Жизнь после войны: что происходит с нефтяной промышленностью Сирии? Какая нефть в сирии


Минфин США рассказал, как Иран через российские компании поставляет нефть в Сирию - Мир

По этой же схеме Дамаск переводит деньги Тегерану.

Иран поставляет нефть режиму Башара Асада в Сирии в обход американских санкций, используя сложную схему, в которой непосредственное участие принимают российские компании.

Об этом заявляет Министерство финансов США, передает Русская служба Би-би-си.

Ведомство установило, что поставки иранской нефти в Сирию осуществляются через гражданина Сирии Мохаммеда Амера Альшвики и зарегистрированную им в России компанию Global Vision Group. С помощью этой же фирмы Сирия перечисляет Ирану деньги. В операциях задействованы и другие российские компании, сообщает Минфин США.

Схема, по которой между Ираном и Сирией перебрасываются нефть и деньги.

По данным американских чиновников, Global Vision Group при содействии государственной российской компании "Промсырьеимпорт" отправляет кораблями в Сирию груз, полученный от Национальной иранской нефтяной компании. Чтобы скрыть истинный путь назначения нефти, эти корабли отключают систему автоматического распознавания судов, перед тем как приблизиться к берегам Сирии.

Читайте также: Санкции и низкие цены на нефть "украли" в России 10% роста ВВП

Кроме того, через иранские банки и российский "Мир Бизнес Банк" Тегеран направляет деньги в Россию, откуда они попадают в Сирию. Затем через сирийский Центробанк финансы попадают проиранским террористическим организациям "Хезболла" и ХАМАС. По этой же схеме режим Башара Асада расплачивается за поставленную Ираном нефть.

Эти операции также проводятся с помощью Амера Альшвики и его компании Global Vision Group. Кроме него, в схеме принимают участие топ-менеджеры Центробанка Ирана и первый заместитель директора российского "Промсырьеимпорта" Андрей Догаев.

Министерство финансов США Альшвики и Догаев - участники схемы по обходу американских санкций.

Введенные Соединенными Штатами санкции запрещают поддерживать сирийский режим Башара Асада, отправлять нефть в контролируемые Асадом порты и финансировать группировки и организации, причастные к терроризму. "Хезболла" и ХАМАС признаны террористическими организациями в США и ряде других стран.

Читайте также: Постпред Ирана пожаловался генсеку ООН на санкции США

Напомним, 20 ноября США ввели санкции против России за содействие поставкам нефти из Ирана для правительства Сирии.

В санкционный список внесли шестерых физических лиц и три организации. В качестве организатора поставок иранской нефти в Сирии называют сирийского гражданина Мохаммеда Амер аш-Швики и его компанию Global Vision Group, которая расположена в России. В списке также фигурирует российская "Промсырьеимпорт", а также ее первый заместитель гендиректора Андрей Догаев. Кроме того, санкции введены в отношении российского "Мир Бизнес Банка". 

ВидеоСША ввели новые санкции против трех российских компаний

Несмотря на международные ограничения, россияне поставляли в охваченную войной Сирию - ее диктатору Асаду - иранскую нефть. Делали это через хорошо организованные преступные схемы. За это в санкционный список попали три организации и шесть человек.

 

ru.tsn.ua

Нефть в обмен на наемников: зачем России война в Сирии

Главная » Политика » Нефть в обмен на наемников: зачем России война в Сирии

Удалось ли России победить или хотя бы ослабить ИГИЛ, как об этом заявлял Владимир Путин? Какие цели Москва преследует в Сирии и какую роль играет в дестабилизации региона? Стоит ли ждать эскалации на Ближнем Востоке?

На эти и другие вопросыв проекте «Дневное шоу» в эфире Радио в беседе с ведущим Павлом Казариным отвечает военный журналист Юрий Мацарский .

– Что сейчас происходит с Исламским государством? Российский президент перед выборами утверждал, что эта угроза чуть ли не сведена на нет.

– ИГИЛ никуда не делся. Раньше он контролировал примерно половину Сирии и Ирака. Сейчас все уже не так: в Сирии порядка 3-4 процентов территории остаются под полным контролем ИГИЛ, а там, где формально чья-либо власть установлена, ситуация часто половинчатая. То есть днем в деревне власть у проправительственных или оппозиционных сил, а ночью – у джихадистов. Яркий пример – город Киркук в Ираке, где я был в 2016 году. Он находился на переднем крае борьбы, там почти каждый день обнаруживали очередную ячейку ИГИЛ. Население города – около миллиона человек. Так вот, днем он под формальным контролем сил Ирака – армия, полиция и так далее – а ночью бойцы уходят с блокпостов, городом заправляют совсем другие силы. Тех, кто работают на Багдад и имели неосторожность попасться джихадистам, казнят.

– Но по факту ареал обитания ИГИЛ, если можно так выразиться, сократился?

– Дневного обитания, да. После всех поражений ИГИЛ вернулся в свою колыбель, где он понимает, как действовать, в нелегальном, подпольном положении. Кроме того, радикальные исламисты перебрались в Афганистан, где вступают в конфликт и с властями, и с талибами, а также в Пакистан и на Филиппинские острова. ИГИЛ очень хорошо себя чувствует на Синайском полуострове, на границе Египта, Израиля и Сектора Газа. Так что победы в Сирии и Ираке, давшиеся огромной ценой, зачастую приводили к распространению этого движения в других точках.

Юрий Мацарский

– По-вашему, Владимир Путин борется с Исламским государством из искренних побуждений?

– ИГИЛ ему пришелся очень кстати – такая внешняя пугалка. Если бы не они, можно было бы придумать кого угодно. Надо отметить, что путинский режим приложил руку к становлению Исламского государства за счет гонений мусульман на Северном Кавказе и в Поволжье. Очень многие сунниты оттуда восприняли начавшийся в 2011 году конфликт в Сирии как священную войну. Соответственно, многим из них помогли перебраться на Ближний Восток. В ИГИЛ тогда состояли тысячи людей из российских регионов. У его собственной радиостанции в 2015-2016 годах было несколько часов русскоязычного вещания.

– Есть ли какой-то способ стабилизировать обстановку на Ближнем Востоке?

– Можно с уверенностью сказать одно: те, кто приходит туда с оружием в руках, никак не способствуют стабилизации. Россия со своей стороны применяет высокоточные вооружения не для того, чтобы бомбить военные объекты исламистов, а чтобы уничтожать объекты гражданской инфраструктуры вроде больниц и убежищ, подавляя волю к сопротивлению противостоящих сил.

– Зачем это все России?

– Она помогает Башару Асаду удержать власть и поставками вооружений, и наемниками. Более того, мне кажется, что без вмешательства Москвы сирийскому президенту пришлось бы очень сложно. Владимир Путин явно действует в пику Западу, хотя я не исключаю, что они с Башаром Асадом испытывают друг к другу еще и личную симпатию. Есть еще данные о том, что в обмен на помощь наемников близкие Кремлю олигархи получают доступ примерно к трети сирийской нефти.

– А США намерены уйти из Сирии?

– Президент Дональд Трамп хочет не просто уйти из Сирии, а заменить американское присутствие союзным арабским контингентом, разместив его на тех же самых базах на севере Сирии и на подконтрольных курдам территориях. То есть, по сути, это тактика распространения влияния США. На самом деле долгосрочной стратегии у них нет, а сирийская оппозиция не смогла предложить надежных лидеров, на которых можно было бы положиться. Война в Сирии идет восьмой год, и конца этому не видно. Сейчас временный перевес на стороне Башара Асада, но все может поменяться в любой момент. Мне кажется, что Запад еще не готов окончательно ввязаться в эту бойню и стать одной из тех сторон, которые не считаются с потерями.

(Текст подготовил Владислав Ленцев)

crimea-news.info

Новая война США в Сирии: Вашингтон заходит «по нефти»

США ввели санкции против российских компаний за поставки иранской нефти в Сирию. При этом главной целью Вашингтона может быть совсем не исламская республика. Сегодня США контролируют более 80% добычи нефти в самой Сирии и во многом от Соединенных Штатов и их союзников зависит сегодня то, как быстро страна сможет восстановиться после войны.

В Вашингтоне, очевидно, этого хотят по-прежнему только на своих условиях и подходят к давлению на Дамаск и союзников уже экономически.

Вчера министерство финансов США объявило о введении санкций против подведомственного Минэнерго России ФГУП «Промсырьеимпорт» и частного ООО «КГК» (Global Vision Group). «Мы будем противодействовать сложной схеме, которую Иран и Россия используют для укрепления режима Башара Асада, мы намерены сорвать финансирование террористических организаций иранским режимом», — заявили в американском министерстве финансов. Глава Госдепартамента США Майк Помпео сказал о том, что Вашингтон посылает четкий сигнал: каждый, кто поставляет нефть в Сирию или пытается обойти американские санкции, введенные против Ирана за его террористическую деятельность, столкнется с тяжелыми последствиями».

«Политическое поражение в Сирии, очевидно, возвращает США к идее смены власти в Дамаске. Поэтому экономическое давление на обеспечение нефтью становится инструментом новой экономической войны с Башаром Асадом и, косвенно, с Москвой и Ираном», — заявил член международного комитета Совета Федераций Олег Морозов. По его словам, Россия действует абсолютно законно и продолжит поставки.

Сегодня Сирия серьезно зависит от иранской нефти. Генеральный директор государственной топливной компании Сирии Мустафа Хасвия заявлял, что страна импортирует 2 млн баррелей нефти из Ирана в месяц из-за нехватки сырья и нефтепродуктов. «У министерства нефти есть кредитная линия с Ираном, через нее поставляется нефть при помощи двух танкеров в месяц, каждый из которых перевозит миллион баррелей, которые затем обрабатываются на НПЗ», — говорил сирийской газете Al Watan Мустафа Хасвия.

При этом Сирия сама способна обеспечить себя нефтью, однако и в этом случае ситуация находится под полным контролем США. Дамаск контролирует 70% территории страны, но лишь около 20% собственных запасов нефти. С помощью прокурдских «Сирийских демократических сил» (SDF) американцы не только освободили от запрещенного в России «Исламского государства» Ракку, но и взяли под контроль основные месторождения, которые расположены на северо-востоке страны — у Дейр-эз-Зора. Осенью прошлого года правительственные войска спешили освободить тот район первыми, но SDF при поддержке американцев опередили их.

Поэтому, замечает блогер EHSANI2, Рекс Тиллерсон не зря говорил о том, что снижение роли США в Сирии — миф. «США и коалиционные силы сегодня контролируют 30% территории Сирии, большое количество населения и большую часть нефтяных месторождений. Поэтому снижение роли США — миф», — сказал в начале этого года тогда еще госсекретарь США.

До 2011 года в Сирии добывали до 380 тыс. баррелей нефти в сутки — более 11 млн баррелей в месяц. Сегодня сирийские госкомпании получают не более 70 тыс. баррелей в сутки. А крупные нефтяные месторождения аль-Омар, Танак, аль-Исба и Джафра находятся под контролем SDF и американцев.

Как писала турецкая Sabah, из-за пострадавшей от войны инфраструктуры добыча на месторождениях не превышает 35 тыс. баррелей в сутки и в этом году курды и Дамаск договорились о том, что правительство возьмет под контроль добычу. Взамен SDF получит 20% дохода, а еще 15% — достанутся местным арабским силам.

Однако, как написал журналист турецкого издания Раджип Сойлу в Twitter, еще в сентябре курды заблокировали нефтяную торговлю с Дамаском. «Строя новые базы, США переформатируют территорию под контролем SDF. Новая политика: «США никуда не уходят!», — заметил Раджип Сойлу.

В Modern Diplomacy добавляют, что под контролем курдов и США на северо-востоке Сирии также остаются две крупнейшие дамбы в Сирии и электростанция мощностью 824 мегаватт. Таким образом, в руках Вашингтона оказались серьезные экономические рычаги давления на Дамаск. Курды хотят выторговать себе автономия, но Вашингтон, очевидно, хочет больше, пытаясь экономически додавить Дамаск и его союзников — Россию и Иран.

Похоже, что самый кровопролитный период в сирийской войне заканчивается, но, не желая проигрывать, Вашингтон начинает новый, не менее тяжелый, — экономический.

tehnowar.ru

Нефть в обмен на наемников: зачем России война в Сирии

Удалось ли России победить или хотя бы ослабить ИГИЛ, как об этом заявлял Владимир Путин? Какие цели Москва преследует в Сирии и какую роль играет в дестабилизации региона? Стоит ли ждать эскалации на Ближнем Востоке?

На эти и другие вопросы в проекте «Дневное шоу» в эфире Радио Крым.Реалии в беседе с ведущим Павлом Казариным отвечает военный журналист Юрий Мацарский.

– Что сейчас происходит с Исламским государством? Российский президент перед выборами утверждал, что эта угроза чуть ли не сведена на нет.

В Сирии порядка 3-4 процентов территории остаются под полным контролем ИГИЛ

– ИГИЛ никуда не делся. Раньше он контролировал примерно половину Сирии и Ирака. Сейчас все уже не так: в Сирии порядка 3-4 процентов территории остаются под полным контролем ИГИЛ, а там, где формально чья-либо власть установлена, ситуация часто половинчатая. То есть днем в деревне власть у проправительственных или оппозиционных сил, а ночью – у джихадистов. Яркий пример – город Киркук в Ираке, где я был в 2016 году. Он находился на переднем крае борьбы, там почти каждый день обнаруживали очередную ячейку ИГИЛ. Население города – около миллиона человек. Так вот, днем он под формальным контролем сил Ирака – армия, полиция и так далее – а ночью бойцы уходят с блокпостов, городом заправляют совсем другие силы. Тех, кто работают на Багдад и имели неосторожность попасться джихадистам, казнят.

– Но по факту ареал обитания ИГИЛ, если можно так выразиться, сократился?

– Дневного обитания, да. После всех поражений ИГИЛ вернулся в свою колыбель, где он понимает, как действовать, в нелегальном, подпольном положении. Кроме того, радикальные исламисты перебрались в Афганистан, где вступают в конфликт и с властями, и с талибами, а также в Пакистан и на Филиппинские острова. ИГИЛ очень хорошо себя чувствует на Синайском полуострове, на границе Египта, Израиля и Сектора Газа. Так что победы в Сирии и Ираке, давшиеся огромной ценой, зачастую приводили к распространению этого движения в других точках.

Юрий Мацарский

– По-вашему, Владимир Путин борется с Исламским государством из искренних побуждений?

Путинский режим приложил руку к становлению Исламского государства за счет гонений мусульман на Северном Кавказе и в Поволжье

– ИГИЛ ему пришелся очень кстати – такая внешняя пугалка. Если бы не они, можно было бы придумать кого угодно. Надо отметить, что путинский режим приложил руку к становлению Исламского государства за счет гонений мусульман на Северном Кавказе и в Поволжье. Очень многие сунниты оттуда восприняли начавшийся в 2011 году конфликт в Сирии как священную войну. Соответственно, многим из них помогли перебраться на Ближний Восток. В ИГИЛ тогда состояли тысячи людей из российских регионов. У его собственной радиостанции в 2015-2016 годах было несколько часов русскоязычного вещания.

– Есть ли какой-то способ стабилизировать обстановку на Ближнем Востоке?

– Можно с уверенностью сказать одно: те, кто приходит туда с оружием в руках, никак не способствуют стабилизации. Россия со своей стороны применяет высокоточные вооружения не для того, чтобы бомбить военные объекты исламистов, а чтобы уничтожать объекты гражданской инфраструктуры вроде больниц и убежищ, подавляя волю к сопротивлению противостоящих сил.

– Зачем это все России?

В обмен на помощь наемников близкие Кремлю олигархи получают доступ примерно к трети сирийской нефти

– Она помогает Башару Асаду удержать власть и поставками вооружений, и наемниками. Более того, мне кажется, что без вмешательства Москвы сирийскому президенту пришлось бы очень сложно. Владимир Путин явно действует в пику Западу, хотя я не исключаю, что они с Башаром Асадом испытывают друг к другу еще и личную симпатию. Есть еще данные о том, что в обмен на помощь наемников близкие Кремлю олигархи получают доступ примерно к трети сирийской нефти.

– А США намерены уйти из Сирии?

– Президент Дональд Трамп хочет не просто уйти из Сирии, а заменить американское присутствие союзным арабским контингентом, разместив его на тех же самых базах на севере Сирии и на подконтрольных курдам территориях. То есть, по сути, это тактика распространения влияния США. На самом деле долгосрочной стратегии у них нет, а сирийская оппозиция не смогла предложить надежных лидеров, на которых можно было бы положиться. Война в Сирии идет восьмой год, и конца этому не видно. Сейчас временный перевес на стороне Башара Асада, но все может поменяться в любой момент. Мне кажется, что Запад еще не готов окончательно ввязаться в эту бойню и стать одной из тех сторон, которые не считаются с потерями.

spektrnews.in.ua

Жизнь после войны: что происходит с нефтяной промышленностью Сирии?

Несколько лет назад, в самом начале «арабской весны», мало кто мог предвидеть нынешнее положение государств в регионе конфликта.

В Восточной Сирии осталось несколько основных активов — это нефтяные и газовые месторождения, составляющие значительную часть энергетического потенциала страны. Они находятся под контролем Сирийских демократических сил (СДС). Появляются признаки того, что Дамаск и СДС готовы начать вести переговоры.

Несмотря на то, что Западная Сирия считается «более значимой» территорией из-за концентрации крупных городов, инфраструктурных и промышленных объектов, на востоке страны расположены другие жизненно важные ресурсы: источники энергии. Восстановление Сирии оценивается в $250 млрд. Одним из вариантов получения твердой валюты является использование энергетического сектора.

До гражданской войны Сирия производила 380 тыс баррелей нефти в день. Рекордный максимум был зафиксирован в 2002 году и составил в 667 тыс баррелей. Война разрушила нефтяную промышленность страны. В настоящее время производится всего 15 тыс баррелей в день. Газовая отрасль пострадала чуть меньше: до войны в Сирии производилось 8 млрд куб. м газа в год, в настоящее время этот показатель составляет 3,5 млрд куб. м.

В январе 2018 года, в целях развития энергетической отрасли, Сирия и Россия подписали договор о сотрудничестве в области энергетики. В соответствии с договором, Дамаск предоставляет России исключительное право производить нефть и газ, а также право на строительство инфраструктурных объектов, предоставление консультационных услуг в области энергетики и обучение сирийских нефтяников.

Дамаск и СДС понимают, что нуждаются друг в друге, когда речь заходит об эксплуатации энергетических ресурсов. Хотя большинство месторождений контролируется СДС, путь сырья до рынка — отдельная история, поскольку существующая инфраструктура ориентирована на развитие запада Сирии и экспорт на международные рынки через порты в Средиземноморье. После развала ИГИЛ (запрещенная в России террористическая группировка) в 2017 году и захвата газоперерабатывающего завода Conoco к северо-востоку от Дейр-эз-Зора, Сирийские демократические силы достигли соглашения с Дамаском и передали часть активов. Однако конкуренция в других месторождениях сохранилась.

Давление со стороны Турции, а также неопределенность в отношении военных сил США в Восточной Сирии вынудили СДС, в первую очередь, фракцию курдских

Отрядов народной самообороны(YPG) переоценить свои стратегические позиции. В Анкаре не потерпят создания автономного, а тем более независимого курдского

региона, прилегающего к южной границе Турции. Вторжение в Африн и договоренность с США преследовать курдов из Манбиджа являются доказательством нетерпимости турок.

Невозможность положиться на США из-за намерений президента Трампа как можно скорее вывести войска из Сирии ослабляет позиции курдов из YPG. Если американцы покинут Сирию, они окажутся окруженными со всех сторон, включая силы Асада.

Дальнейшая конфронтация ослабит обе стороны в регионе, которому и без того угрожают исламские боевики и ближайшие соседи. Стороны начали предварительные переговоры о будущем Восточной Сирии. Ставки высоки, но немалым будет и выигрыш от мирного сотрудничества и эффективной эксплуатации нефтяных и газовых ресурсов Сирии.

ktovkurse.com

"В Сирии скоро будет добываться американская нефть":

"В Сирии скоро будет добываться американская нефть": Соловьев вывел политолога из США на чистую воду

В запале дискуссии с Владимиром Соловьевым в программе "Воскресный вечер" американский политолог Грэг Вайнер допустил тактическую оплошность. Он не только признал, что США нужна в Сирии только нефть, но также и то, что они давно уже считают ее своей - "американкой нефтью".

Главная тема сегодняшнего выпуска "Воскресного вечера с Владимиром Соловьевым" - операция турецких войск в Африне. Как и на многих других политических ток-шоу, да и вообще в экспертном сообществе, дискуссия по данному вопросу разгорелась достаточно яростная.

Даже Владимиру Жириновскому, заслуженному парламентскому оратору, главе ЛДПР и кандидату в президенты России, с трудом удалось закончить свой исторический анализ геополитической ситуации на курдском севере Сирии из-за восклицаний некоторых иных гостей программы.

С проамериканской стороны особо активно выступал приглашенный политолог из США Грэг Вайнер. Разумеется, всю вину за продолжающееся столкновение курдских отрядов и ВС Турции в районе Африна он в своей обычной манере пытался возложить на Россию. Она, заявил он, вывела свои войска из Африна, что было воспринято турками как карт-бланш на вторжение.

Владимир Соловьев напомнил Вайнеру, что в Африне никогда не было "российских войск" как таковых. Там было лишь небольшое подразделение военной полиции, наблюдающей за лагерем для беженцев, и координаторы из Центра примирения враждующих сторон сирийской гражданской войны.

Гораздо более интересный вопрос, как кажется Соловьеву, это то, куда делись из региона американские войска? Ведь об американских солдатах в Африне в свое время СМИ писали очень активно.

"Их в Африне не было, - попытался ответить Соловьеву его же монетой Вайнер. - Они в Сирии, но в другом месте. Там, где американская нефть, там и американские войска". 

"Они в Сирии там, где американская нефть? Я вас правильно понял?" - переспросил Соловьев. 

"Конечно, они там, где будет добываться нефть для США. Там 2 тысячи американских солдат", - ответил политолог, как кажется, не понимая, какие выводы о геополитических целях Вашингтона в Сирии могут быть сделаны из его слов.

 

 

maxpark.com