Артемий Троицкий: Иосиф и его братки (личное о Кобзоне). Кобзон иосиф нефть


Иосиф и его братки (личное о Кобзоне) — Блоги — Эхо Москвы, 31.08.2018

Оригинал

Для нас, непростых советских хиппи 70-х, имя Иосиф Кобзон ничего не значило. Телевизор мы не смотрели, а комсомольские песни не стали бы слушать и под пыткой. Даже сейчас содрогаюсь. Тем не менее, главный (был еще «Хор мальчиков и Бунчиков») исполнитель этого репертуара как-то вкрался, сука, в мою жизнь. В первый и последний раз — клянусь! — в своей биографии я увидел живьем и в 3D Иосифа К. (Кафку никому не напоминает?) при следующих обстоятельствах: одна льнувшая ко мне девушка нерусских и даже нееврейских кровей (Кафказ, типа) затащила меня поздним вечером на малину на улице Горького. Там, в темноте, свете проектора и тяжелых клубах табачного (Мальборо!) дыма показывали на допотопном отечественном агрегате («Красногорск», что ли?) порнографический фильм зарубежного производства. Сиськи, е***, все дела. Звук был очень плохой, и тогда кто-то умный из присутствующих его вообще вырубил и поставил вместо него пластиночку с песнями из советских детских мультфильмов — что очень разрядило потную зажатую обстановочку. Когда все кончили и всё кончилось, зажегся свет, и люди — цеховики, судя по лицам и тому, что на них было надето, — стали весело общаться. Вот тогда-то моя подруга и указала пальцем на некрупного, скучно одетого хмыря и прошептала: «Это Иосиф Кобзон». Ага. Как-то отложилось.

Потом у меня была неземной красоты возлюбленная, Наташа Н. (Она, к сожалению, прожила совсем недолго). Ее папа, обаятельный мэн, был профессиональным каталой. Вообще должен сказать, что, вопреки полной херне, изложенной в фильме «Асса», между советским underground («подпольной богемой») и советским underworld («преступным миром») существовали теплые дружеские отношения — мы все люто презирали совок, уважали совсем иные ценности и друг друга не трогали. Короче, Наташин папа стал вторым человеком, от которого я услышал имя «Иосиф Кобзон» — оказывается, они вместе играли в подпольных притонах и выигрывали/проигрывали какие-то космические, по моим понятиям, суммы. Поэтому когда я услышал это имя в третий раз, я совсем не удивился. А связано это было с очень знаменитым (в узких кругах) скандалом, когда означенный Кобзон, бодро повыступав с патриотическими песенками перед ограниченным контингентом советских войск в Афганистане, привез оттуда вагон (а то и больше) местных дубленок для продажи на черном рынке. Расшитые дубленки мы любили, и вся история мне понравилась — любить Родину надо с наваром! И еще я тогда подумал, что это прикольно и даже почетно: днем торговать дефицитом, вечером петь во Дворце, ***, Съездов про Ленина и Партию, а ночью просиживать с ворами по катранам. Круто. С этой мыслью я распрощался с Иосифом Кобзоном на десять лет. Ни слуху, ни духу. Петь про Ильичей стало катастрофически неактуально; наверное, он заделался кооператором.

Иосиф Кобзон и Сергей Михайлов (Михась)

Следующий и, к счастью, последний виток моих с Иосифом (можно я вас так назову?) виртуальных отношений едва не кончился полной моей погибелью. Это интересно! Леня Парфенов в начале 90-х годов снимал цикл передач «Портрет на фоне», и я ему иногда помогал. Один из «Портретов» был посвящен Людмиле Зыкиной, и я там, ничтоже сумняшеся, сказал на камеру примерно следующее: «В советской эстрадной элите существовало забавное разделение труда: Зыкина, как женщина сугубо русская, пела песни о родной земле, о России, о Волге и березках — в то время как Кобзон, будучи евреем, специализировался на сочинениях «наднационального» характера — о Ленине, Партии, коммунизме…» Спокойно, объективно — не правда ли? А вот певца-интернационалиста это настолько обидело, что он… «Что» за процесс запустил Иосиф К., я узнал через пару-тройку лет, будучи главредом издания Playboy. Одну из своих вечеринок с зайчишками мы проводили в ресторане «Пекин», где я познакомился с директором — огромным мужчиной южной наружности… Опуская трогательные подробности общения, коротко подведу итог: этот милый человек в составе бригады киллеров трое суток поджидал меня у подъезда моего дома в Зюзино, пока его не перекинули на более важное дело. А я, почти труп, все это время беспечно шалил где-то на стороне… Фортуна улыбнулась и подмигнула. «Я очень рад, что мы с вами тогда не встретились», — искренне сказал он мне на прощанье, крепко пожав руку. Через несколько лет его самого застрелили. Да, главное: Артур (назову его так) рассказал мне, что заказ на мое убийство он получил непосредственно от начальника московской мафии Отари Квантришвили, а к тому он поступил от — сюрприз-сюрприз — Иосифа Кобзона. С пояснением — «за фильм про Зыкину». (Надо сказать, что Кобзона я после этой истории не убоялся и много раз ее рассказывал — в том числе по телеку. Интересно, что никого в так называемых правоохранительных органах она не заинтересовала. Неужели не поверили?!).

Справа от Кобзона - Отари Квантришвили

После откровений душевного человека с драматичным прошлым симпатия моя к Иосифу Кобзону как-то выветрилась. Не знаю уж, почему. Поэтому когда я услышал это имя в очередной раз — в связи с поступлением избранника тувинского (кажется) народа на опасную и трудную службу в Государственной думе РФ, я воспринял это как должное. Подумал: там ему и место. Иммунитет, к тому же… Ну вот, а что касается репертуара, голоса и сценической манеры — не знаю, не вслушивался. Думаю, лучше бы он порно озвучивал. Или мультфильмы. Для рабов Верховного Ящика Иосиф Кобзон олицетворял, или там символизировал, «целую эпоху». По мне, так эту эпоху символизировали совсем другие люди. И, как пел один из них, «... и поскольку молчание — золото, то и мы, несомненно, старатели.» *

Иосиф Кобзон очень старался, хотя и громко пел.

____________________

* Александр Галич, «Старательский вальсок».

Оригинал

echo.msk.ru

Кобзон: «Пивец ушел, а бизнесмен остался»

Иосиф Кобзон

Иосиф Кобзон уходит со сцены. Прослышав об этом, Москва раскололась: блефует или нет? Не рекламный ли это трюк? «Мне тесно в моих сегодняшних рамках и как артисту, и как бизнесмену: один из них поневоле давит другого», — сказал Иосиф Кобзон «Профилю». Так что же — предприниматель одолел музыканта? Как бы то ни было, нефтяным разработкам, а заодно и политике Иосиф Кобзон теперь будет уделять гораздо больше времени. Что, на его взгляд, совершенно естественно: «У меня за плечами отделение разведывательного бурения горного техникума, и я в этом деле профессионал».Мы разговаривали с ним на Востряковском кладбище. А также по дороге на кладбище и по пути оттуда. Багажник «600»-го «мерседеса» был набит венками и искусственными цветами: нам надо было убрать ими многие могилы. Иосиф Давыдович ехал к маме, Иде Исаевне Шойкет; рядом с ней похоронен муж ее сестры — известный нейрохирург Эдуард Кандель. Поблизости расположилась могилка концертного администратора Ефима Зупермана. Последний не является родственником Кобзона, но заботливый Иосиф Давыдович поставил бывшему коллеге прекрасный памятник и взял его могилу на свое добровольное попечение. А еще там покоятся друзья певца. Обделенным не остался никто, а часть венков, не соответствующих строгим эстетическим требованиям Иосифа Давыдовича, мы увезли обратно в офис.

В такой обстановке протекало наше интервью.

Алексей Филиппов: Иосиф Давыдович, откровенно говоря, я не знаю, с чего начать. Артистов, уходящих из профессии, поздравлять не принято; соболезновать вам тоже было бы странно…

Иосиф Кобзон: Я с удовольствием приму ваши поздравления, если сбудется все, что намечено на 11 сентября. Одиннадцатого я отмечу свой 60-летний юбилей и 40-летие творческой деятельности (в сумме это составит 100). А до этого я проеду по всем пятнадцати республикам нашей бывшей державы, великого Советского Союза, выступлю в городах-героях, в городах, избравших меня почетным гражданином, на заводах и стройках… За это время мне нужно выпустить пятнадцать компакт-дисков с теми произведениями, которые я еще никогда не исполнял (а их всего-то около 300). Я буду работать с четырьмя замечательными коллективами: Академическим оркестром русских народных инструментов под руководством Некрасова, Академическим камерным хором Минина, Академическим ансамблем песни и пляски МВД России и Еврейским мужским камерным хором. Должен же я как-то обозначить свою национальность…

А.Ф.: И все же почему вы решили оставить сцену? Ведь причин для этого вроде бы нет…

И.К.: Внешних, может, и нет, а внутренних предостаточно. У меня эта мысль родилась пятнадцать лет тому назад, когда я был еще совсем молодым исполнителем. Тогда с арены ушел Юрий Владимирович Никулин. Нашему замечательному клоуну только что исполнилось 60, он был в прекрасной творческой форме, но сумел вовремя почувствовать, что исчерпал себя как художник…

А.Ф.: Вы тоже себя исчерпали?

И.К.: Я сделал все, что хотел, все, что в свое время наметил…

А.Ф.: Что же вы хотели?

И.К.: Освоить все эстрадные жанры, достичь известности. Так оно и вышло: я добился успеха во всем, за что брался: и в героико-патриотической теме, и в романсе, и в балладе. К тому же меня начал удручать мой образ жизни: Кобзона стало слишком много. Кобзон-артист, Кобзон — общественный деятель, бизнесмен, человек, которому надо развлечься и отдохнуть… За последние двадцать лет я не прочел ни одной новой книжки, с концертов я ухожу после первого отделения, на банкетах у друзей больше тридцати минут не задерживаюсь…

А.Ф.: Вы надеетесь, что у вас будет больше свободного времени?

И.К.: Хотелось бы в это верить. Иногда я чувствую себя полным идиотом: от каких-то несимпатичных мне предложений я просто не могу отказаться. Попробуй отвертись от благотворительного концерта: ату его, он не поет, потому что это бесплатно, он не помогает бедным! Теперь все изменится. И уж я найду, на что это время потратить. Создам свою певческую школу, займусь защитой интересов творческих работников. Мне все равно приходилось этим заниматься как советнику мэра по вопросам культуры. Теперь я буду это делать не на общественных началах, а как политик. (Да-да, я и политикой займусь!) Мне тесно в моих сегодняшних рамках и как артисту, и как бизнесмену: один из них поневоле давит другого.

А.Ф.: Каким бизнесом вы занимаетесь?

И.К.: Очень большим. Я президент двух акционерных компаний: «Московит» и «Партнерская-Атлас». Мы работаем над чрезвычайно серьезными программами — металлургическими, нефтяными, инвестиционными, — и это требует моего постоянного внимания и участия. Сейчас у меня слишком мало времени, и я поневоле ограничиваюсь лишь политикой и идеологией бизнеса, а в детали не вникаю. Хотелось бы подойти к этому серьезнее.

Обыватель относится к бизнесу, как к банальной торговле. А мне всегда была интересна организация любого дела, будь то производство или концерт. Я заканчивал горный техникум, университет марксизма-ленинизма, изучал политэкономию, изучал, как работает промышленность. Меня всегда занимало, как крутятся шестеренки и приводные ремни производства, экономики, бизнеса.

То, что делают нынешние нувориши, пытающиеся побыстрее и подороже продать нефть, за бесценок купить и выгодно сбыть продукты питания, для меня не бизнес. Это мошенничество, мелкая спекуляция — не более того. К сожалению, эта волна пока не спадает: совсем недавно у нас было 400 бирж — больше, чем во всем остальном мире. Они лопнули. Теперь в Москве появилось 120 казино. В Бельгии — одно, во Франции — одно, в Англии — несколько клубных, а в столице нашей родины игорные дома работают на каждом шагу. Такова наша жизнь: как только приличный человек открывает перспективное дело, его примеру следуют девять проходимцев. Половина из них разорится, половина сбежит с чужими деньгами, а нормальные люди будут работать и дальше. Вспомните, сколько банков у нас было год назад и сколько осталось сейчас. Кто-то не выдержал конкуренции и прогорел, а тот, кто вел серьезную работу, выжил и стал реальной силой в государстве. А все ли из тех, кто создал современный российский бизнес, получили высшее экономическое образование?

Академию общественных наук при ЦК КПСС они, не в пример нашим высшим хозяйственным руководителям, не оканчивали. Это просто увлеченные, неглупые, инициативные, образованные люди. Последнее особенно важно.

В молодости я брюзжал: зачем мне химия, физика, ботаника, если я никогда не буду ими заниматься? Научите меня родной речи и математике, и хватит. Ан нет, в бизнесе все всплывает. Когда говорят, что Кобзон зря сует нос в нефтяные разработки, я только посмеиваюсь. У меня за плечами отделение разведывательного бурения горного техникума, я профессионал и в этом деле.

Возраст и жизненный опыт позволяют мне заниматься тем, чем я занимаюсь. К тому же без бизнеса у меня не было бы денег на благотворительность.

А.Ф.: Простите за бестактность, но основные решения принимаете вы сами или кто-то другой, тот, кто на самом деле ведет ваши дела?

И.К.: Поверьте, я никогда не позволил бы себе стать чисто номинальной фигурой: мол, сделаем председателем компании народного артиста, а за его широкой спиной будем обделывать наши грязные делишки… Со мной такой номер пройти не может — я профессионально веду деловые переговоры, слежу за тем, что происходит в моих организациях.

Мне не нравится этот вопрос. Я знаю, откуда ветер дует, и не собираюсь подчиняться обывательским мнениям: не занимайся бизнесом, не лезь в политику, пой. Петь надо до шестидесяти лет. Это критический возраст, после которого человек медленно сползает в детство, а меня это не устраивает. Я хочу остаться мужчиной — и не на эстраде, от которой я взял все, что мог, а в бизнесе.

А.Ф.: Совсем недавно газеты писали о ваших связях с мафией, государственный департамент США отказал вам в визе… Ясно, что за этим что-то было, ясно и то, что кому-то надо было все это максимально громко озвучить…

И.К.: Два с половиной года я жил под очень жестким прессингом средств массовой информации. Дальше дело не пошло: у правоохранительных органов ко мне претензий не было. Да я никому и не был нужен: важно было подкопаться под Юрия Михайловича Лужкова. Кое-что его «друзьям» действительно удалось сделать: на какое-то время они даже настроили против него президента. Но мэр выстоял, выстояло и его окружение, хоть это и было нелегко. Меня называли наркобароном, наши спецслужбы сообщили своим американским коллегам все, что они обо мне думают, и США насытили этой информацией компьютеры всех стран мира. Меня не пускали даже в Венгрию и Турцию, в безвизовые страны! Я обратился в Госдуму с просьбой защитить мою честь и достоинство, и она это сделала. Были посланы запросы во все правоохранительные структуры, от Интерпола до ГУОПа. Все ответили, что никаких правонарушений со стороны гражданина Кобзона И.Д. не было, следствие в его отношении не велось и не ведется. После этого Госдума обратилась в посольство США с просьбой передать эту информацию в госдеп, а Примакова просила оповестить об этом все посольства мира.

Ведь это же смешно — всерьез говорить о том, что Кобзон продает зенитные установки, пулеметы и снаряды в Африку, в арабские страны, торгует «МиГами»…

А.Ф.: Но ведь вы действительно пытались принять участие в известной сделке с Малайзией по «МиГам-29″…

И.К.: Владимир Михайлович Помолов, возглавлявший Нижегородское авиационное предприятие, был акционером компании «Московит». Находясь в Малайзии по своим делам, мы передали его обращение малайзийской стороне. Нам ответили, что готовы подписать контракт на четыре миллиарда долларов из расчета двадцать четыре миллиона долларов за самолет. А наши доблестные оружейники и эмвээсовцы продают их по восемнадцать миллионов, причем 80 процентов этой суммы обеспечиваются пальмовым маслом. Вот где коррупция-то, вот где грабеж государства! Понятно, что Кобзон всем мешал. Мы по этому поводу объяснялись с Гайдаром, с Руцким, и я сказал: Бог с вами, продолжайте как хотите. Они и продолжили.

Да леший с ними, с «МиГами», — обо мне ведь писали, что я держу воровской «общак», что я министр финансов преступного мира. Ну так и сажайте меня, если это правда. Сажайте! Почему журналисты занимаются Кобзоном, а не компроматом Руцкого, разоблачениями Рохлина, обвинениями Лебедя? Все это, в конце концов, смешно. Кобзон-мафиози уже всем надоел, а бороться с Лужковым надо — и все переключились на Зураба Константиновича Церетели…

А какими методами это ведется! Вы помните демонстрации подонков-авангардистов, якобы имеющих отношение к искусству, устроивших похабное действо у одного из памятников Зураба Константиновича?! В своих грязных лапах это отребье держало батоны хлеба. Из хлеба — самого дорогого, самого святого, что только есть у человека, — было выложено грязное слово. За такое надо расстреливать, надо немедленно сажать…

Молодой Кобзон с семьей

А.Ф.: За ваш голос и дар я простил бы и воровской «общак», но автор памятника Петру I, будь он хоть ангелом во плоти, на мой взгляд, снисхождения не заслуживает… Но я хочу спросить о другом: не сказалась ли вся эта история на ваших отношениях с Лужковым?И.К.: Нет, и за это я безмерно благодарен Юрию Михайловичу. Какие-то качества мэра я не вполне принимаю, но в целом это мой идеал политического деятеля. А за то, что он сделал тогда, я буду вечно ему благодарен. Черномырдин рассказывал, что президент при нем требовал от Лужкова отказаться от Кобзона. Юрий Михайлович ответил: сегодня я сдам Кобзона, завтра от меня, как в свое время от Молотова, потребуют отказаться от жены, а послезавтра — от президента. Наоборот, в наиболее тяжелые дни, когда у меня опускались руки, когда у жены началась тяжелая депрессия, Юрий Михайлович становился еще ближе и роднее. Он был рядом с нами в самые острые минуты, когда пресса называла меня «священной коровой», «правительственным соловьем» и «торговцем наркотиками». Как только ситуация смягчилась, он сразу перевел наши отношения в прежнее, спокойное русло.

А.Ф.: Я помню, каким вы были тогда, и мне кажется, что здесь было что-то и помимо коржаковских наездов на Лужкова…

И.К.: Да, конечно. Я был против распада Советского Союза, запрещения Коммунистической партии, разгона депутатского корпуса — и мне этого не простили…

А.Ф.: Разумеется. Но тогда вы ездили на двух машинах в окружении большой охраны, а сегодня ничего этого нет, хоть вы и говорите то же самое. Не было ли все это связано с вашим бизнесом?

И.К.: Ни в коем случае. Это просто невозможно — и за это я очень ценю моих партнеров. В таком деликатном бизнесе, как наш (нефть, алмазы, металлы), бизнесе, дающем большие и быстрые деньги, легко перейти дорогу чьим-то интересам. Но это моментально вызывает адекватную реакцию: шантаж, запугивание, убийство. За десять лет существования нашей акционерной компании мы ни разу ни с кем не скандалили…

А.Ф.: Однако некоторое время назад вас угрожали убить; насколько я помню, речь даже шла о том, что в дело пойдет гранатомет.

И.К.: То были угрозы другого порядка. Да, со мной обещали рассчитаться, но я это отношу на счет политических интриг. Я должен был заткнуться, изменить своей принципиальной позиции и не трогать властей предержащих.

А.Ф.: Все знают, что, помимо таланта артиста и бизнесмена, у Кобзона есть дар дружбы. Из-за этого у вас были сложности: после того как в Америке вы встретились с Япончиком, вам закрыли въезд в страну. Давайте поговорим о ваших друзьях.

И.К.: Мы обязаны быть верными друзьями — так велят нам честь и совесть. Этому меня учила мать, мой Бог и идеал, и ее уроки подтвердила жизнь: друзья всегда выручали меня в трудную минуту. Вопросы такого рода часто задают мне и мой сын, и мои родные: как можно дружить с премьером и Тайванчиком одновременно? Но я дружу не с профессией, а с человеком. Тайванчик (Алик Тавтахонов) — прекрасный парень, сердечный и добрый. Ваши коллеги писали, что он «держит» антиквариат, но это полная чушь. Он давно живет во Франции, трогательно заботится о семье, воспитывает детей.

А.Ф.: Но род занятий наших друзей тоже имеет какое-то значение…

И.К.: Алик никого не грабил, в молодости он был «каталой» (жарг.: картежный шулер. — «Профиль»), а сейчас у нас казино на каждом шагу. Япончик же к числу моих близких друзей не относится. Но он неординарный человек, и от знакомства с ним я не отказываюсь. Вы же не думаете, что я принимал участие в его преступлениях (если он их совершал) или относился к ним с одобрением? Я артист, я общаюсь со многими людьми, со многими фотографируюсь.

Можно с вами сняться? Да Бога ради… А потом раздается крик: он снялся с преступником, ату его! Да у меня и гомосексуалистов много среди друзей — но сам же я не стал педерастом.

Мне был интересен Япончик и его судьба — в Америке я разговаривал с ним часами. Он мне рассказывал о лагерях, о нашей правоохранительной системе… Но я ведь и с Громовым разговариваю.

А.Ф.: Вы сказали, что мама была вашим кумиром. Чем вы ей обязаны?

И.К.: Всем. Если во мне есть что-то хорошее, доброе, важное для гражданина нашей великой страны, то это заслуга моей дорогой мамы.

А.Ф.: Кем она была?

И.К.: Никем. Когда-то она была батрачкой, потом ее избрали народным судьей, потом, получив образование, она стала адвокатом. Потом она все это бросила и посвятила себя детям. Шесть лет назад она ушла из жизни.

А.Ф.: А где работал отец?

И.К.: В снабжении. В отделе снабжения на заводе, потом в управлении торговли… Но он давно умер, и нас воспитывал отчим.

А.Ф.: Со стороны вы производите впечатление человека, очень счастливого в семейной жизни. Прекрасная жена, сын, дочь… Есть ли у вас внуки?

И.К.: К сожалению, нет, и это меня очень раздражает. Я так надеялся, что к шестидесяти годам оставлю сцену и буду возиться с малышами.

А.Ф.: Говорят, что вы совсем не пьете.

И.К.: Я избегаю любых допингов. К тому же на застолья тоже нужно много времени. Это серьезное дело.

А.Ф.: Но ведь без них жизнь становится гораздо беднее. Встретились, выпили, поговорили…

И.К.: К моему большому сожалению, я не занимаюсь этим уже много лет: у меня аллергия на алкоголь.

А.Ф.: В России без выпивки очень тяжело дружить.

И.К.: Неправда. Раньше и я так думал — без спиртного я не мог лететь в самолете, не представлял себе дружеского разговора без рюмки… А потом адаптировался.

А.Ф.: И друзья не пытаются заставить вас опрокинуть стаканчик-другой?

И.К.: Пытаются. Но я не поддаюсь.

А.Ф.: Кем ваша жена была до свадьбы?

И.К.: Техником-технологом общественного питания.

А.Ф.: Как вы познакомились?

И.К.: В доме у друзей. Встречу устроили родители жены и мои приятели. Это было сделано специально ради того, чтобы нас свести, — и все, как видите, вышло удачно.

А.Ф.: Неужто все произошло с первого взгляда?

И.К.: С первого взгляда мы просто друг другу понравились.

А.Ф.: Еще бы. Вы ведь уже были известны…

И.К.: Да, но она была на тринадцать лет моложе.

А.Ф.: В наше время редко женятся по сватовству.

И.К.: И я, и родители моей будущей жены решили, что так будет лучше. Она была молодой девчонкой…

А.Ф.: А вы искали девушку с правилами.

И.К.: Я искал хорошую жену: творческой семейной жизнью я уже объелся и очень хотел детей. Сначала Вероника Круглова, потом Людмила Марковна Гурченко… У меня за плечами были два развода, и я на собственном опыте убедился, что прочный семейный очаг может создать только девушка нетворческой профессии. Так оно и вышло: в прошлом году мы отметили серебряную свадьбу, у нас двое детей.

А.Ф.: Есть такая вещь, как антисемитизм, — вы с ним никогда не сталкивались?

И.К.: Сталкивался, и не раз.

А.Ф.: Как это проявлялось?

И.К.: Да по-разному. Не разрешали петь еврейские песни, не пускали в хорошие поездки, на правительственные концерты (хотя тут мне, пожалуй, грех жаловаться)… В любом случае это всегда ощущалось — но что здесь необычного? Это нормальное явление: те же евреи, придя на рынок, без всякой нежности относятся к кавказцам. А нынче антисемитизм по сравнению с другими конфликтными межнациональными ситуациями вообще ушел на задний план. И потом, антисемитизм антисемитизму рознь. Если он становится государственной политикой, то это ужасно, это геноцид. А если тебе на улице сказали «жидовская морда», подойди и дай в челюсть. А если ты трус — отойди в сторону. Но нельзя же думать, что за оскорбившим тебя жлобом стоит весь русский народ!

А.Ф.: Вы богаты?

И.К.: Да — по сравнению с теми, кто сегодня находится за чертой бедности. А если говорить серьезно, то я очень обеспеченный человек: у меня есть все, что бы мне хотелось иметь.

А.Ф.: По-моему, так было всегда.

И.К.: Да, я и в советское время был одним из самых состоятельных людей. Я знаю, что такое коммуналка, но с тех пор как я превратился в известного и больше всех остальных работающего артиста, я стал гораздо богаче моих коллег. (Да и не только их.) Я не пропивал заработанное, и мне хватало денег на одежду, дачу, машину… Так было при Союзе — что говорить о том, как обстоят дела сейчас.

А.Ф.: Раньше вы ездили на «понтиаке»…

И.К.: В жизни на нем не ездил. У меня очень недолго был «кадиллак», а теперь «Мерседес-600». Но это представительская машина — помимо нее, у жены «БМВ», у сына и дочери тоже есть машины…

А.Ф.: Дача у вас прежняя, та, что вы еще в советские времена купили у Гречко?..

И.К.: У Рыбалко. За последние два года мы ее всю перестроили. Теперь там появился дом для сына, второй — для дочери… А место все то же — Баковка.

А.Ф.: И последний вопрос. Что вы недополучили от жизни?

И.К.: Я получил все, что хотел. Спасибо родителям за то, что я появился на свет, спасибо маме за воспитание, спасибо моей стране за то, что я, еврей из глухой украинской провинции, стал тем, кем я стал. Судьба пока не дала мне внуков, но я надеюсь, что это еще впереди.

www.mzk1.ru

Иосиф Кобзон: криминал и КГБ Вторая профессия Иосифа Давыдовича... - 17 Сентября 2017

В декабре 2009 году в издательстве "Терра — книжный клуб" в Москве тиражом 3000 экз. была издана книга "КГБ играет в шахматы", в написании которой приняли участие четыре человека: известные шахматисты Виктор Корчной и Борис Гулько, бывший подполковник КГБ Владимир Попов и Юрий Фельштинский.

Сразу же после выхода тираж книги был куплен ФСБ для внутреннего потребления (именно куплен, а не конфискован, в соответствии с законами рыночной экономики), почти 3000 экземпляров.В январе 2010 года вышел второй тираж книги. На Ozone.ru так и числятся сегодня два издания: 2009 (распродано) и 2010 года.

Соавтор книги Владимир Константинович Попов родился в 1947 г. в Москве. В 1972—1974 гг. — сотрудник 10-го отдела КГБ, младший оперуполномоченный 2-го отделения (спецпроверка выезжающих за границу). В 1974—1977 гг. — младший оперуполномоченный, затем оперуполномоченный 2-го отделения 1-го отдела 5-го Управления КГБ (отделение курировало все творческие союзы). В 1977—1989 гг. опер, затем старший опер 3-го отделения 11-го отдела 5-го Управления КГБ (отделение курировало канал международного спортивного обмена). В 1989—1990 гг. — заместитель начальника 12-й группы 5-го Управления КГБ (координация работы с "друзьями" — государственная безопасность стран Варшавского договора). 

В январе 1990 г. подал рапорт об отставке, однако сразу уволен не был. С начала 1990 г. по октябрь 1991 г. — консультант Центра общественных связей КГБ (бывшее пресс-бюро КГБ). От участия в действиях КГБ во время ГКЧП отказался уже 19 августа 1991 г., в первый день путча. Уволен в октябре 1991 г. в звании подполковника. В 1996 г. эмигрировал в Канаду, где проживает в настоящее время.В переводе на разговорный язык в КГБ Владимир Попов среди прочего отвечал за агентуру КГБ из числа советской творческой интеллигенции и спортсменов. Вот отрывок об известном советском и российском певце Иосифе Кобзоне из неопубликованной книги мемуаров Владимира Попова:

Иосиф КобзонКобзон Иосиф Давыдович, родился 11 сентября 1937 года в городе Часов Яр Донецкой области Украинской ССР, еврей. В 1956 году закончил Днепропетровский горный техникум. С 1956-го по 1959 годы служил в армии. Во время службы был приглашен в ансамбль песни и пляски Закавказского военного округа. В 1959 году стал солистом Всесоюзного радио. С 1962-го по 1989 годы был солистом Москонцерта. Одновременно с 1984 года Кобзон был руководителем вокально-эстрадного отделения Государственного музыкально-педагогического института им. Гнесиных. Позднее он стал руководителем кафедры вокалистов Российской академии музыки им. Гнесиных. В 1985 году Кобзон был приглашен на пост вице-президента по гуманитарным вопросам Ассоциации "XXI век". Ассоциация была создана братьями Анзором и Отари Квантришвили.В 1986 году по инициативе Кобзона был создан фонд "Щит и лира" социальной защиты работников органов внутренних дел. Кобзон стал его руководителем. С 1989 года Кобзон — солист и художественный руководитель концертно-зрелищной дирекции "Москва", одновременно президент благотворительного фонда "Московит". С ноября 1990 года Кобзон еще и президент многопрофильного АО "Московит".Популярный эстрадный певец с ярко выраженными качествами лидера, авторитетный в еврейской среде, Кобзон обратил на себя внимание сотрудников 8-го отдела 5-го Управления КГБ, осуществлявшими разработку еврейских националистов и зарубежных сионистских центров. В начале 1970-х годов он пополнил ряды агентов этого отдела. Довольно скоро Кобзон, как ценный агент, был принят на связь лично начальником 5-го Управления КГБ генералом Бобковым. Оставался он в этом качестве до добровольной отставки Бобкова в январе 1991 года. Их личная связь продолжается и по сей день.Кобзон многим был обязан своему патрону генералу Бобкову. 5-е Управление КГБ, возглавляемое Бобковым, курировало Министерство культуры СССР и Госконцерт СССР, благодаря чему уже в начале своей сценической карьеры солист Москонцерта Кобзон имел самую высокую ставку за выступления. Бобков способствовал получению Кобзоном звания заслуженного артиста РСФСР в 1973 году; звания народного артиста РСФСР в 1980-м и народного артиста СССР в 1987-м. Не много было советских исполнителей со столькими высокими званиями. Кобзону было за что служить верой и правдой.Высокие звания давали почет, материальный достаток, но в полной мере не удовлетворяли стремления Кобзона, выросшего в бедной еврейской семье, к реальному материальному благополучию. И в этом помог Кобзону генерал Бобков.Начиная с 1980 года Кобзон девять раз побывал с концертами в Афганистане, где выступал перед советскими воинами. В период пребывания Кобзона в Афганистане в представительство КГБ в Кабуле стали поступать оперативные данные о предполагаемой контрабанде под его руководством крупных партий афганских наркотиков, которые, как подозревалось, укрывались в реквизите его музыкального коллектива. Представитель 5-го Управления КГБ в Кабуле майор Александр Петрович Евдокимов, получавший информацию о предполагаемой контрабанде, сообщил о подозрениях в Центральный аппарат своего ведомства с просьбой провести тщательный таможенный досмотр очередного груза, с которым прибудет в Москву музыкальный коллектив во главе с Кобзоном. Полеты в Кабул совершали самолеты военно-транспортной авиации со своего базового аэродрома Чкаловский, расположенного в ближнем Подмосковье. Аэродром был военным и не имел таможенных постов. Но на неоднократно направляемые Евдокимовым шифротелеграммы в 5-е Управление КГБ о необходимости проведения таможенного досмотра Кобзона и его коллектива следовал один и тот же ответ: "Признано нецелесообразным". Так что однаружено никогда так ничего и не было, всё осталось на уровне подозрений и предположений.К началу 80-х годов Иосиф Кобзон стал одним из первых советских нелегальных миллионеров.Вернувшись через пару лет из командировки в Афганистан, майор Евдокимов с удивлением обнаружил, что в 5-м Управлении КГБ, где он считался признанным асом оперативного розыска, за что был награжден высшей ведомственной наградой "Почетный сотрудник госбезопасности", места ему нет. Состоявшаяся по его инициативе личная беседа с Бобковым подтвердила его опасения, и Евдокимов принял решение перейти в созданное в системе КГБ СССР Управление по оперативному обеспечению МВД СССР и милицейских органов на местах (Управление 3В). Здесь судьба свела Евдокимова с Геннадием Аршиновым, до нового назначения служившим в 3-м Главном Управлении КГБ (военная контрразведка) и являвшимся куратором афганской линии. Именно к нему поступала информация из Особых отделов советского контингента войск в Афганистане, передававшаяся затем руководству 3-го Главного управления. Именно от Аршинова и узнал впоследствии Евдокимов, что против таможенного досмотра Кобзона и его коллектива при возвращении из Афганистана возражал лично Филипп Бобков.Когда советский агент Калманович оказался в израильской тюрьме, Бобков поручил другому своему агенту — Кобзону — осуществлять операцию по вызволению Калмановича. С присущей ему энергией и хваткой Кобзон взялся за порученное дело и с честью его выполнил. Для прикрытия действий Кобзона по вызволению Калмановича была использована версия о чуть ли не братской их дружбе, неведомо откуда возникшей. "Мы подружились семьями задолго до моего ареста. Между нами не было никакой корысти, не было совместного бизнеса. Поэтому и возникла настоящая дружба",— рассказывал Калманович в одном из интервью, но не уточнил, когда именно они успели подружиться семьями, да и какими именно семьями. Кобзон был женат трижды; столько же раз был женат Калманович. Легенда о дружбе была прикрытием для деятельности еще одного агента 5-го Управления КГБ — Иосифа Давыдовича Кобзона. 

Калманович вспоминал:"Чтобы ни говорили про Кобзона, как друг он невероятно предан. За собственные деньги летал в Израиль, навещал меня. Иосиф был тогда депутатом Верховного Совета, и его не досматривали в тюрьме. Контрабандой он приносил мою любимую рыбу в томатном соусе, кильку, бычков и конфеты "Белочка"… Я никогда не забуду, как много он для меня сделал. Поднял на ноги всех. Люди, которых я никогда в жизни не встречал, по просьбе Кобзона хлопотали о моем досрочном освобождении… Кобзон привозил официальные письма от Горбачева, Янаева, Пуго, Руцкого с просьбой о досрочном освобождении. Причем в Израиле по аналогичным статьям отбывали срок еще несколько человек, но за них Горбачев, скажем, не просил. А письма эти Кобзон организовывал в одиночку, обивая пороги кремлевских кабинетов".

Давление, которому подверглись израильские власти, было беспрецедентным. Посол России в Израиле Александр Бовин вспоминает: "Никаких указаний из Москвы насчет Калмановича у меня не было… 29 апреля. Чудный день. Сижу на террасе гостиницы "Кинг Давид" (в ней, естественно, остановился Руцкой), пью кофе, жду развития событий. И они начинают развиваться. Из окна мне машет Кобзон, потом спускается. Выражает удивление, что посол России ничего не делает для вызволения из тюрьмы прекрасного человека Шабтая Калмановича. Излагает историю и настоящее положение дел. По просьбе Кобзона к израильскому руководству обращались: министр внутренних дел СССР Б. Пуго, вице-президент СССР Г. Янаев, народный депутат СССР Е. Примаков, премьер-министр Украины В. Фокин, министр культуры СССР Н. Губенко, вице-президент РСФСР А. Руцкой. Не уверен, что был (или есть) еще "бывший гражданин СССР", о судьбе которого так заботились официальные лица. Молодец Кобзон! [Я] сказал Кобзону, что меня стесняет посольский мундир, но попробую помочь. Мне не хотелось выходить на официальные каналы. Поэтому 13 мая с надежной оказией [я] направил приватное письмо директору СВР:

"Дорогой Женя! Тут на меня наседает "общественность" (и наша, например Кобзон, и не наша) по поводу Калмановича. Почему я не настаиваю на его помиловании? Ответить легко — нет указаний настаивать. Но совестно так отвечать. Тем более что человек отсидел уже полсрока и серьезно болен. В общем, я совсем было собрался идти к Шамиру, да червь чиновничьей субординации, взращенный в "застойный" и предшествующий ему периоды, не дает покоя. Как бы чего не вышло… Какой совет мог бы ты дать мне в этой ситуации? Заранее признателен. Твой Саша".

Женя — это директор СВР России Евгений Примаков, будущий премьер-министр. "Не знаю, может быть, "оказия" не сработала, — писал Бовин,— но совет до меня не дошел… О Калмановиче я говорил с Рабином и 1 ноября. Информируя МИД об этом разговоре, — к тому времени мои хлопоты были легализованы, — я писал, что, по словам премьера, идет всестороннее изучение вопроса, включая работу независимых медицинских экспертов" (А. Бовин. "Пять лет среди евреев и мидовцев".)Понятное дело, что не для кормления Калмановича, жившего в тюрьме весьма вольготно, летал к нему в Израиль Кобзон. Группу Питовранова и входивших в нее генералов Бобкова и Иванова интересовали номера счетов в банках разных стран, которыми оперировал Калманович. Последний же настаивал на гарантиях освобождения. В результате через Кобзона Калманович договорился с КГБ, что полную информацию о банковских счетах он предоставит только после освобождения. 10 марта 1993 года президент Израиля подписал указ о досрочном освобождении Калмановича. В 1993—94 годах Кобзон вместе с Шабтаем Калмановичем организовал несколько акционерных обществ с названием "Лиат-Натали" по именам дочерей Кобзона и Калмановича.Усилиями Питовранова, Бобкова, Иванова и задействованного ими Кобзона в марте 1993 года Калманович обрел долгожданную свободу. По подобным обвинениям отбывали сроки в тюрьмах Израиля несколько человек. Однако российские власти не предпринимали активных действий по их освобождению. Только Калмановичу помогали как могли. "Когда мы приехали в Москву, — вспоминал Калманович,— Кобзон открыл мне все двери. Я ему очень за это благодарен". На самом деле "все двери" открывал, разумеется, не Кобзон, а кураторы Калмановича из КГБ — Питовранов, Бобков и Иванов. Возможности у них для этого были значительные, несмотря на развал СССР. Им по-прежнему помогала их агентура, крепко ими повязанная.Должен добавить, что Бобков и Кобзон родом из Донбасса. В одном из своих последних интервью, данном в ноябре 2013 года Дмитрию Гордону, Бобков, в частности, сказал: "Да, мы регулярно встречаемся нашим донбасским землячеством". Что происходит в Донбассе сегодня всем хорошо известно. Непущенный в Латвию Иосиф Давыдович Кобзон — почетный гражданин Славянска, Краматорска, Горловки и Артемовска. Знакомые названия?

Юрий Фельштинский, Владимир Попов

Опубликовано: 22 Августа, 2014  06:00 

newrezume.org

Умер Иосиф Кобзон | КРИМИНАЛЬНЫЕ АВТОРИТЕТЫ ВОРЫ В ЗАКОНЕ |

Иосиф Кобзон

Народный артист СССР и депутат Государственной Думы России Иосиф Кобзон скончался в возрасте 80 лет. Эстрадный певец, у которого в 2005 году диагностировали рак, находился на грани смерти весь последний месяц. В июле он попал в реанимацию, где его подключили к аппарату вспомогательной вентиляции легких. Однако усердия врачей не помогли, Иосиф Кобзон умер от болезни.

В том, что Кобзон связан с мафией, в 1990-х была уверена каждая дворовая собака. В 1994 году газета «Коммерсантъ» даже присвоила певцу титул «авторитет года». И дело не только в могучем облике дона Корлеоне (длинное пальто, полосатые пиджаки, парик радикально черного цвета) и вооруженной охране артиста, но и в его близком окружении. А Иосиф Кобзон всю свою жизнь оставался человеком с самыми разнообразными связями. Он и не отрицал, что иногда оказывался на «бандитских корпоративах» в качестве певца, но подчеркивал, что всегда держал с ворами дистанцию.

Иосиф Кобзон с криминальными авторитетами дел не имел, как утверждал он сам. Если оказывался у кого-то из воров на дне рождения, всегда повторял: «Господа хорошие, прошу не путать, мы с вами состоим в разных профсоюзах. Вы — народные преступники, а я — народный артист».

В принадлежности к криминальному миру Кобзона обвиняло, в частности, ФБР, в 1995-м запретившее ему въезд в Соединенные Штаты Америки. Представители федеральной службы сообщили о причастности артиста к торговле оружием и наркотиками, а также в связях с русской мафией. Официальных обвинений выдвинуто против него не было, однако запрет так и не был снят — американцы рассматривали Иосифа Кобзона как «иностранца, которому не положена виза из-за уголовной и связанной с ней деятельностью, и как лицо, тайно занимающееся (или занимавшееся) оборотом запрещенных наркотических или химических веществ». По мнению американских спецслужб, Кобзон был связан с представителями «русской мафии», в частности с Вячеславом Иваньковым (Япончиком).

Подозрения в связях с российским криминальным миром вызывала также дружба Кобзона с авторитетным Отари Квантришвили — они познакомились в 1980-е, а в 1990-х создали Фонд имени Льва Яшина, который был призван поддерживать ветеранов спорта. Квантришвили нельзя было назвать бандитом, но он успешно общался и с уголовниками, и с представителями власти, а в том, как Отари успешно уговаривал бизнесменов жертвовать деньги в фонд, многие видели иную форму рэкетирства.

В феврале 1994-го Квантришвили создал партию «Спортсмены России», заявив, что с ее помощью будет восстанавливать законность в стране. В апреле того же года Отари был убит тремя выстрелами из снайперской винтовки при выходе из Краснопресненских бань в Москве. Похороны предпринимателя взял на себя Иосиф Кобзон.

Иосиф Кобзон на похоронах Отари Квантришвили

После убийства Отари охотиться начали уже якобы и на Кобзона — тревогу забили, когда под окнами его дома в Баковке обнаружили профессионально оборудованную лежку для засады. После инцидента артист стал ходить в окружении ветеранов-афганцев. Киллера так и не обнаружили.

Иосиф Кобзон не стеснялся появляться на публике со своими друзьями, за которыми ходила сомнительная слава. Он очень ценил дружбу и не отворачивался от товарищей — так, например, певец оказался одним из немногих артистов и политиков, публично поддерживавших бывшего мэра Москвы Юрия Лужкова после его скандальной отставки. С тогдашним главой столицы Кобзон был очень дружен и готов был помочь в трудную минуту — в сентябре 1993-го по просьбе Лужкова певец ходил в Белый дом и успокаивал засевших там мятежных депутатов, а в 2002 году мэр уговаривал Кобзона не идти к террористам в Театральный центр на Дубровке.

Норд-Ост и Иосиф Кобзон

Кобзон неоднократно впоследствии рассказывал о произошедшем в интервью газетам и телеканалам. Незначительные детали иногда менялись, но из слов певца можно сложить полную картину того, что произошло с ним в театре на Дубровке.

Вокруг оперативного штаба в 9 утра толпились известные люди, офицеры, политики, чиновники. Многие из них готовы были отправиться на переговоры с террористами. «Они ни с кем не хотели говорить. Но я знал, что меня они должны знать — я для них не просто депутат или певец, а народный артист Чечено-Ингушской ССР», — рассказывал потом Кобзон.

Когда переговорщики перечисляли террористам, кто готов отправиться в захваченный ДК, те потребовали Кобзона. Руководитель оперативного штаба по освобождению заложников Владимир Проничев артиста отпускать не хотел, Лужков также был против. «Если я с ними не договорюсь, то и вы с ними не договоритесь», — ответил Иосиф Кобзон.

Иосиф Кобзон был первым, кто пошел к террористам. Вместе с ним в здание вошли британский журналист и два гражданина Швейцарии из Красного Креста. Кобзон не раз уже выступал в этом заведении, и в фойе у него возникло ощущение, будто он просто опоздал на спектакль — в гардеробе аккуратно висела одежда, стояла полная тишина. Затем он увидел труп девушки на полу.

Иосиф Кобзон на Дубровке, во время теракта

Иосиф Кобзон подошел к лестнице, где его криками остановили три автоматчика: «Стой, кто?!» «Я — Кобзон». Его отвели к Руслану Эльмурзаеву, называвшему себя Абубакаром. Террорист сидел с автоматом и в маске. Кобзон заявил: «Я думал, здесь чеченцы». Абубакар ответил: «Чеченцы». «Чеченцы встают, когда вошел известный всей вашей стране человек, старше вас в два раза, а вы сидите, — значит не чеченцы!» — сказал Кобзон.

Абубакар вскочил: «А ты что, нас воспитывать пришел?» Кобзон уговорил террориста снять маску и внезапно осознал, что захватчики театра на Дубровке — совсем молодые люди. «Вам еще жить и жить», — посетовал он. «Мы сюда умереть пришли, а не жить. И мы умереть хотим больше, чем вы — жить. Если нам не веришь … позовите Зулю», — ответил Абубакар. В комнату вошла маленькая девочка в камуфляже и маске. «Зуля, покажи, какая ты богатая». Девочка открыла ладонь и показала детонатор.

Иосиф Кобзон попытался убедить террориста, что никто не собирается выполнять их условия и выводить войска из Чечни, однако, увидев решимость захватчика, попросил отпустить хотя бы детей. Террористы «подарили» Кобзону трех перепуганных девочек. Одна девочка уткнулась артисту в коленку и сказала, что в зале осталась ее мама. «Абубакар, зачем тебе мать без детей или дети без мамки? Либо забери детей, либо отдай им мать», — сказал Кобзон. Певцу привели женщину по имени Любовь Корнилова, мать двух девочек, которая, по его словам, первым делом бросилась не к детям, а на террориста — просила отпустить беременную женщину, сидевшую с ней в зале.

Певец вышел из театра вместе с журналистом, Корниловой и тремя детьми, пробыв с террористами полчаса. В театр на Дубровке он зайдет еще раз через два часа вместе с Ириной Хакамадой, однако больше заложников ему освободить не удастся. Позже он станет крестным еще одной дочери Корниловой.

Иосиф Кобзон и политика

Помимо эстрады Кобзон сильно интересовался политикой — с 1989-го он был народным депутатом СССР, пытался попасть в Государственную Думу с момента ее появления (ему удалось это сделать только в 1997-м). В 2003 году Иосиф Кобзон стал членом партии «Единая Россия» и председателем комитета Госдумы по культуре. О своей политической карьере исполнитель говорил, как о чем-то тяготившем его: «Что дает мне Госдума, кроме того, что трачу время, силы, средства, решая чужие вопросы, помогая кому-то? Собственного бизнеса у меня нет, иногда просят пролоббировать чьи-либо интересы, иду навстречу, если вижу, что дело пристойное», — жаловался он еще в 2011 году. За свою жизнь Кобзон получил более 40 почетных званий, включая звания почетного гражданина 29 городов и народного артиста пяти стран.

Иосиф Кобзон не просто держал руку на пульсе своего времени, он и был олицетворением этого времени — он заводил знакомство со всеми его знаковыми личностями, политиками, военными, президентами, боевиками, певцами, вождями, бизнесменами и преступниками. «Дружба с Кобзоном» имеет все права на то, чтобы стать новым фразеологизмом. Певец успевал работать депутатом и ездить по всей стране с концертами, исполнил самые известные советские шлягеры, а его голос в буквальном смысле, хоть и не официально, был взят на вооружение Министерством обороны России. Певец был со страной в самые критические ее моменты и всегда готов был помочь ей, даже ставя под угрозу собственную жизнь.

www.mzk1.ru

КОБЗОН-НАРКОТОРГОВЕЦ?! (Неизвестные страницы биографии) | Политика, экономика, криминал

 

В ноябре 1990 года Кобзон занялся бизнесом самостоятельно и стал президентом АО “Московит”. Эта компания торговала нефтью, сахаром и т.д. В 1992 году Кобзон также попытался принять участие в сделке по продаже крупной партии истребителей МИГ в Малайзии – но неудачно, “семейный клан” все такие прибыльные дела уже прибрал в свои руки…

Может быть, Кобзон был бы и рад заняться легальным бизнесом и свободно ездить по всему миру – но “московских” тогда уже вытеснили из всех самых доходных отраслей. Нефть, газ, уголь, цветные металлы – буквально все отобрали! Поневоле займешься наркоторговлей…

В 1994 году борьба между кланами Ельцина и Лужкова резко обострилась. Кобзон именно к этому году относит начало “кампании клеветы” против него. Но он еще легко отделался – многие его знакомые бандиты были тогда взорваны или застрелены

. Отстрел московских бандитов начался еще летом 1993 года. А в апреле 1994 года пуля снайпера сразила самого Отара Квантришвили. Кобзон выступил на похоронах с прочувствованной речью и обвинил в этом убийстве спецслужбы вообще и начальника московского РУБОПа Рушайло в частности (будущий “семейный” министр внутренних дел!).

О Квантришвили Кобзон сказал тогда так: “Россия потеряла своего лидера!” Кобзону, конечно, виднее: он лично знаком со всей правящей верхушкой России – может быть, этот уголовник действительно, был самый лучший из них… Невыездным Кобзон стал в июне 1995 года, когда его не пустили в США. Тогда же американские власти дали на Кобзона ориентировку в Интерпол, как на главаря мафии.

Сам Кобзон объясняет это тем, что на него тогда настучали американцам наши спецслужбы – расписали, мол, какой он крутой бандит и наркоторговец. Похоже, что так оно и было… Конкретно Кобзон погорел на том, что в январе 1995 года ездил в Пуэрто-Рико, где у него состоялась деловая встреча с некоторыми авторитетными бизнесменами, проживающими в США (участвовали А.Кикалишвили, И.Сигалов, А.Донской).

Это бы еще ничего – но агенты ФБР нашли потом в мусорном ведре гостиницы спичечный коробок, на котором рукой Кобзона был записан телефонный номер Япончика (Вячеслава Иванькова). Все – улика есть! Для суда этого мало, но теперь заграница для Кобзона закрыта… Разве только в Белоруссию захочет поехать!

Можете представить себе переживания Иосифа Кобзона, когда он узнал конкретную причину своего несчастья – “спичечный коробок”! “Ну да, приехал я с семьей на несколько дней в Пуэрто-Рико, чтобы отдохнуть. Увидел, что там прекрасная погода – позвонил своим друзьям в Америку, пригласил и их. Кто-то приехал, а Слава Иваньков не смог – был занят.

В чем тут криминал?!” Действительно, каждый имеет право отдохнуть с друзьями… Обратите внимание, что Кобзону вдруг захотелось отдохнуть на американском острове в январе 1995 года – напомним, что тогда были в разгаре кровопролитные бои за город Грозный. Мы считаем, что это не случайное совпадение!

Дело в том, что Великий Героиновый Путь из Афганистана в Европу до 1994 года проходил так: из Афганистана доставляли опиум-сырец на военный аэродром в Таджикистане и грузили на наш транспортный самолет. Именно опиум, поскольку в Афганистане тогда еще не было налажено массовое производство героина – народ там отсталый, а технология очистки довольно сложная… Зато “московский клан” сумел организовать настоящий героиновый завод у себя в “независимой” Чечне – туда и доставляли с помощью российской военной авиации опиум на переработку.

Потом наши военные летчики забирали готовую продукцию и летели в Германию, где без всякого таможенного контроля выгружали тонны героина на аэродромах Западной Группы Войск. Но в 1994 году эта замечательная транспортная цепочка оборвалась, причем сразу в двух местах: наши войска в августе вышли из Германии и из Прибалтики – а в декабре по приказу Ельцина началось вторжение в Чечню. Героиновый завод под Шали тогда разбомбили с воздуха сами “московские”, чтобы уничтожить все следы (при этом две тонны героина куда-то исчезли, а полевой командир Усман Имаев, который отвечал за этот завод, скоро погиб)…

В довершение ко всему, почти весь Афганистан захватили тогда талибы! Теперь понятно, почему в начале 1995 года все наркоторговцы из “московского клана” забегали, как ошпаренные тараканы – нужно было спасать свой бизнес! Помимо сходки в Пуэрто-Рико, в конце января 1995 года состоялась такая же “деловая встреча” бандитов в Вене – на этот раз по инициативе самого Япончика (был ли там Кобзон, нам неизвестно)… В конце концов, cо временем московским бандитам все удалось наладить заново. Производство героина пришлось организовать непосредственно в Афганистане.

Правда, афганский героин очень скверного качества из-за плохой очистки – но у наркоманов он все равно пользуется широким спросом, поскольку дешевый. Удалось найти и военную базу в Европе, которая заменила утерянные военные аэродромы в Германии и в Прибалтике – в КОСОВО. Помните, как наши десантники совершили в июне 1999 года свой знаменитый марш на Приштину – чтобы спасти братьев-сербов от мусульман! Заодно и военный аэродром там захватили, под носом у войск НАТО.

В Косове наша наркомафия сейчас устроилась даже лучше, чем раньше в Германии – там все-таки полиция пыталась остановить героиновый поток и взяла наши военные базы в плотное кольцо. А в Косове с этим никаких проблем нет! Кроме того, нашей мафии удалось установить самые дружеские отношения с косовскими албанцами – это открыло перед “московским кланом” все пути в Европе. Дело в том, что диаспора косовских албанцев состоит из миллиона человек и охватывает все страны Европы (их везде охотно принимали, как пострадавших от сербов) – для организации сети розничной торговли наркотиками лучше не придумаешь!

Раз уж мы заговорили о проблемах, возникших перед нашей наркомафией в 1994 году, надо сказать несколько слов и о кокаине. Казалось бы, возить этот порошок через Атлантический Океан в Европу нет смысла, когда под рукой немереные запасы героина. Но тут есть свои нюансы – те слои общества, которых не отпугивает высокая цена, предпочитают именно кокаин (многие не хотят колоться героином просто потому, что боятся уколов!).

Для таких богатых клиентов и везут из Южной Америки этот “нюхательный порошок” – но разумеется, доля кокаина в несколько раз меньше героина в общем обороте наркотиков в Европе. Такое разнообразие ассортимента выгодно для наркоторговцев еще и тем, что позволяет компенсировать сбой в доставке одного зелья с помощью другого…

Вернемся теперь к Кобзону – пока для него не закрыли все границы, он очень часто посещал Южную Америку. Прикрытие для таких поездок было весьма солидное: АО “Московит”, которое возглавляет Кобзон, как сказано в одной статейке, “приняло активное участие в инвестировании боливийской экономики в составе Российско-Боливийской финансово-промышленной группы”. Видимо, принять активное участие в инвестировании КОЛУМБИЙСКОЙ экономики наши “московиты” все же постеснялись.

Впрочем, Колумбия там близко. И в боливийских джунглях тоже растет кока (мелкий такой кустарник). Есть там и лаборатории по производству кокаина – причем оборудование там первоклассное (технологию разработали еще в 60-е годы специалисты из ГДР, по свидетельству генерала Шейны)…

Прежде чем закрыть эту тему и распрощаться с Иосифом Кобзоном, хотелось бы выразить ему сочувствие: почти все его авторитетные друзья были уничтожены еще в середине 90-х годов – был самый настоящий планомерный отстрел и эти уголовники никак не могли спастись от профессионалов из спецназа. Уцелели только те, кто сбежал за границу (включая тех, кого там посадили)… Были серьезные угрозы и в адрес Кобзона.

Будто бы уже некий майор Беляев даже получил приказ на ликвидацию, но президент Ингушетии Аушев вел тогда переговоры (интересно, с кем?) и уговаривал не убивать Кобзона…От киллеров из спецслужб не спасут никакие телохранители или бронированные “Мерседесы”.

А спрятаться за границей Кобзон теперь не может – его туда не пускают (и даже его детей!). Впрочем, Кобзон сам выбрал свой жизненный путь…

maxpark.com

Кобзон и мафия ...: irwi99

В связи с проблемой московской организованной преступности умы журналистов занимают, как правило, два человек - Кобзон и Квантришвили, поразительный союз культуры и криминала. Неоднозначность этих персон стала очевидна после более пристального изучения их биографических сведений.

Иосиф Давидович Кобзон,эстрадный певец и бизнесмен, родился 11 сентября 1937 году в г.Часов Яр Донецкой области Украины (тогда - УССР). Еврей. В 1956 году окончил Днепропетровский горный техникум по специальности "буровик-разведчик", в 1973 году - Государственный музыкально-педагогический институт им.Гнесиных, С 1956 по 1959 годы Кобзон служил в рядах Советской Армии; в конце второго годы службы был приглашен в ансамбль песни и пляски Закавказского военного округа.

В 1959-1962 годах Кобзон был солистом Всесоюзного радио; в 1962-1989 годах - солист Москонцерта. Кобзон исполнял песни А.Пахмутовой, А.Островского, О.Фельцмана, Я.Френкеля, Э.Колмановского и др. С 1984 года - художественный руководитель вокально-эстрадного отделения Государственного музыкально-педагогического института им. Гнесиных; руководитель кафедры вокалистов Российской академия музыки им.Гнесиных, профессор. После "брежневских разоблачений" Кобзон был некоторое время в опале.

С 1986 года певец стал председателем общественного совета ГУВД Москвы. По его инициативе был создан Фонд "Щит и лира" - фонд социальной защищенности работников органов внутренних дел. Кобзон стал президентом этого Фонда.

С 1989 года Кобзон - солист, художественный руководитель концертно-зрелищной дирекции "Москва". Список регалий певца впечатляет: народный артист СССР, народный артист РСФСР (с 1980 года), народный артист Украины, народный артист Дагестанской АССР, заслуженный артист Чечено-Ингушской АССР, народный артист Ингушетии, лауреат Государственной премии СССР (в 1984 году) и премии Ленинского комсомола (в 1975 году), лауреат конкурса "Золотой Орфей" в Болгарии (в 1968 году). В 1994 году Всемирная лига евреев признала Кобзона "Лучшим евреем года". Кобзон награжден орденом Дружбы народов. Кроме того, Кобзон стал лауреатом премии МВД России и действительным членом Академии гуманитарных наук.

В 1993 году Кобзон стал советником по культуре мэра Москвы Юрия Лужкова.

Хобби и семья

Кобзон признался, что "с 14 лет курит, раньше любил выпить, сейчас не пьет из-за аллергии на алкоголь и очень об этом сожалеет". Жену Кобзона зовут Нелли. Сына - Андрей (1974 года рождения), дочь - Наталья (1977 года рождения). Сын окончил музыкальный институт в Голливуде, ударник (муз.). Он - бизнесмен, в июле 1995 года стал управляющим рестораном "Максим" (Москва), женат на манекенщице Екатерине Полянской.

Кобзон и политика

Кобзон - член КПСС с 1973 по 1991 годы, поддерживал теплые отношения с властями, военными и милицией. Часто выступал в местах, куда обычно артисты не ездили - на острове Даманский, в Тынде, Афганистане (был там девять раз). В Афганистане Кобзон лично познакомился с Алексадром Руцким, с которым до сих пор сохранил хорошие отношения. Знаком также с другими "афганскими" генералами - Павлом Грачевым и Владимиром Громовым.

С 1989 по 1992 годы Кобзон был народным депутатом СССР по квоте профессиональных союзов.

В августе 1991 года, во время попытки государственного переворота он находился в Ялте на гастролях, тем не менее, 31 августа АО "Московит" провел около Белого Дома концерт-митинг. Кобзон охотно упоминает факт из своей биографии о том, что 7 ноября 1985 года, после сенсационного выступления Ельцина в Политбюро, во время концерта на площади он посвятил ему песню, а затем здоровался с Борисом Николаевичем за руку будучи народным депутатом СССР, "когда многие делали вид, что не замечают Ельцина".

В октябре 1993 года, во время расстрела Белого Дома, Кобзон вел переговоры с Руцким по поручению Юрия Лужкова и председателя ФСК Николая Галушко.

На выборах в Государственную Думу в 1993 году Кобзон баллотирования по списку блока "Гражданский союз во имя стабильности, справедливости и прогресса", был под номером тринадцатым в списке, однако список не преодолел 5-процентный барьер.

На выборах в Государственную Думу в 1995 году Кобзон баллотировался по списку избирательного объединения "Мое Отечество", которое также не преодолело 5-процентного барьера, был в списке под номером три. Первоначально Кобзон входил в список Блока Ивана Рыбкина, вышел оттуда вместе с "Моим Отечеством". Еще в 1996 году Кобзон заявлял, что продолжает считать себя входящим в Движение "Мое Отечество". В интервью в 1997 году признался, что собирается баллотироваться в Государственную Думу в 1999 году. Считает себя патриотом России, но осудил войну в Чечне.

В 1997 году объявил, что 11 сентября 1997 года в день своего шестидесятилетия уйдет со сцены и займется бизнесом и политикой (за время сценической жизни посетил с гастролями около 100 стран).Кобзон и бизнес

Еще в 1985 году Кобзон был приглашен на пост вице-президента по гуманитарным вопросам Ассоциации "XXI век" (президент - Анзор Кикалишвили). Ассоциацию создали известные своим криминальным прошлым братья Отари и Анзор Квантришвили. Первым вице-президентом Ассоциации был Валерий Сучков, который получал деньги по фальшивым авизо и которого безуспешно пытался привлечь к уголовной ответственности томский подполковник милиции Виктор Ковалевский.

С ноября 1990 года Кобзон стал президентом многопрофильного АО "Московит" (председателем совета директоров АО является Александр Гликлад). АО имеет несколько подразделений: "Московит-Ойл", которое занимается операциями с нефтью и нефтепродуктами; "Московит-шугар" - сахаром; "Московит-металл" - продажами и производством ферросплавов; "Московит-шоу" (к 1997 году обанкротилось) - круизами, презентациями и т.д. В 1992 году АО было замешано в сделке с поставками МИГов в Малайзию (Собеседник, N39, 1996 год). АО "Московит" приняло активное участие в инвестировании боливийской экономики в составе Российско-Боливийской финансово-промышленной группы.

Кобзон является также президентом благотворительного фонда "Московит", который спонсирует, например, Московский музыкальный камерный театр Бориса Покровского, хореографическое училище Большого Театра и др.

С 1993 года Кобзон был президентом российско-венгерского СП "Лиат-Натали" (фармацевтическое предприятие, названное по именам детей Кобзона и генерального директора СП Шабтая Калмановича). СП имело сеть магазинов фирменной спортивной одежды в Москве и Санкт-Петербурге, один из самых крупных дистрибьютеров фирмы "Nike" (до 1994 года). С 1994 года СП - один из главных дистрибьютеров фирмы "Puma". С 1995 года Кобзон вышел из состава СП, но остался, по некоторым сведениям, президентом АО "Лиат-Натали".

По некоторым сведениям, Кобзон также занимается нефтяным бизнесом.

Кобзон и криминал

2 декабря 1992 года в мотеле "Солнечный" праздновался день рождения вора в законе Александра Захарова (Захар). В торжестве приняли участие "законники" Петрик, Савоська, Роспись и Гога, а также бандитские авторитеты - Сергей Тимофеев (Сильвестр), Слива (эмиссар Иванькова в Москве) и другие. Короче говоря, из 80 человек присутствовавших на банкете - 18 находились в федеральном розыске. Всего ОМОН арестовал 68 человек, у двух были наркотики, у одного - оружие. По некоторым данным, Кобзон вступился за арестованных, его поддержал также президент благотворительного фонда социальной защиты спортсменов имени Льва Яшина Отари Витальевич Квантришвили (ныне покойный), с которым Кобзон поддерживал дружеские отношения. Особенно они ратовали за вора в законе Петрика, близкого к Квантришвили.

В дальнейшем Кобзон был вынужден защищаться от посыпавшихся на него обвинений в связях с преступным миром. В результате, Кобзона сделали чуть ли не главным "мафиози" Москвы.

В 1993 году Кобзон предъявил иск газете "Советская Россия" о защите чести и достоинства, причиной которого стала статья "Под прикрытием О.В." корреспондента агентства КРИМ-ПРЕСС Ларисы Кислинской о связях Кобзона с криминальными кругами. Корреспондент упомянула о присутствии Кобзона на дне рождения идеолога балашихинской ПГ вора в законе Александра Захарова (Захар) в присутствии Отари Квантришвили, президента Фонда социальной защищенности спортсменов. По сведениям автора статьи, Кобзон ходатайствовал об их освобождении. Автор статьи также утверждала, что будучи народным депутатом СССР в 1990 году Кобзон содействовал освобождению из-под стражи вора в законе Виктора Никифорова (Калина).

В результате, "Советская Россия" принесла неоднократные извинения Кобзону, а дело рассматривалось в Савеловском суде Москвы. Позже Л.Кислинская (Живем по их законам//Антимафия, 8 апреля 1992 г.) опубликовала фотографию трех мужчин, одним из которых был Иосиф Кобзон, вторым - Виктор Никифоров (Калина), третьим - Алик Тахтакумов (Тайванчик). В дальнейшем Кислинская все более настойчиво обвиняла Кобзона в его связях с криминалом.

В довершение скандала газета "Коммерсантъ" в 1994 году признала Кобзона "авторитетом года".

Кобзон, в этом случае, напоминает американского певца Фрэнка Синатру, которого также бездоказательно обвиняли в связях с мафией и отмыванием ее денег. Однако на самом деле, видимо Кобзон не является "мафиози". Он просто общался с некоторыми представителями преступного мира и пользоваться их покровительством, как и многие другие предприниматели. Например, 27 ноября 1993 года в газете "Новый взглад" была опубликована статья "Непробиваемый" (интервью с корр. А.Ванденко), которая была посвящена Кобзону и в которой Кобзон заявил: "Я с мафией общаюсь так же, как с министрами". Кобзон признался, что пел в лагерях на Дальнем Востоке, в Заполярье и это принесло ему определенную популярность среди уголовников.

Кобзон был другом известного в Москве Отари Квантришвили, с которым надеялся создать партию "Движение "Спортивная Россия" (авторское право на название, по словам Кобзона, принадлежит ему) и обвинил в убийстве Квантришвили спецслужбы, заявив, что не верит в принадлежность Отари к преступному миру. И все же, из-за этого, а также ареста в 1995 году в США вора в законе Вячеслава Иванькова (Япончик) ФБР обвинила Кобзона в криминальных связях, в частности, с Анзором Кикалашвил.и, который возглавляет "Ассоциацию XXI век" и вором в законе Алимжаном Тохтахуновым (Тайванчик), "смотрящим" воров в Европе (Кельн-Париж) (Грант А. Процесс Япончика..., с. 136- 137). ФБР нашло в мусорном ведре Кобзона телефон Иванькова, записанный на коробке из-под спичек, что дало им основания утверждать, что их связь несомненна. На фоне этих событий 27 июня 1995 года консульство США отказало Кобзону во въездной визе.

27 июля 1995 года Кобзон, на пресс-конференции в Тель-Авиве (Израиль), заявил, что приехал в эту страну заручиться поддержкой против кампании, развернутой против него в российской и американской прессе: "Я был, есть и остаюсь евреем. Я хочу, чтобы израильское общество защитило меня от клеветнических нападок..." (Бандиты времен капитализма..., с. 550). 3 января 1996 года Кобзон и его жена были задержаны на территории Израиля полицией и провели 8 часов в тюрьме, после этого Кобзон заявил: "Пока передо мной и моей женой не извинятся, ноги моей не будет в этой стране".

Тем не менее, в 1996 году Кобзон признался, что все-таки знаком с Япончиком: "скажу честно, с ним было интересно. По своему интеллекту он превышает многих известных людей" (подробнее об этом см. Собеседник, N39,1996 год).

11 августа 1995 года в газете "Московский комсомолец" было опубликовано открытое письмо Б.Ельцину, в котором Кобзона под свою защиту брали 51 деятель искусства (Зураб Соткилава, Алла Пугачева, Муслим Магомаев, Игорь Моисеев, Станислав Говорухин и другие). В конце концов, Государственная Дума приняла специальное постановление о непричастности Кобзона к преступному миру.

irwi99.livejournal.com

Кобзон - "каким он парнем был..."

Умер Йосиф Кобзон.R.I.P.

Никогда не был ни поклонником его творчества, ни сторонником его околополитической деятельности. Это так, если предельно деликатно...

Но сегодня не будем о плохом. Просто вспомним "каким он парнем был".

Кобзон - это эпоха, Кобзон - это легенда. Имя Кобзона уже давно стало нарицательным, это такой собирательный образ советской эстрады.Для нас в 70-е годы не было ничего хуже. Кобзон, Мулерман, Хиль, Гуляев, Магомаев, Лещенко... Несмотря на то, что некоторые из названных певцов в профессиональном плане дадут фору Кобзону, тем не менее именно Иосиф Давидович стал фирменным знаком, символом эпохи.Оглянемся на долгий и тернистый путь этого человека к вершинам Олимпа...У него было очень тяжёлое детство. За год до войны многодетная еврейская семья Иосифа переезжает во Львов из родного Донбасса.

Сегодня мы все понимаем, насколько опрометчив был этот шаг. С началом войны Иосиф с братьями и мамой чудом успевают эвакуироваться, переезжают в Узбекистан. Там проходит детство будущего певца.

После войны они возвращаются на Украину, но отец находит новую любовь, и в семью не возвращается. Трудно представить как нелегко им пришлось...

Через какое-то время мама Иосифа, Ида Исаевна находит нового мужа - фронтовика Моисея Раппопорта. Так у Иосифа появилось ещё два сводных брата.

Вспоминает первая жена Иосифа Вероника Круглова:

- Очень красивый широкоплечий мужик, здоровый такой, чем-то напоминающий актера Тони Кертиса, игравшего в фильме "В джазе только девушки"."Деточка, - говорит, - как же ты попала в такую страшную семью? Как влипла?" Я знала, что ответить: "Мне-то что, соскочу скоро, а вот как вы жизнь с ними прожили?" - "После смерти жены остались двое сыновей. У нас, у евреев, - рассказывал старик, - принято свататься. Невест было много, но хотелось, чтобы избранницей стала женщина с детьми, которая смогла бы принять в дом и моих сыновей. Так и женился на твоей свекрови. У нее самой было трое детей, потом она родила еще дочку. Но все дети ушли из дома, не смогли ужиться с этой женщиной".

Именно в это время юный Иосиф понял, что в этой жизни нужно иметь зубы и локти, нужно выживать, уметь за себя постоять. Он занимается спортом, увлекается боксом, поёт в самодеятельности.

Умение петь пригодилось в армии. Там способного бойца определили в ансамбль песни и пляски Закавказского Военного округа.

После службы Иосиф уже знает что станет делом всей его жизни. Он активно ищет локомотив, который помог бы ему взлететь на Олимп. Таким счастливым билетиком для Иосифа становится Аркадий Островский, пианист и аккордеонист, автор песен. Он привлекает молодого певца для исполнения своих песен. На фото она в Артеке

Потом в жизни Кобзона появилась Пахмутова и Добронравов, он выступает в цирковом представлении "Куба - любовь моя", становится узнаваемым и даже популярным.

Вместе с Пахмутовой молодой Кобзон посещает комсомольские стройки Сибири. Здесь он уже отчётлтво понимает, что нужно для успешной карьеры. Нужны связи, нужно "уметь дружить", быть "в струе", на острие борьбы - это и ударные стройки, позже - Афганистан, Чернобыль. Конечно, это труд. Но, иначе никак. Иначе тебя забудут как Виктора Кохно, с которым он пел дуэтом

Или Вадима Мулермана, к которому позже ушла его первая жена...

Надо работать, надо лбом пробивать стены, рвать зубами...

Вспоминает Иосиф Кобзон:И как только у меня появилась квартира, в 1965 году я женился на Веронике Кругловой - солистке Ленинградского мюзик-холла, которая, прославилась песней Островского «Возможно, возможно, конечно, возможно...» и песней Фельцмана «Ходит песенка по кругу». Вероника была красивая женщина. Очень. Но жизнь наша не сложилась. Она работала на гастролях со своим коллективом, а я гастролировал со своим. Так в постоянных разъездах мы прожили около двух лет, выясняя при съездах: с кем спал я и с кем спала она? Разумеется, ничего не выяснили и... в конце концов расстались.

Сама Вероника Круглова вспоминает с чего началось их знакомство:- Он вам сразу глянулся? - Как певец - категорически нет. Он был не очень пластичным и совсем не артистичным. Пел, как голосили тогда многие. Ничего особенного в нем тогда не было. Стоял на сцене истуканом, будто аршин проглотил, и натужно извлекал из себя звуки: "А у нас во дворе…" Это сейчас он стал великолепным певцом и исполняет песни намного лучше, чем в молодости. Как на мужчину я на него тогда не засматривалась. К тому же на том концерте он украл у меня ноты. Великолепный мелодист Станислав Пожлаков незадолго до того написал песню "Топ-топ, топает малыш", первой исполнительницей которой я и стала. В моей сумочке лежал ее единственный авторский клавир. Кобзон каким-то образом ухитрился эти ноты спереть.

- С чего вы взяли, что их стащил именно Кобзон? - Знакомые артисты рассказали, как он ковырялся в стопке нот. Пришлось позвонить ему в гостиницу "Октябрьская". "Да, мой музыкант случайно взял ноты. Прошу прощения. Можете забрать их в любое время", - произнес он надменно. Я же была приучена мамой, что ходить к мужчинам в гостиницу неприлично. "Нет, - отвечаю, - сейчас подъеду к гостинице. Пожалуйста, спуститесь и принесите ноты". Просьбу он выполнил. Не успел Пожлаков написать второй клавир и оркестровку, как наша песня была быстренько записана в Москве Кобзоном и Миансаровой.

Вот ведь как бывает, ноты украл, а потом мужем стал. Не поймёшь этих артистов. Или обиженных женщин))

Вероника Круглова:А потом поехали в Ялту отдохнуть перед свадьбой. К тому времени я была уже "хорошо беременна". Но когда приехали в Крым, нас уже поджидала его мамаша, поразившая всех совершенно безумным поступком: она привезла туда Иосифу какую-то невесту по имени Света. Кобзон возмущенно негодовал: "Мать, у меня есть жена! У нас будет ребенок! Оставь нас в покое! Никогда на твоей Свете не женюсь!" Но упрямая Ида Исааковна сняла квартиру рядом с нашей гостиницей. И по-прежнему частенько оставалась спать вместе с нами, прямо в гостиничном номере. Не стесняясь, ложилась между молодыми супругами посередине широкой кровати. В подобное варварство верится с трудом. Мать с сыном общались между собой в моем присутствии так, будто никого рядом вообще не было. Всю жизнь буду помнить дикие слова этой женщины: "Есик, ты посмотри на нее, все время блюет, на лице пятна выступили. Оно тебе надо? Тебе нужны эти фанятские (русские) дети?" Вначале мне наивно казалось, что мать и сын - не одно и то же. Но Кобзон однажды покаялся перед ней: "Разве я мог на чем-то настаивать! Это Вероника хочет оставить ребенка!" Я зарыдала безутешно. Иосиф, видимо, уже доведенный до отчаяния мамашиными "страданиями", как-то заявил: "Я все решил, едем в Москву. Ты делаешь аборт, потом сразу расписываемся. В противном случае - рассчитывай на свои силы".

Трудно сказать, что тут правда, а что нет, но очевидно одно, обтда у первой жены осталась на всю жизнь.Впрочем, как и у второй. Людмила Гурченко, ставшая второй женой Кобзона, так до самой своей смерти не разговаривала с бывшим супругом...Но, у неё -то характер не дай Боже, это все знали... Даже по выражению лица...

Иосиф Кобзон:

Говорят, давайте примеры, чтобы было яснее, почему вы расстались. Какие примеры? Что? Я должен в постель вас приглашать? Просто было много проблем. Ну вот и начиналось выяснение отношений... Ты с кем? А ты с кем? То она задержалась, то я задержался. Постоянные такие подозрения... Я не могу сказать, что я больше давал поводов! У нее тоже было достаточно возможностей, так сказать, поддаваться соблазну... Короче говоря, не сложилось... Но, к сожалению... к огромному, не сложилось до такой степени, что по сей день мы никогда еще, так сказать, не поздоровались друг с другом, хотя и прожили три года - с 67-го по 70-й...

В 1970 году, когда мы уже расстались с Людмилой Марковной, я купил пижонства ради старый американский «Бьюик». Мне хотелось показать ей свою независимость.Но, на шикарный автомобиль клюнула молоденькая провинциалочка Нелли.Ёе мама специально привезла в Москву, что бы подобрать 20-летней красотке успешного мужа. И надо сказать, что карта легда удачно. Для всех. Они вместе уже больше сорока лет)

А в профессиональном плане Кобзон уже стал не просто певцом, а полпредом советской эстрады. Он хорошо усвоил, что в Советском союзе моло просто петь песни.Нужно держать нос по ветру, нужно быть в нужное время в нужном месте, нужно светится рядом со знаменитыми и влиятельными людьми.Позже точно так же молодые исполнители мечтали приблизиться к нему...

И конечно, все знают о добрых отношениях Кобзона с извесными криминальными авторитетами - Отари Квантришвили, Аликом Тохтахуновым, Михасём и многими другими.

Кобзон:Я никогда не скрывал своих взаимоотношений с теми людьми, с которыми знался. Я дружу не с должностями, а с людьми. И для меня не важно, кто они - водители, афганцы, министры и т. д. Если кто-то мне симпатичен и мне интересно с ним общаться, я с ним общаюсь! Но, наверное, исходя из принципа «скажи, кто твой друг, и я скажу, кто ты», это кого-то все-таки наводит на мысль, на связь с русской мафией. А если у меня друзья и те, и другие? Тогда что?

Я знаю практически всех, так сказать, популярных лиц, подозреваемых в криминалитете, но в отличие от моих коллег по певческому цеху, которые тоже их всех знают, которые тоже все с ними фотографировались... в отличие от них я никогда не скрывал, что знаком с этими лицами. Тем не менее из этого многие делают вывод: «А-а-а... раз он с ними знаком, значит, они вместе что-то делают».

Обо мне невероятное количество грязных слухов. Дошли они даже до Америки. И вот удалось выяснить, что эти сообщения о моем криминальном имидже поступили в Соединенные Штаты не откуда-нибудь, а из России, из силовых структур. В свое время начальник РУБОПа Москвы Климкин Николай Иванович подтвердил, что были отправлены такие данные. И заместитель Алмазова, начальника налоговой полиции, генерал Яновский (если правильно помню его фамилию), относившийся ко мне с уважением, тоже по секрету показал мне закрытую информацию. Это был такой печатный листочек с указанием «Секретно. Для служебного пользования», где было написано: «Кобзон Иосиф Давыдович, 1937 года рождения, еврей, трам-тарарам владеет...» И перечисление, чем я владею в Москве. Получалось, что пол-Москвы - это мое имущество. То, о чем говорилось в американском файле, повторялось и здесь, а именно: наркотики, публичные дома, казино, гостиницы, супермаркеты и пр.

Увидев это, я сказал: «Какой ужас! Да ведь за каждую строчку этого письма меня можно сажать и расстреливать». А генерал в ответ: «К сожалению, я не могу сказать, где еще находятся эти письма». Я говорю: «А у Вас-то оно как появилось? Не с неба же оно упало?» «Нет, - говорит он, - это есть во всех кабинетах силовых и правоохранительных структур». Тогда я спросил: «И что, никто не может меня защитить от этого? Или, наоборот, посадить меня?» Он говорит: «Ну что Вы? Вы нормально свободно можете работать...»

А здесь Иосиф Кобзон уже в другой компании

Так или иначе, это человек системы. А она у нас такая. Многогранная...

skif-tag.livejournal.com