Конец эпохи сланца и начало эры дорогой нефти. Конец сланцевой нефти


Сланцевую революцию ждет бесславный конец | Статьи

МОСКВА, 3 июл – ПРАЙМ, Андрей Карабьянц. Вторая сланцевая революция привела к возобновлению роста добычи нефти в США. EIA (Управление энергетической информации) прогнозирует,  что в этом году добыча в стране достигнет исторически рекордного уровня. Администрация Дональда Трампа заявляет о планах увеличения поставок американской нефти на мировой рынок. Однако большинство сланцевых компаний по-прежнему приносят убытки, а некоторые инвесторы признают ошибочность инвестиций в разработку месторождений сланцевой нефти. 

США идут на рекорд

Год назад, 7 июля 2016 года, EIA в еженедельном отчете о состоянии нефтяной отрасли страны сообщило о падении добычи нефти до 8,428 млн барр./сут. – самого низкого уровня после обвала нефтяного рынка в конце 2014 года. К середине прошлого года рыночная конъюнктура  изменилась в благоприятную для нефтяников сторону. Цены пошли вверх, достигнув $50 за баррель. Повышение нефтяных котировок стало причиной увеличения объема буровых работ и началом "второй сланцевой революции". 

По данным Baker Hughes, на прошлой неделе в США для добычи нефти были задействованы 758 буровых установок, включая 369 на структуре Permian Basin, с которой связаны надежды на рост добычи в стране. В конце мая прошлого года в США насчитывалось всего 316 установок, используемых на нефтяных месторождениях. 

Новая сланцевая революция отменяется?

Согласно последнему прогнозу EIA, добыча в США достигнет в этом году рекордного уровня – 10 млн барр./сут. Четверть из этого объема даст Permian Basin. 

Сланцевая нефть приносит убытки

С конца 2014 года руководители многих сланцевых компаний пересмотрели в сторону понижения котировки нефти, при которых добыча становится рентабельной. По утверждению Скотта Шефилда, главы Pioneer Natural Resources, благодаря оптимизации бурения и освоению скважин компания достигла порога безубыточности при стоимости нефти $25 за баррель. Сейчас Pioneer Natural Resources является лидером по добыче сланцевой нефти. Все лицензионные участки компании находятся только в США, преимущественно на структуре Permian Basin.  

Компания планирует нарастить объемы добычи с 234 тыс. барр./сут. в 2016 году до 1 млн барр./сут. в 2026 году. Несмотря на бравурные заявления, в прошлом году чистый убыток Pioneer Natural Resources составил $267 млн, а в первом квартале этого года – $42 млн. Руководство компании выражает надежду, что при цене на нефть $55 за баррель  в 2018 году капитальные затраты будут соответствовать доходам от операционной деятельности. При этом, выражается уверенность, что Pioneer Natural Resources сможет генерировать положительный денежный поток, начиная с 2019 года, а до этого срока компания планирует вести бизнес на кредитные средства. 

Экономическая целесообразность добычи нефти в США – не только на сланцевых структурах – ставится под сомнение, поскольку не приносит прибыли. Убытки демонстрируют не только малые и средние компании, подобные Pioneer Natural Resources, но и лидеры нефтяной отрасли. 

ExxonMobil – крупнейшая по капитализации нефтяная компания в мире– показала хорошие результаты в первом квартале 2017 года, но за счет добычи за рубежом, нефтепереработки и нефтегазохимии. Добыча нефти в США в очередной раз принесла убытки в размере $18 млн, несмотря на титанические усилия, направленные на сокращение издержек и оптимизацию производства. В первом квартале 2016 года убыток добывающих подразделений ExxonMobil в США составил $832 млн, но рыночная конъюнктура в тот период была крайне неблагоприятной – цены на нефть в январе прошлого года упали ниже $30 за баррель. При этом ExxonMobil на территории США добывает гораздо больше обычной нефти, чем сланцевой. 

Западные эксперты все же надеются, что американские нефтяные компании смогут к концу года перейти на самофинансирование – осуществлять производственную деятельность без привлечения банковских кредитов. 

Больше американской нефти на экспорт

Администрация Трампа намерена оказать всестороннюю поддержку американской нефтегазовой отрасли как внутри страны, так и за рубежом. Ставка делается на экспорт энергоносителей. Планируется довести экспорт нефти до 1 млн барр./сут. (50 млн т/г). При этом США остаются вторым крупнейшим импортером углеводородов в мире. Согласно последнему отчету EIA, нетто-импорт нефти – совокупные поставки в страну за вычетом экспорта – на прошлой неделе составил 7,488 млн барр./сут. Даже в случае достижения рекордного уровня добычи, который прогнозирует EIA, США останутся нетто-импортером нефти. 

Однако поставки американского углеводородного сырья за рубеж имеет экономический смысл. Сланцевая нефть, добываемая в стране, является легкой, содержит мало сернистых соединений и высоко ценится на рынке, поэтому ее выгодно экспортировать. Большинство НПЗ в США имеют высокую техническую оснащенность и способны перерабатывать тяжелые высокосернистые сорта нефти, цены на которые очень низкие. Закупать такие сорта можно в соседних странах, Канаде и Мексике, а также в Венесуэле. Продажа легкой нефти и покупка тяжелой приносит существенную прибыль. Более того, обеспечивается полная загрузка американских НПЗ, которые располагают установками для переработки тяжелой нефти и получения продукции с высокой добавленной стоимостью – бензина и дизельного топлива. 

Аль-Фалих: С учетом сланцевой добычи ребалансировка рынка нефти ожидается в IV кв

Экспортируя нефть в значительных объемах, США получают возможность влиять на мировой рынок и нефтяные котировки. Американский сорт WTI укрепляет свои позиции в качестве мирового эталона (benchmark), а европейский Brent, наоборот, становится менее репрезентативным на фоне падения добычи в Северном море. Ряд экспертов уже заявляют о стремлении США установить на нефтяном рынке порядок ценообразования, существовавший во времена картеля "Семь сестер" – с конца 20-х до конца 40-х годов прошлого века. Во времена господства "Семи сестер" цена формировалась исходя из допущения, что вся нефть добывается в США и доставляется покупателю из американских портов Мексиканского залива. 

В конце июля Трамп объявил о начале строительства нефтепровода из США в Мексику мощностью 108 тыс. барр./сут. 

Гладко было на бумаге, да забыли про овраги 

Согласно последнему отчету EIA, в период с 17 по 23 июня добыча нефти в США обвалилась на 100 тыс. барр./сут. При этом производство в 48 штатах – континентальная часть США без Аляски и Гавайских островов, где добывается сланцевая нефть – упала на 55 тыс. барр./сут. После начала второй сланцевой революции такого значительного падения отмечено не было. Ранее EIA в ежемесячном отчете понизала оценку эффективности проведения буровых работ на Permian Basin. Темпы прироста добычи от одной буровой установки в июле по сравнению с июнем должны уменьшится с 617 барр./сут. до 602 барр./сут. 

Данные за одну неделю не позволяют делать далеко идущие выводы, но можно утверждать, что темпы роста добычи нефти в США снижаются. Если эта тенденция продолжится, то достижение рекордного уровня добычи 10 млн барр./сут. в этом году станет невозможным. 

Кроме того, в американской сланцевой индустрии отмечается рост издержек в связи с нехваткой необходимого оборудования и обученного персонала для проведения горизонтального бурения и гидроразрыва пласта, что также не способствует увеличению производства. 

Сланцевая революция привела к фантастическому подорожанию земельных участков на Permian Basin. По данным консалтинговой компании Wood MacKenzie, стоимость одного акра земли в границах этой сланцевой структуры в конце 2016 года достигла $50 тыс. – в 50 раз больше, чем четыре года назад. 

Горечь утрат 

Ожидается, что в следующем месяце, благодаря постоянному увеличению количества буровых установок на Permian Basin, добыча на этой структуре достигнет 2,47 млн барр./сут. Но после публикации последних данных EIA увеличение добычи до этого уровня ставится под сомнение. Прекращение роста добычи на самой перспективной сланцевой структуре в мире,  по мнению американских экспертов, будет означать конец "второй сланцевой революции" и горькое разочарование. 

Джек Нассер, председатель совета директоров австралийской BHP Billiton, крупнейшей в мире горнодобывающей компании, выразил сожаление об инвестициях в размере $20 млрд в разработку месторождений сланцевой нефти в США. 

BHP Billiton приобрела сланцевые активы в 2011году и инвестировала миллиарды в добычу. Падение нефтяных цен привело к списанию – безвозвратной потере – почти $13 млрд. 

США в июле увеличат добычу сланцевой нефти на 127 тыс баррелей в сутки

Акционер австралийской компании Elliott Management пытается убедить других владельцев продать предприятия, ведущие добычу сланцевой нефти и газа в США. 

"Если бы была возможность повернуть время назад, если бы мы знали то, что знаем сегодня, мы бы этого не сделали, конечно. Мы бы вернулись обратно и исправили бы это в то время", - сказал Нассер во время проведения бизнес-семинара. Глава ВНР Billiton признал, что решение инвестировать в добычу сланцевой нефти было ошибкой. 

Не только австралийцы пожалели об инвестициях в добычу нефти и газа. Ранее о продаже сланцевых активов сообщили Shell, Statoil, а также ряд американских компаний. Разочарование крупных компаний в сланцевых проектах предвещает конец сланцевой революции в США и в мире.

1prime.ru

Конец "сланцевой" сказки | Back in the USSR

 

"Сланцевая" революция, торжество прогресса над силами природы, технологии способные совершить чудо - такими эпитетами характеризовалось то, что происходило в нефтяной отрасли США последние 5 лет. И тому было много подтверждений. Производство энергоносителей – нефти, конденсата, природного газа в Америке росло стремительно и неудержимо.

 

 

 

Темпы роста добычи так называемой "сланцевой" нефти в США предвещали скорую независимость страны от импорта этого вида сырья. Заокеанские эксперты заговорили о необходимости снятия запрета и поставках американской нефти за рубеж. Эпоха доминирования ОПЕК на рынке нефти завершилась. После падения цен на нефть до 6-летнего минимума американские компании все равно продолжали увеличивать производство "черного золота". Однако, всему приходит конец. Трудно спорить с природой. К середине текущего года "сланцевый" бум в Северной Америке начал сходить на нет. Причина тому не только, и не столько, низкие цены на нефть. Все указывает на то, что добыча нефти в США достигла пика, и в ближайшее время стоит ожидать стагнацию и снижение объемов производства.

Бурят много, добыча падает

В апреле этого года добыча американских компаний превысила 9600 млн барр./сут. – самый высокий уровень добычи за последние 45 лет. Делались громогласные заявления официальных лиц и экспертов: "США стали крупнейшим производителем нефти в мире". Это находило отклик во всем мире, в том числе в России. Казалось, ничто не может остановить головокружительный рост.

Американские производители в один голос утверждали, что добыча продолжится, поскольку они не намерены отдавать свою долю рынка никому. На крупнейших структурах, где залегает "сланцевая" нефть – Баккен, Игл Форд, Пермский бассейн – бурение велось полным ходом, и слышались бравурные заявления, что добыча не будет снижаться ни при каких условиях. Несмотря на сокращение количества действующих буровых установок в Северной Америке, бурение на "сланцевых" месторождениях не останавливалось ни на день и продолжалось в больших объемах.

Однако несмотря на титанические усилия, добыча в США после апрельского пика существенно снизилась и в июне составила менее 9,3 млн барр./сут.

Баккен уже не тот

Однако реальность расставила все по своим местам. Согласно статистике правительства штата Северная Дакота, где расположена структура Баккен – флагман нефтяной индустрии США - с января по июнь 2015 года количество действующих скважин увеличилось на 966. В марте этого года число новых скважин составило 253. Такого не было никогда в истории. Это был абсолютный рекорд. Для сравнения, в этом году во всей России вряд ли будет запущено в эксплуатацию столько скважин, сколько в США пробурили в марте. Однако, добыча в июне 2015 года составила лишь 1152 тыс. барр./сут., снизившись по сравнению с пиком добычи в декабре 2014 года на 12 тыс. бар./сут. То есть, несмотря на большие объемы бурения, добыча на Баккен не выросла, а снизилась.

Для сравнения, за первые 6 месяцев 2014 года количество действующих скважин на месторождении выросло на 1028, но добыча увеличилась на 161,7 тыс. барр./сут. Специалисты – геологи, инженеры-нефтяники скажут, что это первые признаки истощения месторождения, предвестники падения добычи. И будут правы. 

Этому есть другие подтверждения. Средний дебит скважины (количество нефти, которое дает скважина за определенный отрезок времени) на структуре Баккен упал с рекордного показателя в 145 барр./сут. до 116 барр./сут. в июне 2015 года. В Америке заговорили об "эффекте Красной Королевы". Помните сказку "Алиса в Зазеркалье", когда Красная Королева говорит Алисе: "У нас приходится бежать все быстрее, чтобы оставаться на одном месте". Именно это сейчас происходит в американской нефтяной промышленности.

В первом полугодии 2015 года в среднем количество действующих скважин увеличивалось на 161 в месяц, но никогда этот показатель не падал ниже 100. На конец июня 2015 года количество действующих скважин на той части месторождения Баккен, которая находится в штате Северная Дакота, составило 9912. С учетом части Баккен, расположенной в штате Монтана, их количество давно превысило 10 тысяч.

Самый грубый расчет показывает, что для сохранения добычи на текущем уровне необходимо увеличивать количество действующих скважин минимум на 150 в месяц, иначе добыча будет падать, как это произошло в начале этого года. Речь идет об увеличении именно действующих скважин, поскольку бурить приходится больше, так как определенное количество скважин глушатся и выводится из процесса производства, поскольку их дальнейшая эксплуатация становится нецелесообразной с экономической точки зрения из-за низких дебитов. 

Смена лидера

В последние месяцы риторика американских нефтяников изменилась. Теперь основная ставка делается на другую структуру - Пермский бассейн в штате Техас. Здесь также добывается преимущественно сланцевая нефть. Объем добычи превысил 2 млн барр./сут. Согласно отчетам Агентства энергетической информации США, Пермский бассейн единственное сланцевое месторождение, где еще можно ожидать рост добычи во второй половине 2015 года.

Опять слышатся громкие заявления о планах нарастить добычу до 2,5-3,0 млн барр./сут. (125–150 млн т/г). При этом, объем технически извлекаемых запасов в Пермском бассейне был повышен с 50 до 75 млрд барр. Его начали сравнивать с Гавар, крупнейшим месторождением в мире, которым владеет Саудовская Аравия. Совсем недавно о таких цифрах не было и речи. По объему запасов и себестоимости добычи Пермский бассейн значительно уступал Баккен.

Теперь Пермский бассейн – это единственная надежда США американской нефтяной отрасли. В это месторождение вкладываются огромные средства. Совокупные инвестиции с 2010 по 2014 годы превысили 140 млрд долларов, сообщают ряд источников в США. Непонятно, как будут окупаться эти инвестиции? Возможно, они не окупятся никогда. Но Америка может себе это позволить, ведь именно США являются мировым эмиссионным центром. Американские доллары принимаются по всему миру в качестве законного платежного средства. А если так, то каждый из нас, кто имеет доллары на руках, использует их в качестве средства накопления, косвенно поддерживает нефтяную промышленность США.

Когда лопнет пузырь?

На проблемы с добычей накладываются финансовые трудности. Падение цен на нефть также сильно бьет по американским компаниям, которым для поддержания добычи приходится привлекать все больше финансовых ресурсов, поскольку бурение ведется благодаря привлеченным средствам. Неудивительно, что несмотря на рост американского фондового рынка в конце 2014 начале 2015 годов, акции компаний, которые разрабатывают сланцевые месторождения подешевели более чем в два раза. В первом полугодии 2015 года большинство из них зафиксировали убытки.

Однако, американские банки продолжают кредитовать потенциальных банкротов, не обращая внимания то, что стоимость всех активов, которым и располагают "сланцевые" компании, значительно меньше их задолженности. Вопрос: когда прекратится это финансирование, и лопнет очередной американский пузырь на этот раз в нефтяной отрасли США? Судя по всему, ждать осталось недолго. До повышения процентной ставки ФРС. А может быть раньше?

maxpark.com

Добыча сланцевой нефти в США, вероятно, достигнет пика в конце следующего десятилетия | Энергетика

АЛЖИР, 24 сен — ПРАЙМ. Добыча сланцевой нефти в США может достигнуть пика в конце 2020-х годов, что, по-видимому, спровоцирует усиление спроса на нефть ОПЕК на фоне ожидаемого ослабления и стагнации американской добычи. Такой прогноз в воскресенье представила ОПЕК.

Последний прогноз ОПЕК предполагает существенное замедление роста добычи сланцевой нефти в США после 2023 года и достижение пика в 2027-2028 годах на отметке 14,3 млн баррелей. Затем добыча будет снижаться, достигнув 12,1 млн баррелей в день к 2040 году, согласно прогнозу.

Использование технологии гидроразрыва пласта (фрекинга) в США резко изменило перспективы мировой нефтедобывающей отрасли за последнее десятилетие, поскольку США стали бороться за рыночные доли с ОПЕК. Именно сланцевая отрасль стала основной причиной резкого роста предложения американской нефти более четырех лет назад, который привел к падению цен на нефть до 30 долларов за баррель после роста выше 100 долларов в середине 2014 года, говорится в статье The Wall Street Journal, которую приводит Dow Jones.

В текущем году сланцевая добыча в США росла быстрее, чем в период бума 2011-2014 годов, сообщило Международное энергетическое агентство (IEA). Ранее в этом году IEA прогнозировало выравнивание добычи сланцевой нефти в конце 2020-х годов, а также снижение совокупной добычи вне ОПЕК.

ОПЕК ожидает "наиболее сильного годового увеличения (добычи) в краткосрочной перспективе". В картеле полагают, что добыча нефти из низкопроницаемых пластов в США по 2020 год будет расти в среднем на 1,4 млн баррелей в день.

ОПЕК+ заочно ответила Трампу: Добываем достаточно, на цену нефти не влияем

Общемировой спрос на нефть ОПЕК, как прогнозируется, к 2023 году упадет до 31,6 млн баррелей в день против 32,6 млн баррелей в день в 2017 году. Однако ожидается, что после 2023 года спрос на нефть картеля снова начнет расти ввиду замедления добычи сланцевой нефти в США, полагают в картеле.

"В связи с этим, постепенное снижение предложения вне ОПЕК в сочетании с умеренным, но устойчивым ростом общемирового спроса приведут к стабильному увеличению спроса на нефть картеля примерно до 40 млн баррелей в день к 2040 году", – сообщается в отчете ОПЕК.

Также в воскресенье ОПЕК объявила, что ожидает роста общемирового спроса на нефть в среднесрочной перспективе на 1,2 млн баррелей в день — до 104,5 млн баррелей в день к 2023 году. Вместе с тем в картеле прогнозируют "постепенное замедление темпов роста" спроса, который достигнет в 2040 году 111,7 млн баррелей в день. В прошлом году в ОПЕК ожидали спрос в 2040 году около 107,5 млн баррелей в день.

Картель не прогнозирует пика мирового спроса на нефть ранее 2040 года, что в целом соответствует прогнозу IEA, который предполагает медленный рост общемирового спроса на нефть после 2040 года.

Между тем некоторые ведущие мировые нефтяные компании, например, Royal Dutch Shell PLC и Equinor ASA, ожидают пика общемирового спроса уже в 2025-2030 годах. В феврале британская BP PLC прогнозировала, что мировой спрос на нефть может расти примерно до 2035 года, достигнув 110,3 млн баррелей в день, а затем, перед 2040 годом, спрос будет выравниваться и постепенно снижаться, отмечали в BP.

1prime.ru

Бум сланцевой нефти подходит к концу: swg54

Глава крупнейшей в мире нефтяной компании Saudi Aramco Амин Насер заявил, что его не беспокоят сообщения о росте производства сланцевой нефти США. Об этом он заявил в интервью телеканалу CNBC.

По его словам, американские сланцевики истощают самые высококачественные месторождения, которые требуют минимальных вложений. Они вынуждены это делать из-за трехлетнего спада цен на нефть. Американские энергетические компании гонятся за снижением себестоимости производства барреля сырой нефти, чтобы избежать банкротства и предотвратить снижение объемов добычи, вырабатывая свои лучшие нефтяные активы, отмечает Насер.

Но эта тактику, по мнению главы Saudi Aramco, можно использовать лишь некоторое время. Затем сланцевикам придется рисковать и работать там, где хуже качество нефти и требуются большие затраты.

Насер прогнозирует, что рынок поглотит американскую нефть уже в этом году, тем более, что идет неуклонное снижение (примерно на 5%) добычи в мире. В то же время количество буровых в США начало сокращаться.

Глава Saudi Aramco подтвердил планы компании на IPO в 2018. По его словам, перспективы нефтяной отрасли остаются позитивными на ближайшие десятилетия, так как реальный рынок электромобилей появится не раньше, чем через 20 лет. "Капитализация Tesla слишком завышена", - заключил Насер.

Ранее газета Financial Times в статье "Графики: сланцевая революция США прошла свой пик?", констатировала, что период бурного развития сланцевой отрасли в США подходит к своему завершению. В последнее время происходит снижение производительности буровых установок, а также замедление прежних тенденций по заметному сокращению времени на бурение скважин, отмечалось в материале. За последние годы появились явные признаки того, что прежние темпы роста производительности сланцевой добычи нефти в США остались в прошлом, резюмировали в FT. (с)

swg54.livejournal.com

Сланцевую революцию ждёт бесславный конец.

Вторая сланцевая революция привела к возобновлению роста добычи нефти в США. EIA (Управление энергетической информации) прогнозирует, что в этом году добыча в стране достигнет исторически рекордного уровня. Администрация Дональда Трампа заявляет о планах увеличения поставок американской нефти на мировой рынок. Однако большинство сланцевых компаний по-прежнему приносят убытки, а некоторые инвесторы признают ошибочность инвестиций в разработку месторождений сланцевой нефти. 

США идут на рекорд

Год назад, 7 июля 2016 года, EIA в еженедельном отчете о состоянии нефтяной отрасли страны сообщило о падении добычи нефти до 8,428 млн барр./сут. – самого низкого уровня после обвала нефтяного рынка в конце 2014 года. К середине прошлого года рыночная конъюнктура изменилась в благоприятную для нефтяников сторону. Цены пошли вверх, достигнув $50 за баррель. Повышение нефтяных котировок стало причиной увеличения объема буровых работ и началом «второй сланцевой революции». 

По данным Baker Hughes, на прошлой неделе в США для добычи нефти были задействованы 758 буровых установок, включая 369 на структуре Permian Basin, с которой связаны надежды на рост добычи в стране. В конце мая прошлого года в США насчитывалось всего 316 установок, используемых на нефтяных месторождениях. 

Согласно последнему прогнозу EIA, добыча в США достигнет в этом году рекордного уровня – 10 млн барр./сут. Четверть из этого объема даст Permian Basin. 

Сланцевая нефть приносит убытки

С конца 2014 года руководители многих сланцевых компаний пересмотрели в сторону понижения котировки нефти, при которых добыча становится рентабельной. По утверждению Скотта Шефилда, главы Pioneer Natural Resources, благодаря оптимизации бурения и освоению скважин компания достигла порога безубыточности при стоимости нефти $25 за баррель. Сейчас Pioneer Natural Resources является лидером по добыче сланцевой нефти. Все лицензионные участки компании находятся только в США, преимущественно на структуре Permian Basin. 

Компания планирует нарастить объемы добычи с 234 тыс. барр./сут. в 2016 году до 1 млн барр./сут. в 2026 году. Несмотря на бравурные заявления, в прошлом году чистый убыток Pioneer Natural Resources составил $267 млн, а в первом квартале этого года – $42 млн. Руководство компании выражает надежду, что при цене на нефть $55 за баррель в 2018 году капитальные затраты будут соответствовать доходам от операционной деятельности. При этом, выражается уверенность, что Pioneer Natural Resources сможет генерировать положительный денежный поток, начиная с 2019 года, а до этого срока компания планирует вести бизнес на кредитные средства. 

Экономическая целесообразность добычи нефти в США – не только на сланцевых структурах – ставится под сомнение, поскольку не приносит прибыли. Убытки демонстрируют не только малые и средние компании, подобные Pioneer Natural Resources, но и лидеры нефтяной отрасли. 

ExxonMobil – крупнейшая по капитализации нефтяная компания в мире– показала хорошие результаты в первом квартале 2017 года, но за счет добычи за рубежом, нефтепереработки и нефтегазохимии. Добыча нефти в США в очередной раз принесла убытки в размере $18 млн, несмотря на титанические усилия, направленные на сокращение издержек и оптимизацию производства. В первом квартале 2016 года убыток добывающих подразделений ExxonMobil в США составил $832 млн, но рыночная конъюнктура в тот период была крайне неблагоприятной – цены на нефть в январе прошлого года упали ниже $30 за баррель. При этом ExxonMobil на территории США добывает гораздо больше обычной нефти, чем сланцевой. 

Западные эксперты все же надеются, что американские нефтяные компании смогут к концу года перейти на самофинансирование – осуществлять производственную деятельность без привлечения банковских кредитов. 

Больше американской нефти на экспорт

Администрация Трампа намерена оказать всестороннюю поддержку американской нефтегазовой отрасли как внутри страны, так и за рубежом. Ставка делается на экспорт энергоносителей. Планируется довести экспорт нефти до 1 млн барр./сут. (50 млн т/г). При этом США остаются вторым крупнейшим импортером углеводородов в мире. Согласно последнему отчету EIA, нетто-импорт нефти – совокупные поставки в страну за вычетом экспорта – на прошлой неделе составил 7,488 млн барр./сут. Даже в случае достижения рекордного уровня добычи, который прогнозирует EIA, США останутся нетто-импортером нефти. 

Однако поставки американского углеводородного сырья за рубеж имеет экономический смысл. Сланцевая нефть, добываемая в стране, является легкой, содержит мало сернистых соединений и высоко ценится на рынке, поэтому ее выгодно экспортировать. Большинство НПЗ в США имеют высокую техническую оснащенность и способны перерабатывать тяжелые высокосернистые сорта нефти, цены на которые очень низкие. Закупать такие сорта можно в соседних странах, Канаде и Мексике, а также в Венесуэле. Продажа легкой нефти и покупка тяжелой приносит существенную прибыль. Более того, обеспечивается полная загрузка американских НПЗ, которые располагают установками для переработки тяжелой нефти и получения продукции с высокой добавленной стоимостью – бензина и дизельного топлива. 

Экспортируя нефть в значительных объемах, США получают возможность влиять на мировой рынок и нефтяные котировки. Американский сорт WTI укрепляет свои позиции в качестве мирового эталона (benchmark), а европейский Brent, наоборот, становится менее репрезентативным на фоне падения добычи в Северном море. Ряд экспертов уже заявляют о стремлении США установить на нефтяном рынке порядок ценообразования, существовавший во времена картеля «Семь сестер» – с конца 20-х до конца 40-х годов прошлого века. Во времена господства «Семи сестер» цена формировалась исходя из допущения, что вся нефть добывается в США и доставляется покупателю из американских портов Мексиканского залива. 

В конце июля Трамп объявил о начале строительства нефтепровода из США в Мексику мощностью 108 тыс. барр./сут. 

Гладко было на бумаге, да забыли про овраги 

Согласно последнему отчету EIA, в период с 17 по 23 июня добыча нефти в США обвалилась на 100 тыс. барр./сут. При этом производство в 48 штатах – континентальная часть США без Аляски и Гавайских островов, где добывается сланцевая нефть – упала на 55 тыс. барр./сут. После начала второй сланцевой революции такого значительного падения отмечено не было. Ранее EIA в ежемесячном отчете понизала оценку эффективности проведения буровых работ на Permian Basin. Темпы прироста добычи от одной буровой установки в июле по сравнению с июнем должны уменьшится с 617 барр./сут. до 602 барр./сут. 

Данные за одну неделю не позволяют делать далеко идущие выводы, но можно утверждать, что темпы роста добычи нефти в США снижаются. Если эта тенденция продолжится, то достижение рекордного уровня добычи 10 млн барр./сут. в этом году станет невозможным. 

Кроме того, в американской сланцевой индустрии отмечается рост издержек в связи с нехваткой необходимого оборудования и обученного персонала для проведения горизонтального бурения и гидроразрыва пласта, что также не способствует увеличению производства. 

Сланцевая революция привела к фантастическому подорожанию земельных участков на Permian Basin. По данным консалтинговой компании Wood MacKenzie, стоимость одного акра земли в границах этой сланцевой структуры в конце 2016 года достигла $50 тыс. – в 50 раз больше, чем четыре года назад. 

Горечь утрат 

Ожидается, что в следующем месяце, благодаря постоянному увеличению количества буровых установок на Permian Basin, добыча на этой структуре достигнет 2,47 млн барр./сут. Но после публикации последних данных EIA увеличение добычи до этого уровня ставится под сомнение. Прекращение роста добычи на самой перспективной сланцевой структуре в мире, по мнению американских экспертов, будет означать конец «второй сланцевой революции» и горькое разочарование. 

Джек Нассер, председатель совета директоров австралийской BHP Billiton, крупнейшей в мире горнодобывающей компании, выразил сожаление об инвестициях в размере $20 млрд в разработку месторождений сланцевой нефти в США. 

BHP Billiton приобрела сланцевые активы в 2011году и инвестировала миллиарды в добычу. Падение нефтяных цен привело к списанию – безвозвратной потере – почти $13 млрд. 

Акционер австралийской компании Elliott Management пытается убедить других владельцев продать предприятия, ведущие добычу сланцевой нефти и газа в США. 

«Если бы была возможность повернуть время назад, если бы мы знали то, что знаем сегодня, мы бы этого не сделали, конечно. Мы бы вернулись обратно и исправили бы это в то время», — сказал Нассер во время проведения бизнес-семинара. Глава ВНР Billiton признал, что решение инвестировать в добычу сланцевой нефти было ошибкой. 

Не только австралийцы пожалели об инвестициях в добычу нефти и газа. Ранее о продаже сланцевых активов сообщили Shell, Statoil, а также ряд американских компаний. Разочарование крупных компаний в сланцевых проектах предвещает конец сланцевой революции в США и в мире.

Андрей Карабьянц.

Telegram-канал Денежный оборот: канал о финансах: всегда актуальная прикладная информация. Новости, статьи, отчёты компаний, статистика, банки, инвестиции, трейдинг. Для торгующих российский рынок. Хочешь знать куда пойдет цена? — читай «Денежный оборот»! Есть Чат для подписчиков.

smart-lab.ru

Конец эпохи сланца. Начало эры дорогой нефти

«ЗАВТРА». Тема нашей сегодняшней беседы - нефть и её будущее. А точнее - наше будущее в «мире нефти» или «мире без нефти». У нас в гостях в редакции Вячеслав Лактюшкин и Александр Собко - обозреватели информационных порталов «Однако» и «На Линии», постоянно пишущие на темы энергетической тематики. И я бы хотел задать вам простой вопрос: а что вообще мы понимаем под «будущей нефтью» и «будущим для нефти»? Ведь тут есть масса противоречивых утверждений: нефти мало, нефть будет дорогая, нефть заканчивается, Россия сидит на «нефтяной игле», на российском Севере уже ничего нет, в США придумали «сланцевую революцию»... Что тут выдумка, а что - реальность?

Вячеслав ЛАКТЮШКИН. Вообще, разговоры о том, что нефти мало и что нефть кончится, идут чуть ли не с середины ХХ века - со времён известного прогнозиста Кинга Хабберта, который достаточно точно предсказал падение добычи нефти в США в начале 1970-х годов, за двадцать лет до того, как это произошло. Но в мировом масштабе эта гипотеза уже не столь очевидна: как оказалось, нефти в мире гораздо больше, чем даже согласно самым смелым оценкам 1950-х годов, да и мы научились её добывать эффективнее и дешевле, чем во времена Хабберта и теории «пика нефти».

«ЗАВТРА». Здесь я должен возразить: как сказал один профессор, стареют жёны, стареют дочери, но студентки третьего курса по-прежнему всегда молоды и красивы. Насколько часто человечество находит новые месторождения нефти взамен уже выработанных, старых?

Вячеслав ЛАКТЮШКИН. Пока что речь идёт о том, что нефтяные «слоны», добывающие большую часть нефти, находят новые нефтяные ресурсы для поддержания уровня добычи «чёрного золота». Сейчас в эту группу входят Россия, Саудовская Аравия, США, Канада и ряд стран Ближнего Востока. Никто из них до сих пор не проявил признаков значимого, системного снижения добычи. Никто из этих стран не предупреждает покупателей: «мы на пределе, мы скоро снизим добычу на 1 миллион баррелей в сутки, мы так дальше не можем». Наоборот, все растут - или, по крайней мере, стараются расти.

С другой стороны, есть страны с более скромными запасами нефти, которые много её добывали в прошлом, но уже прошли пик добычи - например, Египет, Мексика, Индонезия, Норвегия, Великобритания. Но тут надо учитывать эффект масштаба: да, Норвегия, например, уже лишилась где-то 0,1 млн. баррелей добычи в день только за последнее время, но в тех же США за тот же период добыча «сланцевой» нефти выросла, как минимум, в 20 раз. Это и есть показатель, что человечество научилось добывать ту нефть, которую ни Хабберт, ни другие прогнозисты никак не брали в свой изначальный расчёт. И, как следствие, у нас есть хотя бы время подумать, как жить дальше.

Александр СОБКО. К сожалению, в целом картина по миру отнюдь не столь благостна, как это рисуется в оптимистических прогнозах. Например, возьмём Китай, самый быстрорастущий рынок потребления нефти и, шире, углеводородов. «Сланцевая революция», которая определяет сегодня лицо американской нефтянки, так и не пришла в Китай. И тут уже нельзя списать что-то на недоработки Миллера или Сечина - Китаю-то надо позарез обеспечить страну нефтью и газом, для них это вопрос выживания. Сейчас у них большая часть энергетики на угле - там горько шутят, что каждый житель Пекина за год выдыхает (и вдыхает!) полкирпича, так как вокруг столицы Китая дымят угольные блоки электростанций, а город закрывает липкий и густой смог. Так вот - в Китае по-прежнему идёт падение добычи собственной нефти, и страна всё больше зависит от импорта нефтепродуктов и нефти. И даже со сланцевым газом ситуация не такая радужная, как в США, - есть хорошее и крупное «сланцевое» месторождение Фулинь, его китайцы уже осваивают. А вот остальные месторождения не оправдали их надежд, и там буквально «ковыряются», мало что добывая, какого-то прорыва, как в США, в Китае не видно. В итоге от недостатка нефти и газа китайцы снова взялись за тему метана угольных пластов, хотя это и не очень удобный газ, и совсем не наша удобная к добыче, перевозке и потреблению нефть. В общем, как говорится, «не всё так однозначно».

«ЗАВТРА». Хорошо, а насколько можно ещё реанимировать производство нефти там, где уже идёт или предполагается падение добычи? Вспомним: ещё два года назад все кричали о том, что «сланец убьёт российскую нефтянку», а в итоге в самих США за последние полтора года постоянно идёт падение добычи - и все признают, что американские нефтяники, как и их российские коллеги, хотели бы видеть нефть дороже 50 долларов за баррель, но никак не по 20 или по 10! И в то же время новый президент США Дональд Трамп объявил, что он будет добиваться возврата промышленности в США, что подразумевает в том числе и решение вопроса «дешёвой энергии» в США, и, как следствие - дешёвой нефти. Нет ли тут противоречия?

Александр СОБКО. Тут есть над чем подумать, и посмотрим, какие ограничения наложит реальная жизнь на предвыборные обещания. Давайте поэтому очертим пространство возможностей и предполагаемые варианты, которые могут быть реализованы на практике, основываясь на идеях и декларациях Трампа. У нас есть нефть, от которой критически зависит транспорт, есть газ и уголь, которые определяют цены электрогенерации, и есть растущий сегмент возобновляемой энергетики - энергия ветра и солнца. Давайте пройдёмся кратко по этим основным пунктам.

Считается, что Трамп будет поддерживать нефтегазовый и угольный сектор - в первую очередь, произведя дерегуляцию отрасли, разрешив добывать и бурить там, где раньше это было делать запрещено. Это, конечно, даст некий карт-бланш нефтегазовым и угольным компаниям, снизит бюрократические препоны, но этот эффект будет вряд ли системным - в США и так уже достаточно либеральное законодательство в части добычи полезных ископаемых, речь может идти только о разрешении добычи на федеральных землях и о бурении на шельфе.

С другой стороны, надо сказать, что именно администрация Обамы всегда поддерживала в прошлом «зелёную энергетику», но парадоксально - именно при ней расцвела та самая «сланцевая революция», ренессанс в добыче американской нефти. И это показывает очевидное: ситуация в энергетике и её перспективы диктуются экономикой, а не политикой! Если у вас есть деньги на инвестиции - то вы сможете поднимать и нефтедобычу, и «чистую энергетику» - высокие цены на энергию помогали и ветрякам, и нефтяникам. А вот нынешняя, сложившаяся в последнее время цена на энергию погружает всю энергетическую отрасль в стагнацию и упадок. Поэтому я очень скептически отношусь к вопросу поддержки энергетики через дерегуляцию, но, с другой стороны, хотелось бы обратить внимание на небольшой элемент, который может действительно дать рост добычи американской нефти - я говорю о нефтепроводе из Северной Дакоты.

Сейчас Северная Дакота страдает от того, что нефтепроводная система США не интегрирована с системой сланцевой добычи. В США есть три крупнейших месторождения «сланцевой» нефти - Пермиан, Иггл Форд и Баккен. Два первых находятся вблизи центров традиционной нефтепереработки в Техасе, они интегрированы со всей трубопроводной системой, а вот Баккену не повезло - его нашли в глухомани Северной Дакоты, где и людей-то особо не было никогда.

В похожей ситуации США были в начале 1970-х годов, когда там произошло падение добычи в Техасе, Оклахоме, Калифорнии, но одновременно с этим геологи нашли новую нефть на Аляске, в громадном месторождении Прадхо-Бей. Тогда американцы решились на строительство уникального Трансаляскинского нефтепровода, создали целый нефтедобывающий район за Полярным кругом. Именно этот смелый, по меркам США, проект и обеспечил решение нефтяного кризиса конца 70-х, который США пережили гораздо легче, чем «нефтяной шок» 1973-го года, когда Саудовская Аравия и другие арабские страны ввели эмбарго на поставку нефти.

«ЗАВТРА». А что даст американцам строительство трубопровода к Баккену? Что там сейчас, это же всё-таки не ледяная и далёкая Аляска?

Александр СОБКО. Сейчас добыча нефти на Баккене стагнирует и падает, так как половину нефти приходится возить за сотни километров грузовиками, а большую часть нефти потом отправлять по железной дороге куда-нибудь в Техас, на переработку на старый НПЗ. Трубами идёт в лучшем случае половина нефти. Всё это, конечно, значительно поднимает себестоимость нефти, а нефтяники от этого всё равно получают крохи. Поэтому, когда цены упали - сразу упала и добыча в Северной Дакоте, никто не ожидал, что за вычетом транспортных издержек в Северной Дакоте останется где 20, а где и 10 долларов за баррель нефти «на скважине». А вот если будет построен нефтепровод, то это развернёт фактически падающую на Баккене добычу и добавит несколько сотен тысяч баррелей нефти, что весьма немало по меркам США. Поэтому что-то, конечно, администрация Трампа для цены нефти сделать может - но вот глобально что-то поменять они не могут.

Вячеслав ЛАКТЮШКИН. Надо сказать, что отрасль всё-таки приспосабливается и к высоким, и к низким ценам на нефть. Когда в начале 2015-го года нефть резко упала до 40 долларов, всем было плохо и туго - была масса проектов, которые считались в расчёте на нефть по 80, а то и по 100 долларов. А вот фактическое падение до 20 долларов «на скважине», которое произошло к началу 2016-го года - к нему пришли через почти год - и компании смогли подготовиться, сократить капитальные расходы, сократить бурение, чтобы выжить. Практика показала, что добытчики способны выживать даже при ценах ниже 40 долларов за баррель. Не все: кто-то, конечно, умер, кто-то выжил - но так всегда бывает.

Александр СОБКО. Конечно, нам надо исключить шапкозакидательские разговоры о том, что Америке выгодна дорогая или дешёвая нефть - в конце концов, экономика сама подыскивает разумный баланс, который позволяет не «убить» добычу нефти и обеспечить хоть какой-нибудь рост экономики, которая однозначно страдает от высоких цен на энергию. В «сланцевой революции» была внутренняя логика - логика того, что Америка выйдет на столь желаемое американцами самообеспечение по нефти только при стабильно высокой цене на нефть в районе 100 долларов за баррель, что позволило бы спокойно освоить все месторождения новой, трудной нефти в самих США. Это, кстати, было бы удобно и другим производителям - России, Китаю, даже Саудовской Аравии, это был некий компромисс «дорогой нефти». Но потом разные игроки начали вести свою игру - США, например, решили, что они готовы поступиться возможностями, которые открывала им дорогая нефть, ради давления на Россию; Саудовская Аравия решила вывести с рынка конкурентов - но это уже политика. Вернёмся ли мы к ситуации «дорогой нефти» образца 2014-го года - вопрос открытый. Понятно, что для США падение цены импортируемой нефти скомпенсировало, финансовые потери от падения собственной добычи, а для экономики в целом дешёвая нефть - вообще благо. Но опять-таки тут включается в игру политический фактор: любая страна не хочет зависеть от импорта нефти, это критический энергоресурс, и США тут не исключение, а часть правила. Они считают, что это поддерживает внутреннее производство сопутствующего оборудования, определяет независимость США на мировой арене, что тоже для американцев крайне важно. Даже мы добываем дорогую нефть у себя - и это оказывается выгодным в целом для страны, хотя мы, в общем-то, точно так же могли бы завозить дешёвую нефть из Саудовской Аравии, например. Так что у всех есть установка на самообеспечение нефтью, а это диктует логику высокой цены, несмотря на экономические причины.

«ЗАВТРА». Есть данные, что колебания цены на нефть от 100 до 30 долларов привели к тому, что с американского рынка ушло около миллиона баррелей нефти. Но когда мы говорим в целом о мире, оказывается, что миллион баррелей в день - это естественный годовой прирост, который спокойно обеспечивает каждый год мировая экономика. Если посмотреть на вопрос шире - куда может в самом деле двинуться глобальная цена на нефть, исходя, допустим, из последних решений ОПЕК, которая ограничила отнюдь не сотню тысяч баррелей нефти, а вывела с рынка гораздо большие цифры?

Александр СОБКО. До принятия решения вся ОПЕК добывала около 33 с небольшим миллионов баррелей нефти в день, около трети всей мировой добычи. После недавнего заседания добыча снизилась до 32,5, то есть с рынка ушло 0,5-0,7 млн. баррелей добычи, даже меньше, чем составило интегральное снижение добычи в США за последние полтора года. Кроме того, Россия заявила, что присоединяется к решению ОПЕК об ограничении добычи, что тоже позитивно повлияло на цену нефти, которая теперь уверенно обосновалась выше 50 долларов за баррель. То есть, в общем-то, итоговое состояние нефти - это всё-таки «дорогая» нефть, под которой неформально понимается «баррель дороже 50 долларов».

«ЗАВТРА». А насколько США смогут воспользоваться таким решением ОПЕК и России в свою пользу? И не поломают ли они игру, вернув в рамках «доктрины Трампа» цену к более низким значениям, тем, что мы видели в 2015-2016 годах?

Вячеслав ЛАКТЮШКИН. Процесс роста или падения добычи нефти - отнюдь не столь одномоментный. Дело в том, что временной лаг между бурением и добычей составляет сейчас несколько месяцев - они нужны на обустройство скважины, на создание инфраструктуры вокруг неё. Так было в конце 2014-го года, когда в США начало падать число буровых. В апреле 2015-го года добыча в США прошла пик, а потом начала медленно снижаться. То есть и объёмы добычи, и цены на нефть можно прогнозировать достаточно уверенно: данные по буровым сегодня публикуются еженедельно, а именно от бурения скважин и особенно на «сланце» зависит, насколько быстро нефть вернётся на рынок, и какое влияние это окажет на цены. Этот срок составляет от 3 до 6 месяцев от начала появления буровых - и вплоть до прихода нефти на рынок. И пока что буровые в США отреагировали на новости из ОПЕК и России достаточно спокойно, без ажиотажа. Более того, надо учитывать и инерцию отрасли - достаточно просто посмотреть на эксперимент, поставленный самой жизнью. После падения количества буровых в 5 раз с конца 2014-го года добыча нефти в США упала всего на 9-10% - большую часть нефти дают не новые, а уже пробуренные скважины. Того же эффекта стоит ожидать и при росте цены и связанном с нею росте числа буровых.

«ЗАВТРА». Хорошо, а что глобально есть в «закромах» у мира? Как обеспечивать каждый год добычу дополнительного миллиона баррелей нефти, чего требует мировая экономика - вдобавок к тем 95 миллионам баррелей нефти и её заменителей, которые уже ежедневно добываются?

Вячеслав ЛАКТЮШКИН. В загашнике есть много чего. Во-первых, в мире есть уже доказанные запасы нефти на 50 лет текущей добычи. Пусть в масштабах истории это и краткий миг, но нефть не «закончится прямо завтра». Во-вторых, когда нефть стоила около 100 долларов за баррель, то есть ещё в докризисные времена, в мире были сделаны большие инвестиции в нефтегазовую отрасль, и масса проектов были просчитаны и продуманы, но отложены в долгий ящик в ожидании стабильно высоких цен. И, как оказалось, это была правильная стратегия. В мире есть громадные запасы трудной, «сланцевой» нефти - даже сейчас, на пике кризиса, они дают добычу, сравнимую со «вторым Ираком». Есть бразильская глубоководная подсолевая нефть, она тоже дорогая и тяжёлая в добыче, и она ждёт своего часа. Есть канадские нефтяные пески и тяжёлая нефть в Венесуэле. Есть проекты «Газпрома» и «Роснефти» на арктическом шельфе, их тоже остановили во время ценового кризиса 2014-2015 годов, но их однозначно запустят при первой же возможности. Пусть все эти проекты дорогие и сложные инженерно и технически, но важен сам факт, что эту дорогую нефть нашли - она есть, и её добудут. В-третьих, есть масса мероприятий по стимуляции добычи на старых месторождениях, и это тоже даёт массу новой, но по факту - уже разведанной и освоенной нефти.

Александр СОБКО. Итогом такого многогранного и сложного процесса взаимодействия науки, технологии, политики и экономики получается переосмысление классической идеи «пика нефти», которую предложил Кинг Хабберт. По сути дела, вместо того классического пика, который наблюдался в 1970-х годах в США, мы в современном мире видим выход добычи на некую «полочку», на которой и нефть, и мировая экономика отыскивают некий компромисс как по ценам, так и по объёмам добычи, которые этими ценами определяются, некий компромисс желаний и возможностей по дешёвой энергии для мира. Ведь, не секрет, что нефть сегодня по-прежнему составляет больше трети потребления всей мировой энергии, от цены нефти пляшет цена и природного газа, и угля. Но у нас нет нефтяной катастрофы, апокалипсиса, нет и какого-то нефтяного изобилия. Цены не комфортны ни для кого: ни для потребителей, ни для производителей.

Конечно, это уже не вопрос к Хабберту - он жил в другое время и тогда его выкладки были корректны. Я особо никогда не был сторонником этого классического «колокола» (так выглядит форма кривой добычи нефти по Хабберту). Жизнь оказалась гораздо богаче пусть и красивой, но выхолощенной теории. И, честно говоря, меня даже радует, что мы в итоге отошли от построений Хабберта, которые были уж слишком мрачными и безнадёжными. «Будущее нефти» не означает однозначный «конец нефти».

«ЗАВТРА». А как мы будем жить в этом будущем, в котором нефть будет, но она будет дорогой и ограниченной той самой «полочкой» в добыче? Ведь основной потребитель нефти - это транспорт, «кровеносная система» экономики. Насколько сейчас новые технологии могут изменить подход человечества к использованию нефти именно в транспортной отрасли? Что это будет - электромобили? Поезда? Самолёты с солнечными батареями? Это всё лишь красивые картинки - или в этом есть какая-то реальная возможность?

Вячеслав ЛАКТЮШКИН. Это вообще такой одновременно и сложный, и интересный вопрос, что будет через 5, через 10, через 15 лет. Касательно электромобилей, на мой взгляд, всё достаточно однозначно. Дело в том, что мировой парк автомобилей с двигателями внутреннего сгорания (ДВС) на бензине и дизельном топливе, которые получают из нефти, составляет сегодня примерно 1,1 миллиарда машин. Каждый 7-й житель Земли - автомобилист. Производство машин с ДВС - это примерно 80 миллионов в год, как на замену уже существующих, так и для новых владельцев. А вот электромобилей по всему миру делают всего около 500 тысяч, меньше процента от производства машин с ДВС. Лидер отрасли, «Тесла», собирается в 2020 году выйти на 500 тысяч - значит, отрасль вырастет где-то до 1-2 миллионов, что опять-таки мизер по сравнению с автомобилями с ДВС. Транспортная отрасль ведь тоже очень инерционна, и поэтому легко понять, что будет твориться в ней и в 2020-м, и даже в 2030-м году. Следовательно, чтобы как-то «прижать» потребление нефти в транспортном секторе, речь должна идти о десятках, а то и о сотнях миллионов электромобилей в мировом парке машин - а этого нет ни в перспективе 5 лет, ни даже в перспективе 15.

Александр СОБКО. Да, ситуация с нефтью очень похожа на ситуацию с «половиной кирпича в лёгких» у каждого китайца. Китай всячески пытается уйти от угольной генерации электроэнергии - но в итоге планы постройки угольных блоков в десять раз превосходят планы постройки новых электростанций на природном газе. В итоге получается, что весь Китай напряжённо работает по программе ухода с угольной генерации, строя ветряки, солнечные батареи, ГЭС и АЭС, принимая программу перехода на газовую генерацию вместо угля - но итогом всего этого бурного процесса является лишь то, что уголь потеряет 1-2% в общей генерации электроэнергии в Китае, может быть - чуть больше в более длительной перспективе. Ничего с этим поделать нельзя - такова инерция отрасли.

«ЗАВТРА». То есть, резюмируя наш разговор о нефти и её будущем, но подразумевая и наше с вами грядущее, можно сказать: «Будет трудно, будет весело, никто не умрёт завтра, но и лёгкой прогулки в грядущее никто не обещает». Впрочем, такова современная жизнь - она и богаче любой самой красивой теории, и интереснее, чем древние мифы или детские сказки. Большое спасибо.

Материал подготовил Алексей АНПИЛОГОВ

 

Источник

 

pravoslavnye.ru

Конец эпохи сланца и начало эры дорогой нефти: alex_anpilogov

Наш разговор с Вячеславом Лактюшкиным не мог стать неинтересным. Вячеслав известен в «нефтяной тусовке» как безудержный оптимист, в то время, как я скорее имею репутацию заядлого пессимиста. Ну а разговор двух столь противоположных по своим оценкам экспертов, да ещё и в рамках единой передачи (в которой зрителям не стоит подавать «срач с выносом», а, наоборот, надо выложить сформированную непротиворечивую позицию, с аргументами, фактами и обязательными выводами) — в любом случае будет познавательным и интересным.

Вдобавок к уже сказанному в самом видео, добавлю ещё несколько моментов, оставшихся за кадром и не вошедших в 30-минутную беседу.

Я в своё время достаточно детально разобрал феномен падающей отдачи и суть S-образной кривой, которая наблюдается для первого этапа добычи любого конечного ресурса или внедрения и использования новой технологии. Суть реальности таких переходных процессов всегда практически одинакова: сначала «трудно и вообще — никак», потом «охренеть, во как попёрло», а потом, на третьем, затухающем этапе S-кривой — «ну всё, ппц, и так счастья не было, а тут ещё и карта легла совсем хреново».Такова математика и физика, которые оперируют скорее сухими цифрами и фактами, нежели эмоциями.

А вот эмоции, ожидания и людские впечатления от той или иной технологии или возможной эксплуатации ресурса «колбасит» уже совершенно не по-детски. И обычные люди, и, чего скрывать, даже маститые эксперты часто попадают в различные когнитивные ловушки, в которых есть место и «золотой лихорадке» от перспектив новой технологии или внезапно найденного Эльдорадо, и другой крайности из разряда «шеф, всё пропало — гипс снимают, клиент уезжает!».Ну а простой смертный смотрит на эти субъективные заявления экспертов часто постфактум, в своём текущем контексте, да ещё и искажённом в другую сторону.

Ожидания и реальность. Два эксперта обгладывают косточки «сланцевой революции». Кадр из фильма «Золотая лихорадка» (Ч. Чаплин, 1925)

Поэтому я и просил в своё время Вячеслава Лактюшкина выступить рецензентом моей книги «Мир на пИке, мир в пикЕ» — его оптимизм в оценке перспектив новой нефти помог несколько скрасить мой изначальный пессимизм по отношению к весьма печальным перспективам человечества.

Что же происходит с ожиданиями при разворачивании стандартной S-кривой во времени?В 2014 году компания Gartner ввела в обиход оценочную кривую по новым технологиям, которую они назвали hype cycle for emerging technologies («цикл надувательства в новых технологиях»).

Эта кривая достаточно чётко показывает психологическую зависимость человечества от магии новых технологий: от тотального психологического неприятия вида «нет, это абсолютно невозможно», через  «о, господи, да это же золотая жила!», переходящего в «ну вот, опять наипали» и, наконец, замирающего на объективной точке «ну да, это же всем известно!», которая обычно происходит уже в тот момент, когда объективная S-кривая новой технологии или эксплуатации открытого ресурса выходит в стадию насыщения:

Прочитать о феномене «цикла надувательства в новых технологиях» можно на русском вот в этой статье.

Сама компания Gartner ежегодно публикует списки новых технологий (в основном — в IT-сфере), которые она оценивает по их текущему положению на кривой «цикла надувательства» и постепенно смещая их вперёд по данной шкале, базируясь как на анализе текущего образа технологий в СМИ и в общественном сознании (и в массовом бессознательном), так и на фактическом состоянии самой технологии.

Картинка «цикла надувательства» из отчёта Gartner за 2015 год.

Некоторые технологии, кстати, оказываются виртуальными «пузырями», либо относящимися отнюдь не к текущему технологическому уровню, которые буквально взрываются на пике ожиданий, не принося в экономику никаких значимых результатов (кроме денег, потраченных на стартапы). Например, такой крах ожиданий пока что наблюдается в вопросе big data (галопирующего роста данных в сети Интернет). Сегодня уже ясно, что практически любой аспект знания упирается в вопрос наличия по данному вопросу громадного количества информации в Сети, только вот технологичность её обработки по-прежнему упирается в наши с вами собственные нейроны: компьютеры готовы предоставить нам массу информации о предмете нашего интереса, только вот её упорядочивание будет произведено не по её реальной смысловой ценности, а по каким-то дурацким отметкам «нравится» или «число просмотров»...Другие же технологии вполне занимают своё место в мире будущего, хотя и не столь впечатляющее, как на пике общественных ожиданий.

Похожий момент присутствует и в оценке перспектив сланцевой отрасли. С моей точки зрения, сейчас отрасль пребывает где-то между «пропастью разочарования» и «склоном просвещения»: все думающие люди уже оценили как реальный собственный потенциал сланцевой нефти, так и её предел влияния на ситуацию на мировом рынке в целом, а вот массовое бессознательное до сих пор колбасит где-то между пиком завышенных ожиданий и пропастью разочарования.

В конце-концов одну из иллюстративных диграмм к разговору лучше рассмотреть и отдельно, хотя она есть и в видео нашей беседы:

Доля сланцевой нефти в объёме общей добычи «вонючей чёрной жижи». Заметьте, что график по вертикальной оси идёт не от нуля.

На диаграмме наглядно видно, «что и почём». С одной стороны, успехи в деле добычи у сланцевых компаний и в самом деле впечатляющи, но, с другой стороны — даже 5 миллионов баррелей в день составляют лишь около 6% от общего мирового потребления в 80 миллионов баррелей сырой нефти (без популярно записываемой в последнее время в «нефть» широкой фракции лёгких углеводородов или NGL по-буржуйски, биотоплива и дополнительной объёмной фракции, получаемой на НПЗ):

Наглядная диаграмма, показывающая как рост добычи сланцевой нефти, так и её чувствительность к уровню цен.

Вот эти 6% (а возможно и даже 10% в оптимистическом раскладе) и есть потенциал сланцевой отрасли. В случае, понятное дело, продолжающегося периода высоких цен на нефть, которые, в общем-то, задаются объективно теми же самыми запасами «новой» нефти, которые у нас есть в нашем «мировом загашнике». Немного не то будущее, которое мыслилось на пике ожиданий сланцевой революции, неправда ли?

Sic transit gloria mundi. Именно такими словами в виде возгласа во время церемонии вступления в сан приветствуют нового римского папу, перед которым трижды сжигают клочок ткани — в знак того, что всё земное, в том числе получаемые им власть и слава, — призрачно, изменчиво и тленно.Призрачны, сжигаемы и тленны и наши запасы новой нефти — в рамках нового сырьевого суперцикла нам вынужденно прийдётся существовать при более высоких удельных ценах на нефть. Хотя тут, как всегда, есть два мнения. Для чего мы, собственно говоря, и встречались с Вячеславом.Ведь две головы всегда лучше, чем одна. Даже в деле обгладывания старой, заскорузлой косточки сланцевой революции...

alex-anpilogov.livejournal.com