Vitol: как крупнейший в мире трейдер нефти зарабатывает миллиарды. Компания vitol нефть


История Vitol, самой скрытной из компаний, которые управляют мировой экономикой

Несмотря на размер и охват, о самой Vitol и ее деятельности известно очень мало. Это породило обвинения в скрытности, сообщения о сомнительных сделках с продажными режимами, критику ее налоговых махинаций и растущие вопросы о том, не становится ли ее хватка на мировых рынках слишком сильной.

Яна Тэйлора не пришлось долго уговаривать войти в жестокий мир нефтяной торговли Shell. Одно из самых важных решений для едва покинувшего Оксфорд молодого человека без гроша в кармане было совершено под влиянием чего-то очень простого — обещания больших денег. 

«Я был на мели. Я изучал ФПЭ (философию, политику и экономику), что оказалось тратой времени, но мне повезло, потому что я получил три или четыре предложения о работе. Я понятия не имел, чем занималась Shell. Устроился к ним, потому что они предлагали на пятьдесят фунтов больше, чем банк Morgan Grefell, а мне нужны были деньги», — признается Тэйлор, смеясь. 

Это на удивление откровенное признание от человека, который считается одной из самых влиятельных фигур на рынке энергоносителей. Тэйлор управляет компанией, о которой мало кто слышал, но она косвенно влияет на жизни многих людей каждый день. 

Сырая нефть, дизельное и авиационное топливо, бензол, глинозем, битум, этанол, метанол, каменный уголь, железная руда, сжиженный природный газ, сахар, кукуруза, пшеница, рис, соя и рапс: компания Vitol непрерывно перевозит тысячи тонн важнейшего сырья и продуктов по всему земному шару. 

Ее товаром заправляют наши машины, самолеты и поезда, обогревают миллионы домов, разжигают плиты и печи, покрывают крыши и дороги, и обеспечивают сырье для производства пластика, красок, химикатов, пищи, стали, алюминия и тысяч других товаров повседневного спроса, которые мы трогаем, используем, носим и едим каждый день. 

Проще говоря, Vitol является одной из крупнейших торговых компаний на планете. Это девятая по величине корпорация в мире по размеру дохода, она проигрывает лишь Shell и BP из индекса FTSE 100 и уверенно обходит Volkswagen, Apple и Chevron. В прошлом году растущая империя Vitol достигла отметки продаж в $270 млрд. 

Компания входит в число гигантских торговых домов, которые незаметно, из тени действовали в самом сердце глобальной торговли и товарных рынков, поддерживая мировую экономику непрерывным потоком топлива, черных металлов, химикатов и пищевых продуктов. 

Подъем подобных компаний совпал с бумом последних пятнадцати лет на рынке сырья и резкой сменой курса в мировой торговле с запада на восток. Когда Китай, Индия и Бразилия стали новыми ведущими державами, Vitol и его конкуренты Glencore, Trafigura, Gunvor, и Mercuria показали себя как торговцев электроносителями, дергающих за ниточки мировой экономики. 

И все же, несмотря на размер и охват, о самой Vitol и ее деятельности известно очень мало. Это породило обвинения в скрытности, сообщения о сомнительных сделках с продажными режимами, критику ее налоговых махинаций и растущие вопросы о том, не становится ли ее хватка на мировых рынках слишком сильной. 

Тэйлор признает, что скрытность принесла проблемы компании, и пора становиться более открытыми. 

«Мы не думаем, что нам есть что скрывать, — считает он. — Мы понимаем, что необходимо обсудить нашу деятельность, и мы рады сделать это, но мало кому интересно то, чем мы занимаемся, и большинству быстро становится скучно. У нас нет больших секретов или скандалов». 

Последняя реплика не совсем правдива. Одна из причин, по которой Vitol стала таким влиятельным игроком — это готовность Тэйлора вести дела с теми, от кого другие компании держатся на расстоянии пушечного выстрела. 

От обескровленных войной Балкан и диких уголков Кавказа, до республик Центральной Азии, мелких диктатур Персидского залива и нестабильных королевств Африки — у Тэйлора за плечами обширный опыт рисковых операций на территориях, куда боятся ступить остальные. Vitol поддерживала еще только зарождавшиеся, финансово не окрепшие правительства, которые опирались на экспорт своего сырья, и обладала решающим значением в свержении прочих. 

«Надеюсь, мы можем предоставлять что-то из области энергетики дешево и эффективно. Разумеется, мы работаем, не исходя из этого мотива, однако бывали времена, когда, если честно, без нас все бы погрузилось в темноту», — говорит Тэйлор. 

К примеру, без помощи Vitol стремление Курдистана отделиться от Ирака могло бы никогда не реализоваться. В 2012 году компания помогла курдам продать их первую партию нефти независимо от иракского правительства. Vitol осуществила поставку 12 000 тонн конденсата, парафиновой нефти, стоимостью более $10 млн, и с тех самых пор находится в сердце стремительно развивающейся курдистанской нефтяной индустрии. 

Репутация пирата окончательно закрепилась за Тэйлором в прошлом году, когда выяснилось, что Vitol была главным архитектором революции в Ливии. Смекалистым трейдерам компании удалось избежать шквала бомбардировок НАТО и морскую блокаду, чтобы отправить десятки танкеров в контролируемые повстанцами порты, вроде Тобрука и Эз-Завии. Поставки дизеля, бензина и прочего топлива помогли не дать скрипучим электростанциям революционеров приостановить свою работу и в конечном счете оказались жизненно необходимыми для свержения Каддафи. Торговля была отважной еще и потому, что у повстанцев не было средств на предоплату, и Vitol согласилась предоставить материалы в кредит. 

Vitol поддерживал революцию в Ливии 

Первое знакомство Тэйлора с далекими и богатыми нефтью государствами состоялось в детстве, когда он жил в Иране, где его отец занимал должность старшего менеджера в ICI (Imperial Chemical Industries), британской гиганте на рынке химикатов. После иранской революции семье пришлось бежать обратно в Великобританию. «Мне было 16, и это все было достаточно страшным зрелищем, но мы вовремя оттуда убрались», — говорит он. 

Его карьера в Shell началась не слишком удачно. После начала иранской революции цены на нефть подскочили до небес, и нефтяные магнаты терпели огромные убытки в своих сделках. Нахальный юнец Тэйлор написал своим боссам служебную записку с призывом продать все их нефтеперерабатывающие предприятия. Это была его первая неделя на новом месте. 

«Это действительно было глупо. Цены на нефть стремительно подскочили. Я понимал, что нефтеперерабатывающие предприятия, принадлежащие Shell, теряют деньги, потому что ни с того ни с сего мы стали покупать сырую нефть по $20 за баррель, а не за $2, однако цена очищенных продуктов тогда была фиксированной, и по-прежнему основывалась на $2 за баррель сырой нефти. Shell покупал баррель за $20 и терял огромные деньги. Я написал начальнику служебную записку, в которой говорилось, что нам следует закрыть все нефтеперерабатывающие предприятия, и они сказали: „Кто этот идиот? Избавьтесь от него, увольте его!“, но мне удалось удержаться на рабочем месте». 

Последующие несколько лет Shell будет посылать Тэйлора по всему миру. Он провел три года в Венесуэле, где в промежутках между поездками по Южной Африке и странам Карибского бассейна в должности ответственного за регион он встретил свою жену. Торговля могла принимать пугающие обороты. «Однажды я прибыл на Ямайку, а у них там было заведено давать тебе пистолет для самозащиты, однако я сказал: „Я не могу его взять“. То были те еще деньки», — говорит он. 

Затем последовал переезд в Сингапур, где Тэйлор продолжал развлекаться. «Сингапур был весельем. Я забирался на большие VLC, когда они заходили в порт. Это было чудесно. В те времена на французских кораблях был прекрасный выбор вин и подавали замечательные завтраки».

Тэйлор начал работать на Vitol в 1985 году, и компания быстро приобрела репутацию готовой иметь дело с наименее щепетильными режимами мира. Это, в свою очередь, неминуемо привело к тому, что она была замешана в несколько громких международных инцидентах. В 2012 выяснилось, что компания проигнорировала введенные ЕС санкции, запрещавшие торговлю иранской нефтью, приобретя 2 млн баррелей из Тегерана. 

Как компания, зарегистрированная в Швейцарии, ни Vitol, ни ее бахрейнский филиал, купивший груз, не были обязаны соблюдать запрет. Несмотря на это, некоторые из крупных конкурентов компании, в основном, также зарегистрированные в Швейцарии, добровольно остановили всю торговлю иранской нефтью, распространяя критические заявления о том, что она подрывала предпринимаемые Западом усилия прекратить поток нефтедолларов в Иран. 

«Очень сложно взять и провести границы морали, когда дело идет о вещах такого рода, но пределы существуют, и есть люди, с которыми мы не станем вести дела», — говорит Тэйлор. «К примеру, мы не работали с последним правительством Нигерии 4 или 5 лет, потому что оно было слишком коррумпированным. Однако в конце концов, мы верим, что занимаемся коммерческим бизнесом». 

Контракт с Ираком завершился особенно плохо в 2007, когда Vitol попала в список из 2200 компаний из 66 стран, признанных виновными в даче взяток для выигрыша сделок по поставкам нефти. Компания признала вину в хищении в крупных размерах в США — она давала взятки государственным чиновникам, работающим в программе ООН «нефть в обмен на продовольствие». Vitol заплатила $17,5 млн штрафов, однако смогла избежать индивидуальных санкций против глав компании. Однако Тэйлор заявляет, что на самом деле компания никогда не платила взяток, и настаивает, что все дело было политическим. 

«Мы подверглись значительной критике, и совершили ошибку, пойдя на сделку, — говорит он. — Каждый в индустрии занимался отгрузкой нефти, но по всем бумагам мы не давали взяток, не платили комиссий. Мы пошли на мирное урегулирование, потому что я хотел защитить наших сотрудников. Некоторые из них были американцами, и у них там были семьи. Они [США] сказали: „Нам нужен штраф. Вы заплатите его и мы отпускаем всех на все четыре стороны, а вы сможете по-прежнему возвращаться в Америку. Они не смогли прижать нас по взяткам, поэтому в итоге все свелось к крупному хищению, что выглядело весьма странно». 

Слушая, как Тэйлор описывает типичную торговую сделку, сложно не представить трейдерский отдел какого-нибудь инвестиционного банка. Vitol контролируется датским капиталом, однако его штаб-квартира располагается в Женеве, где компания наняла целую армию блестящих молодых трейдеров. В ее распоряжении также состоит батальон брокеров, работающих из офисного центра в Виктории, районе Лондона; другие большие офисы располагаются в Хьюстоне и Сингапуре; и около 40 — по всему остальному миру. Все из них могут быть призваны на помощь для проведения одной из сложных сделок компании. 

Все может начаться со звонка из Кувейтской нефтяной корпорации, государственной нефтяной компании Кувейта, о том, что в предстоящие недели у них будет 30 000 тонн самолетного топлива на продажу. KPC сообщит Vitol, какого качества это топливо, и спросит, какую цену они готовы заплатить. Кувейтцы также зададут аналогичные вопросы Shell, BP и прочим потенциальным крупным покупателям. Затем трейдеры Vitol по всему миру свяжутся со всеми покупателями, которых они знают на локальных рынках, как, к примеру, аэропорт Дубаи или Сингапура, чтобы увидеть, насколько сильна потребность в топливе, а также чтобы разузнать о стоимости расходов на фрахтование. Когда они определят, сколько, по их мнению, стоит груз, что может занять несколько дней, компания назовет KPC цену. 

Тот, кто предложит лучшую цену, получит сделку: иногда она может быть выиграна за счет разницы в один цент за баррель. После получения контракта, Vitol обсуждает условия платежа, дату, когда можно забрать груз, его тип и количество. Затем им нужно найти танкер, в котором можно будет транспортировать груз. 

«Здесь начинает проявляться навык, — говорит Тэйлор. — Мы предоставим очень точные даты, и очень важно, чтобы все в индустрии знали, что мы будем действовать. Даже если это хреновая сделка и мы потеряем деньги, нужно осуществить доставку. Когда судно на воде, ты постоянно проверяешь состояние рынка. Только вчера у нас было судно в Европе, но ситуация на рынке поменялась, так что мы переправили его во Флориду, где, как мы думаем, может найтись покупатель получше. Тебе приходится постоянно контролировать эти перераспределения, нестабильные, как желе». 

Размах операций Vitol ошеломляет. В прошлом году она осуществила более 6000 рейсов и торговала 128 млн тонн сырой нефти. В хороший день она может отправить в путь 5 млн баррелей — это больше, чем объем дневной добычи всего Китая. Она также доставила 26 млрд кубометров природного газа; 8,9 млн тонн сжиженного нефтяного газа; миллион тонн нафты; 34 млн тонн угля; и 600000 баррелей физического газолина в день. В любое время она может контролировать более 200 судов в мировых океанах, что примерно равно размерам военно-морского флота США. 

Нормы прибылей в торговле сырьевыми товарами необычайно узкие. Часто они составляют менее 1% на каждую сделку. Однако благодаря огромному размеру и масштабу Vitol, прибыли растут быстро. Это значит значительные оклады в фирме, принадлежащей работникам. 

В 2014 прибыли до начисления налогов удвоились до $1,67 млрд, $1,2 млрд из которых распределялись между примерно тремястами работниками-акционерами. Хотя большую часть нефтяной индустрии, включая магнатов, затронул скачок цен на нефть, прошлый год был одним из лучших в истории Vitol. 

Больше самой цены Vitol волнует разница между ценами купли и продажи, и поэтому кампания вкладывает крупные суммы в рынки срочных сделок. Собственно, резкое снижение цены на нефть привело к одним из самых благоприятных условий для торговли — с точки зрения Vitol — за долгое время, создавая на рынке ситуацию, известную как «ситуация контанго», при которой цены на будущие поставки превышают текущие цены. Это значит, что трейдеры вроде Vitol могут покупать нефть, хранить ее и обеспечивать себе прибыль, продавая нефть на рынках по сделкам на срок. 

«Нам не нравится волатильность, потому что из-за нее становится очень сложно работать, — говорит Тейлор. — Самое важное для нас — чтобы на рынке была ситуация контанго». 

Из-за подобного использования финансовых инструментов, скептики задались вопросом о том, является ли Vitol и вправду гигантским хедж-фондом, сравнение с которым Тэйлор всячески отрицает. «Мы занимаемся нефтью и топливом, — говорит он. — Мы настоящая, физически существующая компания-дистрибьютор. Да, мы трейдер, в том плане, что это наша нефть и мы покупаем ее, после чего продаем, однако мы ей не спекулируем, поэтому мы не хедж-фонд. Это огромная разница. Они [хедж-фонды] используют бумаги и экраны, а я имею дело с кораблями». 

Крупных трейдеров обвиняют в том, что у них есть возможность поднять или опустить цены, удерживая товары в хранилищах и манипулируя поставками. Это, по словам Тэйлора, «полная херня. Рынок слишком велик, чтобы мы могли влиять на цену, и мы не настолько крупные, чтобы облажаться. Мы могли бы исчезнуть, и тогда на нашем месте появился бы кто-нибудь другой. Если ты попытаешься сделать что-то в этом духе, это не сработает». 

Деятельность Vitol не ограничивается только торговлей. Ей также принадлежат нефтеперерабатывающие предприятия, терминалы, склады, электростанции, автозаправочные станции, нефтяные месторождения в Западной Африке, Восточной Европе и других уголках мира. «Вопрос всегда упирается в то, сколько прибыли мы сможем извлечь, — говорит Тэйлор. — Масштаб подразумевает эффективность, но он также подразумевает, что все будут получать энергию по более низким ценам, потому что мы можем осуществлять свою деятельность в большом объеме». 

Тэйлор предсказывает, что на протяжении 2016 года цены на нефть останутся низкими из-за перенасыщения, ставшего результатом решения Саудовской Аравии продолжать усилия по ликвидации конкурентов. Такая тактика приведет к большому количеству жертв, но также и некоторому числу победителей, в числе которых, как он надеется, будет Vitol. 

Ян Тейлор с шейхом Хамадом аль-Шарки, правителем Фуджара, в ОАЭ 

«Саудиты — крупнейшие игроки в ОПЕКе. Они выведут из игры продавцов нефти по высоким ценам, включая нефть из Северного моря, что не очень здорово для Великобритании. Ну, это лучше для народа, и это значит, что рынок не выйдет из контанго, а нам это только в плюс», — говорит он. 

Состояние Тэйлора оценивается в £150 млн, что делает его одним из богатейших британцев. Подобная сумма позволила ему влиять на политику исходя из свои пристрастий. Хотя он и является гордым манкунианцем (жителем Манчестера) (Он ярый фанат Манчестер-Сити и говорит с заметной северо-западной гнусавостью), родители Тэйлора — шотландцы, и у него есть дом в Шотландии, а в прошлом он был одним из основных инициаторов движения против предоставления Шотландии независимости. 

Он также пожертвовал сотни тысяч фунтов Консервативной партии под руководством Дэвида Кэмерона, и обедал с ним в Чекерс (Загородная резиденция премьер-министра). Это привело к яростной критике со стороны тори, обвинивших его в попытке оказать влияние на политику страны. 

«Мне нет дела до Великобритании, кроме электростанции в Иммингеме, так что я не пытаюсь повлиять на политику в стране, но люди по-прежнему обращаются ко мне, — говорит Тэйлор. — Я занимаюсь этим с тех пор, как Кэмерон стал лидером партии. Мне нравятся их взгляды, они определенно представляют средний класс. Думаю, Великобритания находится в хорошем положении, и поэтому у нас неплохие политики. Не могу сказать, что продолжу заниматься тем же самым всегда, но я знаю, что мне невероятно повезло». 

Его отношение к Европе также ясно. «Я искренне верю, что в интересах Британии остаться в ЕС. Уход мог бы плохо отразиться на стране. Это открытый рынок с огромными преимуществами, и, как мне кажется, нам придется перезаключать многие из соглашений по торговле и услугам как с ЕС, так и с другими странами. Для таких людей, как китайцы, японцы или американцы, наше членство в ЕС — счастье. Выйди мы оттуда, они были бы не так сильно заинтересованы в инвестициях в страну». 

Тэйлор видит явную проблему в том, что намного меньшее количество людей знает о том, сколько миллионов он с женой Тиной пожертвовал на развитие искусств из своего фонда, в том числе на проект Королевской оперы с значительно субсидированными билетами на оперу и балет для детей из неблагополучных семей. 

«Честно, я даю в разы больше денег на благотворительность, чем жертвую тори, и то, что мне удалось сделать в Королевской опере, намного важнее. Я верю в то, что состояния зарабатываются для того, чтобы ими делиться». 

Бен Марлоу

Источник/Оригинал

Читайте также:

 

fastsalttimes.com

Vitol — Википедия (с комментариями)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

К:Компании, основанные в 1966 году

Vitol Group — швейцарско-нидерландская компания, специализирующаяся на торговле нефтью и нефтепродуктами. Основана в 1966 году. Штаб-квартира в Роттердаме. Первый по величине нефтетрейдер (посредник по продаже углеводородов) в мире (ближайшие конкуренты — Trafigura, Glencore и Gunvor).

Рекордный для компании показатель прибыли в $2,3 млрд был зафиксирован в 2009 году[3].

Деятельность

Компания является крупнейшим (43 %) акционером азербайджанской компании Arawak Energy — публичной компании, торгующейся на бирже Торонто.

Деятельность в России

По итогам 2015 года компания вошла в двадцатку крупнейших покупателей российской экспортной нефти по версии журнала Forbes с объёмом закупки 5,1 млн тонн[1].

Напишите отзыв о статье "Vitol"

Примечания

  1. ↑ 1 2 Андрей Лапшин, Ирина Мокроусова. Бочка отсчёта // Forbes Russia, №05 (146), 2016
  2. ↑ Оксана Гавшина. [www.vedomosti.ru/newspaper/article/255616/65_mlrd_dlya_gunvor $65 млрд для Gunvor]. Ведомости (25.02.2011). Проверено 25 февраля 2011. [www.webcitation.org/68GWSUxyg Архивировано из первоисточника 8 июня 2012].
  3. ↑ 1 2 [news.finance.ua/ru/news/-/368980/krupnejshij-mirovoj-neftetrejder-ozhidaet-sohraneniya-nizkih-tsen-na-neft-v-sleduyushhie-10-let Крупнейший мировой нефтетрейдер ожидает сохранения низких цен на нефть в следующие 10 лет / Новости / Finance.UA]

Ссылки

  • [www.vitol.com/ Официальный сайт компании]  (англ.)

Отрывок, характеризующий Vitol

– Тогда что? А? – повторил Анатоль с искренним недоумением перед мыслью о будущем. – Тогда что? Там я не знаю что… Ну что глупости говорить! – Он посмотрел на часы. – Пора! Анатоль пошел в заднюю комнату. – Ну скоро ли вы? Копаетесь тут! – крикнул он на слуг. Долохов убрал деньги и крикнув человека, чтобы велеть подать поесть и выпить на дорогу, вошел в ту комнату, где сидели Хвостиков и Макарин. Анатоль в кабинете лежал, облокотившись на руку, на диване, задумчиво улыбался и что то нежно про себя шептал своим красивым ртом. – Иди, съешь что нибудь. Ну выпей! – кричал ему из другой комнаты Долохов. – Не хочу! – ответил Анатоль, всё продолжая улыбаться. – Иди, Балага приехал. Анатоль встал и вошел в столовую. Балага был известный троечный ямщик, уже лет шесть знавший Долохова и Анатоля, и служивший им своими тройками. Не раз он, когда полк Анатоля стоял в Твери, с вечера увозил его из Твери, к рассвету доставлял в Москву и увозил на другой день ночью. Не раз он увозил Долохова от погони, не раз он по городу катал их с цыганами и дамочками, как называл Балага. Не раз он с их работой давил по Москве народ и извозчиков, и всегда его выручали его господа, как он называл их. Не одну лошадь он загнал под ними. Не раз он был бит ими, не раз напаивали они его шампанским и мадерой, которую он любил, и не одну штуку он знал за каждым из них, которая обыкновенному человеку давно бы заслужила Сибирь. В кутежах своих они часто зазывали Балагу, заставляли его пить и плясать у цыган, и не одна тысяча их денег перешла через его руки. Служа им, он двадцать раз в году рисковал и своей жизнью и своей шкурой, и на их работе переморил больше лошадей, чем они ему переплатили денег. Но он любил их, любил эту безумную езду, по восемнадцати верст в час, любил перекувырнуть извозчика и раздавить пешехода по Москве, и во весь скок пролететь по московским улицам. Он любил слышать за собой этот дикий крик пьяных голосов: «пошел! пошел!» тогда как уж и так нельзя было ехать шибче; любил вытянуть больно по шее мужика, который и так ни жив, ни мертв сторонился от него. «Настоящие господа!» думал он.

wiki-org.ru

как крупнейший в мире трейдер нефти зарабатывает миллиарды

В течение всей своей 50-летней истории энергетическая компания трейдер нефти Vitol осторожно и неохотно давала публичные комментарии, а также ни разу не сталкивалась с убытками по итогам года. Теперь же ее бизнес стал еще более конкурентоспособным, чем когда-либо.

Эта бизнес командировка не стала обычным событием даже для такого человека, как Ян Тейлор. На протяжении всей своей почти 40-летней карьеры в нефтяной индустрии британец с оксфордским образованием побывал во многих горячих точках - от Тегерана до Каракаса, Багдада и Лагоса. Но эта поездка в город Бенгази (Ливия), проходившая в разгар гражданской войны стала исключением.

Все, что надо было сделать Тейлору – это выглянуть из окна своего частного самолета, на котором он летел. 300 метрами ниже компании сопровождал беспилотник НАТО. Тейлор, CEO Vitol Group, крупнейшего в мире независимого трейдера нефти, неожиданно словил себя на желании, чтобы егот самолет стал военным истребителем.

Это было в начале 2011 года. Повстанцы, начавшие свою борьбу против 42-летней диктатуры Муамара Каддафи, только получили контроль над городом, и основали свое собственное правительство. Встреча представителей групп бывших военных, чиновников и местных политиков была организована достаточно, и Тейлор подумал, что если кто-то и может с ними о чем-то договориться, то это Vitol. Несколько недель назад один из его топ-менеджеров, Кристофер Бейк, получил предложение из Дохи. Министр нефти Катара, по словам менеджера, хотел бы знать, сможет ли Vitol поставлять топливо для ливийских повстанцев, поддерживаемых Катаром. У Vitol было всего четыре часа на то, чтобы дать ответ.

Бейк, находившийся в Дубае, сигнализировал о наличии интереса к этой сделке у Vitol «примерно через 4 минуты». Затем он приказал своим коллегам, большинство из которых располагались в Лондоне, сформировать четкое предложение. Vitol, как он скоро сообщил посреднику, была готова на сделку. Факт того, что компания согласилась на это предложение именно в разгар кровавой войны, негативно отразилось на образе и корпоративной культуре компании. Любой игрок в нефтяной индустрии может подтвердить, что Vitol была ловким и голодным оппортунистом, всегда готовым наброситься на любую привлекательную возможность.

Теперь, уже внутри самолета, Тейлор и Бейк, который выглядит совсем как телохранитель благодаря тому, что когда-то играл в регби, были на своем пути к заключению сделки. Но был один маленький нюанс: у повстанцев не было денег. Оплату Vitol должна была получить сырой нефтью. Западные правительства негласно одобрили заключение сделки, несмотря на то, что помимо одинокого беспилотника, никакой официальной поддержки не ощущалось. Если бы что-то пошло не так, Тейлору и его спутникам пришлось бы действовать на свое усмотрение.

Двое мужчин подбадривали друг друга по мере того, как самолет начал крениться. В связи с риском того, что борт мог попасть под обстрел зенитных установок Каддафи, просто так самолет посадить было нельзя, и пилот совершил несколько резких заходов на посадочную полосу. Оказавшись на земле, Тейлор и Бейк направились к месту встречи.

В то время центр Бенгази, представлявший собой собрание из пыльных зданий 1970-х годов постройки, расположенных вокруг зловонной лагуны, был гораздо более опасным местом, чем изображается в голливудском фильме «13 часов» (13 Hours), который вышел на экраны в этом году (в фильме повествуется о том, как группа солдат, называющая себя Секретными солдатами Бенгази, готовится к нападению, в результате которого в сентябре 2012 года был убит Кристофер Стивенс, занимавший должность посла США в Ливии). В первые дни гражданской войны Бенгази был городом, где почти каждый человек — а часто даже и ребенок — носил с собой автомат Калашникова, а остальное население жило под постоянной угрозой того, что войска Каддафи могут прорвать оборону города.

После нескольких встреч и обсуждений, Vitol согласилась на сделку. В течение следующих нескольких дней все пошло наперекосяк. Несмотря на обещание держать сделку в секрете, повстанцы объявили, что они сформировали механизм для продажи нефти. В ответ силы Каддафи сразу же взорвали ключевой трубопровод. Без поставок нефти Vitol не могла получить свою оплату.

Тем не менее, компания не спешила разрывать соглашение и осталась в сделке. В течение ближайших месяцев ее танкеры производили отгрузку бензина, дизельного топлива и мазута в Восточную Ливию.

«Поставки топлива от Vitol были очень важны для военных»

- заявил позднее Абделджалил Маюф, официальный представитель контролируемой повстанцами Arabian Gulf Oil в Бенгази.

В конце концов, повстанцы свергли Каддафи и после того, как боевые действия прекратились, Vitol все-таки получила свою нефть. В какой-то момент по мере того, как все находились в ожидании перезапуска процесса производства, объем сырья, принадлежащий повстанческому правительству, был эквивалентен более чем $1 млрд.

Пять лет спустя, Тейлор, которому сейчас 60 лет, вспоминает сделку в Бенгази за завтраком на железнодорожной станции Сент-Панкрас (Лондон) в ожидании поезда Eurostar, который отбывает в Париж в 9:18 утра.

«Это была сделка, которая, если быть честным, стала намного масштабнее, чем планировалось ранее»

- вспоминает Тейлор.

Смелость, проявленная в ходе сделки в Бенгази, олицетворяет мир Vitol — высокорискованное сочетание бизнеса и энергетической геополитики, олицетворенное в некоторых из самых неприятных уголков мира. Компания закрытого типа, трейдер нефти Vitol, которая в прошлом году сформировала чистую прибыль в $1,6 миллиарда - это скрытый гигант мировой экономики, оборот которого составляет более 6 миллионов баррелей день - что достаточно для удовлетворения ежедневных потребностей Германии, Франции, Италии и Испании вместе взятых.

В течение более полувека (в августе трейдер нефти будет отмечать свое 50-летие) Vitol никогда не сталкивалась с убытками по итогам года. Ее прибыль выросла всего с $22,9 млн. в 1995 году до рекордных $2,28 млрд. в 2009 году, согласно данным агентства Bloomberg. На своем пике рентабельность собственного капитала (ROE) Vitol - показатель доходности средств, инвестированных партнерами компании - составляла умопомрачительные 56%. Даже компании с Уолл-стрит выглядят хуже, в сравнении с этим нефтяным гигантом; ROE Goldman Sachs с того момента, как банк стал публичным в 1999 году, поднималась лишь до 31%.

«Vitol уже зарекомендовала себя как лучший трейдер на энергетическом рынке»

- отмечает Жан-Франсуа Ламберт, бывший руководитель энергетического департамента и департамента структурирования торгового финансирования в HSBC, тесно взаимодействовавший с Vitol.

Эта история повествует о становлении Vitol и о тех трудностях, с которыми сталкивалась компания. Команда MarketPost реконструировала развитие событий с помощью нескольких десятков интервью с нынешними и бывшими руководителями компании, а также проанализировала сотни страниц ранее незарегистрированных финансовых и юридических документов в Нидерландах, США и Люксембурге.

Vitol, оборот которой составляет примерно 6,5% от общемирового значения, работает на крайне жестком рынке. Этот трейдер нефти конкурирует с другими независимыми трейдерами, как Glencore, Trafigura Group, Mercuria Energy Group, Gunvor Group и Castleton Commodities International. Фирма также борется за рыночную долю с крупнейшими нефтяными трейдерами, как BP, Royal Dutch Shell, а также с государственными нефтяными компаниями Китая.

Что касается будущего, Vitol сталкивается с пугающим фактом: лучшие дни для торговли нефтью, несомненно, остались в зеркале заднего вида. Маржинальность сокращается, поскольку рынок становится все более транспарентным, а конкуренты ведут борьбу за одни и те же баррели. Даже несмотря на то, что Vitol активно инвестирует в активы, как нефтеперерабатывающие заводы и терминалы, доходность снижается. В прошлом году показатель ROE у Vitol составил всего 16% - что является небольшим показателем для компании с исторической точки зрения.

Тейлор же стал трейдером нефти случайно. Шотландец по происхождению, выросший и получивший образование в Англии, он устроился на работу в Shell по одной простой причине: зарплата там была выше, чем в тех местах, которые он рассматривал. Начиная с 1978 года, он стал все больше узнавать о торговле нефтью за счет своих поездок в Сингапур и Каракас, где он познакомился со своей женой.

Под руководством Тейлора, Vitol вырос подобно стартапу в Силиконовой Долине. В компанию он пришел в 1985 году, а спустя 10 лет он стал ее руководителем, трансформировав фирму (на фоне роста спроса на нефть в Китае и других развивающихся странах) в один из крупнейших торговых домов. За то время, пока он руководит компанией, Vitol увеличила стоимость своих акций на 3500%: с $278 миллионов в 1996 году до почти $10 млрд. в прошлом году. За этот же период капитализация Glencore выросла с $1,2 млрд. до $35 млрд. (рост капитализации хоть и ниже, но все равно впечатляет и составляет 2,800%).

Когда Vitol только открывалась, амбиции, безусловно, были намного скромнее. В августе 1966 года два голландца Хенк Витор и Жак Детингер, инвестировали 10'000 голландских гульденов (около $2'800 на тот момент) и запустили компанию в Роттердаме с целью покупки и продажи нефтепродуктов посредством барж, курсировавших вверх и вниз по Рейну. Они сопоставили фамилию Витор (Витор) и англоязычное слово «oil» (нефть), и назвали компанию Vitol. Инвестированные деньги занял предпринимателям отец Витора, и они согласилась платить по данному займу 8% в год. Детингер, которому сейчас 81 год, вспоминает, что отец Витора сказал ему:

«У вас 6 месяцев. Если прибыль не появится - необходимо будет это заканчивать».

Первая отчетность компании показала небольшую прибыль, а на балансе находилось 200'000 гульденов, включая стоимость двух автомобилей владельцев. Бизнес вырос, равно как и конкуренция — крупные производители, которые контролируют долгосрочные контракты, начали децентрализироваться в конце 1960-х и 1970-х. Мелкие торговцы, включая Vitol, начали покупать и продавать нефть на зарождавшемся спотовом рынке.

«Это было сложно»

- вспоминает Детингер в ходе интервью в Лондоне. Он сидит рядом с Тейлором, и вспоминает «очень опасные» моменты деятельности компании, такие как, например, период первого нефтяного кризиса в 1973-1974-х, когда цены продуктов нефтепереработки сильно колебались.

В то время энергетическому рынку еще только предстояло разработать такие инструменты, как фьючерсы, опционы или своп контракты для хеджирования ценовых рисков, поэтому трейдерам, как Vitol, приходилось увеличивать свою экспозицию каждый раз, когда они покупали груз: если рынок бы пошел против них, они могли потерять все.

По мере роста бизнеса Vitol расширяла свою географию, открыв офисы во многих локациях - от Швейцарии до Лондона и Нью-Йорка. В связи с ростом напряженности на рынке, основатели компании были вынуждены имплементировать различные стратегии. В 1976 году Витор, возглавлявший в то время компанию, ушел из бизнеса, а его место занял Детингер. Тейлор, пришедший на работу в компанию, возглавил направление, занимавшееся торговлей сырой нефтью. В то время оборот Vitol составлял примерно 450'000 баррелей в день, что являлось значимой величиной, однако составляло лишь половину от оборота лидеров отрасли. Место короля в нефтяной игре тогда занимала компания Phibro, которая только что купила Salomon Brothers, инвестиционный банк, за $550 млн. Марк Рич и партнеры основали Phibro, а также, компанию Transworld Oil, контролируемую Джоном Деуссом, получившего свою известность за ведение бизнеса с Южной Африкой в дни апартеида.

Свой современный облик трейдер нефти Vitol начал принимать в 1990 году, когда Детингер и семь других партнеров продали компанию за $100-$200 млн. (фактическая цифра не раскрывалась) группе сотрудников (около 40 человек), в число которых входил Тейлор. Финансирование выкупа компании осуществлялось за счет средств ABN (голландский банк), и трейдер Тон Вонк возглавил компанию, став ее CEO.

С этого времени ни один акционер компании не контролировал более чем 5% от ее стоимости, в результате чего было создано то, что Тейлор и другие описывают как культуру «мы», которая является краеугольным камнем успеха Vitol.

«Если кто-то думает, что он больше или лучше, чем единое целое, то он неизбежно потерпит поражение»

- утверждает Бейк.

Вонк привел Vitol к торговле сырой нефтью, расширив ее деятельность за пределы торговли продуктами нефтепереработки, и начал заключать так называемые процессинговые сделки с переработчиками, поставляя им нефть и получая взамен топливо. Эти соглашения привели к формированию наиболее прибыльных сделок для Vitol, однако некоторые из них чуть не разрушили компанию.

В начале 90-х годов Vitol перерабатывала сырую нефть на, как казалось бы, проклятом НПЗ в городе под названием Come by Chance на восточной окраине Канады. Когда в результате пожара НПЗ оказалось на грани банкротства, Vitol в 1995 году купила его за $300 млн., а затем зафиксировала прибыль в $1 млрд., когда спустя 10 лет продала завод. Данная сделка характеризуется лучшей доходностью за всю историю компании.

Малоизвестно, что Vitol сама оказалась в нелегком положении, поскольку ощущала финансовое давление, связанное с расходами на модернизацию НПЗ Come by Chance, поскольку основной бизнес компании в то время также не приносил существенных доходов. В 1997 году чистая прибыль компании упала всего до $6,6 млн., что значительно ниже диапазона заработка от $60 до $70 млн., достигнутого в 1992, 1993 и 1994 годах (прежде, чем компания купила НПЗ Come by Chance). Как инвестиция, завод был «слишком большой» по отношению к размеру компании, говорит Хо Хуэй Менг, глава Vitol в Азии.

Полученный опыт оказал существенное влияние на дальнейшую деятельность компании. На фоне событий, связанных с Come by Chance, Vitol стала фанатично консервативной компанией, а также начала стараться поддерживать высокие уровни капитала (рейтинговые компании S&P Global Ratings and Fitch Ratings в частном порядке присвоили Vitol инвестиционный рейтинг BBB, согласно данным из презентации, полученной MarketPost). С тех пор при покупке активов, Vitol стала искать партнеров, в числе которых оказался и суверенный фонд Абу-Даби. Сегодня компания является совладельцем пяти НПЗ с совокупной мощностью переработки в 390'000 баррелей в день. Но Хо говорит, что Vitol никогда не забывает о своих ключевых преимуществах.

«Нашим основным бизнесом является торговля: эффективное перемещение нефти из пункта A в пункт B»

- отмечает Хо.

Солнечным апрельским утром в Роттердаме Джек де-Моэл контролирует местеный бизнес Vitol. Здесь компания владеет массивным нефтяным терминалом Euro Tank Terminal, которым управляет де-Моэл. Баржи Noorozee и Citrine берут на борт топливо из бака 404, высота которого выше, чем 10-этажное здание. В нескольких метрах от них большой танкер, 144-метровый Blue Emerald, также загружает топливо, чтобы направиться в регион Северного моря. Его конечным пунктом назначения является устье реки Темзы в Англии.

В прошлом году терминал загрузил 3'900 барж и танкеров. Каждый из этих кораблей представляет потенциальную прибыль, хотя и сравнительно небольшую. Работа здесь ведется круглосуточно, поскольку торговля нефтью является бизнесом больших объемов, хотя и низкомаржинальным. Бизнес также требует огромных инвестиций. С 2006 года Vitol построила 28 высоких резервуаров вдоль глубоководного канала Calandkanaal в Роттердаме. В резервуарах достаточно места для хранения топлива, необходимого для заправки 22 миллионов Volkswagen Golf.

Финансовое состояние Vitol не зависит от цен на нефть, в отличие от финансового состояния крупных нефтедобывающих компаний.

«Мы зарабатываем на волатильности»

- говорит Пол Гринслейд, который работал главой торгового подразделения Vitol до тех пор, пока не вышел в отставку в 2014 году. Этот жаргон, принятый в индустрии, означает, что Vitol зарабатывает на колебаниях цен, независимо от рыночной цены на нефть. В 2009 году, например, компания отчиталась о самой масштабной прибыли, а котировки нефти снизились со $150 за баррель до $30. В прошлом году на фоне того, как большинство игроков энергетической отрасли ощутили давление в связи с обвалом цен на нефть, Vitol отчиталась о 4-ой по величине прибыли за всю историю.

Для Vitol нефть является лишь отправной точкой. Трейдер нефти смешивает различные виды топлива для создания сортов, необходимых для каждого региона, клиента и даже сезона. Для обеспечения поставок Vitol предоставляет авансовые платежи для таких компаний, как Роснефть из России, или правительств, руководящих богатыми нефтью регионами, такими как Курдистан на севере Ирака, и более чем окупает свои вложения, когда продает сырье.

«Воспринимайте их как спекулянтов»

- говорит Крейг Пирронг, профессор финансов в Университете Хьюстона. Но на самом деле, по словам Пирронга, Vitol является посредником между потребителями и производителями. Она превращает супертанкеры в дрейфующие резервуары для хранения, а затем выбирает выгодное время для продажи сырья. В 2015 году компания зафрахтовала один из крупнейших танкеров в мире — 380-метровое судно, длина которого почти такая же, как высота Empire State Building — для хранения сырой нефти. В любой отдельно взятый день в море находятся примерно 200 кораблей Vitol. В прошлом году компания осуществила 6'629 морских перевозок.

По большей части Vitol является пассажиром, совершающим поездку на нефтяном рынке. Иногда рынок серьезно ограничивает прибыли - это происходило в 2012, 2013 и конец 1990-х годов. В другие периоды рынок предоставляет возможности, которые часто являются даже неожиданными. Война в Ливии была одним из таких случаев. Ядерный кризис 2011 года в городе Фукусима стал другой такой возможностью, приведшей к существенным изменениям энергетической политики Японии.

«Возможности определяются извне»

- утверждает Расселл Харди, старший исполнительный директор Vitol. Работа компаний трейдеров, говорит он, заключается в том, чтобы получить прибыль от этих возможностей.

Культура Vitol, драйвером которой выступают возможности, щедро вознаградила сотрудников компании. Многие из них стали сказочно богатыми. В основном они стараются избегать публичности, а об их благосостоянии мало что известно. Однако уход одного из старших трейдеров компании, произошедший 10 лет назад, дает редкую возможность понять, насколько богатыми являются сотрудники Vitol.

Согласно документам, которые были поданы Майком Лоя в 14-ый Апелляционный суд Техаса (сотрудник из Хьюстона руководил подразделениями компании в Северной и Южной Америках) в конце 2007 года, он владел акциями Vitol на сумму в $140 млн. С тех пор капитализация компании почти удвоилась, прибыль и выплаты сотрудникам также выросли, что предполагает то, что состояние каждого из руководителей компании исчисляется сотнями миллионов долларов. Лоя говорил, что перешел на работу в Vitol из Transworld в 1990-х, поскольку был шанс получить долю в динамично развивающимся бизнесе .

«Если вы работаете хорошо, то вы станете одним из владельцев»

- говорит Тейлор.

Только в 2014 году, согласно документам, полученным MarketPost, Vitol выплатила своим 350 сотрудникам (или партнерам, так как все они являются совладельцами) специальных дивидендов на сумму более чем в $1,1 млрд. С 2008 по 2014 года эти акционеры получили выплаты на общую сумму почти в $5,6 млрд. Несмотря на это, отмечает финансовый директор компании Джефф Деллапина, «на протяжении прошедших 10 лет мы реинвестировали по 50% прибыли в бизнес — приемлемый уровень для состоявшейся и растущей компании».

Vitol является более чем закрытой компанией и никогда не приглашала в состав своих собственников публичных инвесторов.

«Когда Vitol попадает в заголовки газет, то чаще всего с негативным окрасом»

- замечает Оливер Классен из Berne Declaration (швейцарская неправительственная организация, которая занималась исследованиями торговли сырьевыми товарами и является сторонником формального регулирования отрасли).

В 1995 году, например, Vitol выплатила сербскому генералу $1 млн. за помощь в решении бизнес конфликта. Зелько Разнятовичу, известному как «Аркан», в 1997 году Международный уголовный трибунал по бывшей Югославии в Гааге предъявил обвинение за преступления против человечности. Он был убит в 2000 году до того, как его дело попало на рассмотрение в суд.

В 2007 году Vitol получила один из самых болезненных ударов по своей репутации в связи с выплатой около $13 млн. режиму Саддама Хусейна в качестве «доплаты» за обеспечение поставок нефти в рамках программы Организации Объединенных Наций «Нефть в обмен на продовольствие». Расследование, возглавляемое Полом Вокером, бывшим Председателем Федеральной резервной системы США, открыло дверь в мир незаконных платежей, секретных банковских счетов и двуличных дипломатов. Вместо того, чтобы уплатить штраф, не признавая правонарушения, Vitol согласилась признать себя виновной в Верховном суде штата Нью-Йорк. Другие компании, включая Chevron, также урегулировали подобные гражданские и уголовные дела, однако, лишь несколько из них признали себя виновным. «Мы сделали это для защиты наших сотрудников», настаивает Тейлор, предполагая, что без сделки прокуроры США могли предъявить обвинения индивидуальным трейдерам. Он также указывает на большое число других компаний, которые сталкивались с подобными обвинениями.

«Это был хаос»

- говорит Тейлор о программе ООН.

Репутация Vitol снова попала под удар в 2012 году после того, как компания купила иранский мазут в обход санкций США и Европейского союза. Vitol, использовавшая бахрейнскую компанию для совершения сделки, отрицала правонарушение. Тем не менее, данный эпизод стал значимым для будущего компании. Пострадавшая от сформировавшегося негативного имиджа в глазах общественности, а также получив негативные отклики от некоторых своих партнеров в банковском бизнесе, Vitol ужесточила свои внутренние стандарты. Вскоре последовали и другие изменения. Например, компания сворачивает значительную часть своих торговых операций в Нигерии в связи с коррупционными обвинениями, выдвинутыми в период, когда Джонатан Гудлак был президентом страны.

Несмотря на это, Vitol не раскрывает информацию, которую активисты, такие как Berne Declaration, считают значимой. В то время как Glencore и Trafigura присоединились к добровольному соглашению, направленному на повышение транспарентности в сырьевом секторе, Vitol продолжает оказывать сопротивление. В отличие от других частных трейдеров, включая Cargill, компания отказывается раскрывать свои финансовые результаты.

Объем налоговых выплат является еще одним фактором для критики компании. В 2015 году, исходя из расчетов, основанных на данных со счетов компании, эффективная глобальная налоговая ставка Vitol составила 14,1% - что составляет менее половины от аналогичного показателя Goldman (30,7%). Несмотря на то, что Vitol базируется в Роттердаме, партнеры-владельцы контролируют ее через две люксембургские компании: Vitol Holding II и Tinsel Group, согласно информации, раскрытой Лоем в ходе своего ухода из Vitol. Компания осуществляет существенную долю своих операций в оффшорных юрисдикциях, а также в юрисдикциях с «дружественными» системами налогообложения, включая Швейцарию и Сингапур, ставшими одними из любимых пристанищ торговых домов.

«Наши основные торговые представительства были открыты очень давно в ключевых торговых городах»

- говорит Деллапина.

Несмотря на то, что Vitol не является единственной компанией, пытающейся уменьшить свои налоговые выплаты, она делает это наиболее успешным образом. В 2013 году Vitol вообще не платила налоги (благодаря использованию налоговых льгот), тогда как ее чистая прибыль составила $837 млн.

Даже учитывая то, что Генеральный директор и большинство топ-менеджеров компании осуществляют руководство компанией из минималистичного офиса возле Букингемского дворца, Vitol уплачивает основную часть своих корпоративных налогов за пределами Великобритании. Критика налоговой практики Vitol — со стороны шотландской национальной партии и других — усугубляется пожертвованиями Тейлора в сумме более $2 миллионов консервативной партии Великобритании премьер-министра Дэвида Кэмерона.

«Vitol имеет открытые и прозрачные отношения с налоговыми органами во всех юрисдикциях, в которых она работает, и платит свои корпоративные налоги в каждой из этих юрисдикций»

- утверждает Деллапина.

Процветавшая на протяжении более двух десятилетий, Vitol может попасть под давление со стороны изменяющейся внешней среды. Маржинальность торговых операций падает на фоне того, что действия игроков в глобальной нефтяной индустрии незамедлительно становятся достоянием общественности (в частности, за счет распространения интернет технологий). Одно из преимуществ Vitol, заключавшееся когда-то во владении никому неизвестной информации, начинает быстро исчезать. Что же будет делать Vitol?

Тейлор, который обычно быстро дает ответы, замешкался, отвечая на эти вопросы в ходе интервью, прошедшего в Сент-Панкрас.

«Вы будете удивлены»

- наконец говорит Тейлор.

«Я не знаю ответ».

Немного подумав, он говорит, что Vitol получит выгоду от «естественного роста рынка». Он также отмечает, что хочет купить больше активов, чтобы завершить создание того, что в нефтяной промышленности известно как «система» — структуру из нефтяных месторождений, нефтеперерабатывающих заводов и автозаправочных станций, деятельность которой будет охватывать весь нефтяной цикл - от земли до бензобака (подобно тем структурам, которыми владеют крупнейшие нефтяные компании). Это станет собственным вертикально интегрированным брендом, говорит он, отметив низкий объем инвестиции или экспозиции к фактическому производству нефти.

«Я готов убить — убить! — чтобы у нас была эта система»

- говорит Тейлор.

Хотя создание такой структуры не станет дешевым процессом, Тейлор вместе со своими коллегами намерен оставить Vitol частной компанией. Glencore в 2011 году провел IPO, в рамках которого за несколько часов на балансе появились миллиарды «бумажных» средств, однако, это не вдохновляет на подобные действия самого Тейлора и его команду.

По крайней мере пока что. Боб Финч, бывший старший исполнительный директор Vitol и многие годы являвшийся крупнейшим акционером компании, говорит, что Vitol рассмотрела идею найма банка для изучения возможности проведения IPO около 10 лет назад. По информации, полученной от источников знакомых с ситуацией, сценарий проведения IPO достиг Исполнительного комитета компании, где он потерпел поражение, как говорит Финч «в результате голосования в узком кругу». Тейлор говорит, что идея найма банка была «отклонена большинством членов» Исполнительного комитета Vitol.

На протяжении всей истории Vitol ряд компаний выражали заинтересованность в покупке трейдера нефти. В какой-то момент Vitol говорила о продаже доли компании Petronas (государственная нефтяная компания Малайзии), с которой Тейлор вошел в тесное взаимодействие во время своего пребывания в Сингапуре. Но этого так и не произошло. Возможно, наиболее серьезный разговор на эту тему состоялся в конце 1990-х, когда Enron выражал желание купить Vitol. Партнеры отклонили предложение, и тем самым спасли компанию от краха: Enron обанкротился в 2001 году на фоне скандала, связанного с бухгалтерским учетом и расследованием уголовных дел. Enron предлагал Vitol оплатить покупку своими акциями, которые вскоре обесценились.

Самая большая проблема для компании может лежать внутри самой Vitol, поскольку крупнейший трейдер нефти продолжает бороться с проблемой правопреемства. Сравнение с другими торговыми домами показывает, что этот процесс не является легким. Тейлор, недавно узнавший про свой диагноз рака горла (в стадии ремиссии), говорит, что не собирается в скором времени покидать компанию. Однако его возраст, а также возраст, по меньшей мере, трех других членов Исполнительного комитета (всего в комитете 9 человек), превышает или составляет 60 лет. Его помощники — включая Дэвида Франсена, который возглавляет отделение в Женеве, Лоя в Хьюстоне и Хо, возглавляющеий бизнес в Сингапуре — в какой-то момент выйдут на пенсию. Vitol воспитывает новое поколение, включая Харди, Деллапина, Бейка и Марка Кулинга (руководитель торговых операций с сырой нефтью), которое готово принять эстафету. Ожидается, что один из этих людей (все в возрасте от 40 до 50 лет) станет следующим генеральным директором.

А пока, Тейлор говорит, что он придерживается своего обычного расписания, проводя в командировках почти половину года. Бизнес, заключающийся в торговле сырьем, продолжает характеризоваться поговоркой, которой более 100 лет: «Мое слово - это мое обязательство». Без личных встреч обойтись невозможно.

«Вам нужны связи и взаимопонимание»

Это и является причиной, по которой Тейлор полетел в Бенгази — он не хотел заключать соглашение «до того, как я не пойму с кем имею дело», акцентирует CEO компании.

«Это могло привести к очень, очень плохим последствиям».

И с этими словами он садится в поезд Eurostar и уезжает навстречу следующей сделке.

fxtip.ru

ООО НЕФТЯНАЯ КОМПАНИЯ "ВИТОЛ" - Уфа

История изменений в ЕГРЮЛ

1
Дата:13.01.2018
ГРН:1180280001296
Налоговый орган:Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 39 по Республике Башкортостан, №0280
Причина внесения изменений:Создание юридического лица
Документы:
  • Р11001 ЗАЯВЛЕНИЕ О СОЗДАНИИ ЮЛ
  • РЕШЕНИЕ
  • УСТАВ ЮЛ
  • ДОКУМЕНТ, ПОДТВЕРЖДАЮЩИЙ ЛИЧНОЕ ПРИСУТСТВИЕ
  • ДОКУМЕНТ ОБ ОПЛАТЕ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ПОШЛИНЫ
2
Дата:15.01.2018
ГРН:2180280069297
Налоговый орган:Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 39 по Республике Башкортостан, №0280
Причина внесения изменений:Представление сведений об учете юридического лица в налоговом органе
3
Дата:17.01.2018
ГРН:2180280078350
Налоговый орган:Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 39 по Республике Башкортостан, №0280
Причина внесения изменений:Представление сведений о регистрации юридического лица в качестве страхователя в территориальном органе Пенсионного фонда Российской Федерации
4
Дата:29.01.2018
ГРН:2180280112703
Налоговый орган:Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 39 по Республике Башкортостан, №0280
Причина внесения изменений:Представление сведений о регистрации юридического лица в качестве страхователя в исполнительном органе Фонда социального страхования Российской Федерации
5
Дата:24.04.2018
ГРН:2180280567971
Налоговый орган:Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 39 по Республике Башкортостан, №0280
Причина внесения изменений:Внесение в Единый государственный реестр юридических лиц сведений о недостоверности сведений о юридическом лице (результаты проверки достоверности содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц сведений о юридическом лице)
6
Дата:20.07.2018
ГРН:2180280817649
Налоговый орган:Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 39 по Республике Башкортостан, №0280
Причина внесения изменений:Изменение сведений о юридическом лице, содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц
Документы:
  • Р14001 ЗАЯВЛЕНИЕ ОБ ИЗМ.СВЕДЕНИЙ, НЕ СВЯЗАННЫХ С ИЗМ. УЧРЕД.ДОКУМЕНТОВ (П.2.1)
7
Дата:20.07.2018
ГРН:2180280818573
Налоговый орган:Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 39 по Республике Башкортостан, №0280
Причина внесения изменений:Представление сведений об учете юридического лица в налоговом органе
8
Дата:20.07.2018
ГРН:2180280818584
Налоговый орган:Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 39 по Республике Башкортостан, №0280
Причина внесения изменений:Представление сведений об учете юридического лица в налоговом органе
9
Дата:26.07.2018
ГРН:2180280830882
Налоговый орган:Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 39 по Республике Башкортостан, №0280
Причина внесения изменений:Представление сведений о регистрации юридического лица в качестве страхователя в территориальном органе Пенсионного фонда Российской Федерации
10
Дата:26.07.2018
ГРН:2180280831113
Налоговый орган:Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 39 по Республике Башкортостан, №0280
Причина внесения изменений:Представление сведений о регистрации юридического лица в качестве страхователя в территориальном органе Пенсионного фонда Российской Федерации
11
Дата:08.08.2018
ГРН:2180280869448
Налоговый орган:Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 39 по Республике Башкортостан, №0280
Причина внесения изменений:Представление сведений о регистрации юридического лица в качестве страхователя в исполнительном органе Фонда социального страхования Российской Федерации
12
Дата:14.09.2018
ГРН:2180280964235
Налоговый орган:Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 39 по Республике Башкортостан, №0280
Причина внесения изменений:Изменение сведений о юридическом лице, содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц
Документы:
  • Р14001 ЗАЯВЛЕНИЕ ОБ ИЗМ.СВЕДЕНИЙ, НЕ СВЯЗАННЫХ С ИЗМ. УЧРЕД.ДОКУМЕНТОВ (П.2.1)
  • РЕШЕНИЕ

ufa.regreestr.com

«Роснефть» согласовала основные условия долгосрочных контрактов с компаниями «Гленкор» и «Витол»

 

21 декабря 2012 года ОАО «НК «Роснефть» и две крупнейшие мировые трейдинговые компании «Гленкор» и «Витол» согласовали основные условия долгосрочных контрактов на поставку нефти, которые планируется заключить сроком на 5 лет с предоплатой на общий объем нефти к поставке до 67 млн тонн. Поставки планируется начать в 2013 году.

По согласованию сторон предусмотрена возможность замещения объёмов нефти соответствующими объёмами нефтепродуктов на различных направлениях поставки.

«Согласование условий контракта создаст прочную основу для долгосрочного и взаимовыгодного сотрудничества «Роснефти» с крупнейшими мировыми нефтяными трейдерами. Замечу, что ценовая формула соответствует цене, получаемой Компанией на среднесрочных тендерах», - заявил Президент, Председатель Правления ОАО «НК «Роснефть» Игорь Сечин.

Президент «Гленкор» Айван Глазенберг отметил: «Мы рады согласованию основных условий контракта с «Роснефтью». Это не только демонстрирует нашу убежденность в важности российского нефтяного рынка, но и укрепляет наши отношения с одной из ведущих нефтегазовых компаний мира».

Иэн Тэйлор, президент группы компаний «Витол», сказал: «Роснефть» всегда была очень важным трейдинговым партнером для группы «Витол». Основные условия, согласованные сегодня, укрепляют долгосрочное стратегическое партнерство между нашими компаниями».

Справочно:

О «Гленкор»

«Гленкор» является одним из мировых лидеров среди многопрофильных производителей и поставщиков сырьевых товаров, со штаб-квартирой в г. Баар, Швейцария. Компания торгуется на Лондонской и Гонконгской биржах. «Гленкор» занимается международной деятельностью в области производства, обработки, снабжения, транспортировки, хранения, финансирования и поставок металлов, полезных ископаемых, а также энергетических и сельскохозяйственных продуктов.

О «Витол»

Группа компаний «Витол» была основана в 1966 г. в Роттердаме (Нидерланды). С тех пор компания стала крупнейшим игроком на мировом энергетическом рынке и сейчас является крупнейшим независимым трейдером. Торговый портфель компании включает нефть, нефтепродукты, сжиженный углеводородный газ, СПГ, природный газ, уголь, электричество, металлы и выбросы углерода. «Витол» сотрудничает с крупнейшими национальными нефтяными компаниями, крупнейшими интегрированными нефтяными компаниями, а также с независимыми переработчиками и трейдерами. Ежедневно компания «Витол» торгует во всем мире около 6 млн барр. нефти и нефтепродуктов. Выручка за 2011 г. составила 297 млрд долл.

Контакты для СМИ:

Управление информационной политики ОАО «НК «Роснефть»

тел.: +7 (495) 411 54 20 факс: +7 (495) 411-54-21 www.rosneft.ru

«Гленкор»

Чарльз Уотенпул (СМИ) Тел.: +41 (0)41 709 2462 Моб.:+41 (0)79 904 3320 e: [email protected]

«Витол»

Brunswick Partners LLP, London Патрик Хэндли тел.: + 44 207 404 5959 e: [email protected]

Настоящие материалы содержат заявления в отношении будущих событий и ожиданий, которые представляют собой перспективные оценки. Любое заявление, содержащееся в данных материалах, которое не является информацией за прошлые отчетные периоды, представляет собой перспективную оценку, связанную с известными и неизвестными рисками, неопределенностями и другими факторами, в результате влияния которых фактические результаты, показатели деятельности или достижения могут существенно отличаться от ожидаемых результатов, показателей деятельности или достижений, прямо или косвенно выраженных в данных перспективных оценках. Мы не принимаем на себя обязательств по корректировке содержащихся здесь данных, с тем чтобы они отражали фактические результаты, изменения в исходных допущениях или факторах, повлиявших на перспективные оценки.

www.rosneft.ru

Vitol • ru.knowledgr.com

Vitol Group - Щвейцарская, голландская многонациональная энергия и товарная торговая компания. Это было основано в Роттердаме в 1966 Хенком Виетором и Жаком Детижером, и является частной компанией с 350 сотрудниками, составляющими ее акционеров. Главные офисы расположены в Роттердаме и Женеве, Швейцария. С доходами 2013 года $307 миллиардов (от $303 миллиардов в 2012), суда компании больше чем 270 миллионов тонн сырой нефти в год и являются крупнейшим независимым энергетическим торговцем в мире.

Операции

Главные действия Витола базируются в Женеве, Хьюстоне, Сингапуре и Лондоне. В дополнение к глобальному сырью и продукту торговые компании, компания обменивает уголь, природный газ, власть, сельскохозяйственные продукты, этанол, метанол, бензин, СПГ, LPG, керосин и выбросы углерода.

У

Vitol есть интересы к различным терминалам нефтехранилища и проектам исследования и производства во всем мире. Последний включает собственность аравака, с производством в России, Казахстане и Азербайджане, и держит растущий портфель активов исследования и развития в Западной Африке, включая в Камеруне, Гане. Кот-д'Ивуар, Нигерия и Конго Браззавиль.

В дополнение к его торговому деловому Vitol владеет 50%-й акцией в хранении и бизнесе терминалов, VTTI, у которого есть стоимость активов сверх $1 миллиарда и текущая мощность приблизительно 8,5 миллионов кубических метров в четырнадцати странах. Текущие ключевые местоположения включают Амстердам и Европорт в Нидерландах, Морской порт Мыс Канаверал, Флорида и 49%-я доля терминала Вентспилса в Латвии. В мае 2010, MISC Bhd Малайзии приобрел 50% VTTI за $735 миллионов. В январе 2012 Vitol приобрел долю в филиале южноафриканской фирмы по отгрузке Grindrod, который предоставляет ему доступ к угольному терминалу в Мозамбике.

В дополнение к офисам в Дубае и Бахрейне, ключевой стратегический актив Витола на Ближнем Востоке - Fujairah Refinery Company Limited (FRCL), которая управляет очистительным заводом 82 000 баррелей в день и резервуарным парком на 1 034 000 кубических метров. FRCL имеет в распоряжении планы дальнейшего развития, которые включают расширение на 140 000 кубических метров резервуарного парка, восстановление существующих единиц очистки и установку дополнительных единиц обработки. У Vitol также есть очистка активов в Cressier, Швейцария и в Антверпене, Бельгия.

В феврале 2014 было объявлено, что Vitol, совместно с Инвестиционным Советом Абу-Даби, купил компании по нефтепереработке Shell Австралия (исключая авиацию) за в общей сложности приблизительно 2,9 миллиарда австралийских долларов. Покупка включала Очистительный завод Джелонга Shell и его розничную торговлю с 870 местами, наряду с его оптовым топливом, битумом, химикатами и частью его смазочных компаний в Австралии.

Далее в январе 2015, Vitol в сотрудничестве с Eni подписал соглашение за $7 миллиардов с правительством для производства нефти и газа в Мысе Три пункта в Западной области Ганы. Контракт, как оценивается, улучшает энергетические потребности Ганы.

Иллюстрации

В 2013 Витол торговал:

  • Нефть: 276 миллионов тонн сырых и нефтепродуктов
  • Природный газ: 20 миллиардов кубических метров в Европе
  • LPG: 9,3 миллионов тонн
  • Керосин: 18 миллионов тонн
  • Бензин: 750 000 баррелей физического бензина торговали в день
  • Уголь: 24 миллиона тонн
  • Власть: 320 млрд. кВт·ч
  • Углерод: 350 миллионов тонн законтрактованного углеродного объема
  • Метанол: 1,5 миллиона тонн
  • Химикаты: 3 миллиона тонн (Бензол и Параксилол)
  • Сахар: 2,5 миллиона тонн

Споры

В 1995 Витол тайно снабдил правительство Milošević Слободана нефтью. В 2001 The Observer показала, что Витол заплатил 1 миллион фунтов сербскому военному преступнику Željko Ražnatović, чтобы уладить нефтяное соглашение с Milošević. Витол отрицал все обвинения, утверждая, что никакое правительственное учреждение никогда не преследовало по суду компанию в этом отношении.

В 2007 Витол признал себя виновным в хищении имущества в нью-йоркском суде для оплаты дополнительных сборов к государственной нефтяной компании Ирака во время режима и хитрости Саддама ООН программа Нефть в обмен на продовольствие. Витол впоследствии заплатил $17,5 миллионов в реституции для его действий.

Vitol был компанией, чтобы организовать первую спорную продажу ливийской нефти повстанцев к Tesoro Corporation в начале апреля 2011. Согласно Financial Times, к компании приблизилась катарская государственная нефтяная компания, чтобы продать груз сырой нефти, поставляемой ливийцами в обмен на технологические поставки и топливо для Национального Переходного Совета Ливии.

В сентябре 2012 Агентство Рейтер показало, что компания купила и продала иранское горючее, обойдя эмбарго ЕС против Тегерана. Витол купил 2 миллиона баррелей, используя передачу от судна к судну недалеко от берега Малайзии от судна National Iranian Tanker Company и продал ее китайским торговцам. Базируясь в Швейцарии, которая не осуществляла Западные санкции, Витол окаймил обвинения.

В 2013 это было показано, что компания использовала больше десятилетия Employee Benefit Trust, избегая оплаты подоходного налога для его британского штата.

См. также

  • Энергетический закон

Гов'т подписывается, нефтяное и газовое соглашение за $7 миллиардов произвести власть на 1 100 мегаватт - Посмотрите больше в: http://www .myjoyonline.com/news/2015/January-27th/govt-signs-7billion-oil-and-gas-agreement-to-produce-1100-megawatts-power.php#sthash.iNrEmve3.dpuf. Восстановленный 3 февраля 2015.

Гов'т подписывает нефтяное и газовое соглашение за $7 миллиардов произвести власть на 1 100 мегаватт. http://www .energymin.gov.gh/? p=3347. Восстановленный 3 февраля 2015.

Внешние ссылки

ru.knowledgr.com

Нефть под давлением трейдеров Vitol...

Нефть под давлением трейдеров Vitol…

По результатам последних исследований независимой Норвежской компании Rystad Energy, следует что теперь Соединенные Штаты Америки занимают первое место в рейтинге и титул главного игрока на нефтяном рынке принадлежит им. Саудовская Аравия занимавшая первое место рейтинга теперь на втором месте. Нефтяные запасы США которые на суше и на море аналитики оценивают приблизительно в 265 млрд, у Саудовской Аравии 255 млрд, 210 млрд баррелей у России, 165 млрд баррелей у Канады. Главный исполнительный директор компании Vitol, торгующей нефтью, Ян Тейлор не ждет что в 2016 и 2017 году цены на рынке нефти смогут существенно вырасти. По его словам он ориентируется на уровень 60 долларов за баррель в конце 2016 начале 2017 года. Компания Vitol крупнейший нефтетрейдер в мире, их прогнозы высоко ценятся в инвестиционных кругах, в этом году Vitol исполнится 50 лет.На текущий момент цена на нефть снижается, трейдеры поддались всеобщему настроению рынка и продают все высокорисковые активы.

По результату последнего исследования независимой Норвежской компании Rystad Energy сообщается что нефтяная структура Нигерии больше не поддается атакам боевиков. Напомню что боевики названивающие себя Мстителями Дельты Нигера сообщили что атаковали 5 нефтеперерабатывающих объектов и две скважины компании Шеврон. Рынок учел все эти события и трейдеры активно продают нефть.

profit-forex.net