Представьте мир без нефти – без мусульманской нефти. Мир без нефти книга


Нефть: Чудовище и сокровище. Содержание - Вместо эпилога Мир без нефти

И еще вот что интересно: план Обамы выдвигается в момент, когда США – а вслед за ними и весь мир – барахтаются под глыбой тяжелейшего экономического и финансового кризиса. Вот почему многие говорят: не вовремя это, не до того. Но идея Обамы как раз и состоит в том, чтобы попытаться убить еще и третьего – ну не зайца, а абстрактную силу, которая хочет взять Америку «в заложники». А именно – борясь с кризисом и безработицей по так называемой нео-кейнсианской модели, увеличить количество денег в обществе. Но не «сбрасывать их с вертолета», а целенаправленно тратить их на большие, огромные проекты, например, на новую инфраструктуру в энергетике. Обама обещает в ближайшие 10 лет вложить 150 миллиардов долларов в развитие возобновляемых источников энергии, а заодно тем самым создать и 5 миллионов новых рабочих мест.

Ну и еще одно обещание – сэкономить за этот же период столько же нефти, сколько сейчас США импортируют с Ближнего Востока и из Венесуэлы вместе. По моим подсчетам, это что-то между тремя и тремя с половиной миллионов баррелей в день! Если удастся достичь такой экономии, то это будет удар по нефтяной промышленности не только Ближнего Востока.

Но, возможно, сильнее всего пострадают американские же нефтяные компании – сестры, все еще уцелевшие, не превратившиеся в звезды. В своем бюджете на 2010 год Обама хотел бы выжать из нефтегазового сектора на 31 с половиной миллиард долларов больше, чем сейчас. Тем самым он остается верен своей предвыборной платформе и новым обещаниям: забирать деньги у тех, кто загрязняет атмосферу и отдавать их тем, кто производит «зеленую» энергию. Ну и какие-то доходы государству тоже надо искать, не всё же деньги печатать.

А тут еще Обаму и подзуживают. Причем не только в Америке. Из Британии к нему обратился с открытым письмом лорд Хауэлл, между прочим занимавшийся энергетическими вопросами в правительстве Маргарет Тэтчер.

Лорд дал следующий поразительный совет президенту. Необходимо обложить нефть столь высокими налогами, чтобы она стоила для потребителей не менее 100 долларов за баррель, причем всем должно быть понятно, что это стратегическое, долговременное решение. (Если, конечно, цены начнут снова забираться вверх до уровня 150 долларов за баррель и выше, то надо будет гибко реагировать и налоги снижать.) Только тогда, пишет лорд, удастся избежать повторения ситуации 1986 года, когда развитие практически всех альтернативных видов энергии было приостановлено, долгосрочные инвестиции в них заморожены – они оказались невыгодными на фоне дешевой нефти. Теперь опять уже происходит нечто подобное – продажи машин-«гибридов» снизились в два раза с тех пор, как цена на нефть пошла вниз.

Лорд Хауэлл призывает американского президента проявить «отвагу» и доказать свою решительную приверженность объявленной программе «озеленения» мира. Другого способа, считает лорд, не существует.

Интересно, что лорд Хауэлл предлагает таким образом сдвигать американское общество в сторону новых прогрессивных энергоносителей весьма жесткими мерами, «принуждать» его к прогрессу. Это не обязательно должно происходить за счет нефтяных компаний, но согласится ли избиратель в тяжелые дни кризиса платить еще и в два-три раза больше за галлон бензина? Что-то сомнительно.

Так или иначе, а судя по некоторым заявлениям лидеров американских нефтяных корпораций, они настроены пессимистически. Да и не они одни говорят, что дополнительные налоги на «нефтянку» в годину кризиса приведут к сокращению рабочих мест и дальнейшему свертыванию экономики. И происходить это будет в то время, когда красивые планы Обамы по перестройке энергетики еще не приобрели реальных очертаний. Но главный вопрос: дополнительные налоги – это единовременный удар или начало большого пути?

Если второе – то значит, над уцелевшими «сёстрами» нависла, возможно, небывалая угроза. Куда там сенатору Джексону, Энрико Матеи и лидерам ОПЕК вместе взятым. Барак Обама – вот кто имеет шанс стать беспощадным охотником Орионом нового времени, положившим конец если не эпохе нефти, то, по крайней мере, эре славы и могущества больших нефтяных компаний.

Жаль только, что никто точно не знает, плохо это или хорошо.

Вместо эпилога

Мир без нефти

А что было бы, если бы нефть кончилась сразу же в конце XIX века? Популярный блоггер, пишущий под псевдонимом Марко Поло, предполагает, что на главных событиях последующего периода – русско-японской или англо-бурской войне, это никак бы не сказалось.

Может быть, он и прав. Хотя… Достоверно никому ведать то не дано.

С тем же успехом, для чистоты эксперимента можно в таком случае вообще вычесть нефть из всех уравнений. Итак, мир без нефти. Давайте, например, предположим, что братья Нобели за отсутствием другой сферы приложения сил бросили их на создание российской оборонной промышленности. И дело так хорошо пошло, что и брат Альфред вернулся из Парижа, вместе со своим динамитом. Который еще более усовершенствовал старший брат Роберт, причем в той реальности он не поссорился с братьями и не уехал в Швецию, а раскрыл, наконец, все свои удивительные таланты.

Продолжили братья и разработки своего отца и создали морские супермины, давшие России большое преимущество на море. Может быть, братья Нобели даже изобрели и внедрили достаточно быстроходную подводную лодку на рапсово-спиртовом ходу. И вот поражение в войне России с Японией уже не кажется таким уж неизбежным… Чушь? Может быть, но логическую игру полезно повести дальше.

Без бакинских нефтяных месторождений революционная карьера Сталина могла и не задаться. Это значит, минус, по крайней мере, одна огромного значения фигура. Нашелся бы какой-нибудь другой Сталин? Возможно, но гениям, пусть даже и злодейства, замены не так легко находятся. Было бы то, да не то, какой-нибудь Киров, например. Тоже человек лишенный сентиментальности, но масштабы террора при таком лидере могли бы быть в сотни раз меньше. А это – то самое количество, которое переходит в качество. Например, с точки зрения сохранности генофонда народа.

Не говоря уже о том, что без поражения в войне с Японией революции 1905 года могло бы вообще не произойти. А в таком случае не факт, что состоялся бы ее второй тайм – революция 17-го. Возможно, открылись бы куда более реальные перспективы для плавной эволюции абсолютной монархии, ее трансформацию в монархию ограниченную, а со временем – и в конституционную. Кстати, некоторые историки убеждены, что именно стремление отвлечь страну от революционных настроений, толкнуло Николая II на бессмысленное участие в мировой бойне. И поначалу тактика вроде бы сработала, патриотический энтузиазм сплотил население – и рабочих, и капиталистов, и дворянство. Но по мере того, как война затягивалась, ее бессмысленность для России становилась всё более очевидной, а победа в ней невозможной, по мере того, как росли потери и беднело население, популярность революционных партий резко шла вверх. В итоге результат оказался ровно обратным желаемому – война не отдалила революцию, а, наоборот, сделала ее неизбежной.

Без бакинской нефти всё могло бы развиваться иначе…

Тем временем главными источниками энергии были бы Кузнецкий и Донецкий угольные бассейны и Эстония, невероятно богатая горючим сланцем. А горячие эстонские парни, да и гарные украинские парубки, как и рассудительные сибиряки, мне кажется, гораздо меньше подвержены революционной агитации и пропаганде. Не то, чтобы у них был полный иммунитет, нет, конечно, но это еще одно количество, которое может перейти в качество. Волнения, наверно, были неизбежны, но не обязательно они дошли бы до такого же накала, как в нефтяной реальности.

Без событий 1905-го царь мог бы воздержаться от участия в войне, а значит, теоретически могло не быть и событий 1917-го.

Что касается технологий передвижения, то, по мнению Марко Поло, без нефти всё равно появились бы автомобили с электрическими, паровыми и газогенераторными моторами вместо бензиновых. В таком случае их могло бы быть к 1913 году не два миллиона, а тысяч пятьсот.

www.booklot.ru

Представьте мир без нефти – без мусульманской нефти. Саид Хусейн Паша

Представьте мир без авиации. Мир без коммерческих авиакомпаний – без Pan Am, Lufthansa, British Airways, без UPS и Federal Express, без всех мировых военно-воздушных сил, истребителей, бомбардировщиков и вертолетов.

Мир без автомобилей и транспорта. Без GM, Ford, Toyota, Mercedes-Benz, безо всех этих легковых, грузовых машин, трейлеров, автобусов и поездов, наполняющих дороги всего мира. Без танков и бронетранспортеров.

Представьте себе мир без нефтяной промышленности – без Exxon, Chevron, Mobil, BP, Total, Shell, Citgo и всех остальных нефтяных гигантов с огромным количеством рабочих мест.

Представьте, что не будет нефти и всех ее многочисленных производных. Какой стала бы тогда медицина? А космическая отрасль? Вспомните все, что является прямым или косвенным следствием применения нефти, мусульманской нефти. А потом спросите себя, какой была бы жизнь без нефти. Каким был бы XX век и какова была бы мировая история без мусульманской нефти?

На самом деле не нужно, чтобы кто-то вам все это говорил и объяснял в деталях. Вам лишь нужно самому сесть в тихом уголке и подумать. Мышление подскажет вам все о роли нефти – мусульманской нефти – в нашем мире: вчера, сегодня и завтра.

Коран призывает всех мыслить

Коран уделяет особое внимание мышлению. Мышлению в общем и мышлению в частности. Мышлению в одиночестве или в компании других людей.

«А-фаляа татафаккарун», наставляет Коран, «разве не мыслите вы?». Коран использует слова, однокоренные с «фикр», около 50 раз, представьте себе. «А-фаляа та’акылун», вопрошает Коран, «разве вы не понимаете?». Коран использует этот оборот или слово с корнем «акль» около 20 раз.

Давайте не будем забывать, что Коран был ниспослан на землю 1400 лет назад в бесплодной и отсталой Аравии, а не в одном из центров древних цивилизаций и культур, таких как Рим, Греция, Индия, Персия или Китай. И Коран отнюдь не является продуктом продвинутых и хитроумных исследований научных институтов Америки или Европы. Еще не будем забывать о том, что Коран пришел к нам через неграмотного, необразованного сына аравийской пустыни Мухаммада (мир ему). Коран не стал детищем чьего-то ума – Сократа, Платона или Аристотеля, Бертранда Рассела или Эйнштейна.

Но это - участие человека в его создании - и не усовершенствовало бы Коран. Единственное, что изменилось бы тогда, – Коран бы прибрел ограниченные рамки, прописанные человеком.

Тогда Коран стал бы еще одной книгой, может и великой, как другие великие книги человеческого авторства. Полной очевидных противоречий, ошибок, сомнительных мест и неточностей. И эта книга точно так же побывала бы на вершине славы, а затем бы скатилась в небытие. Тогда Коран не был бы священной книгой, каковой он является по сей день – безошибочный, четко и ясно определяющий пространство, время и многое другое.

Книги, написанные человеком, даже самых гениальных, продвинутых и выдающихся авторов, все равно не более чем плоды человеческого ума. Они ограничены всем, что ограничивает человеческое существование на земле. А Коран, с другой стороны, является священной книгой с начала до конца, свежей и актуальной во веки веков, полной чудес и сюрпризов на каждой странице.

Если бы Коран был делом рук человека, он не был бы таким как есть – а ведь каждый его аят содержит божественные чудеса и предоставляет четкие доказательства сверхчеловеческого, божественного происхождения Корана. И все же Коран, будучи ниспослан непосредственно Всевышним Господом, призывает: «Размышляй!»

Людей поистине глубокого ума, в отличие от псевдоинтеллигенции, Коран обязательно заинтригует собой и этим мощным призывом, столь фундаментальным и важным – «Размышляй!». И это было ниспослано 1400 лет назад!

Если вы хотите осознать природу современного мира и роль мусульманской нефти в его формировании, вам нужно просто присесть или прилечь и задуматься. И представить – мир без нефти.

Пожалуй, не будет преувеличением сказать, что история XX века – это по сути история нефти. Поэтому мусульманская нефть – кровь в жилах современной цивилизации. Уберите ее, и цивилизации придет конец.

И что же должны делать мусульмане? Может, подумать о роли, которую они сыграли в злоупотреблении нефтью для строительства этого мира? А что делать немусульманам? Возможно, им тоже стоит подумать о том, какую роль они сыграли в строительстве или же разрушении нашего мира.

Еще немусульманам нужно подумать о том, что бы произошло с миром, если бы он лишился нефти – мусульманской нефти. К примеру, как выглядел бы наш мир безо всей мусульманской нефти с аравийского полуострова, из Ирака и Ирана, и североафриканских земель Ливии и Алжира, из Центральной Азии – Казахстана, Азербайджана и Туркменистана?

Многие люди не знают, что начиная с середины XIX века именно нефтяные скважины мусульман Центральной Азии обеспечивали половину мировых поставок нефти. Представьте себе – половина мирового рынка нефти во второй половине XIX века обеспечивалась мусульманскими странами! А потом можете сделать для себя выводы о политических и экономических последствиях этого для человечества.

Перед тем, как продолжить, позвольте сделать обзор некоторых мировых производителей мусульманской нефти, как говорится, с высоты птичьего полета. В их числе такие страны: Алжир, Азербайджан , Бахрейн, Бруней, Камерун, Чад, Кот-д’Ивуар, Египет, Индонезия, Иран, Ирак, Казахстан, Кувейт, Ливия, Малайзия, Нигерия, Оман, Катар, Саудовская Аравия, Судан, Сирия, Тунис, Турция, Туркменистан, ОАЭ, Узбекистан и Йемен.

Что думаете?

Впечатляющий список, не правда ли. Двадцать восемь стран, больших и малых, в Азии и в Африке. В то же самое время не стоит забывать о роли отдельных производителей на этом рынке – к примеру, Саудовская Аравия в одиночку добывает почти 10 млн. баррелей мусульманской нефти в день. И делает это уже очень давно. Это 30 млн. баррелей каждый 3 дня и 300 млн баррелей каждые 10 дней.

Если для удобства округлить, то получится астрономическая цифра – 1 млрд. баррелей мусульманской нефти в месяц добывается одной только страной. Предположим, нефть продается по $1 за баррель – по цене такого порядка она продавалась в 1950-70 гг. Получается $1 млрд. в месяц. Примерно столько, как мы знаем, Америка тратит на свои военные дела в Афганистане. Или в Ираке…

Теперь допустим, эту нефти продали за $100 за баррель. При таком расчете за год добычи мусульманской нефти Саудовская Аравия может в одиночку профинансировать все войны, которые Соединенные Штаты когда-либо вели в своей истории. Или же за эти деньги можно кормить, одевать и лечить весь мир на протяжении ближайших 100 лет.

Как вы оцениваете приведенные выше факты? По-моему, вот что может привести наш мир в более спокойное и стабильное состояние.

Может быть, немусульманские жители нашей планет окажут своим мусульманским согражданам хоть какое-то уважение. Хотя бы легкое прикосновение к шляпе или простой кивок головой в адрес мусульман за то, что они столько времени давали и дают миру нефть, с щедростью и в таких огромных количествах.

Ведь должен же мир хоть как-то признать тот факт, что мусульманская нефть пришла в немусульманский мир практически по бросовым ценам, и так продолжалось длительное время, с середины XIX века и почти до конца XX века.

Всем людям нужно почувствовать полную ответственность за такой дар Всевышнего, как нефть. И за неисчислимые материальные богатства, произведенные этой нефтью. Они должны отвечать за то, как добывали ее, как продавали, как использовали, и как они тратили богатство, заработанное миллиардами баррелей нефти.

Возможно, и мусульманам и немусульманам, вместо того, чтобы ненавидеть друг друга и причинять взаимный вред по разным поводам, стоит сесть – вместе или по отдельности - и возблагодарить Господа Всемогущего за такое благословение, как нефть? Может тогда в наших сердцах и обращении друг с другом появятся проблески стыда и совести?

И мусульманам, и немусульманам стоит задать себе вопрос о том, как они могли бы использовать нефть и неисчислимое богатство, приобретенное за счет нее, для более тщательного поклонения Всевышнему и служения правам человека на планете. И отныне мусульманам и немусульманам, желающим сделать этот мир лучше, необходимо более ответственно подходить к использованию мусульманской нефти, более богобоязненно, чем в прошлом.

В конце концов, вся мировая нефть принадлежит лишь Всевышнему Аллаху, и мы будем держать ответ перед Ним за каждую ее каплю. Давайте не будем забывать о том, что и с мусульман, и с немусульман будет обязательно спрошено Всевышним, как они поступали с нефтью, дарованной Им в таком изобилии.

Глядя на то, что сейчас происходит в мире, кто сможет с уверенностью сказать, что День Ответа еще не близок?

Д-р Саид Хусейн Паша, ученый, исследователь и мусульманский активист "IViews"

www.muslimblog.ru

Вместо эпилога. Мир без нефти. «Нефть: Чудовище и сокровище»

 

А что было бы, если бы нефть кончилась сразу же в конце XIX века? Популярный блоггер, пишущий под псевдонимом Марко Поло, предполагает, что на главных событиях последующего периода – русско-японской или англо-бурской войне, это никак бы не сказалось.

Может быть, он и прав. Хотя… Достоверно никому ведать то не дано.

С тем же успехом, для чистоты эксперимента можно в таком случае вообще вычесть нефть из всех уравнений. Итак, мир без нефти. Давайте, например, предположим, что братья Нобели за отсутствием другой сферы приложения сил бросили их на создание российской оборонной промышленности. И дело так хорошо пошло, что и брат Альфред вернулся из Парижа, вместе со своим динамитом. Который еще более усовершенствовал старший брат Роберт, причем в той реальности он не поссорился с братьями и не уехал в Швецию, а раскрыл, наконец, все свои удивительные таланты.

Продолжили братья и разработки своего отца и создали морские супермины, давшие России большое преимущество на море. Может быть, братья Нобели даже изобрели и внедрили достаточно быстроходную подводную лодку на рапсово-спиртовом ходу. И вот поражение в войне России с Японией уже не кажется таким уж неизбежным… Чушь? Может быть, но логическую игру полезно повести дальше.

Без бакинских нефтяных месторождений революционная карьера Сталина могла и не задаться. Это значит, минус, по крайней мере, одна огромного значения фигура. Нашелся бы какой-нибудь другой Сталин? Возможно, но гениям, пусть даже и злодейства, замены не так легко находятся. Было бы то, да не то, какой-нибудь Киров, например. Тоже человек лишенный сентиментальности, но масштабы террора при таком лидере могли бы быть в сотни раз меньше. А это – то самое количество, которое переходит в качество. Например, с точки зрения сохранности генофонда народа.

Не говоря уже о том, что без поражения в войне с Японией революции 1905 года могло бы вообще не произойти. А в таком случае не факт, что состоялся бы ее второй тайм – революция 17-го. Возможно, открылись бы куда более реальные перспективы для плавной эволюции абсолютной монархии, ее трансформацию в монархию ограниченную, а со временем – и в конституционную. Кстати, некоторые историки убеждены, что именно стремление отвлечь страну от революционных настроений, толкнуло Николая II на бессмысленное участие в мировой бойне. И поначалу тактика вроде бы сработала, патриотический энтузиазм сплотил население – и рабочих, и капиталистов, и дворянство. Но по мере того, как война затягивалась, ее бессмысленность для России становилась всё более очевидной, а победа в ней невозможной, по мере того, как росли потери и беднело население, популярность революционных партий резко шла вверх. В итоге результат оказался ровно обратным желаемому – война не отдалила революцию, а, наоборот, сделала ее неизбежной.

Без бакинской нефти всё могло бы развиваться иначе…

Тем временем главными источниками энергии были бы Кузнецкий и Донецкий угольные бассейны и Эстония, невероятно богатая горючим сланцем. А горячие эстонские парни, да и гарные украинские парубки, как и рассудительные сибиряки, мне кажется, гораздо меньше подвержены революционной агитации и пропаганде. Не то, чтобы у них был полный иммунитет, нет, конечно, но это еще одно количество, которое может перейти в качество. Волнения, наверно, были неизбежны, но не обязательно они дошли бы до такого же накала, как в нефтяной реальности.

Без событий 1905-го царь мог бы воздержаться от участия в войне, а значит, теоретически могло не быть и событий 1917-го.

Что касается технологий передвижения, то, по мнению Марко Поло, без нефти всё равно появились бы автомобили с электрическими, паровыми и газогенераторными моторами вместо бензиновых. В таком случае их могло бы быть к 1913 году не два миллиона, а тысяч пятьсот.

Мне почему-то кажется, что их было бы гораздо меньше. Причем предполагать возможность появления газовых двигателей несправедливо: если уж в том мире нет нефти, то и ее брата и спутника природного газа тоже не должно бы быть – по крайней мере, в промышленных количествах.

В этом случае автомашины оставались бы средством развлечения богатых чудаков, а следовательно, что особенно важно, не развилась бы так инфраструктура – прежде всего, сеть автомобильных дорог. Зато наверняка куда большее развитие получили бы дороги железные. Приводимые в движение сначала паром, а потом и электричеством поезда взяли бы на себя куда большую долю торговли и передвижения людей. Человечество могло бы не так уж плохо развиваться на этой основе, хотя отставание наверняка было бы всё более ощутимым.

Вот чего бы не было точно, так это авиации в нашем сегодняшнем понимании – без керосина эксперименты с аэропланами завершились бы ничем, они так и остались бы дорогими развлекательными аттракционами, или сферой приложения спортивной отваги. Зато возросло бы значение дирижаблей, но насколько важную роль они могли бы играть в военных действиях, не до конца ясно.

Многие полагают, кстати, что именно перевод на нефтяное топливо военно-морского флота сыграл решающую роль в английской победе в Первой мировой войне. И это действительно дало англичанам колоссальное преимущество в маневренности и скорости кораблей, которое немцы не сумели компенсировать ничем – у них просто не было такого доступа к месторождениям, каким обладала Британская Империя. (Отчасти за доступ к природным ископаемым и воевали). Но даже если бы Германия не проиграла на море, война всё равно завершилась бы победой Антанты, если бы к ней присоединились США, а это, видимо, было неизбежно, с нефтью или без. Даже если бы 7 мая 1915 года немецкая подлодка не потопила бы «Лузитанию», и американское общественное мнение еще посопротивлялось некоторое время, президенту Вудро Вильсону всё равно рано или поздно удалось бы добиться своего.

Тем более, если бы появились явственные признаки возможности английского поражения. Американская элита слишком сильно была связана с Англией, слишком много денег было в нее вложено, чтобы дать ей пропасть. Да и перспектива появления на руинах Британской Империи заведомо враждебного США суперрейха никак не могла американцев устроить.

Возможно, более важную роль во вступлении США в войну сыграла знаменитая «Телеграмма Циммермана». Англичане перехватили и расшифровали секретное послание, отправленное из Берлина немецкому послу в Вашингтоне. В ней сообщалось, что в случае американо-германского конфликта есть надежда на выступление на немецкой стороне Мексики, которой обещаны в этом случае большие куски американской территории – Техас, а также Нью-Мексико и Аризона – то есть те самые земли, которые Мексика считала несправедливо у нее отторгнутыми.

В некоторых исторических интерпретациях можно встретить утверждения, что телеграмма была ловкой английской подделкой. Что победители написали историю так, как им это было выгодно. Но, во-первых, большинство историков все-таки считают документ подлинным. А во-вторых, по большому счету это не столь уж важно. Не «Лузитания», не телеграмма Циммермана, так что-нибудь еще. Кто ищет предлога, тот его найдет.

Если почитать документы того периода, то становится очевидно: большинство реалистически мыслящих наблюдателей и в США, и в Англии не сомневались в неизбежности американского вступления в войну. Да и в Германии тоже так считали, что отчасти объясняет немецкую бесцеремонность обращения со штатниками: в них в любом случае видели врагов, с которыми рано или поздно придется воевать.

Не говоря о том, что и подлодка на рапсовом масле, особенно созданная на основе гениального нобелевского прототипа, тоже могла бы все-таки подобраться к американским берегам и что-то такое учинить – дать Вильсону еще какой-нибудь предлог для вступления в войну.

Интересен также вот какой вопрос: если бы не нефть, на что была бы направлена неукротимая энергия молодого Черчилля? Чем бы он занимался, если бы перевести корабли британских ВМФ на углеводородное топливо было бы невозможно? Дирижаблями? Совершенствованием подлодок и паровых двигателей? Без применения, думаю, эта энергия в любом случае не осталась бы, как не изменилось бы и его убеждение в неизбежности войны с Германией и в необходимости серьезной подготовки к ней. И уж он бы внес в эту подготовку свой вклад. У некоторых на роду написано двигать историю – не нефтью, так чем-нибудь еще. Что под рукой окажется.

Так что, как мне кажется, и в безнефтяном мире окончательный итог Первой мировой войны был бы примерно таким же. Другое дело, что война могла бы затянуться, и немцы могли бы получить более почетные условия мира. А также, например, успеть спокойно покончить с большевиками, или еще какими-нибудь экстремистами, если бы они все-таки каким-то образом оказались в России у власти в безнефтяном мире.

Что означали бы чуть менее позорные условия мира и не такие ужасные, не столь невыносимые репарации для будущего Германии? Возможно, более плавную эволюцию государственного устройства, менее униженное и раздраженное общественное мнение. А если вы вдобавок не было бы пагубного большевистского примера (Гитлер признавал, что этот пример оказал на него огромное влияние) и фактической, прямой или косвенной сталинской поддержки – и шансы прихода нацистов к власти в Германии и развязывания ими Второй мировой войны в таком мире существенно сокращаются…

Не думаю, что могли бы тем не менее уцелеть Австро-Германская и Оттоманская империи, уж больно сильны были раздиравшие их изнутри противоречия. После поражения в войне они, скорее всего, рухнули бы под собственным весом. России пришлось бы отдать Польшу и, может быть, Финляндию и даже Балтию, но не факт, что остальная часть государства распалась бы – объективно экономическое устройство требовало долю централизации.

Но вот в чем я готов полностью согласиться с Марко Поло, так это в том, что без нефти колониальные владения Османов – ближневосточные страны – не представляли бы для великих держав особой ценности. Их шансы получить независимость возрастали, но впереди маячили не перспективы развращающих нефтяных богатств, а честная бедность. «В песчаных степях Аравийской земли три гордые пальмы высоко росли». Боюсь, что долгое еще время так и росли бы и чахли эти пальмы, и караваны ходили от оазиса к оазису и высыхала бы вода в бурдюках, когда дует самум – ветер-убийца… До поры до времени, конечно, а потом, возможно был бы шанс построить самим, без помощи бешеных нефтяных бабок, более здоровое и гармоничное общество.

Как выглядел бы сегодня мир без нефти? Без массового производства автомобилей, без теплоходов и самолетов люди бы передвигались гораздо меньше. Что, наверняка, уменьшило бы эффект взаимного «опыления», взаимопроникновения культур. На уровне материальном, конечно же, валовой продукт того мира был бы в разы меньше, чем в нашем. При этом человечество производило бы гораздо больше электричества, видимо, сильнее развилась ядерная энергетика, но на пути поиска оптимальной конструкции реактора могло произойти много катастрофических аварий… Но основой экономики оставался бы уголь, из которого гнали бы в том числе и синтетическое топливо. Настолько велик был бы его расход, что не исключено, что какой-нибудь тамошний Хабберт уже предрек бы пик и неизбежный конец и этого энергоносителя. Впрочем, и с ураном намечались бы проблемы…

Безусловно человечество добилось бы гораздо большего в производстве искусственных удобрений и пестицидов не нефтяного происхождения, но всё же маловероятно, чтобы уровень аграрной производительности мог бы сравняться или даже приблизиться к нашему. А следовательно нас на Земле было бы в несколько раз меньше.

Посмотрите, что случилось с Северной Кореей, как только она престала получать льготную, почти даровую нефть от Китая – начался массовый голод. Почему? А потому что без нефти поддерживать численность населения на прежнем уровне оказалось практически невозможно. Теперь вот олдувайцы всех пугают, что и всему человечеству уготована такая же судьба.

Разрыв между «Первым» миром и миром «Третьим» был более разителен, а мира «Второго», «победившего социализма», возможно, не было бы вообще, а мягкие марксистские эксперименты в Скандинавии и Италии закончились бы довольно быстро неким социал-демократическим компромиссом, не покушающимся на основы основ рыночной экономики. К началу Третьего тысячелетия меньше наверно было бы и элементов глобализации, больше протекционизма и национализма, больше локальных, мелких и коротких войн.

Можно предположить, что в том мире в целом было бы меньше богатых и больше бедных, менее разителен был бы разрыв в имущественном положении и социальное неравенство, но слабее был бы и средний класс. А, следовательно, и его моральные ценности не утвердились бы столь универсально.

А как бы сказалось отсутствие нефти на информации? Когда появились бы в том мире компьютеры, и Интернет, и мобильные средства связи и хранения информации? Может быть, их, в нашем нынешнем понимании, не было бы вообще? Ведь все эти вещи работают только в том случае, если становятся явлением массовым, а атрибуты – лэптопы, блекберри, ай-фоны и так далее производятся массово, серийно… Потянули ли бы без нефти?

Ну а в сфере культуры – как обстояло дело бы, появилась ли качественная аппаратура для стереофонического воспроизведения звука? А если нет или если бы она оставалась игрушкой богачей, то родились ли рок и поп-музыка? Цеппелины бы доминировали в том мире, но как насчет «Лед Зеппелин»? Или «Дип Пёпл»? А Алла Пугачева, в конце концов? А журнал «Афиша»? Или он был бы каким-то другим, совсем элитарным? Что было бы вообще с массовой культурой и была ли бы она вообще?

Но, честно говоря, всё это – лишь гадание на кофейной гуще. (Или лучше сказать: на нефтяных осадках?) Слишком много неизвестных, слишком много развилок появляется на каждом повороте гипотетической истории. Включаются в действие факторы, о которых в нашем мире невозможно догадаться. Вероятности надо возводить не то что в квадраты в кубы, но, в тысячные степени.

Уверен, что «у них», были бы свои герои и антигерои, свои рокфеллеры и гюльбенкяны, свои гитлеры и сталины. И свои Циолковские тоже, которые, возможно придумают нечто совершенно потрясающее, вместо реактивной ракеты, что-то, что может в какой-то мере даже и компенсировать отсутствие углеводородных энергоносителей. Такой вот вполне корнукопианский взгляд в духе Солоу.

Но может быть верен и противоположный, олдувайский взгляд: людей было бы меньше, жизнь была бы тяжелее и беднее, а значит, и вероятность гениальных изобретений ниже. Не до изобретений, когда живот сводит от голода. Или наоборот, именно на пустой желудок изобретается лучше? Госпожа Необходимость подталкивает под руку, подсказывает смелые решения? Скоро, возможно, мы приблизимся к ответу на эти вопросы, поставив массированный эксперимент на самих себе – существует ли он, гений человечества, не отсох ли за ненадобностью.

litresp.ru

Вместо эпилога Мир без нефти. Нефть: Чудовище и сокровище

Вместо эпилога

Мир без нефти

А что было бы, если бы нефть кончилась сразу же в конце XIX века? Популярный блоггер, пишущий под псевдонимом Марко Поло, предполагает, что на главных событиях последующего периода – русско-японской или англо-бурской войне, это никак бы не сказалось.

Может быть, он и прав. Хотя… Достоверно никому ведать то не дано.

С тем же успехом, для чистоты эксперимента можно в таком случае вообще вычесть нефть из всех уравнений. Итак, мир без нефти. Давайте, например, предположим, что братья Нобели за отсутствием другой сферы приложения сил бросили их на создание российской оборонной промышленности. И дело так хорошо пошло, что и брат Альфред вернулся из Парижа, вместе со своим динамитом. Который еще более усовершенствовал старший брат Роберт, причем в той реальности он не поссорился с братьями и не уехал в Швецию, а раскрыл, наконец, все свои удивительные таланты.

Продолжили братья и разработки своего отца и создали морские супермины, давшие России большое преимущество на море. Может быть, братья Нобели даже изобрели и внедрили достаточно быстроходную подводную лодку на рапсово-спиртовом ходу. И вот поражение в войне России с Японией уже не кажется таким уж неизбежным… Чушь? Может быть, но логическую игру полезно повести дальше.

Без бакинских нефтяных месторождений революционная карьера Сталина могла и не задаться. Это значит, минус, по крайней мере, одна огромного значения фигура. Нашелся бы какой-нибудь другой Сталин? Возможно, но гениям, пусть даже и злодейства, замены не так легко находятся. Было бы то, да не то, какой-нибудь Киров, например. Тоже человек лишенный сентиментальности, но масштабы террора при таком лидере могли бы быть в сотни раз меньше. А это – то самое количество, которое переходит в качество. Например, с точки зрения сохранности генофонда народа.

Не говоря уже о том, что без поражения в войне с Японией революции 1905 года могло бы вообще не произойти. А в таком случае не факт, что состоялся бы ее второй тайм – революция 17-го. Возможно, открылись бы куда более реальные перспективы для плавной эволюции абсолютной монархии, ее трансформацию в монархию ограниченную, а со временем – и в конституционную. Кстати, некоторые историки убеждены, что именно стремление отвлечь страну от революционных настроений, толкнуло Николая II на бессмысленное участие в мировой бойне. И поначалу тактика вроде бы сработала, патриотический энтузиазм сплотил население – и рабочих, и капиталистов, и дворянство. Но по мере того, как война затягивалась, ее бессмысленность для России становилась всё более очевидной, а победа в ней невозможной, по мере того, как росли потери и беднело население, популярность революционных партий резко шла вверх. В итоге результат оказался ровно обратным желаемому – война не отдалила революцию, а, наоборот, сделала ее неизбежной.

Без бакинской нефти всё могло бы развиваться иначе…

Тем временем главными источниками энергии были бы Кузнецкий и Донецкий угольные бассейны и Эстония, невероятно богатая горючим сланцем. А горячие эстонские парни, да и гарные украинские парубки, как и рассудительные сибиряки, мне кажется, гораздо меньше подвержены революционной агитации и пропаганде. Не то, чтобы у них был полный иммунитет, нет, конечно, но это еще одно количество, которое может перейти в качество. Волнения, наверно, были неизбежны, но не обязательно они дошли бы до такого же накала, как в нефтяной реальности.

Без событий 1905-го царь мог бы воздержаться от участия в войне, а значит, теоретически могло не быть и событий 1917-го.

Что касается технологий передвижения, то, по мнению Марко Поло, без нефти всё равно появились бы автомобили с электрическими, паровыми и газогенераторными моторами вместо бензиновых. В таком случае их могло бы быть к 1913 году не два миллиона, а тысяч пятьсот.

Мне почему-то кажется, что их было бы гораздо меньше. Причем предполагать возможность появления газовых двигателей несправедливо: если уж в том мире нет нефти, то и ее брата и спутника природного газа тоже не должно бы быть – по крайней мере, в промышленных количествах.

В этом случае автомашины оставались бы средством развлечения богатых чудаков, а следовательно, что особенно важно, не развилась бы так инфраструктура – прежде всего, сеть автомобильных дорог. Зато наверняка куда большее развитие получили бы дороги железные. Приводимые в движение сначала паром, а потом и электричеством поезда взяли бы на себя куда большую долю торговли и передвижения людей. Человечество могло бы не так уж плохо развиваться на этой основе, хотя отставание наверняка было бы всё более ощутимым.

Вот чего бы не было точно, так это авиации в нашем сегодняшнем понимании – без керосина эксперименты с аэропланами завершились бы ничем, они так и остались бы дорогими развлекательными аттракционами, или сферой приложения спортивной отваги. Зато возросло бы значение дирижаблей, но насколько важную роль они могли бы играть в военных действиях, не до конца ясно.

Многие полагают, кстати, что именно перевод на нефтяное топливо военно-морского флота сыграл решающую роль в английской победе в Первой мировой войне. И это действительно дало англичанам колоссальное преимущество в маневренности и скорости кораблей, которое немцы не сумели компенсировать ничем – у них просто не было такого доступа к месторождениям, каким обладала Британская Империя. (Отчасти за доступ к природным ископаемым и воевали). Но даже если бы Германия не проиграла на море, война всё равно завершилась бы победой Антанты, если бы к ней присоединились США, а это, видимо, было неизбежно, с нефтью или без. Даже если бы 7 мая 1915 года немецкая подлодка не потопила бы «Лузитанию», и американское общественное мнение еще посопротивлялось некоторое время, президенту Вудро Вильсону всё равно рано или поздно удалось бы добиться своего.

Тем более, если бы появились явственные признаки возможности английского поражения. Американская элита слишком сильно была связана с Англией, слишком много денег было в нее вложено, чтобы дать ей пропасть. Да и перспектива появления на руинах Британской Империи заведомо враждебного США суперрейха никак не могла американцев устроить.

Возможно, более важную роль во вступлении США в войну сыграла знаменитая «Телеграмма Циммермана». Англичане перехватили и расшифровали секретное послание, отправленное из Берлина немецкому послу в Вашингтоне. В ней сообщалось, что в случае американо-германского конфликта есть надежда на выступление на немецкой стороне Мексики, которой обещаны в этом случае большие куски американской территории – Техас, а также Нью-Мексико и Аризона – то есть те самые земли, которые Мексика считала несправедливо у нее отторгнутыми.

В некоторых исторических интерпретациях можно встретить утверждения, что телеграмма была ловкой английской подделкой. Что победители написали историю так, как им это было выгодно. Но, во-первых, большинство историков все-таки считают документ подлинным. А во-вторых, по большому счету это не столь уж важно. Не «Лузитания», не телеграмма Циммермана, так что-нибудь еще. Кто ищет предлога, тот его найдет.

Если почитать документы того периода, то становится очевидно: большинство реалистически мыслящих наблюдателей и в США, и в Англии не сомневались в неизбежности американского вступления в войну. Да и в Германии тоже так считали, что отчасти объясняет немецкую бесцеремонность обращения со штатниками: в них в любом случае видели врагов, с которыми рано или поздно придется воевать.

Не говоря о том, что и подлодка на рапсовом масле, особенно созданная на основе гениального нобелевского прототипа, тоже могла бы все-таки подобраться к американским берегам и что-то такое учинить – дать Вильсону еще какой-нибудь предлог для вступления в войну.

Интересен также вот какой вопрос: если бы не нефть, на что была бы направлена неукротимая энергия молодого Черчилля? Чем бы он занимался, если бы перевести корабли британских ВМФ на углеводородное топливо было бы невозможно? Дирижаблями? Совершенствованием подлодок и паровых двигателей? Без применения, думаю, эта энергия в любом случае не осталась бы, как не изменилось бы и его убеждение в неизбежности войны с Германией и в необходимости серьезной подготовки к ней. И уж он бы внес в эту подготовку свой вклад. У некоторых на роду написано двигать историю – не нефтью, так чем-нибудь еще. Что под рукой окажется.

Так что, как мне кажется, и в безнефтяном мире окончательный итог Первой мировой войны был бы примерно таким же. Другое дело, что война могла бы затянуться, и немцы могли бы получить более почетные условия мира. А также, например, успеть спокойно покончить с большевиками, или еще какими-нибудь экстремистами, если бы они все-таки каким-то образом оказались в России у власти в безнефтяном мире.

Что означали бы чуть менее позорные условия мира и не такие ужасные, не столь невыносимые репарации для будущего Германии? Возможно, более плавную эволюцию государственного устройства, менее униженное и раздраженное общественное мнение. А если вы вдобавок не было бы пагубного большевистского примера (Гитлер признавал, что этот пример оказал на него огромное влияние) и фактической, прямой или косвенной сталинской поддержки – и шансы прихода нацистов к власти в Германии и развязывания ими Второй мировой войны в таком мире существенно сокращаются…

Не думаю, что могли бы тем не менее уцелеть Австро-Германская и Оттоманская империи, уж больно сильны были раздиравшие их изнутри противоречия. После поражения в войне они, скорее всего, рухнули бы под собственным весом. России пришлось бы отдать Польшу и, может быть, Финляндию и даже Балтию, но не факт, что остальная часть государства распалась бы – объективно экономическое устройство требовало долю централизации.

Но вот в чем я готов полностью согласиться с Марко Поло, так это в том, что без нефти колониальные владения Османов – ближневосточные страны – не представляли бы для великих держав особой ценности. Их шансы получить независимость возрастали, но впереди маячили не перспективы развращающих нефтяных богатств, а честная бедность. «В песчаных степях Аравийской земли три гордые пальмы высоко росли». Боюсь, что долгое еще время так и росли бы и чахли эти пальмы, и караваны ходили от оазиса к оазису и высыхала бы вода в бурдюках, когда дует самум – ветер-убийца… До поры до времени, конечно, а потом, возможно был бы шанс построить самим, без помощи бешеных нефтяных бабок, более здоровое и гармоничное общество.

Как выглядел бы сегодня мир без нефти? Без массового производства автомобилей, без теплоходов и самолетов люди бы передвигались гораздо меньше. Что, наверняка, уменьшило бы эффект взаимного «опыления», взаимопроникновения культур. На уровне материальном, конечно же, валовой продукт того мира был бы в разы меньше, чем в нашем. При этом человечество производило бы гораздо больше электричества, видимо, сильнее развилась ядерная энергетика, но на пути поиска оптимальной конструкции реактора могло произойти много катастрофических аварий… Но основой экономики оставался бы уголь, из которого гнали бы в том числе и синтетическое топливо. Настолько велик был бы его расход, что не исключено, что какой-нибудь тамошний Хабберт уже предрек бы пик и неизбежный конец и этого энергоносителя. Впрочем, и с ураном намечались бы проблемы…

Безусловно человечество добилось бы гораздо большего в производстве искусственных удобрений и пестицидов не нефтяного происхождения, но всё же маловероятно, чтобы уровень аграрной производительности мог бы сравняться или даже приблизиться к нашему. А следовательно нас на Земле было бы в несколько раз меньше.

Посмотрите, что случилось с Северной Кореей, как только она престала получать льготную, почти даровую нефть от Китая – начался массовый голод. Почему? А потому что без нефти поддерживать численность населения на прежнем уровне оказалось практически невозможно. Теперь вот олдувайцы всех пугают, что и всему человечеству уготована такая же судьба.

Разрыв между «Первым» миром и миром «Третьим» был более разителен, а мира «Второго», «победившего социализма», возможно, не было бы вообще, а мягкие марксистские эксперименты в Скандинавии и Италии закончились бы довольно быстро неким социал-демократическим компромиссом, не покушающимся на основы основ рыночной экономики. К началу Третьего тысячелетия меньше наверно было бы и элементов глобализации, больше протекционизма и национализма, больше локальных, мелких и коротких войн.

Можно предположить, что в том мире в целом было бы меньше богатых и больше бедных, менее разителен был бы разрыв в имущественном положении и социальное неравенство, но слабее был бы и средний класс. А, следовательно, и его моральные ценности не утвердились бы столь универсально.

А как бы сказалось отсутствие нефти на информации? Когда появились бы в том мире компьютеры, и Интернет, и мобильные средства связи и хранения информации? Может быть, их, в нашем нынешнем понимании, не было бы вообще? Ведь все эти вещи работают только в том случае, если становятся явлением массовым, а атрибуты – лэптопы, блекберри, ай-фоны и так далее производятся массово, серийно… Потянули ли бы без нефти?

Ну а в сфере культуры – как обстояло дело бы, появилась ли качественная аппаратура для стереофонического воспроизведения звука? А если нет или если бы она оставалась игрушкой богачей, то родились ли рок и поп-музыка? Цеппелины бы доминировали в том мире, но как насчет «Лед Зеппелин»? Или «Дип Пёпл»? А Алла Пугачева, в конце концов? А журнал «Афиша»? Или он был бы каким-то другим, совсем элитарным? Что было бы вообще с массовой культурой и была ли бы она вообще?

Но, честно говоря, всё это – лишь гадание на кофейной гуще. (Или лучше сказать: на нефтяных осадках?) Слишком много неизвестных, слишком много развилок появляется на каждом повороте гипотетической истории. Включаются в действие факторы, о которых в нашем мире невозможно догадаться. Вероятности надо возводить не то что в квадраты в кубы, но, в тысячные степени.

Уверен, что «у них», были бы свои герои и антигерои, свои рокфеллеры и гюльбенкяны, свои гитлеры и сталины. И свои Циолковские тоже, которые, возможно придумают нечто совершенно потрясающее, вместо реактивной ракеты, что-то, что может в какой-то мере даже и компенсировать отсутствие углеводородных энергоносителей. Такой вот вполне корнукопианский взгляд в духе Солоу.

Но может быть верен и противоположный, олдувайский взгляд: людей было бы меньше, жизнь была бы тяжелее и беднее, а значит, и вероятность гениальных изобретений ниже. Не до изобретений, когда живот сводит от голода. Или наоборот, именно на пустой желудок изобретается лучше? Госпожа Необходимость подталкивает под руку, подсказывает смелые решения? Скоро, возможно, мы приблизимся к ответу на эти вопросы, поставив массированный эксперимент на самих себе – существует ли он, гений человечества, не отсох ли за ненадобностью.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

public.wikireading.ru

Мир без нефти: как это будет

Как мы знаем, большинство наших граждан не могут представить себе жизнь без нефти. Те, кто могут, имеют тенденцию представлять будущее как идиллию с бесплатными и чистыми источниками возобновляемой энергии: солнечной, ветряной и гидроэнергии (основанной на гравитации). В их представлении, будущее замечательно: чистый воздух, отсутствие нефтяных пятен, дешёвая энергия и чистый транспорт, не загрязняющий воздух.

Возможно, нам удастся хотя бы частично осуществить эту мечту. Но переход к такому будущему таит в себе неприятные сюрпризы. Представление об энергетике будущего тесно связано с ожиданиями американцев, что будущее принесёт процветание и новые возможности. С энергетикой будущего связаны наши самые большие надежды и страхи.

Более чем 20 лет назад Катлер Кливленд, Чарли Холл, Роберт Констанза и Роберт Кауфман опубликовали классическую работу, в которой приводится интересная статистика. В 50-х годах прошлого века процесс добычи угля из шахт обеспечивал возврат/прирост затраченной на добычу энергии в пропорции 80:1, а к 70-м годам он упал до 30:1, но всё ещё оставался на приличном уровне. Нефть и газ в 40-х годах давали возврат энергии, затраченной на добычу, в пропорции более 100:1, а в 70-х годах — уже только 23:1. Возобновляемые же источники энергии, на которых, по представлению многих, будет основано наше будущее, дают гораздо более скромный прирост вложенной в них энергии: производство этанола из кукурузы даёт 1,3:1, солнечные панели дают 1,9:1, и, как было посчитано Ховардом Эдамом, примерно 2:1 даёт производство электроэнергии ветряками.

Таким образом, имеется резкий контраст между нынешними высокорентабельными источниками энергии, основанными на невозобновляемых ископаемых природных ресурсах и будущими низкорентабельными возобновляемыми источниками энергии. Это необходимо понимать и готовиться к такому будущему.

Различия в режимах и рентабельности процессов получения энергии приводят к различиям в организации и поведении людей. Например, в индийском штате Андрапрадеш фермеры переходят от натурального хозяйства к коммерческому производству хлопка. Этот процесс был изучен Радживом Агравалом из университета Северного Техаса. Применение пестицидов при коммерческом производстве хлопка заметно увеличивает урожайность, что привело к появлению рынка сбыта для торговцев пестицидами. Индийские фермеры бедны и необразованны, и им требуется техническая помощь от торговцев пестицидами. Воспользовавшись этим, торговцы стали продавать фермерам пестициды в долг по низким ценам, но под огромные проценты — аналогично бесплатной раздаче бритв с последующей реализацией лезвий к ним втридорога. Если фермер не может вернуть долг, то его "ставят на счётчик" и он оказывается в вечных должниках.

Здесь появляется закономерный вопрос: почему торговцы пестицидами так хищнически обращаются с фермерами? Почему торговцы не продают пестициды в долг под разумный процент, чтобы обеспечить финансовую стабильность фермеров и таким образом получать от них постоянный доход? Причина здесь в том, что фермеров очень много, и их можно легко соблазнить перейти к коммерческому выращиванию хлопка. Поэтому фермеры кажутся для торговцев пестицидами неистощимым ресурсом. Сколько бы хлопковых фермеров не разорилось, всегда найдётся достаточно желающих выращивать хлопок.

Поведение торговцев пестицидами типично для высокорентабельных систем. Эксплуатация ресурса, в данном случае, фермеров, даёт относительно высокий доход при относительно небольших усилиях, и сам этот ресурс столь велик, что кажется неисчерпаемым. Бережное отношение к этому ресурсу оказывается бессмысленным и контрпродуктивным, поэтому ресурс расточается. Таким образом, торговцы пестицидами относятся к фермерам точно так же, как мы относимся к нефти: использовать и выбросить.

В противоположность этому, ресурсы в низкорентабельных системах скудны и должны использоваться бережливо. Эффективность ресурсопользования в таких системах очень актуальна. Низкорентабельные системы часто удивительно сложно организованы из-за малой отдачи от каждого производственного блока. Чтобы совершить полезную работу, эти отдачи должны быть собраны воедино. Это обуславливает наличие огромного числа передаточных устройств и, как следствие, сложность организации системы.

Судьба наций и организация жизни людей в значительной степени определяется энергетической рентабельностью. Здесь я позволю себе краткий экскурс в историю развития и крушения Римской империи, которую я изучал подробно.

Рост Римской империи в последние века до нашей эры практически ничего не стоил для римлян. После начальных завоеваний, дальнейшие захваты территорий финансировались за счёт покорённых народов. Излишки, накопленные каждой захваченной провинцией, такие как драгоценные металлы, работы мастеров и нужные специалисты, экспроприировались в пользу Рима. Эти награбленные богатства использовались для дальнейших завоеваний, а также для того, чтобы освободить римлян от налогов. Это было весьма выгодным предприятием.

Но когда расширение империи остановилось, то римляне перестали получать накопленные другими народами излишки. В конце I века до н.э. Рим начал функционировать в низкорентабельном режиме. С этого момента, Римская империя финансировалась излишками крестьян, живущих натуральным хозяйством. Натуральное хозяйство, как известно, не даёт больших излишков на душу населения. Для обеспечения работы империи, эти небольшие излишки должны были изыматься и собираться воедино с использованием сложной системы налогов и управления.

Это понижение энергетической рентабельности империи означало, что с приходом кризисов у правительства не хватало финансов для преодоления этих кризисов. Поэтому Риму приходилось добавлять медь в выпускаемые им монеты, что вызывало инфляцию, и увеличивать налоги, что часто приводило к голоду в крестьянских семьях. Население Рима уменьшилось, и крестьяне вывели из оборота малорентабельные земли. В результате, доходы римской казны упали настолько, что избежать крушения Западной Римской империи не удалось, и началось "тёмное средневековье". Всё это было результатом перехода от высокой к низкой энергетической рентабельности общества.

Будущее с низкой энергетической рентабельностью, если оно нас действительно ожидает, приведёт к последствиям, едва ли предсказуемым сейчас, но, без сомнения, весьма значительным. Высококачественные высокорентабельные источники энергии, которыми мы пользуемся сейчас, и системы, основанные на них, имеют высокую плотность/концентрацию в пространстве. Низкорентабельные энергетические системы распылены/распределены в пространстве, так как в большинстве своём, они, в конечном счёте, собирают солнечную энергию. Низкорентабельное производство энергии будет использовать намного большую площадь земной поверхности. Как заметил Дэвид Пименталь, будущее, в котором вся энергия, потребляемая в настоящее время, производится за счёт возобновляемых источников, будет будущим, в котором мы выделим значительную часть земной поверхности на производство энергии. Это приведёт к последствиям, не учитываемым сторонниками "зелёного" энергетического будущего.

Среди возобновляемых источников энергии будущего, например, использование энергии волн и приливов может давать прирост вложенной энергии в пропорции до 15:1, что больше, чем у большинства других возобновляемых источников. Это приведёт к необходимости приспособить значительную часть берега моря для производства энергии, даже несмотря на сопротивление со стороны населения. Залив Фанди (в Канаде), например, благодаря своим высоким приливам, может быть полностью застроен электростанциями с целью использования приливной энергии.

С совершенствованием технологий использования низкорентабельных распылённых в пространстве источников энергии, у людей будет меньше необходимости концентрироваться в городах. У населения будет возможность расселиться по просторам страны в энергетически самодостаточных домах. Многим это может понравиться, но, в итоге, трудности городской жизни могут быть просто заменены на трудности жизни на селе. Все оставшиеся дикие ландшафты будут заполнены домами, затраты на транспорт значительно возрастут, а значительная часть существующей городской инфраструктуры окажется избыточной и разрушится.

Чтобы получить полезную работу, требуемую для поддержания индустриального общества, энергия, производимая распределёнными в пространстве источниками, будет собираться, точно так же, как римское правительство собирало маленькие излишки у крестьян. Будет построено много линий для передачи энергии, а также будут разработаны новые технологии для запасания энергии в больших объёмах. Это тоже будет иметь серьёзные последствия для окружающей среды и приведёт к конфликтам с природой.

Политика также не останется в стороне. Страны с большим населением, но недостаточной территорией, возможно, не смогут производить необходимое количество энергии из возобновляемых источников. Если такие страны не смогут импортировать энергию, то им, вероятно, придётся слиться с другими странами или образовать с ними региональные державы-конфедерации. Вероятно, станет принципиально невозможным сконцентрировать достаточно энергии, чтобы навязывать свою волю другим странам, и тогда ООН, а также концепция сверхдержавы, потеряют смысл.

Ясно одно — будущее с низкой энергетической рентабельностью будет совсем другим, сильно отличным от того, что мы имеем сегодня. Оно может быть не таким уж и плохим будущим, поскольку с исчезновением одних возможностей, появятся другие. Для многих людей переход к такому будущему покажется слишком болезненным, однако человечество уже успешно пережило много болезненных преобразований. Но, я боюсь, наш нынешний бездеятельный подход к политике и бездеятельный политический курс, приведут наше общество к катастрофе. Самой насущной задачей настоящего времени является смена этого курса и подготовка к нашему будущему настолько открыто, честно и разумно, насколько это возможно.

contr-tv.ru (рус.)

Д.Тэйнтер.

SUSTAINABLE ENERGY FORUM

Marvin Center

Washington, DC

USA

  Источник: http://www.warandpeace.ru/ru/commentaries/view/70546/

alternathistory.com

Мир без нефти - Новости

14 июня 2007 / http://www.inopressa.ru/independent/2007/06/14/12:36:54/oil

Ученые оспаривают данные всеобъемлющего отчета о мировых запасах этого топлива и прогнозируют, что резервы начнут иссякать уже через четыре года

Ученые подвергли критике всеобъемлющий отчет о сохраняющихся в мире резервных запасах нефти, предостерегая, что это сырье иссякнет быстрее, чем согласны признать власти государств и добывающие компании.

Согласно данным подготовленного компанией BP "Статистического отчета о мировой энергии", который был опубликован вчера, "доказанных" мировых запасов нефти будет достаточно для удовлетворения спроса в течение 40 лет при нынешнем уровне потребления. Эта оценка, основанная на официальной статистике, позволяет вновь отсрочить дату исчерпания запасов нефти в мире.

Однако ученые, прежде всего сотрудники лондонского Центра анализа проблемы иссякания нефти, утверждают, что в ближайшие четыре года добыча нефти в мире достигнет пикового уровня, а затем начнет все более резко снижаться, что будет иметь глубокие последствия для мировой экономики и нашего образа жизни.

Согласно теории "пика нефти", потребление этого энергоносителя нагонит, а затем опередит темпы открытия новых месторождений, тогда как уже известные месторождения начнут истощаться.

Глава Центра анализа Колин Кэмпбелл говорит: "Это довольно простая теория, понятная любому, кто пьет пиво. Вначале кружка полна, в итоге она пустеет, и чем быстрее пьешь, тем скорее кончается пиво".

Кэмпбелл ранее занимал должности старшего геолога и вице-президента в целом ряде крупнейших нефтяных компаний: BP, Shell, Fina, Exxon и ChevronTexaco. Он поясняет, что пик объемов добычи "нормальной" нефти – дешевой, легко добываемой – уже миновал: он пришелся на 2005 год. Если даже учесть запасы тяжелой нефти, добывать которую труднее, а также месторождения в открытом море, приполярных областях и извлечение жидкой фракции из природного газа, пик добычи наступит уже в 2011 году, говорит Кэмпбелл.

BP решительно отвергает этот сценарий. Старший экономист компании Питер Дэвис опровергает доводы сторонников "пика нефти": "Мы не считаем, что существует какой-то абсолютный предел, ограничивающий объем ресурсов. Когда пик будет достигнут, столь же вероятно, что его причиной станет достижение пика потребления, – возможно, не только из-за достижения пиковых объемов добычи, но и вследствие политики по сдерживанию глобального потепления".

В последние годы разрыв между спросом и предложением на нефтяном рынке, когда-то весьма значительный, сократился, а в прошлом году почти исчез. Потенциальные последствия дефицита будут колоссальными. Если потребление нефти лишь чуть-чуть начнет обгонять добычу, цена барреля нефти может преодолеть стодолларовую отметку, что повлечет за собой экономический кризис во всем мире.

Джереми Леггерт, как и Кэмпбелл, – профессиональный геолог, ныне борющийся за сохранение нефтяных запасов. Книга Леггерта "Наполовину иссякшие: нефть, газ, горячий воздух и глобальный энергетический кризис" познакомила с теорией "пика нефти" широкую читательскую аудиторию. Он сравнивает нежелание нефтепромышленности и официальных властей осознать тот факт, что вскоре нефть кончится, с отрицанием факта климатических изменений.

"По этому поводу мне вспоминается, что много лет никто не желал слушать ученых, предупреждавших о глобальном потеплении, – говорит Леггерт. – Наши прогнозы с большой точностью оправдались на практике. Тогда, как и сейчас, мы гадали, что же должно стрястись, чтобы люди наконец прислушались".

В 1999 году был достигнут пиковый показатель добычи на британских нефтяных месторождениях в Северном море, но, если верить Леггерту, еще два года после того, как это стало очевидным, официальные лица не осмеливались говорить об этом, чтобы не прослыть еретиками. "Невозможность удовлетворить спрос – это не вариант. Строго говоря, это измена", – говорит Леггерт.

Как бы то ни было, большинство нефтяных аналитиков сходится в одном: истощение нефтяных месторождений подчиняется предсказуемой закономерности – оно идет по так называемой "кривой нормального распределения". Это мнение не изменилось с 1956 года, когда геолог из Shell М. Кинг Хабберт составил математическую модель для прогнозирования будущей добычи нефти в США. Кривая Хабберта демонстрирует, что поначалу объемы добычи на любом нефтяном месторождении резко возрастают, затем остаются на некоем стабильном уровне и, наконец, бесповоротно падают. Предсказание Хабберта, гласившее, что добыча нефти в США достигнет абсолютного пика в 1969 году, высмеивалось теми, кто верил в возможность бесконечного роста добычи. На деле пик пришелся на 1970 год. С тех самых пор снижение добычи продолжается.

В 1970-е годы долгосрочным планированием в компании BP ведал Крис Скребовски. Сегодня он является редактором Petroleum Review. Скребовски – один из все более многочисленных работников нефтяной промышленности, которые переходят на позиции "теории пика нефти". "Поначалу я был настроен чрезвычайно скептически, – признает он теперь. – Но теперь я вам вот что скажу: в ближайшие два с половиной года будет освоено достаточно новых месторождений. Но после этого ситуация ухудшится".

Никто, в том числе BP, не оспаривает того факта, что объемы потребления увеличиваются. Быстрый экономический рост Китая и Индии наряду с зависимостью развитых стран от нефти означает, что надо откуда-то брать дополнительные, гораздо более крупные объемы нефти. Из отчета BP следует, что потребление нефти в мире за последние пять лет росло быстрее, чем во второй половине 1990-х. Сегодня мы потребляем в день в среднем 85 млн баррелей. Согласно самым консервативным оценкам Международного энергетического агентства, к 2030 году этот показатель вырастет до 113 млн баррелей.

Две трети мировых запасов нефти находятся на Ближнем Востоке. В условиях роста спроса нужно резко расширить поставки из этого региона.

"Статистический отчет" BP – самый широко используемый источник данных о мировых запасах нефти, но, как подчеркивает Кэмпбелл, он представляет собой всего лишь свод сильно политизированных данных, предоставленных властями государств и нефтяными компаниями.

Как поясняет Кэмпбелл: "Когда я сам руководил нефтяной компанией, то никогда не говорил правды. Это противоречило бы правилам игры".

Приглядевшись к четырем странам, которые, согласно их собственным сообщениям, обладают наиболее крупными запасами, – Саудовской Аравии, Ирану, Ираку и Кувейту, – нельзя не встревожиться. В прошлом году в Кувейте один журналист обнаружил документы, свидетельствующие, что истинные объемы запасов в нефти в стране вдвое меньше официальных цифр. Иран в этом году стал первой крупной нефтедобывающей страной, где было введено нормирование нефти – значит, власти осознают, как обстоит дело с запасами.

Садад аль-Хусейни знает о нефтяных запасах Саудовской Аравии, возможно, больше всех на свете. Два года назад он ушел в отставку с поста генерального директора нефтяной компании этого королевства. Его мнение о том, насколько может быть увеличена добыча нефти в Саудовской Аравии, не способствует эйфории. "Проблема в том, что с 79 млн баррелей в день в 2002 году мы перешли к 84,5 млн в 2004-м. Год от года подскакиваем на 2-3 млн баррелей в день, – сказал он в интервью New York Times. – Это все равно что открывать целую новую Саудовскую Аравию каждые два года. Так не может продолжаться бесконечно".

Значимость "черного золота"

- Снижение объемов добычи хотя бы на 10-15% может повлечь за собой крах экономики в нефтезависимых промышленно развитых странах. В 1970-х снижение всего на 5% привело к росту цен более чем на 400%.

- Большая часть сельскохозяйственной техники производится на заводах, где нефть является источником энергии, а также работает на дизельном топливе. Нефть служит исходным сырьем для изготовления почти всех пестицидов и многих видов удобрений.

- Большая часть видов пластмасс, из которых производятся всевозможные вещи и оборудование: от корпусов компьютеров и мобильных телефонов до труб, одежды и ковров – изготавливается из веществ на основе нефти.

- Промышленность потребляет огромные объемы ископаемого топлива. Чтобы сделать в США один автомобиль, требуется в среднем не меньше 20 баррелей нефти.

- Существуют технологии использования возобновляемых источников энергии, но для того, чтобы изготовить большую часть оборудования для них, опять же требуются большие объемы нефти.

- Металлургия – особенно производство алюминия, а также изготовление косметики, краски для волос, типографской краски и множества широко распространенных болеутоляющих средств... Для всего этого требуется нефть.

Альтернативные источники энергии

Каменный уголь

По официальным оценкам, доказанные мировые запасы каменного угля в мире составляют 909 млрд тонн, чего достаточно, как минимум, на 155 лет. Но уголь тоже ископаемое топливо и "грязный" источник энергии, так что его использование будет дополнительно способствовать глобальному потеплению.

Природный газ

Месторождений природного газа в Сибири, на Аляске и Ближнем Востоке должно хватить на более длительный срок – лет на 20 дольше, чем мировых запасов нефти. Природный газ "чище" нефти, но все равно это также ископаемое топливо, загрязняющее окружающую среду. Кроме того, его добыча и транспортировка обходится дорого, так как газ необходимо вначале подвергать сжижению.

Водородные генераторы

Водородные генераторы обеспечат нас перманентным, возобновляемым, безвредным для окружающей среды источником энергии. В них происходит химическая реакция между водородом и кислородом, в результате которой выделяется вода и тепло, а также производится электроэнергия. Однако загвоздка в том, что запасов водорода недостаточно, а немногочисленные методы производства водорода без вреда для экологии обходятся дорого.

Биологическое топливо

Популярной альтернативой нефти стал этиловый спирт, получаемый из пшеницы и маиса. Однако исследования свидетельствуют, что производство этилового спирта неблагоприятно сказывается на экологии и инвестициях в энергетику, так как для выращивания растений, которые служат сырьем, необходимы свободные земли.

Источники возобновляемой энергии

Нефтезависимые страны начинают использовать источники возобновляемой энергии типа гидроэлектростанций, солнечных и ветряных электростанций, представляющие собой альтернативу нефти, но трудно надеяться на то, что они обеспечат необходимые объемы энергии.

Атомная энергия

Опасения, что мировые запасы урана иссякнут, утихли благодаря усовершенствованию реакторов и возможности использования тория в качестве топлива. Но увеличение количества реакторов в мире – это возрастающая вероятность аварий и риска того, что опасные вещества попадут в руки террористов.

obzor.westsib.ru

Мир без нефти, – каким он будет?

В наши дни цена на нефть влияет на важные процессы, происходящие в мире. От нее зависит национальная стратегия многих государств, а также стоимость валют. Нефть является дешевым энергетическим ресурсом. Из нее получают бензин, керосин, удобрения, резину и пластик, и даже косметику – губную помаду и краску для волос.

Черное золото  сотворило цивилизацию, и оно же может сделаться ее убийцей. Наступает упадок нефтедобычи, связанный с обеднением запаса углеводородов. В связи с этим, инженер-энергетик Р. Дункан разработал любопытную гипотезу, которая получила название Олдувайская теория. Возможно, скоро мы все проверим ее на себе.

 

Олдувай – колыбель человечества

В северной части Танзании есть ущелье, которое хорошо известно среди археологов, оно носит название Олдувай. При длине порядка 40-ка километров, его площадь доходит до 250-ти км2. Олдувай известен своими находками, относящимися к доисторическому периоду. Здесь в середине 20-го века археологи обнаружили останки древнейшего человека, проживавшего на земле около 2-х миллионов лет назад. Внешне эти люди были похожи на обезьян, однако они уже были наделены разумом и пользовались каменными орудиями.

Средний рост древнего человека равнялся примерно полутора метрам. Передвигался он на двух ногах, и продолжительность его жизни доходила до 25-ти лет. Основными занятиями древнего человека являлись охота и поиски ягод да кореньев. Таким образом, прародители современной цивилизации просуществовали около пятьсот тысяч лет.

Из-за таких находок Олдувай стал зваться колыбелью человечества. Тщательное обследование здешних мест помогло установить, что первые люди изготавливали луки и копья, а не орудия труда. Между прочим, разработчики Олдувайской теории полагают, что именно такое существование предстоит всем нам в самом скором времени.

 

Вершина уже пройдена

Известный американский исследователь по имени Ричард Дункан посетил Олдувай в начале 21-го века – это путешествие стало отправной точкой в создании Олдувайской теории. Суть ее заключается в том, что именно жизнь древнего человека считается нормальной для всего человеческого вида. Природа породила человечество как раз для подобного существования, и когда-то люди возвратятся к такой жизни.

По расчетам Дункана история любой цивилизации может быть представлена в виде горы: путь на вершину, плато и спуск с горы. Он считает, что современное человечество уже достигло вершины, на которой сможет продержаться около ста лет.

Следовательно, в скором времени начнется падение цивилизации. Человечество скатится к уровню прошлого века, затем позапрошлого и, в конечном счете, окажется на уровне первобытного человека.

 

Обратно в пещеру

Чем можно объяснить такой необычный прогноз Дункана? Согласно теории эксперта, мы достигли нынешнего уровня развития, лишь благодаря колоссальным энергетическим запасам, которые природа предоставила в наше распоряжение в виде газа и нефти. Но природные закрома скудеют, и пополнять их нечем.

Основой доктрины американского аналитика являются экономические и аналитические расчеты. В его теории выделены три фазы человеческого развития. Первая – доиндустриальная, которая поделана на периоды А и Б. Около 3 000 000 лет назад начался период А. Его конец приходится на 1769-ый год, когда был построен паровой двигатель. В этот промежуток времени человечество пользовалось возобновляемой солнечной энергией, а также энергией воды и ветра.

Затем до наступления двадцатых годов 20-го века продолжался период Б. Это было время простого но добротного инструмента и машин, а, кроме того, использования невосстанавливаемых энергетических ресурсов, в частности нефти.

Один из главных показателей вершины человеческого развития – это 30-процентное энергетическое потребление от максимума. В 1930-ом году удалось достичь этого показателя, что положило начало второй фазе развития. Предположительно она продлится около ста лет, пока уровень потребления газа и нефти не дойдет до 37%. Затем начнется резкий экономический спад.

Третья фаза человеческого развития, известная как постиндустриальная, начнется с 2030 года. Количество потребляемой энергии будет постоянно снижаться, и цивилизация начнет движение назад. Высокое развитие будет непродолжительным, и человек вернется «к своим истокам».

 

Что делать для выживания

Невзирая на свою экстравагантность, Олдувайская теория имеет множество сторонников. Действительно, нефтяные запасы катастрофически тают, а альтернативы им нет. Скоро перед нами встанут два пути – или мы находим замену нефти (например, задействуем атомную энергию) или медленно деградируем в техническом отношении.

В настоящее время на атомную энергию приходится 15% от общего энергопотребления. В ближайшей перспективе эта цифра не изменится из-за высокой стоимости строительства АЭС и опасностей, связанной с их эксплуатацией.

Так что многим прагматикам Олдувайская теория уже не кажется надуманной. Есть мнение, что через полтора десятилетия нефти уже не будет. Между тем, альтернативных энергетических источников для поддержания существующего уровня развития пока что нет.

Мэтью Стейн в своей книге «Конец технологий…», которая моментально стала бестселлером в 2000-ом году, заявляет, что опасность уже близко, а также  дает советы для выживания в первобытном обществе: чем заменить медикаменты, какие растения годятся для употребления в пищу, как найти воду для питья. Раздел о самовнушении в книге выделен особо. Человеку придется закалять свой дух на фоне прежних радужных воспоминаний.

 

Что думают противники теории

Вполне естественно, что любая гипотеза имеет своих оппонентов. Между прочим, ее автор тоже допускает иное развитие событий (среди прочих сценариев он особенно выделяет глобальную ядерную катастрофу).

Нобелевский лауреат Р. Солоу заявляет, что в последнее десятилетие экономика США растет за счет инноваций в сфере техники и гаджетов, а не за счет дешевых энергоносителей. Преподающий в Гарвардском университете профессор К. Рогофф утверждает, что нефтяные цены оказывают стимулирующее воздействие на новые технологии. Когда запасы нефти сократятся, ее цена возрастет, и альтернативное топливо перестанет казаться невыгодным.

И почему человечество непременно должно вернуться в пещеры, а не «сползти» до уровня 16-го или 17-го века, где люди прекрасно обходились без газа и нефти? Стремительный регресс по Дункану тоже весьма сомнителен. Он предполагает, что за два поколения мы переберемся в пещеры. Но разве мы так долго и упорно совершенствовали технологии лишь для того, чтобы потом кубарем скатиться с пика своего развития?

 

Чего все-таки нужно опасаться

Аналитик Р. Дункан уверен – падение цивилизации будет стремительным. Когда угроза исчезновения энергоресурсов станет очевидна, за обладание ими начнется страшная война. По его расчетам к концу 21-го века население Земли сократиться в несколько раз, и будет постоянно уменьшаться. Значительная часть человечества может погибнуть от войны, голода и различных эпидемий, а все оставшиеся продолжат вымирать и постепенно деградировать.

График Хабберта, отображающий объем добываемой нефти в предыдущий и будущий периоды времени, имеет вид кривой линии колоколообразной формы. График человеческого развития Р. Дункана выглядит точно также. Сейчас мы стоим на вершине этого «колокола». Что человечеству нужно сделать, чтобы он не стал звонить по нашей гибели?       

valtasar.ru