Роль нефтяной отрасли в экономике Венесуэлы (стр. 3 из 4). Импортеры нефти венесуэлы


Роль нефтяной отрасли в экономике Венесуэлы

На настоящий моментГосударственная компания PdVSA(Petroleos de Venezuela, S.A.) - одна из крупнейших в мире. PdVSA активно инвестирует за пределами Венесуэлы. Так, в США PdVSA принадлежат компании CITGO Petroleum Corp. (нефтепереработка, транспортировка и сбыт нефтепродуктов) и UNO-VEN. PdVSA на паритетных началах с немецкой компанией VEBA Oel AG владеет Ruhr Oel GmbH - одной из крупнейших нефтеперерабатывающих компаний в Германии. Также на паритетных началах с финской Neste Corporation PdVSA владеет AB Nynas Petroleum, работающей с нефтеперерабатывающими заводами в Швеции, Бельгии и Великобритании. По договору долгосрочного лизинга PdVSA работает на нефтеперерабатывающем заводе и терминале на острове Кюрасао. Компания имеет флот собственных танкеров.В состав PdVSA входят следующие подразделения:

1. PdVSA Petroleo y Gas

2. PdVSA Exploration and Production (включая PdVSA Exploration, PDVSA Production, PdVSA Orinoco Belt, Bitor / Carbozulia и CVP).

3. PdVSA Manufacturing and Marketing (включая PdVSA Refining and Marketing, Deltaven, PDV Marina, Intevep и PdVSA GaS).

4. PdVSA Services (включая Bariven, PdVSA Administration and Services, PdVSA Engineering and Projects).

5. PdVSA Pequiven (нефтехимия)

6. PdVSA-CIED и PdVSA-Intevep (образование, сервисныеуслугииНИОКР)

7. PdVSA-Palmaven (экология)

8. PdVSA-SOFIP (инвестиционныйфонд)

В течение всего 2009 года венесуэльская экономика сократилась на 5,8% по сравнению с 2008 годом.Банк обвинил сокращение на глобальный экономический кризис и "слабости цен на нефть и сокращения выходных", установленныепроизводителем группы ОПЕК.

2.2 Позиции Венесуэлы в ОПЕК

В 1960 году в Багдаде главные поставщики нефти на мировой рынок—Венесуэла, Ирак, Иран, Кувейт и Саудовская Аравия — основали Организацию стран—экспортеров нефти (ОПЕК). Участие Венесуэлы в ОПЕК обусловило гораздо больший размер упущенных выгод в результате введенных этой организацией квот на объёмы добычи и продажи нефти.Акции ОПЕК не ограничиваются чисто экономическими аспектами. Они также создают политические и моральные предпосылки для решения задач национального развития. В этом плане ужесточение государственного контроля над нефтью правительством У. Чавеса в Венесуэле непосредственно вытекало из ее положения как одного из лидеров ОПЕК и являлось закономерным продолжением внешнеполитической и внешнеэкономической стратегии руководства страны. Приход к власти У. Чавеса и его единоверцев сопровождался резким повышением динамичности внешнеполитической деятельности. Преследуемая цель - опираясь на свои "шальные" национальные богатства, значительно усилить роль страны, как в Латинской Америке, так и на мировой арене. Обозначился ряд принципиальных направлений: укрепление сотрудничества с развивающимися странами, в первую очередь с государствами Латинской Америки, интенсификация контактов со странами, входящими в ОПЕК, с целью координации усилий по поддержанию приемлемого уровня цен, резкий разворот в направлении Юго-Восточной Азии, особенно в сторону Китая (но всё же американское направление оставалось явно доминирующим: 55% венесуэльского экспорта приходилось на США), дальнейшее развитие связей со странами Европейского союза, наведение мостов в Россию. Показателем активизации внешнеполитической деятельности служат многочисленные поездки У. Чавеса. Всего за время президентства он побывал с официальными и рабочими визитами более чем в 55 странах, участвовал в работе двух саммитов Европейский союз – Латинская Америка (в 1999 году и 2002 году). Внешнюю политику современной Венесуэлы отличает динамизм и универсальность. Благодаря выдвижению целого ряда важных инициатив роль Венесуэлы на международной арене заметно возросла. Как уже неоднократно подчеркивалось, Венесуэла является одним из основателей ОПЕК и принимает активное участие в деятельности этой организации. Президент неоднократно заявлял, что не приемлет какого-либо давления (имея в виду, прежде всего, нажим со стороны США) при определении нефтяных цен, так как это суверенное право его страны. В результате усилий У. Чавеса по координации политики стран - членов ОПЕК возросла роль Венесуэлы в формировании мировых цен на нефть. Об авторитете Венесуэлы в ОПЕК свидетельствует проведение в сентябре 2000 г. встречи (второй за всю историю) лидеров государств - членов ОПЕК в Каракасе, где были достигнуты стратегически важные договоренности, а затем и избрание в январе 2001 г. А. Родригеса, занимавшего пост министра нефти Венесуэлы, генеральным секретарем этой организации. Таким образом, несмотря на сильную специализацию внешней торговли и сравнительно скромные позиции Венесуэлы в других объединениях стран-экспортеров, она неизменно активно выступает за консолидацию усилий развивающихся стран — производителей сырья и регулирование их отношений с развитыми государствами-импортерами в рамках специальных многосторонних соглашений по отдельным товарам.

3. Нефтяное сотрудничество Венесуэлы с другими странами

По основным макроэкономическим показателям (ВВП Венесуэлы в 2009 году— 350.1 млрд. долл., ВВП на душу населения— 13,100. долл.) Венесуэла относится в Латинской Америке к странам среднего уровня развития. Но значение ее сразу же возрастет, если принять во внимание наличие важных стратегических ресурсов. Достаточно сказать, что страна находится на пятом месте в мире по экспорту нефти, роль которой, а также газа, в современной экономике имеет тенденцию к постоянному возрастанию. А нефтяное сотрудничество с другими странами имеет огромное значение в экономике Венесуэлы (экспорт из Венесуэлы (52млрд. долл. в 2009) идет в основном в США (41% в 2008 году), а также на Нидерландские Антильские острова— 8% и в Китай— 5%.). Рассмотри эти внешнеэкономические отношения с главными регионами мира: с Европой, Азией, Америкой и Россией.

3.1 Внешнеэкономическая политика Венесуэлы на современном этапе

Уго Чавес подписал в 2000 году "соглашения Каракаса" в области энергетического сотрудничества с президентами 10 стран Центральной Америки и Карибского бассейна. В соответствии с этим соглашением, Венесуэла соглашалась поставить в государственные органы этих стран в общей сложности 80 тысяч баррелей сырой нефти, нефтепродуктов и сжиженного нефтяного газа на особых условиях. А именно, страны-участницы обязались иметь общий бюджет, до 15 лет платить за амортизацию капитала, с льготным периодом в один год и годовой процентной ставкой от 2%. Куба и Венесуэла договорились укреплять экономическое и энергетического сотрудничество двух стран, соответствующие документы были подписаны в рамках визита главы кубинского государства в Каракас 13 декабря 2008 года. Среди документов, подписанных по итогам переговоров Кастро и президента Венесуэлы Уго Чавеса, меморандум о взаимопонимании по вопросу строительства в кубинской провинции Матансас НПЗ (нефтеперерабатывающий завод), способного перерабатывать 150 тысяч баррелей нефти в день. Стороны также договорились о создании холдинга Cuvenpetrol, в рамках развития которого предусмотрено увеличении производительности кубинских НПЗ "Камило Сьенфуегос" и "Эрманос Диас". Помимо этого, представители Кубы и Венесуэлы подписали меморандумы о взаимопонимании по углублению технического сотрудничества в области переработки нефти. Венесуэла и Куба также достигли соглашения о развитии в 2009 году 173 совместных экономических проектов (в том числе 36-ти новых проектов) на общую сумму, превышающую 2 миллиарда долларов, о чем было объявлено после завершения работы в Каракасе 9-ой межправительственной комиссии Куба-Венесуэла.По словам представителей Кубы и Венесуэлы, подписанные соглашения послужат укреплению сотрудничества в рамках "Боливарианской альтернативы для Америк" (ALBA) Как заявил Кастро, ALBA - высшая форма интеграции стран, которая может стать действенным инструментом сопротивления неолиберализму и финансово-экономическому кризису, и открывает путь к созданию более справедливого общества.ALBA объединяет Венесуэлу, Кубу, Боливию, Гондурас, Доминику и Никарагуа. В числе наблюдателей - Гаити, Иран, Уругвай, Эквадор.

Что касается отношений Венесуэлы с США, то ещё в конце 90-ых американское направление во внешней экономике Венесуэлы было доминирующим.55% экспорта приходилось на США, а 87% из этого объёма приходилось на нефть и нефтепродукты. Нефтепром Венесуэлы сохранял высокую зависимость от США в плане технологий и оборудования, подготовки специалистов. По мере приближения стоимости нефти к явно не устраивающей Вашингтон отметке американцы стали весьма плотно работать с Каракасом. Цель - побудить Венесуэлу, наряду с Мексикой и Саудовской Аравией, стать инициатором сначала смягчения политики квотирования нефтедобычи, а затем и отказа от неё. В определённой степени им это удалось. Что же касается США, то Чавес им не нравится, но им нужен стабильный поставщик нефти. Венесуэла добывает 3млн. барр. нефти в день. Венесуэльская нефть составляет 15% нефтяного импорта США. Многие нефтеперерабатывающие заводы в США, прежде всего на юге, ориентированы как раз на сырьё из Венесуэлы. Несмотря на антиамериканскую риторику, Чавес всегда выполнял обязательства по поставкам нефти в США и будет их выполнять и в дальнейшем.

mirznanii.com

150 лет с нефтяным рынком: от Венесуэлы к сланцам | Экономика | ИноСМИ

Рынок нефти меняется. В предыдущей части мы узнали о первом нефтяном буме в США и самом известном нефтяном магнате — Рокфеллере. Теперь мы обратимся к странам, где после Второй мировой войны стали добывать все больше нефти. Речь, прежде всего, о Ближнем Востоке.

Страны-добытчики тянутся к властиПостепенный распад колониальных империй привел к изменениям в отношениях между нефтяными компаниями и странами, где они работали. Прежде договоры между ними носили явно колониальный характер: страны получали от добычи значительно меньшую часть.

Импульс для лавины изменений дала Венесуэла. В 40-х президенту Ромулу Бетанкуру, несмотря на сопротивление добывающих компаний, удалось отстоять равное разделение прибыли от добычи. Но поскольку цены на нефть в этот период ненадолго упали, у венесуэльской нефти были довольно большие производственные издержки, а нефтяным компаниям уже доставалась лишь половина прибыли, то южноамериканскому государству грозила потеря доли на рыке. Поэтому из венесуэльского Каракаса на Ближний Восток отправилась правительственная делегация, чтобы убедить производителей поступиться частью «нефтяного пирога». Делегация добилась своего: формулу «50 на 50» ввели в Саудовской Аравии, Кувейте и Ираке.

Česká Pozice23.11.2015Il Giornale28.11.2015Haqqin.az19.11.2015Bloomberg19.10.2015Однако более выгодное разделение нефтяных прибылей еще не означало значительного укрепления позиций стран-добытчиков в отношениях со странами-потребителями и внешним гегемоном — США. Национализация иранской нефтяной промышленности при премьере Мосаддыке в 1951 году через два года была де-факто отменена операцией «Аякс», которую осуществила британская Ми-6 и американское ЦРУ. Они свергли Мохаммеда Мосаддыка и привели к власти правительство прозападного шаха Резы Пехлеви. И хотя официально нефть осталась иранской, ее добычу в свои руки взял консорциум британских, американских и французских компаний. К этому же периоду относится и Суэцкий кризис, когда президент Египта Гамаль Насер национализировал Суэцкий канал.

Кризис, связанный с последовавшей французско-британско-израильской интервенцией, прямо не отразился на нефтяных рынках — только немного выросли транспортные расходы, потому что теперь некоторым танкерам приходилось огибать Африку. Однако нефтяные компании отказались от плана прокладки нефтепроводов на Ближнем Востоке и сосредоточились на строительстве танкерной флотилии, в том числе огромных супертанкеров. Хотя бы одна часть производственной цепи, транспортировка, должна была остаться в стороне от политических кризисов. Доминирование транснациональных нефтяных компаний на нефтяном рынке продолжало расти за счет выгодной для них ситуации в международных отношениях на Ближнем Востоке.

Конец прежним временамВ 60-е годы начала образовываться новая форма нефтяных рынков, которая остается с нами поныне. Первой ласточкой стало создание в 1960 году в Багдаде Организации стран-экспортеров нефти (ОПЕК). Однако основанием для создания организации, в котором тогда принимали участие Ирак, Кувейт, Иран, Саудовская Аравия и Венесуэла не было желание «выковать» энергетическое оружие против бывших колониальных держав и США. Создание организации сделал необходимым сам нефтяной рынок, который в конце 50-х годов снова развивался в ущерб добытчикам.

Роль в этом сыграл и Советский Союз, который в 50-е годы консолидировал свою разрушенную войной добывающую промышленность, постепенно расширил ее до Поволжья и Западной Сибири и начал экспортировать нефть на запад. Несмотря на все усилия, в то время у Советского Союза не было союзников на Ближнем Востоке, поэтому никаких договоренностей с арабскими добытчиками о координировании производства быть не могло. Нефтяные доходы в иностранной валюте перевесили желание каким-либо образом политизировать энергетические поставки.

Сначала снижающиеся из-за перепроизводства цены не беспокоили страны-добытчики, поскольку они получали в рамках договоров «50 на 50», которые за прошедшее время стали международным стандартом, за каждый добытый баррель нефти фиксированную сумму. А вот добывающие компании очень страдали от спада и старались компенсировать меньший доход с одного барреля, увеличивая объемы добычи, что, однако, только способствовало дальнейшему снижению цен.

Почему не повторился картельный договор между крупнейшими транснациональными компаниями по примеру 20-х годов? Во-первых, советский игрок настолько отличался от первоначальных Семи сестер, в том числе идеологически, что договор с ним был невозможен. Но это было не единственным препятствием в поисках договоренности на стороне предложения. Ведь она была раздроблена: Франция, например, под руководством президента Шарля де Голля оказывала значительную поддержку своим нефтяным компаниям в Северной Африке. Точно так же и правительство Италии сквозь пальцы терпимо относилось к покупке дешевой советской нефти энергетическим концерном Eni, а ливийское правительство шло на уступки американским независимым добытчикам.

От олигополии нефтяной рынок стремительно двигался в сторону высоко конкурентной среды, которая была в 20-х. Для добывающих компаний это означало увеличивающуюся разницу между ценой барреля нефти на рынке и расходами, включающими фиксированные отчисления странам, где добывалась нефть. И поскольку договор был невозможен, осталось одно — снизить эти отчисления без консультаций. ОПЕК же была призвана объединить страны-добытчики и помешать дальнейшему снижению их доли в прибыли от добычи нефти. И эта цель была достигнута.

Этот успех и шестидневная война в июне 1967 года между Израилем с одной стороны и Египтом, Иорданией и Сирией с другой привели к первой политизации поставок нефти со стороны арабских производителей. Арабские члены ОПЕК ввели эмбарго на союзников Израиля, в первую очередь Великобританию и США. Эта первая попытка эмбарго, однако, провалилась, так как, во-первых, между странами ОПЕК не было согласия в том, какие страны и как долго бойкотировать, а, во-вторых, некоторые страны, такие как Венесуэла и Иран, вообще отказались участвовать в эмбарго. Вместе с этим на рынке был переизбыток нефти, поэтому в итоге экспортеры сами пострадали больше, чем бойкотированные государства. Реагируя на это фиаско, арабские страны-добытчики создали свою Организацию арабских стран-экспортеров нефти (OAПEC).

Нефть как оружиеЭто первое крупное нефтяное эмбарго не привело ни к каким ощутимым изменениям в поведении крупных потребителей. Так, например, доля импортированной нефти в общем энергетическом потреблении ФРГ в 60-е годы увеличилась на 50%. И хотя правительство ФРГ ввело масштабные меры по поддержке внутренней добычи угля, это было скорее попыткой сохранить рабочие места, чем снизить зависимость от ввозимой нефти. Подобная ситуация сложилась и в Великобритании. Никакие ограничения спроса, а с ним и экономического роста не рассматривались. Кстати, и нефти на рынке по-прежнему было достаточно.

Но постепенно увеличивалась доля ближневосточных стран-экспортеров, а также росла зависимость США и Западной Европы от них (в 1971 года Соединенные Штаты достигли своего максимума в добыче). Своего рода исключением была Франция, которая пусть и не стремилась к общему снижению потребления, но в интересах укрепления энергетической безопасности делала большую ставку на добычу под собственным контролем в Алжире.

Страшный шок постиг всех в октябре 1973 года, когда очередной израильско-арабский конфликт закончился победой Израиля. Арабские страны-добытчики, желавшие отомстить за поддержку Израиля, ввели масштабное эмбарго против США и других союзников Израиля. То, что это эмбарго не закончилось таким же фиаско, как предыдущее, можно объяснить несколькими факторами.

В начале 70-х годов, прежде всего, ближневосточные и североафриканские страны начали действовать более слаженно. Им постепенно удалось добиться еще лучших цен для своих природных богатств и на волне национализации взять под контроль и саму добычу. На руку им был и растущий спрос, который постепенно начал нагонять добычу, а также тот факт, что на стороне потребления было намного больше субъектов, так что их вероятная координация вряд ли была возможна. Таким образом, не было благоприятных условий для эмбарго стран-добытчиков со стороны транснациональных нефтяных компаний. Они по-прежнему контролировали добычу, поэтому теоретически могли бы бойкотом показательно наказать первого производителя, который бы стал слишком громко о себе заявлять.

Успеху эмбарго также способствовали противоречия между основными странами-потребителями. Некоторые из них, например США и Нидерланды, занимали произраильскую позицию, а другие, такие как Франция, — скорее проарабскую. Некоторые из них импортировали с Ближнего Востока очень мало нефти (в 1973 году США — всего 5%), а другие — намного больше (ФРГ — 60%, Япония — 90%).

С другой стороны, стало ясно, что транснациональные компании сохранили в сфере торговли нефти значительную роль. Поскольку они контролировали транспортировку и переработку нефти, а также дистрибуцию нефтепродуктов, они могли перенаправить нефтяные потоки так, что в итоге сбои в поставках во всех странах остались малозначительными. Поставки из стран OAПEC направлялись в основном в «дружественные» страны, а бойкотируемые государства, поддерживающие Израиль, снабжались из неарабских стран.

Рост нефтяных биржЭмбарго кончилось уже в марте 1874 года, и роль тут сыграло то, что все труднее было сохранить экспортные ограничения на фоне растущих прибылей на спотовых, наличных рынках. Многие страны ОАПЕК поддались этому соблазну и начали нарушать договоренности: это явление нам хорошо знакомо и по более поздним событиям. Вероятно, наиболее значительным последствием первого нефтяного кризиса было создание Международного энергетического агентства (IEA) в Париже, которое было призвано решать проблемы западных стран со снабжением нефтью, в том числе координируя нефтяные резервы. Однако IEA помогает своим странам-членам только тогда, когда им недостает определенных объемов нефти. Ее ценой организация не занимается.

Намного более важным последствием кризиса стала тенденция торговать на спот-рынках: вместо преобладавших до той поры долгосрочных соглашений сделки все чаще заключались на биржах. Причиной были более высокие цены, которых страны-экспортеры добивались на нефтяных аукционах. Потребители были готовы платить больше по двум причинам: во-первых, это были небольшие «независимые» компании и небольшие НПЗ из Европы, доступ которых к «крупным» долгосрочным контрактам был осложнен, а, во-вторых, с помощью аукционов можно было частично обойти эмбарго. С переходом на биржевую торговлю, которая влечет за собой переменчивость цен, менее характерную для мира долгосрочных контрактов, появились и нефтяные фьючерсы, а также другие ценные бумаги, с помощью которых можно гарантировать будущую цену сырья.

Реакцию стран-потребителей на первый нефтяной кризис можно кратко охарактеризовать сокращением CoCoNuke. Западные страны и Япония начали экономить энергоносители (conservation), заменять нефть углем (coal) и ядерными технологиями (nuke). Кроме того, западноевропейские страны активизировали сотрудничество с СССР по энергетическим вопросам, прежде всего в сфере поставок природного газа. Чтобы поддержать строительство необходимой инфраструктуры, западные политики долгое время терпимо относились к долгосрочным контрактам, где цены на газ были привязаны к ценам нефти. Эта модель начала постепенно уходить в прошлое только в начале нашего века.

Интересной была и перемена советского подхода к энергетическому экспорту. До 1973 года СССР являлся, в первую очередь, дешевым добытчиком, который всегда был готов снизить цену как можно больше, чтобы навредить капиталистическим транснациональным нефтяным концернам. После 1973 года Советы изменили тактику: теперь они стремились добиться максимальной прибыли, даже в ущерб политическим целям.

Другим детищем первого нефтяного кризиса был запрет на экспорт американской нефти, чтобы свести до минимума американский экспорт. Но это последствие эмбарго 1973 года очень глубоко укоренилось, и споры о его отмене активизировались только в этом году. Еще одним последствием было стремление транснациональных компаний открыть месторождения за пределами стран картеля ОПЕК, например в Северном море, в Мексике и на Аляске. Новые нефтяные источники должны были компенсировать компаниям потерю влияния: на рынке начал доминировать ОПЕК — вместо эксклюзивных долгосрочных контрактов бывшим властителям нефтяных рынков приходилось довольствоваться спот-рынками.

Вообще 70-е годы можно охарактеризовать как десятилетие, когда роль рынка возросла — до небывалого уровня. И пусть на первый взгляд это неочевидно, ведь появился ОПЕК, который, конечно, мог значительно влиять на рынки. Однако ряд других факторов ослабил позиции отдельных игроков. ОПЕК сам перешел на спот-рынки, и международные нефтяные компании лишились некоторых выгод вертикальной интеграции. Западные страны-потребители даже не попытались влиять на рынки с помощью некоего потребительского картеля.

Второй нефтяной кризис, вызванный революцией в Иране в 1979 году, не привел ни к каким принципиальным изменениям, а, скорее, лишь подтвердил и упрочил курс стран-потребителей (на энергетическую экономию) и транснациональных компаний (на технологически сложную добычу вне стран ОПЕК). Кризис также позволил возникнуть так называемой доктрине Картера, согласно которой «любая попытка внешних сил получить контроль над районом Персидского залива будет рассматриваться как посягательство на жизненно важные интересы Соединенных Штатов, и такая попытка будет отражена всеми необходимыми средствами, включая военные».

Рынок наносит ответный удар и нефтяные качелиСвержение иранского шаха в 1979 году и ирано-иракская война в 1980-1988 гг. вызывали опасения в связи с тем, что цены на нефть снова резко вырастут. Ожидая высоких цен, страны-экспортеры расторгли все оставшиеся долгосрочные контракты, чтобы суметь продать как можно больше нефти на более привлекательных спот-рынках. Однако в итоге они потеряли свое место на нефтяном рынке и столкнулись с серьезными финансовыми проблемами.

Вышеупомянутые инвестиции транснациональных компаний помогли компенсировать потерю иранского и иракского экспорта. С отменой долгосрочных контрактов рынок еще больше либерализировался, потому что в прошлое ушли до той поры высокие расходы за выход на него. На спот-рынках было больше места для малых добытчиков, в том числе не входящих в ОПЕК. Вследствие этого к середине 80-х годов цена на нефть резко снизилась, а с ней сократилась и доля ОПЕК в мировой добыче.

Нефтяной картель не мог адекватно реагировать на ситуацию ограничением добычи, потому что два его видных члена воевали друг с другом, и они были заинтересованы продать как можно больше нефти. Явление, при котором некоторые члены ОПЕК вынуждены продавать максимальный объем нефти, будь то из-за войны или дефицита бюджета, и не учитывают последствия подобных действий для ОПЕК в целом, мы наблюдаем до сих пор.

В 80-е, а отчасти и в 90-е, годы повторялась ситуация 20-х и 50-х годов: на рынке был переизбыток нефти, ее цена снижалась, от чего страдали, прежде всего, владельцы specific assets (целевых активов), то есть в основном добытчики. Для некоторых из них настали совсем тяжелые времена, как, например, для Советского Союза, воевавшего в Афганистане. Транснациональные компании, контролирующие и переработку, и транспортировку, и дистрибуцию нефтепродуктов переживали этот период несколько лучше, хотя и им приходилось наблюдать за тем, как некоторые их проекты становились нерентабельными.

Все начало меняться в конце 90-х годов и, главное, в начале нашего века. Ситуация на рынке стала намного напряженнее по двум причинам. Прежде всего, вырос спрос в развивающихся странах, прежде всего в Китае. Также с начала 21 века свое потребление в два раза увеличила Саудовская Аравия. Вместе с этим начала сокращаться добыча в Северном море и США. Меньший избыток со стороны предложения (а в некоторые года добывалось даже меньше, чем потреблялось) привел к тому, что рынок был более чувствителен к разного рода кризисам в странах-экспортерах. Даже небольшой конфликт мог вздернуть цены нефти, не говоря уже о напряженности на Ближнем Востоке.

Высокие цены на нефть вернулись и после мирового экономического кризиса, хотя экономический рост в Европе и США все еще отставал от ожиданий. Однако развивающийся мир начал потреблять все больше нефти. Нефтяные экспортеры снова купались в потоке нефтедолларов, и свою долю получили и крупные транснациональные нефтяные компании — они могли смело начинать добычу в трудных условиях глубоких морей или на арктических шельфах.

Царившую тогда атмосферу довершают все более частые предупреждения в так называемого peak oil — ситуации, при которой добыча нефти перестанет увеличиваться и начнет неумолимо сокращаться. Изменения случились в прошлом году. Еще в 2009 году США удалось развернуть нисходящую тенденцию, и местная добыча вновь начала расти. При этом некоторые экономики стали расти медленнее, например Китай, или постепенно входили в рецессию, например Бразилия и Россия, и на рынках снова появился переизбыток.

Вопрос в том, какое влияние будет иметь нетрадиционная американская добыча сланцевой нефти в будущем. Может случиться так, что именно она будет устанавливать нефти ценовой потолок. В отличие от прежних моделей, за исключением давних пенсильванских времен, эта добыча наиболее гибкая. Скважину можно сделать за считанные недели. С другой стороны, скважина быстро иссякает, поэтому ценовые спирали, стремящиеся вниз, могут быть короче.

С точки зрения добытчиков ситуацию также усложнило решение Саудовской Аравии и ее союзников на Аравийском полуострове ни сокращать свою добычу. На то у них было две причины: они хотели, с одной стороны, сохранить долю на рынке, а с другой, навредить своему геополитическому сопернику — Ирану. В такой ситуации разобщенность и неспособность действовать продемонстрировала и организация ОПЕК: часть ее членов столкнулась с такими финансовыми трудностями, что только большим ущербом для себя они могли бы пойти на сокращение добычи. Поэтому ограничить добычу следовало бы Саудовской Аравии и ее соседям. Но и этого было бы недостаточно: единственное, что ОПЕК еще может, это наводнить рынок дешевой нефтью — к неудовольствию многих своих членов.

Краткое обобщениеНефтяные компании склонны к вертикальной интеграции, то есть постепенному получению контроля над всей производственной цепочкой. Так они сокращают трансакционные издержки между отдельными звеньями цепочки, а также избегают проблем с specific assets, когда одно звено цепочки оказывается более гибким, чем предыдущее или последующее. Также интеграция делает нефтяные компании более стабильными: вертикально интегрированные компании не зависят от одного вида деятельности, скажем от добычи нефти. Однако вертикальная интеграция приводит к тому, что с этими колоссами труднее конкурировать.

Как спрос на нефть, так и ее предложение в ценовом отношении неэластичны, медленно реагируют на изменение цены. Так что если цены падают, спрос не растет адекватным образом. Вместе с этим не ограничивается и добыча, потому что нефтяные компании, напротив, стараются продать максимум возможного. Переизбыток нефти на рынке также усугубляет долгосрочность некоторых нефтяных проектов: их планируют зачастую в период высоких цен, а запускают — во время низких. Напротив, если на рынке недостаток нефти, цены могут значительно вырасти, а потребители сокращают свое потребление довольно медленно, и новую нефть в скором времени вывести на рынок не так просто.

Изменчивость в определенной мере усугубляют спот-рынки, на которых сегодня торгуют нефтью. С другой стороны, нефтяные биржи расширяют круг участников рынка, способствуют лучшему ценообразованию, и с их помощью мы можем защитить себя от будущих ценовых колебаний.

В нефтяном секторе укоренилась организация ОПЕК, объединяющая некоторые страны-добытчики. Нефтяной картель сегодня контролирует около 40% общемировой добычи, но его дееспособность ограничивают финансовые трудности некоторых его членов. Кроме того, в картеле не всегда царит согласие, и договоренности об объемах добычи зачастую нарушаются.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

inosmi.ru

Венесуэла поможет ОПЕК против своей воли – Вести Экономика, 18.05.2017

  • Добыча нефти в Венесуэле может упасть еще на 200-300 тыс. баррелей в сутки
  • Негативный сценарий предполагает падение экспорта нефти более чем на 80%
  • ОПЕК и весь нефтяной рынок только выиграют от усиления кризиса в стране
Кризис расползается по Венесуэле, активные протесты парализуют страну, еще сильнее разрушая экономику, которая находится на грани коллапса.

Ситуация в нефтяной промышленности Венесуэлы ухудшается с каждым днем, и о ее восстановлении пока вообще не может быть и речи.

Темпы инфляции, согласно МВФ, в этом году достигнут 720%. Дефицит продовольствия длится уже очень долго, и это влияет на здоровье населения. Три из четырех человек, опрошенных WSJ, сообщили о недобровольной потере веса в прошлом году. Больницы практически не функционируют нормально.

С конца марта Венесуэла охвачена протестами и погромами, в результате которых погибли более 30 человек за последние два месяца, и признаков улучшения нет.

Протестующие демонстрируют имена погибших в столкновениях с полицией в Венесуэле

Этот кризис сказывается на добыче нефти в Венесуэле, а нефть – это последнее, что удерживает страну от дефолта.

Добыча нефти в Венесуэле снижается уже более десяти лет, главным образом потому, что доходы от нефти используются для финансирования правительства, в результате чего для PDVSA, находящейся в государственной собственности, не остается практически ничего для инвестирования в свою деятельность.

Но ситуация ухудшается. По состоянию на апрель добыча нефти составляла 1,956 млн баррелей в сутки, что на 10% ниже по сравнению с прошлым годом, она снизилась более чем на 17% по сравнению с уровнем 2015 г.

В этом году ожидается падение еще на 200-300 тыс. баррелей в сутки, то есть добыча снизится еще на 10-15% от показателей I квартала 2017 г.

Проблема также и в том, что наблюдается дефицит продуктов переработки. Согласно сообщению Reuters три из четырех нефтеперерабатывающих заводов в Венесуэле работают значительно меньше своих возможностей, так как не могут найти ресурсы для технического обслуживания. Речь идет даже просто о поставках необходимых запчастей.

Например, перерабатывающий центр Парагуана производит только 409 тыс. баррелей в день по сравнению с его максимальной мощностью 955 тыс. баррелей в день. Третий по величине НПЗ PDVSA мощностью 187 тыс. баррелей в сутки работает "на минимальном уровне из-за проблем на двух своих дистилляционных установках из трех".

Учитывая острую нехватку денег, PDVSA также пытается импортировать более легкие виды топлива, которые необходимы для смешивания с тяжелой нефтью Венесуэлы. Но некоторые суда просто остаются на побережье Венесуэлы из-за неоплаченных счетов, и некоторые эксперты считают, что стоять они там будут вечно.

При этом PDVSA вынуждена выполнять обязательства перед кредиторами, поэтому продает нефть за рубеж, почти ничего не оставляя для внутренней переработки.

Инфографика

Распределение нефтяных доходов в Венесуэле

Но финансовые и операционные проблемы PDVSA имеют сложный эффект. Падение производства на нефтеперерабатывающих заводах означает, что больше бензина нужно импортировать из-за рубежа, ужесточив давление на государственные финансы, что в свою очередь сокращает возможность других расходов, включая траты на продовольствие и здравоохранение.

Кризис может стать трагедией

Сейчас высока вероятность того, что экономический и социальный кризис перерастет в настоящую революцию.

WSJ сообщает, что венесуэльские силы безопасности находятся на пределе своих возможностей.

Молодым и низкооплачиваемым сотрудникам национальной полиции часто не дают пищу или воду во время дежурства, и их просят постоянно пресекать быстронарастающие протесты, которые происходят практически круглосуточно.

Кроме того, полиция и солдаты не защищены от нехватки продовольствия и экономического краха, как и вся остальная страна. То есть о лояльности служб безопасности президенту больше можно не говорить.

PDVSA и национальное правительство избежали дефолта по долгам несколько недель назад, но впереди ждут более серьезные проблемы, учитывая большой объем долга для погашения в конце года и сокращающиеся резервы.

Что касается нефтяного сектора, то наилучший сценарий для Венесуэлы – это стабильный и быстрый спад добычи на 200-300 тыс. баррелей в сутки.

Но если Венесуэла все же столкнется с полноценной революцией, то добыча рухнет сильно и быстро. Невозможно узнать, произойдет ли это, но аналитики все больше обеспокоены такой возможностью.

Снижение добычи обусловлено целым рядом факторов, включая нехватку специалистов, дефицит электроэнергии, перебои с импортными поставками и задержку заработной платы. Весь вопрос в том, приведет ли это к падению экспорта почти на 80%, как это случилось в начале 2000-х гг.

Но для рынка нефти и ОПЕК кризис в Венесуэла может быть желанным. ОПЕК ожидает, что в этом году США и другие страны, не входящие в ОПЕК, добавят к общему уровню добычи 950 тыс. баррелей в сутки.

Иракские официальные лица считают возможным нарастить добычу до 5 млн баррелей в сутки до конца этого года, так как будут запущены новые месторождения. Также есть освобожденные страны, а именно Ливия и Нигерия, которые не имеют никаких ограничений, кроме серьезных внутренних проблем. При этом добыча в Ливии выросла до более чем 800 тыс. баррелей в день по мере возобновления производства, а в Нигерии запущен нефтепровод Forkados, который позволяет экспортировать 200 тыс. баррелей в день.

В такой ситуации разрушение нефтяной промышленности Венесуэлы будет как нельзя кстати.

www.vestifinance.ru

Венесуэла может начать импорт нефти

29.08.2014 • 11:09 3908

Государство намерено покупать сырье у своего партнера из ОПЕК

Венесуэла рассматривает возможность впервые в истории начать импорт нефти, покупая легкую нефть у своего партнера по Организации стран-экспортеров нефти (ОПЕК) — Алжира, сообщает агентство «Рейтер». Обладающая крупнейшими запасами нефти в мире, Венесуэла тем не менее в последние годы импортировала нафту для смешивания со сверхтяжелой нефтью, добываемой на месторождениях в районе реки Ориноко, крупнейшего нефтедобывающего региона страны, сообщает oilru.com.

Это необходимо для того, чтобы отправлять ее на экспорт, однако объемы добычи используемой для смешивания венесуэльской легкой нефти неуклонно снижаются. «Коммерческое подразделение (PDVSA) рассматривает стратегию импорта нефти Saharan Blend из Алжира», — цитирует агентство закрытый документ государственной нефтяной компании PDVSA.

Доставка нефти из Алжира в Венесуэлу займет около 20 дней, PDVSA может использовать для транспортировки собственные танкеры. Сейчас Венесуэла ежедневно производит примерно 3 млн. баррелей нефти, из которых 2,5 млн.  идут на экспорт, в основном в США и Китай. По итогам 2013 года сертифицированные запасы нефти Венесуэлы составили почти 300 млрд.  баррелей.

При работе с материалами Центра деловой информации Kapital.kz разрешено использование лишь 30% текста с обязательной гиперссылкой на источник. При использовании полного материала необходимо разрешение редакции.

Заметили опечатку? Выделите ее мышью и нажмите сочетание клавиш Ctrl+Enter.

ey25.kapital.kz

Венесуэла: Последние дни экспортера нефти?

Совсем недавно Венесуэла была экспортером нефти №8.  Но проблема «падающего возврата» (физическая деградация нефтедобычи и переработки), спекулятивные скачки цен, люмпенизация населения и интриги США — привели к тому, что нефтедобыча коллапсирует каждый квартал уже много лет (смотри график), причем скорость коллапса не сокращается, а нарастает — сейчас она достигла 10% в квартал.

В 2011 нефтедобыча составляла 3 миллиона баррелей в сутки, если текущие тренды сохранятся, то к концу 2018 года будет менее 1 миллиона баррелей в сутки.

На прошлой неделе Венесуэла предупредила 8 покупателей своей нефти зарубежом, что не сможет выполнить в июне свои обязательства. Масштаб катастрофы следующий — по контрактам ей требуется отгрузить в июне 1,495 миллионов баррелей, но в наличии для экспорта будет лишь 694 тысячи, то есть разрыв более чем в два раза.

Покупателям сообщено, что либо они соглашаются на новый график поставок, либо будет объявлен форс-мажор.

При сохранении текущих трендов уже в следующем году Венесуэла может полностью потерять возможность экспорта нефти, пополнив зловещий список Пик нефти по странам мира.

Это пока прогноз аналитиков GlobalData, а не факт — очевидно, Венесуэла может напрячься и вытужить дополнительные объемы, но если рассматривать вопрос в перспективе не ближайшего года, а нескольких лет, понятно, что вопрос никуда не денется.  Как и для мира в целом.https://aftershock.news

Годовая инфляция в Венесуэле превысила 24000%

Москва, 12 июня — «Вести.Экономика». Годовой уровень инфляции в Венесуэле в мае превысил 245000%, каждый день потребительские цены растут на 2,4%, сообщил глава комитета по финансам Национальной ассамблеи Рафаэль Гусман.

«В мае гиперинфляция в Венесуэле составила 110,1%, накопленная — 1995,2%, в годовом выражении — 24571%», — заявил Гусман, передает издание Portafolio.

Депутат также подчеркнул, что при таких темпах накопленная инфляция к концу года может превысить 300 тыс.%.

Однопалатный парламент Венесуэлы сейчас контролируется оппонентами правительства страны во главе с президентом Николасом Мадуро. Официальные данные о росте цен в Венесуэле не публикуются уже с декабря 2015 г.

В конце мая по указу президента Венесуэлы Николаса Мадуро спецслужбы страны взяли под контроль цены на продуктовых рынках. Кроме того, Мадуро отложил на два месяца денежную реформу, в рамках которой планировалось провести деноминацию.

http://www.vestifinance.ru

www.russiapost.su

Венесуэла призвала ОПЕК не повышать добычу нефти :: Экономика :: РБК

Министр нефти Венесуэлы Рафаэль Рамирес считает, что Организация стран-экспортеров нефти (ОПЕК) не должна увеличивать квоты на добычу, поскольку на рынке и так достаточно сырья, сообщает Reuters.

По мнению Р.Рамереса, недавнее повышение добычи в рамках ОПЕК на 500 тыс барр./сут. достаточно увеличило предложение на рынке. "Позиция Венесуэлы на ближайшей встрече состоит в том, что нет необходимости увеличивать добычу", - заявил Р.Рамирес в интервью агентству.

"Я думаю, что колебания цены на нефть связаны с разными факторами, в частности, с ослаблением доллара, финансовыми спекуляциями и кризисом на рынке жилья в США", - отметил министр. "На рынке достаточно нефти, запасы на хорошем уровне. Мы считаем, что ОПЕК сделала то, что было нужно, и было бы ошибкой наводнять рынок нефтью", - добавил Р.Рамирес.

С ним согласен министр энергетики Катара Абдалла аль-Атийя, который сегодня отметил, что ОПЕК должна следить за тем, чтобы не перенасытить рынок нефтью. "Если рынок будет нуждаться в большем количестве нефти, мы (ОПЕК) отреагируем на это. Однако мы должны тщательно следить за потреблением и перерабатывающими мощностями, чтобы избежать избытка", - сказал Али аль-Нуэйми в кулуарах заседания министров нефти арабских стран в Дохе.

Тем временем на увеличении добычи настаивают ведущие мировые импортеры "черного золота" из-за опасений дефицита котельного топлива предстоящей зимой. Так, в США запасы топочного мазута сейчас составляют 44,7 млн барр., что ниже их прошлогоднего уровня почти на 29%.

Объем добываемой нефти будет рассмотрен на саммите ОПЕК, который пройдет 5 декабря с.г. в столице Объединенных Арабских Эмиратов (ОАЭ) Абу-Даби. Эксперты говорят о высокой вероятности того, что на совещании министров нефти может быть принято решение о дополнительном увеличении нефтедобычи странами картеля еще на 0,5-1,0 млн барр./день. Такие прогнозы уже привели к тому, что цены на нефть на мировых биржах опустились ниже отметки 89 долл./барр. Так, по итогам вчерашних торгов нефть марки Brent в Лондоне стоила 88,26 долл., а Light Sweet в Нью-Йорке закрепилась на уровне 88,71 долл.

Последний раз ОПЕК договорилась повысить добычу на 500 тыс. барр. в сутки 11 сентября с.г.. Новый потолок нефтедобычи вступил в силу с 1 ноября с.г. Причем Саудовская Аравия выступала основным инициатором этого решения, в то время как Иран и Венесуэла до последнего момента не давали своего согласия. Объем же добычи нефти десяти стран ОПЕК, ограниченных квотами, действующими для всех членов картеля, кроме Ирака и Анголы, составил в сентябре 2007г. 26,8 млн барр. в сутки.

ОПЕК была создана в 1960г. в соответствии с резолюцией конференции представителей правительств Ирана, Ирака, Кувейта, Саудовской Аравии и Венесуэлы. Позднее к картелю присоединились Катар, Объединенные Арабские Эмираты, Ливия, Алжир, Нигерия и Индонезия. В этих странах сосредоточено около двух третей мировых разведанных запасов нефти. С начала 2007г. членом ОПЕК официально стала Ангола, однако добываемая там нефть пока в расчете цены "корзины" ОПЕК не учитывается. 17 ноября с.г. к ОПЕК присоединился Эквадор. Это произошло спустя 15 лет после того, как страна вышла из состава нефтяного картеля.

www.rbc.ru

«Нефтяной заговор» Венесуэлы: Мадуро затеял новый ОПЕК

Каракас пытается уговорить Россию и другие страны сократить добычу нефти

26.10.2016 в 18:16, просмотров: 6600

Венесуэла предложила производителям нефти, не входящим в ОПЕК, сократить добычу на 400–500 тыс. баррелей в сутки. Об этом сообщил, проведя переговоры в Москве, министр нефти Венесуэлы Эулохио дель Пино. Эксперты сомневаются в том, что инициаторам сокращения добычи удастся добиться своего.

фото: ru.wikipedia.org

То, что именно Венесуэла выступает главным лоббистом добровольного сокращения всеми странами-экспортерами добычи, не удивительно. Именно эта страна больше всего пострадала от резкого обрушения нефтяных цен, случившегося два года назад.

Государство, располагающее самыми большими разведанными запасами нефти в мире (по разным оценкам, от 50 до 70 млрд тонн), в настоящее время пребывает в глубочайшем экономическом кризисе. Достаточно сказать, что текущую годовую инфляцию в Венесуэле МВФ оценивает в 1760%. Единственный шанс на спасение власти видят в новом подъеме цен на нефть — если не к 100 долларам за баррель, то хотя бы к 60.

Вот и мотаются эмиссары венесуэльского президента Николаса Мадуро по всему миру, пытаясь уговорить местных нефтяников добровольно отказаться от наращивания добычи. Ведь на глобальном рынке «черного золота» предложение по-прежнему превышает спрос на 1–1,5 млн баррелей в сутки. А значит, по всем рыночным законам, баррелю расти в цене не с чего — скорее уместно снова падать.

Надежду на то, что баррель удастся удержать от нового падения, дали страны ОПЕК, которые в сентябре договорились — пока, правда, неофициально — сократить добычу на 700 тыс. баррелей в сутки. Однако для того, чтобы данное соглашение заработало в мировом масштабе, требуется, чтобы к нему присоединились и остальные государства-нефтедобытчики. Для выработки окончательного соглашения они получили приглашение на заседание ОПЕК 30 ноября в Вене.

По подсчетам Эулохио дель Пино, страны, не входящие в ОПЕК, но задействованные в переговорах — Россия, Оман, Казахстан, Азербайджан, Колумбия, Мексика, Бахрейн, Египет, — добывают порядка 16 млн баррелей в сутки, то есть примерно половину от добычи картеля. А вот США, несколько лет назад перевернувшие своей сланцевой нефтью глобальный рынок, никак в нынешних переговорах не участвуют. И это заметно снижает шансы на конечный их успех.

Видимо, поэтому несколько дней назад венесуэльский лидер сделал громкое заявление о необходимости создания нового глобального альянса на нефтяном рынке, который включал бы в себя и страны ОПЕК, и других производителей нефти, включая США, а также «самые влиятельные нефтяные компании мира».

Правда, с позиций сегодняшнего дня возможность создания подобного альянса выглядит чистой утопией. В настоящее время на рынке никто не только не сокращает добычу, а наоборот — все наперегонки устанавливают новые рекорды по ее наращиванию. В частности, страны ОПЕК в сентябре выдали на-гора максимальный уровень — 33,64 млн баррелей в сутки. Россия тоже отметилась в первый месяц осени новыми суточными рекордами добычи — более 11 млн баррелей. Не случайно российская сторона устами своего министра энергетики Александра Новака заявила, что считает оптимальным вариантом заморозку добычи нефти именно на уровне сентября.

Крайне скептически оценивает вероятность достижения окончательных договоренностей партнер консалтинговой компании RusEnergy Михаил Крутихин. Он убежден, что ни одна из стран — членов ОПЕК в отсутствие официального соглашения о заморозке не только с другими странами картеля, но и со всеми экспортерами нефти добровольно сокращать свою добычу не будет. «Причина предельно проста — если они сами уйдут с рынка, их место тут же займет кто-то другой. Хотя бы США со своей сланцевой нефтью, ведь Америка никаких ограничений по добыче на себя не взяла», — сказал эксперт «МК».

www.mk.ru