиатско-Тихоокеанский регион, в том числе Китай, где выше маржа, а также в страны Южной Америки, куда его удобней доставлять. В Европу американский газ попадает, только если не удается продать его на других рынках либо же когда в силу каких-то обстоятельств цена газа на спотах возрастает.

Несмотря на это, Дональд Трамп не оставляет попыток продвинуть американский СПГ на европейском рынке. А для этого необходимо вытеснить оттуда других поставщиков, в особенности Россию. Неслучайно Вашингтон так противится строительству «Северного потока-2» и называет его угрозой энергетической безопасности Европы. На самом деле, еще одна труба просто снижает конкурентоспособность американского сжиженного газа на европейском рынке.

Нужно учесть, что «Северный поток-2» не столько предназначен для новых объемов газа, сколько должен стать альтернативой украинскому маршруту доставки энергоносителей в Европу. С учетом контроля США над Украиной, можно представить гипотетический сценарий, при котором киевские власти по настоянию старших партнеров из Вашингтона ограничат транзит. Тогда предложение на европейском рынке резко снизится, цена подскочит и, вуаля, поставки СПГ вдруг станут выгодны для американских производителей.

Несмотря на то, что пока что это сценарий гипотетический, очевидно, что в Вашингтоне не намерены отступать от своей цели. И хорошо, если европейцы смогут ограничиться строительством дополнительных терминалов, а не согласятся платить из своего кармана американским компаниям за дорогой газ, лишь бы избежать торговой войны.

— На первый взгляд эти договоренности создают впечатление, что ни Трамп, ни Юнкер ничего в газовой отрасли не понимают, — говорит ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности, преподаватель Финансового университета при правительстве РФ Игорь Юшков. —  Американцы хотят, чтобы Европа покупала больше сжиженного газа, европейцы говорят: «Присылайте». На что Трамп отвечает, что их газ никто не берет, потому что российский — дешевле. В ответ на это Юнкеру ничего не оставалось, как пообещать настроить больше СПГ-терминалов. Не удивлюсь, если примерно в таком ключе и проходил диалог.

В реальности же обещание построить дополнительные СПГ-терминалы звучит странно, потому что в Европе их и так предостаточно. Их общая приемная мощность составляет около 200 млрд. кубометров, но используются в лучшем случае 50 млрд. кубов. Мощностей по приему достаточно, но много лет их никто не заполняет, потому что сжиженный газ не может конкурировать с трубопроводным сырьем «Газпрома». Так было и при высоких ценах на нефть, к которым привязана стоимость газа, и уж тем более, когда нефтяные котировки упали.

«Газпром» третий год подряд ставит исторические рекорды поставок газа в Европу. В 2017 году было поставлено 194,5 млрд. кубометров газа, в этом году прогнозируют объемы свыше 200 миллиардов. Получается, что при честной конкуренции и нормальных рыночных отношениях «Газпром» выигрывает у поставщиков СПГ. Вот тогда и начинаются все эти обсуждения того, как заставить европейские частные компании покупать более дорогой американский газ, когда у них есть российский.

«СП»: — И чем эти обсуждения грозят нам?

— В лучшем случае, европейцы и американцы договорятся построить никому не нужные СПГ-терминалы. У многих в Европе до сих пор существует заблуждение, что если построить терминал, в страну сразу придет дешевый сжиженный газ. На эти грабли уже наступила и Литва, и Польша, теперь в Южной Европе хотят построить терминал на острове Крк, и даже Германия говорила, что таким образом собирается диверсифицировать собственные поставки газа.

Но практика показывает, что наличие инфраструктуры не гарантирует низких цен на газ. Поэтому сколько бы ни строили СПГ-терминалов, конкурентного преимущества американцам это не даст. Тем более что у американских поставщиков есть выбор, на какой рынок отправлять свое сырье. И когда в Азии и Южной Америке цены на СПГ выше, они, естественно, отправят свою продукцию туда. Ведь это тоже частные компании, причем не всегда американские. Возможность сжижать газ на американском заводе выкупают и европейские трейдеры, которые отправляют сырье туда, где есть возможность получить большую маржу. Вот почему американский СПГ не приходит в Европу — цены на этом рынке недостаточно высоки, чтобы конкурировать с азиатскими и южноамериканскими.

Но американцы подали много заявок на строительство СПГ-заводов, и если все они будут реализованы, сырье нужно будет куда-то продавать. Поэтому возникает вопрос, как сделать так, чтобы поставки СПГ в Европу стали выгодны для американцев. Ответ прост: чтобы вся история с экспортом американского СПГ была рентабельной, им нужно повысить цены в Европе.

«СП»: — И это худший для нас вариант?

— Конечно, потому что для того, чтобы повысить цену, необходимо создать определенный дефицит дешевого газа в Европе. Тогда цены повысятся, и можно будет выгодно поставлять в Европу свой СПГ.

Читайте также

Нефтяную державу Россию пересаживают на скрипучую телегу Нефтяную державу Россию пересаживают на скрипучую телегу

Летать по стране становится слишком дорогим удовольствием

Вот тут-то и начинается вся история вокруг «Северного потока-2». Если убрать все обходные газопроводы вокруг Украины, останется только один транзитный путь через ее территорию. И, значит, кто контролирует Украину, контролирует и все объемы поставок российского газа в Европу и может их «поджимать». Например, говорить, что труба сломалась, или вводить новые санкции. Главная задача США сейчас — получить контроль над объемом российского транзита в Европу. Если же обходные газопроводы будут построены, сделать это будет уже невозможно.

Поэтому сегодня американцы так выступают против «Северного потока-2». Все это черным по белому прописано в пакете санкций, которые Конгресс США принял в августе 2017 года. Там сказано, что Вашингтон выступает против этого проекта, чтобы поставлять энергоносители в Европу и тем самым повысить производство газа в США, поддержать американскую газовую промышленность и создать рабочие места. Это не секрет, вопрос только в том, сможет ли Европа что-то противопоставить этим попыткам.

Новости по теме: Франция заявила о начале торговой войны между США и Европой

svpressa.ru

Нефть. Новости дня: Кудрин избавит Европу от российского газа - Свободная Пресса

В ближайшие 20 лет доля России на энергетическом рынке Европы будет неизбежно сокращаться. Такое мнение содержится в докладе Центра стратегических разработок «Тезисы по внешней политике и позиционированию России в мире (2017−2024 гг.)», опубликованном 29 июня.

По мнению экспертов центра Алексея Кудрина, Россия проигрывает в конфликте с Западом по всем фронтам. В частности, страдают ее отношения с Европейским союзом, как в политике, так и в экономике. ЕС, подчеркивают в ЦСР, остается важнейшим торгово-экономическим партнером России. Но если не перейти к диалогу и улучшению отношений, эти связи будет трудно сохранить.

Тем более что присутствие нашей страны на энергетических рынках Европы в перспективе ближайших двух десятилетий будет сокращаться. Это связано с политизацией энергетического сотрудничества, поиском ЕС альтернативных поставщиков, инновациями в энергетической сфере.

«России необходимо диверсифицировать рынки сбыта энергоносителей и национальный экспорт в целом», — говорится в докладе ЦСР.

Сокращение российского присутствия на энергетическом рынке Европы — это то, о чем давно говорят европейцы и американцы. Брюссель еще несколько лет назад провозгласил курс на диверсификацию источников энергоносителей.

Несмотря на это, в последние годы «Газпром» наращивает экспорт газа в Европу. Так, за первые четыре месяца 2017-го поставки российской компании в страны дальнего зарубежья выросли на 14,9% по сравнению с аналогичным периодом 2016 и составили 66,2 млрд. кубометров газа. В частности, экспорт в Австрию вырос на 82,3%, в Германию — на 16,8%, в Данию — на 27,4%, в Венгрию — на 53,6%.

Читайте также

Европа соблазнила Лукашенко банковской революцией Европа соблазнила Лукашенко банковской революцией

ЕК переводит «деньги Белоруссии» на европейские стандарты

В 2016 году «Газпром» нарастил поставки «голубого топлива» в дальнее зарубежье на 12,5% по сравнению с 2015 — до 179,3 млрд. кубометров, что стало историческим максимумом. В 2015-ом также был зафиксирован рост на 8,2% по сравнению с предыдущим годом. Доля российского газа в Европе составляет около 34%. В 2014-ом, для сравнения, она равнялась 30%.

В конце февраля 2017 компания Royal Dutch Shell в своем докладе спрогнозировала, что Россия останется ведущим поставщиком энергоресурсов, в том числе в Европу, как минимум до 2035 года. В январе к похожему выводу пришли в еще одном гиганте — ВР. Там считают, что к 2035 году доля России может даже вырасти до 40%, несмотря на поставки сжиженного газа. Это произойдет за счет снижения внутреннего производства в Европе.

В феврале 2017 заместитель председателя правления «Газпрома» Александр Медведев подтвердил, что «Европа была, есть и остается приоритетным рынком» для российской компании. А член совета директоров Олег Аксютин заявил, что СПГ из США в любом случае стоить на 30% дороже российского газа, перекачиваемого «по самому дорогому маршруту», то есть через Украину.

Строительство газопровода «Северный поток-2» должно еще больше удешевить поставки российского газа для европейцев и закрепить положение «Газпрома» на рынке.

Но так ли все безоблачно для российской компании или эксперты ЦСР правы и доля «Газпрома» будет сокращаться? Некоторые причины для беспокойства все же есть. И, прежде всего, это политическое противодействие российским газопроводным проектам, в частности, «Северному потоку-2», со стороны США. Пока что в «Газпроме» утверждают, что работы идут по плану, и труба может заработать уже в 2019 году. Но ряд стран Восточной Европы, а также Вашингтон, продолжают выступать против проекта. Так, новый пакет санкций, который обсуждает Конгресс США, затронет и строительство газопровода, о чем писала «СП».

27 июня в Белом доме заявили, что уже к 2020 году страна планирует стать чистым экспортером энергоносителей и выйти на глобальный рынок сжиженного природного газа. По оценкам правительственных экономистов, это может увеличить доходы федерального бюджета почти на 120 миллиардов долларов до 2040 года.

Тем не менее, заместитель гендиректора Фонда национальной энергетической безопасности (ФНЭБ) Алексей Гривач считает, что прогнозы ЦСР о том, что доля «Газпрома» на европейском рынке будет сокращаться, не оправданы. Ведь по всем расчетам, потребность Европы в российском газе будет только возрастать.

— Мне кажется, что под этими выводами нет серьезной базы. Доля «Газпрома» в последние годы растет очень уверенно. Более того, с учетом сокращения внутренней добычи и поставок из некоторых других источников газа, Европе к 2035 году потребуется, по самым скромным оценкам, дополнительно 70 миллиардов кубометров газа из России в год. Всего же при сохранении действующей энергетической политики им надо дополнительно 150 миллиардов кубов газа ежегодно.

Траектории движения к этой цифре могут быть разными, могут регулироваться политикой, но примерный объем потребностей Европы, даже при сохранении нынешнего спроса на газ, остается таким. Другие источники не смогут покрыть эту дополнительную необходимость импорта.

«СП»: — Но если в дело вмешается политика?

— Политизация действительно имеет место, и это единственная серьезная причина, которая может помешать «Газпрому». Определенные силы уже очень давно борются с российским газом в Европе. Тезис о том, что нужно диверсифицировать поставки и уйти от России, начались далеко не вчера. Это традиционная риторика.

Но реальность такова, что с 2010 года доля российского газа на рынке ЕС выросла с 23% до 33%. Динамика обратная. Разговоры идут об одном, но жизнь вносит свои коррективы.

«СП»: — А что насчет планов США стать глобальным экспортером сжиженного газа к 2020 году?

— Это звучит красиво. Но сжиженный газ — это товар, который ищет рынки с наибольшими возможностями для монетизации. Система США отличается от большинства других стран. У них нет национального экспортера.

Строятся заводы, которые продают на рынки различным партнерам, в основном глобальным трейдерам, свои мощности по сжижению газа. То есть эти трейдеры купили возможность сжижать газ и потом продавать его на глобальные рынки.

Естественно, они будут продавать газ туда, где смогут получить какую-то прибыль. Сегодня разница в ценах на газ между США и Европой сулит этим трейдерам убытки в 100 долларов на тысячу кубометров. То есть для того, чтобы поставлять газ в Европу с прибылью, американский газ должен стоит ровно ноль. Потому что издержки на его добычу соответствуют конечным ценам на газ на европейском рынке.

Отсюда и разговоры американцев о том, чтобы не давать России строить «Северный поток-2». Помимо политических интересов, связанных с ослаблением сотрудничества России и Европы, это еще и элемент конкурентной борьбы, о чем напрямую говорят многие европейские политики и чиновники, а особенно представители компаний, которым навязывают американский СПГ.

Ведь как работает рынок? Если нет возможности получить газ из одного источника, это приводит к росту цен на поставки в целом. Снижается конкуренция и ликвидность, а для США это жизненно важно, если они хотят завоевать европейский рынок. Сделать это они могут, только ограничив поставки из России такими не рыночными методами, запретив или ограничив их.

«СП»: — Насколько это вероятно?

— Мне кажется, что у США не получится этого сделать. В конце концов, это не получилось в 80-е годы, когда строился газопровод из Советского Союза в Германию, не получилось с турецким рынком, когда они противодействовали строительству «Голубого», а теперь «Турецкого потока». Не получилось это у них с «Северным потоком» и, думаю, не получится и с «Северным потоком-2».

Потому что европейцы понимают, что в конечном итоге отказ от российского газа ляжет тяжким бременем на европейскую энергетическую безопасность и конкурентоспособность их экономики в целом.

«СП»: — Чем тогда объясняется неутешительный прогноз ЦСР?

— Думаю, такие апокалиптичные сценарии связаны с тем, что Центру стратегических разработок сейчас нужно «продать» руководству страны свою программу радикального реформирования. Для этого они будут говорить, что доходы от нефти прекратятся, газ не будут покупать и так далее. Это политическая игра. На мой взгляд, фундаментальных предпосылок для того, чтобы доля России на европейском газовом рынке сократилась, нет.

Похожего мнения придерживается генеральный директор Института национальной энергетики Сергей Правосудов.

— В последнее время в прогнозах ЦСР для России все очень плохо. Наша страна представляется ужасным местом, которое исчезнет с лица Земли, если только не следовать реформам Центра. Правда, реформы эти заключаются, в основном, в том, что нужно продать всю землю и предприятия иностранным компаниям, и тогда мы заживем.

Если же говорить по сути, нужно понимать, что в Европе происходит сокращение собственной добычи газа, и его нужно чем-то компенсировать. Проще и дешевле всего это сделать за счет наращивания поставок газа из России, которая много лет является стабильным партнером. В последние годы, кстати, именно это и происходит.

Конечно, при желании можно пойти более сложным путем и начать покупать сжиженный природный газ. Он обходится дороже, но некоторые страны, например Польша, делают именно так. Они не скрывают, что это политическое решение, которые призвано «диверсифицировать поставки».

Вопрос в том, готова ли Западная Европа пойти по пути Польши и Литвы. Пока что Германия, крупнейший потребитель, наращивает поставки российского газа, и планирует делать это дальше.

Читайте также

Главкомат ВМФ просит Кремль лечь на обратный курс Главкомат ВМФ просит Кремль лечь на обратный курс

ГПВ-2025 сделает флот «бедным родственником», но моряки анонсируют два аналога «Мистралей»

«СП»: — На чем тогда основан прогноз ЦСР?

— Рассуждения Кудрина строятся на политике. Они считают, что Европейский союз по политическим соображениям готов платить за СПГ больше. Я в этом совсем не уверен. Из-за того, что в ЕС увеличилась доля возобновляемой энергии, сильно выросли цены на электричество. Но еще больше наращивать долю возобновляемой энергетики нецелесообразно, потому что она слишком нестабильна. Этой зимой в Германии были эксцессы с энергией, некоторых потребителей даже отключали из-за ее нехватки. Пришлось включать резервные мощности, больше импортировать из соседних стран. Так что это опасная штука.

Что касается атомных электростанций, быстро их построить нельзя. Тем более что та же Германия собирается окончательно закрыть свои АЭС. Кроме того, ЕС собирается сокращать угольную генерацию, и ее тоже чем-то нужно замещать. Таким образом, мы приходим к тому, что газ нужен, и от этого никуда не денешься. Вопрос только в том, готовы ли европейцы переплачивать по политическим соображениям.

svpressa.ru

Нефть и газ: Ценовая политика Газпрома в Европе. Июль 2010

СВЯЗЬ С ЕВРОПОЙ

Перспективы ценовой политики Газпрома в Европе – по&видимому, ключевая проблема, и неопределенность в этом вопросе в последнее время оказывает давление на рынок. Как мы уже отмечали ранее, инвесторы предполагают, что справедливая стоимость концерна снизится более чем на $100 млрд. из-за убыточных новых проектов, а также если Газпром потеряет возможность диктовать уровень цен на газ в Европе. Первый фактор проявится через несколько лет, и масштабы снижения стоимости компании будут зависеть от ситуации с налогообложением новых газовых месторождений. В то же время второй сценарий – возможное снижение цен реализации газа Газпромом на ключевых рынках из&за ослабления связи между ценами на газ и на нефть – представляется более вероятным. Таким образом, покупатели газа разделяются на две категории – те, у кого есть альтернатива поставкам Газпрома, и те, у кого нет такой альтернативы в обозримом будущем. К первым относятся Германия, Франция, Италия и Турция, которые имеют возможность противостоять ценовому давлению Газпрома. Страны второй категории, вероятно, будут по-прежнему закупать газ по ценам, которые привязаны к ценам на нефть, поскольку у Газпрома нет причин снижать цену. Разумеется, Газпром доминирует на рынке импортируемого газа в странах второй категории (его доля составляет от 80% до 100%), тогда как в страны первой категории импортируется значительный объем СПГ и газа по трубопроводам от других поставщиков помимо Газпрома. По нашим оценкам, страны, у которых есть альтернатива поставкам Газпрома и которые могут добиться или уже добились от газового концерна снижения цен (в их числе Германия, Италия, Франция, Турция и Нидерланды, где находится газовый узел), будут импортировать около 95 млрд. куб. м газа. Великобритания по&прежнему будет закупать не менее 7 млрд. куб. м по спотовым ценам. Таким образом, страны, которые продолжат закупать газ по ценам, привязанным к ценам на нефть, и не имеющие возможности для получения СПГ в среднесрочной перспективе, будут импортировать около 58 млрд. В общей сложности эти прогнозы совпадают с оценками Газпрома – импорт 160 млрд. куб. м в страны дальнего зарубежья. Таким образом, учитывая контрактную цену в $320 за 1 тыс. куб. м, возможности закупки газа по спотовым ценам некоторыми странами, а также экспорт в Великобританию по спотовой цене $150–200 за 1 тыс. куб. м, можно ожидать, что цена реализации газа Газпромом составит в среднем $296–303 за тыс. куб. м. По нашим оценкам, в 2011 году цена будет на уровне $306 за тыс. куб. м, а в долгосрочной перспективе составит $302 за тыс. куб. м.

Стратегия при спаде на европейских рынках

Катализатором для котировок Газпрома в ближайшее время может быть рост спотовых цен и их сближение с ценами газовых контрактов, которые привязаны к ценам на нефть. При таком развитии событий рынок станет меньше опасаться значительного снижения цен на газ. Европейские спотовые цены на газ в начале апреля 2010 года достигли минимума $150 за 1 тыс. куб. м. К началу июля цена на британской площадке по торговле газом (National Balancing Point – NBP) выросла более чем на 50% примерно до $250 за тыс. куб. м. Более того, цены на декабрьские фьючерсы показывают, что цена на газ будет составлять $280 за тыс. куб. м, а котировки фьючерсов на январь 2011 года указывают на цену в $300 за тыс. куб. м. Судя по кривой фьючерсов, к концу года цены будут повышаться, что вполне обоснованно с учетом сезонности спроса на газ, пик которого приходится на последние месяцы четвертого квартала. Кроме того, нам представляется, что цены на газ на торговых площадках в Европе начинают в меньшей степени зависеть от цен в США, тогда как в 2009 году и в начале 2010 года корреляция была очень сильной.

ЛУЧШИЕ АКЦИИ

█ Газпром. Мы считаем, что акции Газпрома перепроданы, и потому есть возможность сыграть на их росте. Если спотовые цены будут расти, то при коэффициенте “цена / прибыль” 3,8 (который и без того достаточно низок даже на фоне общего падения на европейских рынках) бумаги Газпрома станут весьма привлекательными, несмотря на все недостатки компании.

█ НОВАТЭК. Внимательно проанализировав потребности компании в капиталовложениях, мы пришли к выводу, что она может генерировать значительные денежные потоки (в объеме примерно 64% свободных денежных потоков ЛУКойла, у которого вдвое выше рыночная капитализация) в ближайшие три с половиной года.

fa.mazurenko.biz

Европа, нефть, газ... «Snipp, snapp snute, så er eventyret ute»

Александр Запольскис. Альтернативы нефтегазовой России больше нет — поэтому майдан идёт в Москву

В этом году в Европе образовался тренд. По мере обострения политического противостояния с Россией, европейские страны внезапно сделали для себя неприятное открытие. Их экономики оказались весьма сильно зависимы от российского экспорта и импорта. Прежде всего, в части энергоносителей. Всего Европа потребляет примерно 480 млрд кубов газа в год. Из них треть (около 137 млрд куб. м) добывает сама, еще треть (150 млрд куб. м) покупает у России, остальное добирает из других регионов (Африка, обе Америки и Ближний Восток). На повестку дня был поставлен вопрос повышения энергетической независимости от России. Тут-то все и посмотрели на Норвегию.

Почему на Норвегию? Потому, что из 27 стран ЕС нефтегазодобывающими являются всего три: Великобритания, Нидерланды и Норвегия. 137 млрд кубов в год добываются именно их стараниями. При этом пик добычи в Великобритании и Нидерландах уже пройден. Запасы истощаются, объемы снижаются, и такая тенденция уже не будет преодолена. Так что все надежды сегодня возлагаются только на Норвегию. Причем надежды очень большие и весьма долгосрочные.

К примеру, вся Прибалтика намерена в течение ближайших лет полностью отказаться от российского газа и перейти на норвежский. Схожие, хотя и не такие радикальные планы есть у Финляндии. Опять же на норвежцев очень рассчитывает Брюссель. Во всех своих прогнозах Евросоюз полагает, что расширение добычи в норвежском секторе континентального шельфа сможет компенсировать опустошение британских и голландских энергетических кладовых. О своих планах по переходу на норвежский газ на днях заявила даже Украина.

С этими надеждами еще в начале этого года всё было хорошо. Ну как — не сказать что идеально, но в целом позитивно. На своих месторождениях Норвегия добывает не только газ, но и нефть. Точнее, началось все как раз с нефти, которой в 2000 году было добыто 1,13 млрд баррелей, в то время как газа — только 47,3 млрд куб. м. Со временем объемы добычи нефти падали, но Директорат нефти (подразделение Министерства нефти и энергетики Норвегии) давал успокоительные прогнозы. Да, добыча нефти снижается. В 2011-м ее в стране было добыто уже лишь 664 млн баррелей, т.е. почти вдвое меньше. Но вместе с тем увеличивается объем добычи газа! С 47,3 млрд куб. м в 2000-м — до 106 млрд куб. м в 2011-м. Одно легко компенсирует другое. Газ заменит нефть и станет на долгие годы растущим источником национальных доходов.

В определенном смысле так оно и было. Добыча нефти прогнозируемо падала и к 2014 году достигла 595 млн баррелей. На общем фоне суммарного европейского потребления нефти в 5,3 млрд баррелей это составило только 10% и как бы вывело нефть из-под внимания общественности. Чего там на нее смотреть, если и так ясно, что 90% нефти всё равно в ЕС импортируется? При этом доля России в импорте незначительна — всего 480-500 млн баррелей. А вот подтверждающийся рост объемов добычи газа (до 112 млрд куб. м в 2014 году) не только формировал благостное восприятие картинки, но и создал в некоторых странах откровенную иллюзию того, что норвежского газа хватит на всех. Это породило всю ту эйфорию, в частности в Литве и Латвии, которая сформировала нынешний тренд.

Дальше — как в сказке: «А потом пришел бабайка». В 2014 году цены на нефть рухнули, обнажив при этом ряд серьезных моментов, ранее скрытых за красивыми прогнозными графиками. Во-первых, выяснилось, что основные эксплуатируемые норвежские месторождения уже в значительной степени выработаны. Свежих цифр за текущий год нигде нет, но сделать выводы об их возможном значении можно — исходя из данных по изменению запасов в основных районах добычи в период с даты начала их разработки и до 2003 года.

Район «Экофиск». На начало добычи в 1971 году его разведанные запасы составляли 669 млн кубометров нефтяного эквивалента (н.э.). К концу 2003-го запасов оставалось уже всего 216 млн куб. м н.э. За 30 лет эксплуатации выработано 67,7% ресурса.

Район «Статфьёрд». Начало добычи — 1979 год. Разведанные запасы — 647 млн куб. м н.э.. В 2003-м там осталось уже всего 51 млн куб. м н.э. За 24 года выработано 92,1% ресурса.

Район «Гуллфакс». Начало добычи — 1986 год. Разведанные запасы — 361 млн куб. м н.э. В 2003-м их осталось только 43 млн куб. м н.э. За 17 лет выработано 88% ресурса.

Район «Осеберг». Начало добычи — 1988 год. Разведанные запасы — 438 млн куб. м н.э. В 2003-м запас составил уже лишь 125 млн куб. м н.э. За 15 лет выработано 73,1% ресурса.

В 1995 году Норвегия начала разработку самого крупного месторождения, найденного на норвежской части шельфа, — района «Тролл». Его разведанные запасы составили 1612 млн куб. м н.э. В 2003-м там их осталось только 1355 млн куб. м н.э. С одной стороны, как бы еще много. Но с другой… всего за 8 лет выкачано уже 15,9%.

С тех пор Норвегия ударными темпами наращивала объемы добычи. Так что даже запасов «Тролл» к настоящему времени осталось явно сильно меньше, чем если считать просто по линейной зависимости. Некоторые эксперты вообще говорят, что там их осталось не более чем на 6-8 лет добычи. Точно так же оскудели и другие месторождения. А некоторые из них, как, например, район «Фригг», выработаны полностью.

Вторым важным моментом является тот факт, что с конца прошлого века в Северном и Баренцевом морях (а не только на норвежском шельфе) не было найдено ни одного действительно крупного месторождения энергоносителей. Сказать, что нефть и газ там закончились, нельзя. Разведанные запасы в одной только Норвегии оцениваются примерно в объеме 3,7 млрд куб. м н.э. в уже эксплуатируемых месторождениях. Однако новых, еще не освоенных, найдено всего лишь на 676 млн куб. м. Причем средний размер запасов одного района не превышает 32 млн куб. м. Это — если считать статистически, деля суммарную цифру на количество районов «в штуках» (их всего 21). А если посмотреть на реальную картину, то в 13 районах разведанные запасы не превышают 10 млн куб. м. В том числе в 9 районах — не превышают 5 млн куб. м.

В переводе на простой русский это значит, что, как раньше, один раз вложившись в обустройство района добычи, и дальше только качать и качать, уже не выйдет. Это на запасах вроде «Тролл» можно было в широком диапазоне играть цифрами стоимости добычи барреля. В конце концов, себестоимость позволительно обозначить хоть в три копейки. В результате лишь отодвинется календарная дата достижения самоокупаемости проекта и начала получения им чистой прибыли. С мелкими месторождениями подобные шутки проворачивать уже невозможно.

Именно это и обнажили упавшие нефтяные цены. Сказка закончилась. Как говорят норвежцы — «Snipp, snapp snute, så er eventyret ute» (вот и сказочке конец, а кто слушал — молодец). Исчерпание старых месторождений вызывает неизбежные последствия. Просадку грунтов. Разрушение скважин. Падение давления в пластах. Это требует ускорения перехода с экстенсивных на интенсивные технологии добычи. Например, если изначально нефть и газ сами били из скважины под давлением, то теперь их необходимо подталкивать. В частности, методом закачивания в пласты воды. Дело дошло до того, что на один добытый кубический метр нефти расходуется до 5 кубометров воды, а на один куб газа — до 16 кубов воды. Это всё — расходы. Причем расходы, постоянно возрастающие. Вода, загоняемая в меловые мешки, разрушает стенки месторождений. Это периодически приводит к экологическим катастрофам. В последний раз вследствие разрушения пласта в море оказалось выброшено более 126 тыс. тонн сырой нефти. Приходится часто повторять геологоразведку. Проводить ремонтные работы. А то и бурить новые скважины в уже вроде бы старом месторождении. В итоге тратя на это все новые и новые деньги.

Как сказал в августе этого года генеральный директор Нефтяного директората Норвегии Бенте Ниланд, в стране планируется кардинальное сокращение затрат в нефтегазовый сектор. «Речь идет о финансовой дисциплине». Директора очень даже можно понять. За десять лет, с 2004 по 2014-й, ежегодные расходы на геологоразведку и организацию добычи выросли с 70 до 230 млрд норвежских крон. Т.е. в три раза. И это при том, что 2014 год назван пиковым по размеру инвестиций в отрасль. Уже в 2015-м эта цифра планируется в размере 182 млрд крон, что соответствует уровню 2012 года. Это подтверждается заявлениями ряда крупнейших норвежских нефтегазовых компаний — вроде Statoil — о кардинальном пересмотре своих инвестиционных планов на ближайшие 5-7 лет. Свой отрицательный вклад в это дело вносят растущие технические проблемы на месторождениях «Валхалл», «Ход», «Ула» и «Тамбар», на которых работает компания BP. Да и у самой Statoil на участках «Ньйорд», «Асгард» и «Трой» дела идут не лучше.

Будет крайне любопытным почитать очередной аналитический отчет Нефтяного директората, который Норвегия обнародует в январе 2015 года. Особенно тот его раздел, который касается прогнозов. Полагаю, там найдется много неожиданного и интересного. Впрочем, скорее всего, он подтвердит уже сделанные аналитиками выводы.

Пик нефтегазовой добычи в Норвегии пройден. Запасы еще есть, и их достаточно много. До 2020-2021 года хватит. Правда, даже в этом случае общий объем добычи будет снижаться. Но медленно. Резкие перемены наступят после указанного рубежа. Однако уже сейчас Европа становится всё более чувствительной к колебанию уровня мировых цен на энергоносители.

Причем, что любопытно, очень разнонаправленно чувствительна. Ей одновременно нужны низкие цены на газ и высокие — на нефть. Высокие, как выясняется, это значит не ниже 60-62 долларов за баррель. Иначе вся отрасль нефтегазовой добычи минимум на треть проседает по издержкам. А низкие цены на газ — это значит не выше 450-500 долларов за тысячу кубов. Т.е. катарская планка в 600-630 долларов за тысячу кубов является совершенно неприемлемой.

Еще важным моментом является структура экспорта норвежских энергоносителей. В частности, по газу картина (в процентах от всего экспорта) складывается в следующем виде: в Германию — 42,4%; во Францию — 21,3%; в Нидерланды — 9,7%; в Бельгию — 8,3%; в Италию — 6,7%; в Чехию — 3,9%; в Испанию — 3,7%; во все остальные страны — 4,0%. Несложно понять, что для поставок, скажем, на Украину, в Норвегии газа просто нет. Вопрос даже не в отсутствии транспортной инфраструктуры в Европе или денег на его оплату в самой Украине. Нет самого лишнего газа. От слова совсем.

Причем в среднесрочной перспективе его будет становиться из года в год еще меньше. Вряд ли ошибусь, если скажу, что первыми на вылет из списка покупателей окажутся те самые «прочие страны», в перечень которых входят, кстати, все три прибалтийских государства. Когда там, по планам Литвы, должна наступить ее газовая независимость от России, в 2021 году? Полагаю, у Прибалтики с этими прожектами дело явно не заладится. И вовсе не из-за козней «Газпрома».

В сущности, картина складывается следующим образом. В перспективе к 2021 году, т.е. уже через 7 лет, в Европе начнет образовываться новый дефицит газа в объеме до трети суммарной годовой потребности. Причем не абы какого, а газа именно дешевого. Т.е. такого, который никто, кроме России, поставить не может. Судя по всему, именно это и является той недостающей причиной, которая подтолкнула США к реализации проекта «Украина, версия Майдан 2.0».

Европа эту перспективу понимает. Через 7 лет доля России в европейском потреблении газа имеет все шансы достичь 50%. Потому уже сейчас Брюссель начал формирование новой системы европейских газовых закупок. Ее главная цель — сформировать из отдельных стран как бы единого европейского покупателя газа, с которым «Газпрому» придется иметь дело в Европе. А не с каждой отдельной страной, как сегодня. С одной стороны, это должно повысить общую политическую устойчивость ЕС. С другой — позволить выровнять газовые цены для всех стран Евросоюза и понизить их общую величину. Ибо сегодня каждая страна свой контракт с Россией заключает индивидуально. Потому Македония 1 тыс. кубов покупает по 564,3 доллара, Польша — по 525,5, Босния — по 515, Чехия — по 503, Болгария — по 501, Греция — по 427, Великобритания — по 313, Франция — по 393, Германия — по 379.

Однако независимо от того, насколько у Брюсселя это получится, для США такой сценарий означает крах идеи Трансатлантического торгового союза. Предложить цены на энергоносители ниже российских Вашингтон не сможет. От слова вообще. В этом случае, как бы там европейцы ни упирались из своих традиционных евроцентристских взглядов на мир, при 50-60% зависимости от российского газа ускорение дрейфа всей Европы в сторону Москвы неизбежно. Остановить это — всё равно что пытаться остановить вращение Земли. Причем естественным следствием этого сближения станет расширение объемов взаимной торговли, а значит, и упрочение всяких разных «не только экономических» связей. Следовательно — неизбежный отрыв Европы от США. Отрыв, который приведет к полной утрате Америкой всякого влияния на всем Евро-Азиатском континенте. Для США это фактически означает глобальные геополитические похороны.

Остановить сценарий Америка может лишь тотальным разрушением России с целью взятия под собственный контроль наших нефтегазовых месторождений. Или, как вариант, создания на территории РФ такого уровня нестабильности, чтобы он, как на Украине, привел к разрушению инфраструктуры и обернулся невосстановимым сокращением объемов поставок. Тогда Европе просто некуда станет деваться. Это объясняет всю американскую стратегию, а также резкое взвинчивание темпов американо-российского противостояния.

 

У США просто не осталось времени. До рубежа осталось всего 7 лет. Обратный отсчет уже идет. Так что в ближайший год в России следует ожидать самых отчаянных попыток к организации Майдана у нас. Ну что же: для России агрессии отражать не впервой. Главное, мы теперь знаем ответы на все ключевые вопросы: кто, что и почему.

Александр Запольскис — независимый эксперт, специально для ИА REGNUM

maxpark.com