Arctic Oil. Нефть в арктических шельфах


Путь к арктическому шельфу

Месторождение в Карском море может вывести Россию в мировые лидеры по запасам нефти. На прошлой неделе стало известно, что разговоры о сказочных богатствах российского арктического шельфа получили реальное подтверждение. «Роснефть» открыла новое месторождение сверхлегкой нефти в Карском море, ресурсы первой ловушки (часть горной породы, в которой аккумулирована нефть) составляют свыше 100 миллионов тонн. По сообщению корреспондента ИТАР-ТАСС с самой северной в мире арктической скважины «Роснефть» успешно завершила бурение вертикальной скважины глубиной 2113 метров «Университетская-1». В результате, на дне Карского моря на глубине 81 метр обнаружена сверхлегкая нефть, сопоставимая по качествам с маркой Siberian Light. Нефть именно этой марки широко востребована в мире. Новое месторождение в Карском море названо «Победа».

По словам главы «Роснефти» Игоря Сечина, запасы нефти в Карском море могут оказаться больше, чем в Мексиканском заливе, на бразильском шельфе и сравнимы с нефтяными богатствами Саудовской Аравии. Континентальный шельф России, по оценкам экспертов, крупнейший в мире источник неразведанных ресурсов углеводородов, перспективные ресурсы которого в 13 раз превышают запасы Северного моря и Мексиканского залива вместе взятых.

Однако уже в понедельник, 29 сентября, стало известно, что победу праздновать пока рано. Американская компания ExxonMobil, которая, собственно, и вела геологоразведочные работы по договору с «Роснефтью», и технологии которой должны были быть использованы при нефтедобыче, уже в октябре «выходит из игры». Компания подтвердила требование властей США прекратить работу на территории России. «От нас потребовали свернуть всю деятельность, затронутую санкциями, кроме проекта в Карском море, к 26 сентября», — заявили в пресс-службе компании.

Не секрет, что произошло это в рамках войны санкций, которую США объявили России.

Насколько оправданны сверхоптимистичные прогнозы о запасах арктической нефти? И сумеет ли Россия, не обладающая собственными технологиями по глубоководной добыче, ими воспользоваться?

- Радует, что у нас, наконец, впервые со времён СССР нашли крупное месторождение нефти, - говорит депутат Госдумы Вячеслав Тетёкин. – До сих пор мы жили за счёт запасов углеводородов, открытых и освоенных в советские времена. Мало того, долгие годы геологоразведка вообще была свёрнута. В то время как не только на арктическом шельфе, но и в Западной Сибири ещё можно найти новые крупные месторождения.

Пока я бы не стал торопиться с окончательными оценками запасов нефти. Да, были предварительные геофизические исследования, которые показали наличие энергоресурсов. И первая же пробуренная скважина подтвердила эти исследования. С другой стороны, я помню, что несколько лет назад были восторженные разговоры о том, что в Каспийском море имеются запасы углеводородов едва ли не большие, чем в Персидском заливе. Под это дело все страны региона «толкались локтями», пытались поделить Каспий. Однако пробурили несколько скважин, и выяснилось, что запасы нефти там куда более скромные, чем ожидались.

— Как повлияет открытие месторождения в Карском море на наши геополитические позиции в Арктике? - Что касается укрепления наших позиций, можно порадоваться, что Арктике стали уделять повышенный интерес. Ведь ещё не так давно российская власть настолько была безразлична к этим огромным территориям, что в мире пошли разговоры об интернационализации Северного морского пути. Сейчас некоторое движение российской власти в защиту наших национальных интересов всё-таки имеет место. Восстанавливается сеть военных аэродромов на побережье Ледовитого океана, создаются опорные военные пункты.

Приходится только с сожалением констатировать, что делается это после того, как стало ясно, что арктический шельф богат углеводородами. До этого, вроде как, и защищать наши интересы в Арктике, не было нужды. Между тем, уважающие себя страны стремятся защищать свои интересы на любой территории, независимо от того, насколько они богаты месторождениями. У нас же, если бы нефть не нашли, вполне могло бы дойти до того, что мы согласились бы оставить за собой только десятимильную зону вдоль арктического побережья.

- Я бы пока не делал слишком радужных прогнозов, - говорит директор Института национальной энергетики Сергей Правосудов. – Пока объёмы месторождения «Победа» оцениваются в 100 миллионов тонн, но мы имеем результаты лишь по одному бурению. В итоге может оказаться и в 5, и в 30 раз больше.

В любом случае, у России увеличиваются шансы стать одним из лидеров по добыче нефти. До сих пор мы были шестыми в списке по общим запасам. Теперь же можем занять место в первой тройке. В обозримом будущем стоит ждать, что геополитическая весомость России значительно возрастёт. Много зарубежных компаний, в том числе западных, будут заинтересованы в сотрудничестве с нами.

— Но пока, как мы видим на примере ExxonMobil, у западных компаний связаны руки… - Да, уже с октября ExxonMobil не сможет участвовать в разработке найденного с её же помощью месторождения. Изначально, по условиям контракта, эта компания несла все риски. Она вкладывалась в поиск нефти. И, в случае успеха, ей компенсировались все расходы, плюс к этому она получала доход от экспорта нефти. Теперь же получается, что компании просто компенсируют её расходы, но уже никаких прибылей она получать не будет. «Багаж месторождений», где работает ExxonMobil, невелик. Она была крайне заинтересована в освоении российского арктического шельфа. Поэтому, я не исключаю, что она попытается обойти этот закон или как-то смягчить запреты американского правительства.

— А если это не удастся? - Тогда мы можем обратиться к другим странам. В первую очередь, - к китайцам. У них сейчас активно развиваются компании, работающие на шельфе. Собственной нефти у Поднебесной при всех прикладываемых усилиях по поиску новых месторождений, всё меньше. Они работают в основном в Африке. И, конечно, с удовольствием согласятся войти в долю, чтобы поучаствовать в разработке месторождений на арктическом шельфе. Так же можно рассчитывать на участие бразильских компаний, имеющих опыт глубоководной нефтедобычи. Возможно, мы получим не столь современные и безопасные, чуть более затратные месторождения. Возможно и то, что несколько отодвинутся и сроки, когда начнётся освоение. Обычно от открытия месторождения до начала промышленной добычи проходит около 7 лет. Здесь сроки сместятся на 2-3 года. Но принципиально вряд ли что-то изменится.

— Можно ли ждать, что территории вдоль Северного морского пути в связи с открытием новых месторождений станут такими же процветающими, как сейчас регионы Западной Сибири? - Я думаю, что к практике советского времени, когда строились большие города за Полярным Кругом, возвращения не будут. Очень затратно в таких суровых климатических условиях содержать инфраструктуру больших населённых пунктов. Дороже всего обходится отопление социальных объектов: школ, детских садов, больниц. Но, конечно, будут возникать всё новые «вахтовые посёлки». Рабочих начнут завозить на месяц-два, а потом увозить на большую землю. При этом вместе с ними будет завозиться и весь необходимый обслуживающий персонал: врачи, повара и т.д. Неизбежно будет развиваться и инфраструктура: дороги, аэродромы, судоремонтные предприятия.

— А будут ли улучшаться условия жизни в уже построенных арктических городах и посёлках, в таких, как как Дудинка, Мурманск, Тикси и т.д.? - Да, безусловно, если развитие нефтедобычи в Арктике будет возрастать, то увеличится и роль Северного морского пути. Нам необходимы будут более современные и развитые морские порты вдоль этой трассы.

- Пока можно точно сказать: то, что нашли нефть в Арктике – уже большое достижение, - считает руководитель аналитического управления фонда «Национальная энергетическая безопасность» Александр Пасечник. – По приблизительным оценкам четверть мировых запасов углеводородов находится на морском шельфе. При этом большая часть из них – на Арктическом. Ясно, что нефтедобыча с морского дна неизбежно будет увеличиваться. А вместе с ней увеличиваться и роль России.

Что касается, санкций, можно сказать, что это вещь не стратегическая, а тактическая. Санкции рано или поздно уйдут, а месторождение никуда не денется. Взамен западных компаний с нами готовы работать компании многих других стран от Китая до Бразилии и Индии.

— Мы обладаем уникальными разработками в космической сфере, в области производства вооружений. Почему бы нам самим не развивать технологии глубоководной нефтедобычи? - Если представить, что США каким-то фантастическим образом удастся отвадить от нас все страны, которые подобными технологиями обладают, то нам ничего не останется, как самим разрабатывать эти технологии. Но это, опять-таки приведёт к потере времени и прибылей, к дополнительным финансовым затратам. Поэтому пока выбранная стратегия на сотрудничество с теми компаниями, которыми этими технологиями уже обладают, представляется мне верной.

interpolit.ru

Arctic Oil — Википедия

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Для этого термина существует аббревиатура «ARCO», которая имеет и другие значения: см. Arco (значения).

Arctic Oil (ARCO) — сорт российской нефти, добываемый на Приразломном месторождении (Арктика, шельф Печорского моря), которое является первым в России проектом по добыче углеводородных ресурсов шельфа Арктики. Первая партия нефти названного сорта была отгружена 18 апреля 2014 года.[1]

Название сорта складывается из начальных букв английских слов Arctic — Арктика и Oil — нефть. Новый сорт нефти впервые поступил на мировой рынок в апреле 2014 года[2].

Относительно тяжёлая по сравнению с обычной российской экспортной нефтью и другими сортами европейского региона, нефть ARCO хорошо подходит для глубокой переработки на сложных НПЗ северо-западной Европы. Нефть ARCO отличается высокой плотностью (порядка 906 кг на кубический метр) и повышенным содержанием серы, а также низким содержанием парафина. Содержание серы в нефти ARCO составляет 2,3 %, плотность в градусах API — 24. Для сравнения: нефть марки Brent имеет плотность 38 градусов API и содержит 0,4 % серы; содержание серы в нефти сорта Urals составляет 1,5 %, плотность в градусах API — 31.

Тяжелая сернистая нефть, схожая по свойствам с ARCO, наиболее распространена на Ближнем Востоке — в Египте (Belayim, Gharib Blend, Ras Budran), Иране (BSMR Blend, Aboozar), Кувейте (Ratawi), Саудовской Аравии (Arabian Heavy) и Сирии (Souedie). В Северной Америке наиболее схожими сортами являются Maya в Мексике и Cold Lake в Канаде. В Западной Африке добываются похожие по свойствам сорта — Seme Medium в Бенине и Emeraude в Конго.

Круглогодичный вывоз продукции с месторождения обеспечивают нефтеналивные танкеры усиленного ледового класса «Михаил Ульянов» и «Кирилл Лавров». Оба судна специально созданы для транспортировки нефти с «Приразломной» и поставки на рынки сбыта.

«Приразломное» — единственное на сегодняшний день месторождение на арктическом шельфе России, разработка которого уже начата. Оно расположено в Печорском море в 60 км от берега. Извлекаемые запасы нефти превышают 70 млн тонн нефти. Это первый в мире проект по

ru.wikipedia.org

Арктический шельф России. Перспективы и проблемы освоения арктических месторождений. Месторождения Приразломное и Штокмановское.

ТОП 10:

Арктический шельф может содержать до 80% потенциальных запасов России. Однако на сегодняшний день Россия не обладает необходимыми технологиями, инфраструктурой, ледовой техникой, а также необходимыми средствами для освоения новых шельфовых месторождений Арктики.

Добыча нефти на арктическом шельфе неизбежно сталкивается с большими сложностями, обусловленными климатическими условиями и глубинами. Согласно оценке в восточно-арктических морях – доступны не более половины запасов извлекаемых ресурсов нефти, впрочем в западно-арктических морях этот показатель составляет около 80%.

В мировой практике нефтегазовые ресурсы континентального шельфа уже давно стали основным источникам прироста добычи нефти и газа. В настоящее время доля углеводородов, добываемых на континентальном шельфе, составляет более четверти мирового объема добычи и она продолжает возрастать. Россия обладает самым крупным в мире континентальным шельфом, нефтегазовый потенциал которого составляет почти треть суммарных ресурсов недр шельфа Мирового океана. Более 85 % общих ресурсов нефти и газа российского шельфа сосредоточено в арктических морях, что предопределяет актуальность и важность научно-технического прогресса в этой области для развития нефтяной и газовой промышленности России в целом. В результате выполненного за последние 20 лет комплекса работ по поиску и разведке морских нефтегазовых месторождений на шельфах Баренцева, Печорского, Карского и Охотского морей были открыты и подготовлены к промышленному освоению крупные нефтегазоносные провинции, в пределах которых выявлены и подготовлены к промышленному освоению ряд нефтяных и газовых месторождений: Приразломное, Штокмановское, Лудловское, Ленинградское, Русановское, а также Чайво-море, Пильтун-Астохское, Лунское и др. Надежность прогнозируемых геологических запасов подтверждена не только систематически проводимыми поисково-исследовательскими работами, но и тем, что в пределах многих районов шельфа прослеживаются продолжения нефтегазоносных провинций, областей и комплексов прибрежной суши. Первоочередными объектами освоения на ближайшие годы могут быть Штокмановское газоконденсатное месторождение (ГКМ) в Баренцевом море, Приразломное нефтяное месторождение (НМ) и перспективные структуры Печороморского шельфа, газовые месторождения Обской и Тазовской губ и Карского моря. Иностранными компаниями на условиях Закона о СРП осваивается ряд месторождений Охотоморского шельфа (Пильтун-Астохское, Лунское, Чайво-море, Одоптуморе, Аркутун-Дагинское и др.). Работы по освоению наиболее перспективного арктического шельфа России ведутся недостаточно быстрыми темпами. Наиболее активно работы идут в западной части Арктики, на шельфе Баренцева и Печорского морей. Здесь основными объектами работ являются Штокмановское ГКМ и Приразломное НМ, по которым ОАО "Газпром" и ЗАО "Росшельф" с 1993 г. ведут исследовательские и проектные работы. На Севмашпредприятии ( в Северодвинске) начато строительство платформы для месторождения Приразломное. ОАО "Газпром" начаты работы по поисково-разведочному бурению на перспективных структурах Обской и Тазовской губ. В 2000 г. в Обской губе на структурах Северо-Каменномысская и Каменномысская в сеноманских отложениях были открыты крупные залежи газа. Эти объекты подготовлены к глубокому бурению по неокомаптским и нижне-среднеюрским отложениям. Подготовлена к бурению Обская структура. В пределах Тазовской губы к числу подготовленных к бурению отнесены Чугорьяхинская и акваториальная часть Адерпаютинской структуры. По программе ГРР в текущем году планируется бурение трех разведочных скважин на указанных структурах. На остальной части арктического шельфа, кроме научных исследований, никакие работы по подготовке месторождений к освоению не проводятся, в то время как потребность в топливно-энергетических ресурсах крупных промышленных предприятий, работающих на побережье Арктики, огромна.

Поскольку проекты освоения нефтегазовых ресурсов арктического шельфа требуют привлечения значительных финансовых ресурсов, должны быть созданы условия для повышения инвестиционной привлекательности указанных проектов и широкого применения Закона о СРП. Международное участие позволяет привлечь новейший научно-производственный потенциал и значительные инвестиции. Именно этим путем осуществляются разработки проектов "Сахалин-1", "Сахалин-2", "Сахалин-3" и др.

Обустройство и эксплуатация открытых месторождений в условиях арктических морей требуют разработки специальных технологий, конструкций, необходимых технических средств и сооружений, а также технологических схем добычи, подготовки, сбора, хранения и транспорта добываемой углеводородной продукции. Все эти задачи имеют различные решения в зависимости от горно-геологических, гидрометеорологических, инженерно-геологических и экологических условий а также от наличия береговой производственно-промышленной инфраструктуры. Основными объектами обустройства морских месторождений являются морские нефтегазопромысловые сооружения (грунтовые острова, плавучие и стационарные платформы, подводные добычные комплексы), с помощью которых выполняются все технологические операции. Объем капитальных вложений в освоение месторождений в немалой степени зависит от стоимости этих объектов. Поэтому сокращение количества и снижение их массогабаритных характеристик, например, путем внедрения технологий строительства наклонно направленных и горизонтальных скважин с большими горизонтальными отходами, создания техники и технологии проводки таких скважин, включая системы контроля и управления процессом бурения по забойным параметрам (MWD), а также высокопроизводительное внутрискважинное оборудование для добычи, позволит снизить стоимость морских нефтегазовых проектов. Проблема создания надежно действующей, экологически безопасной и экономически эффективной системы транспорта нефти, газа и конденсата является важнейшим условием успешного освоения нефтегазовых месторождений арктического шельфа. Создание единой транспортной системы для условий Крайнего Севера и Заполярья является достаточно сложной технической задачей, связанной со строительством подводных и наземных трубопроводов значительной протяженности, перегрузочных терминалов, нефте- и газохранилищ, швартовных устройств, морских транспортных судов и других технических средств. Исследования возможностей танкерного транспорта жидких углеводородов с акваторий арктических морей, включая динамические задачи взаимодействия танкеров с ледовыми образованиями, отгрузочными терминалами и ледостойкими стационарными платформами, показывают техническую реализуемость и экологическую безопасность вывоза нефти современными танкерами ледового класса. Расчеты показывают, что эффективность морских перевозок будет возрастать по мере освоения месторождений арктического шельфа. Транспорт газообразных углеводородов в одно- или двухфазном (газ + конденсат) состоянии будет осуществляться по морским трубопроводам на берег и далее по сухопутным трубопроводам -в систему магистральных газопроводов ЕСГ России. Одним из наиболее перспективных направлений развития морской нефтегазодобычи арктического шельфа является создание весьма сложных и дорогостоящих подводных - подледных нефтегазопромыслов, функционирующих, как правило, в автоматическом режиме. Эта проблема особенно актуальна для месторождений континентального шельфа Карского, Берингова, Восточно-Сибирского морей, моря Лаптевых, расположенных в Западной и Восточной Сибири, где природно-климатические условия отличаются особой суровостью.

Нефтяное месторождение Приразломное, открыто в 1989 году на шельфе Баренцева моря и введено в эксплуатацию - в декабре 2013 года.

Приразломное стало первым месторождением разрабатываемым на российском арктическом шельфе. На стационарной платформе, которая установлена в море на глубине около 20 метров, планируется добывать 6,6 млн. тонн нефти в год.

Морская транспортно-технологическая система вывоза нефти с морских месторождений (на примере месторождения Приразломное).

Приразломное нефтяное месторождение – первый отечественный проект по освоению ресурсов Арктического шельфа.

Особенности освоения

1. Высокие ледовые нагрузки на объекты добычи в Печорском море

2. Неразвитая промышленная инфраструктура в регионе

3. Отсутствие аналогов в мировой практике

4. Транспортировка нефти в сложных природно-климатических условиях

Для обеспечения круглогодичной эксплуатации платформы и транспорта нефти в условиях повышенных ледовых нагрузок и небольших глубин впервые в мировой практике были созданы специализированные челночные танкеры ледового класса дедвейтом 70 тыс. тонн.



infopedia.su

Целесообразность добычи нефти на арктическом шельфе » EcoWars.TV

Так считает всё больше нефтяников в мире. С этим согласен и бывший российский премьер Евгений Примаков. Выступая 13 января на заседании «Меркурий-клуба», бывший премьер-министр РФ Евгений Примаков выразил свои сомнения в целесообразности добычи нефти на арктическом шельфе, так как она требует слишком больших вложений и не даст ожидаемого дохода. «На большинстве месторождений приемлемую доходность уже обеспечивает цена 60 долларов. ЛУКОЙЛ заявил, что на месторождениях Западной Сибири добыча рентабельна даже при 25 долларах. Однако для трудноизвлекаемой нефти ситуация сложнее. На арктическом шельфе рентабельность добычи обеспечивается только при цене 100-120 долларов за баррель. Стоит ли нам в таких условиях форсировать добычу нефти на шельфе Ледового океана? — цитирует слова Примакова «Российская газета». — Почему, при всей важности этого региона для России, не сделать паузу в освоении арктических нефтегазовых месторождений? Такую паузу уже сделали некоторые наши конкуренты: США пробурили последнюю скважину на арктическом шельфе в 2003 году, Канада — в 2005 году». Предложение Примакова звучит достаточно неожиданно, учитывая многократные заявления руководителей «Роснефти» и «Газпрома» о необходимости и целесообразности добычи нефти на арктическом шельфе, несмотря на тяжёлые условия. Однако слова бывшего премьер-министра явно подтверждаются растущей тенденцией, когда международные нефтяные компании одна за другой отказываются от очень рискованного и дорогого освоения ресурсов в арктическом регионе. Например, датская газета «Политикен» сообщает, что три крупнейшие нефтяные компании отказываются от полученных раньше лицензий на разработку нефтяных месторождений в западной части Гренландии. Все три компании – норвежская государственная Statoil, датская государственная DONG и французская GDF Suez – приняли такое решение, несмотря на предложение со стороны гренландских властей продлить срок действия обязательств на два года. Тем самым компании отказались от перспективы сохранить свои лицензии без дополнительных обязательств и затрат. Когда в январе 2012 Statoil получал три последние лицензии на участки у западного побережья Гренландии, цена нефти была $100 за баррель, что делало перспективу добычи нефти в покрытых льдами водах весьма радужной. Сегодня, когда цена упала более, чем вдвое, Statoil, компания, которая активнее всего осваивала Арктику в 2014 г., отказывается от всех трёх участков, не пробурив там ни одной скважины, отмечает агентство «Блумберг», ссылаясь на представителя компании Кнута Ростада. «При цене в $50 это не имеет никакого смысла, – цитирует агентство старшего научного сотрудника Оксфордского института энергетических исследований Джеймса Хендерсона. – Процесс освоения Арктики серьёзно затормозился до конца этого десятилетия». Неделю назад свою работу в западной Гренландии прервала компания Maersk Oil, а шотландская Cairn Energy, проведя последнее разведочное бурение у берегов Гренландии в 2011 г. и за год потратив на разведку миллиард долларов, закрыла свой офис в регионе и объявила, что прекращает работу в отдалённых районах, включая Гренландию. Та же тенденция наблюдается и в канадском секторе Арктики: американская компания Chevron в декабре решила приостановить проект из-за «неопределённости экономической ситуации в отрасли». «Отказ компаний от добычи нефти в Гренландии - ещё один гвоздь в крышку гроба нефтяной лихорадки в Гренландии. Это лишний раз доказывает, что нефтяное освоение дорого и опасно не только для хрупкой северной природы, но и для любой серьёзной компании, заботящейся о своей репутации, – говорит эксперт скандинавского отделения Гринпис Йон Бургвальд. – У гренландского правительства есть шанс раз и навсегда сменить приоритеты, прекратить нефтяное освоение и сосредоточить внимание на устойчивом развитии, основанном на альтернативных источниках энергии». О необходимости переориентации энергетики на другие источники 14 января снова заявил и российский премьер Дмитрий Медведев, который ещё в декабре прошлого года отмечал, что России «с этой нефтяной иглы нужно слезать». «Старая энергосырьевая модель исчерпана. Это понимают все. Она не может дать ни устойчивого роста, ни стимулов для инвестиций в реальное производство,– цитирует председателя правительства РИА «Новости». – В предыдущие годы мы жили и развивались при высоких ценах на энергию и сырьё. Наши компании и банки имели свободный доступ к длинным и относительно дешёвым деньгам на зарубежных рынках. Теперь условия кардинально изменились». «Добыча нефти на арктическом шельфе и в российской Арктике, и в Гренландии, и на Аляске – это явная авантюра, — комментирует руководитель энергетической программы Гринпис России Владимир Чупров. — Об этом Гринпис говорит всё время, и регулярно проводит акции против бурения в Арктике, кто бы его ни вёл: Cairn Energy, Shell, «Газпром» или Statoil. Очень жаль, что компании и чиновники приходят к этой очевидной мысли, только когда случается что-нибудь серьёзное: кризис, авария, санкции».

Выступая 13 января на заседании «Меркурий-клуба», бывший премьер-министр РФ Евгений Примаков выразил свои сомнения в целесообразности добычи нефти на арктическом шельфе, так как она требует слишком больших вложений и не даст ожидаемого дохода.

«На большинстве месторождений приемлемую доходность уже обеспечивает цена 60 долларов. ЛУКОЙЛ заявил, что на месторождениях Западной Сибири добыча рентабельна даже при 25 долларах. Однако для трудноизвлекаемой нефти ситуация сложнее. На арктическом шельфе рентабельность добычи обеспечивается только при цене 100-120 долларов за баррель. Стоит ли нам в таких условиях форсировать добычу нефти на шельфе Ледового океана? — цитирует слова Примакова «Российская газета». — Почему, при всей важности этого региона для России, не сделать паузу в освоении арктических нефтегазовых месторождений? Такую паузу уже сделали некоторые наши конкуренты: США пробурили последнюю скважину на арктическом шельфе в 2003 году, Канада — в 2005 году».

Предложение Примакова звучит достаточно неожиданно, учитывая многократные заявления руководителей «Роснефти» и «Газпрома» о необходимости и целесообразности добычи нефти на арктическом шельфе, несмотря на тяжёлые условия. Однако слова бывшего премьер-министра явно подтверждаются растущей тенденцией, когда международные нефтяные компании одна за другой отказываются от очень рискованного и дорогого освоения ресурсов в арктическом регионе.

Например, датская газета «Политикен» сообщает, что три крупнейшие нефтяные компании отказываются от полученных раньше лицензий на разработку нефтяных месторождений в западной части Гренландии.

Все три компании – норвежская государственная Statoil, датская государственная DONG и французская GDF Suez – приняли такое решение, несмотря на предложение со стороны гренландских властей продлить срок действия обязательств на два года. Тем самым компании отказались от перспективы сохранить свои лицензии без дополнительных обязательств и затрат.

Когда в январе 2012 Statoil получал три последние лицензии на участки у западного побережья Гренландии, цена нефти была $100 за баррель, что делало перспективу добычи нефти в покрытых льдами водах весьма радужной. Сегодня, когда цена упала более, чем вдвое, Statoil, компания, которая активнее всего осваивала Арктику в 2014 г., отказывается от всех трёх участков, не пробурив там ни одной скважины, отмечает агентство «Блумберг», ссылаясь на представителя компании Кнута Ростада. «При цене в $50 это не имеет никакого смысла, – цитирует агентство старшего научного сотрудника Оксфордского института энергетических исследований Джеймса Хендерсона. – Процесс освоения Арктики серьёзно затормозился до конца этого десятилетия».

Неделю назад свою работу в западной Гренландии прервала компания Maersk Oil, а шотландская Cairn Energy, проведя последнее разведочное бурение у берегов Гренландии в 2011 г. и за год потратив на разведку миллиард долларов, закрыла свой офис в регионе и объявила, что прекращает работу в отдалённых районах, включая Гренландию. Та же тенденция наблюдается и в канадском секторе Арктики: американская компания Chevron в декабре решила приостановить проект из-за «неопределённости экономической ситуации в отрасли».

«Отказ компаний от добычи нефти в Гренландии - ещё один гвоздь в крышку гроба нефтяной лихорадки в Гренландии. Это лишний раз доказывает, что нефтяное освоение дорого и опасно не только для хрупкой северной природы, но и для любой серьёзной компании, заботящейся о своей репутации, – говорит эксперт скандинавского отделения Гринпис Йон Бургвальд. – У гренландского правительства есть шанс раз и навсегда сменить приоритеты, прекратить нефтяное освоение и сосредоточить внимание на устойчивом развитии, основанном на альтернативных источниках энергии».

О необходимости переориентации энергетики на другие источники 14 января снова заявил и российский премьер Дмитрий Медведев, который ещё в декабре прошлого года отмечал, что России «с этой нефтяной иглы нужно слезать». «Старая энергосырьевая модель исчерпана. Это понимают все. Она не может дать ни устойчивого роста, ни стимулов для инвестиций в реальное производство,– цитирует председателя правительства РИА «Новости». – В предыдущие годы мы жили и развивались при высоких ценах на энергию и сырьё. Наши компании и банки имели свободный доступ к длинным и относительно дешёвым деньгам на зарубежных рынках. Теперь условия кардинально изменились».

«Добыча нефти на арктическом шельфе и в российской Арктике, и в Гренландии, и на Аляске – это явная авантюра, — комментирует руководитель энергетической программы Гринпис России Владимир Чупров. — Об этом Гринпис говорит всё время, и регулярно проводит акции против бурения в Арктике, кто бы его ни вёл: Cairn Energy, Shell, «Газпром» или Statoil. Очень жаль, что компании и чиновники приходят к этой очевидной мысли, только когда случается что-нибудь серьёзное: кризис, авария, санкции».

ecowars.tv

К освоению богатств арктического шельфа нужно готовиться :: Бензин и горюче-смазочные материалы.

К освоению богатств арктического шельфа нужно готовиться

"Приразломная" продолжает качать нефть на арктическом шельфе России: как сообщает "Газпром нефть", единственная в мире шельфовая добывающая платформа к 2020 году увеличит свои показатели вдвое.

Напомним, проект "Приразломное" направлен на разработку Приразломного нефтяного месторождения в Печорском море. Его извлекаемые запасы нефти составляют более 70 млн тонн. Недропользователем проекта является "Газпром нефть шельф", дочерняя компания "Газпром нефти".

Добыча на Приразломном началась в 2013 году. В 2017 году показатели составили 2,6 млн тонн нефти и, по информации пресс-службы компании, на 18% превысили прошлогодние. Целевой показатель на конец 2018 года - 3,6 млн тонн.

Из 32 запланированных к строительству скважин в настоящее время на Приразломном месторождении введены в эксплуатацию 13 скважин. Оставшиеся 19 заработают до 2020 года и обеспечат пиковую годовую добычу около 5 млн тонн нефти.

Морская ледостойкая стационарная платформа (МЛСП) "Приразломная" рассчитана на эксплуатацию в экстремальных природно-климатических условиях и способна выдержать максимальные ледовые нагрузки. Но пока она является единственной добывающей платформой на арктическом континентальном шельфе России. Основной причиной тому является нехватка безопасных технологических решений.

Морж

Мечты без технологий

"Арктический шельф обладает многими ресурсами, но технологии добычи для тяжелых ледовых условий в данный момент отсутствуют, - рассказывает профессор МГУ им М. А. Ломоносова Юрий Ампилов. - Для большинства обширных арктических акваторий, включающих такие моря, как Карское, Лаптевых, Восточно-Сибирское, Чукотское в мировой практике отсутствуют апробированные технологические решения для морской добычи".

Массово выходить на шельф без экологически безопасных технологий компаниям не дает Министерство природных ресурсов. Вести работу на арктическом шельфе по закону могут только "Роснефть" (обладает 28 лицензиями на бурение на шельфе российской Арктики) и "Газпром нефть" (обладает 38 лицензиями), имеющие опыт таких работ не менее пяти лет. Частные компании доступа к шельфу получить не могут, и, по мнению многих экспертов, это сильно тормозит разработку арктических ресурсов.

В 2016 году Минприроды ввело мораторий на выдачу лицензий на шельфовые участки, сроки действия запрета до сих пор не определены.

"Мораторий позволяет госкомпаниям сосредоточиться на уже взятых обязательствах, сократить сроки открытия новых месторождений. Ресурсы не будут размываться, и финансовая нагрузка на компании не будет увеличиваться", - заявил министр природных ресурсов Сергей Донской в интервью "Интерфаксу".

Борьба за каждый участок арктического шельфа пока не развернулась: по общим прогнозам ученых и экономистов, разведка и освоение этих ресурсов требуют значительных затрат, несопоставимых с затратами на подобные цели в других регионах. Новые проекты нерентабельны при действующих ценах на нефть, а также в условиях нарастающей конкуренции за рынки сбыта. Вопрос о развитии отрасли не требует быстрого решения, поэтому неудивительно, что государство не обдумывает детали. Хотя этим нужно заниматься уже сейчас.

Русская Арктика

В законе не хватает букв

Как показал пример "Приразломной", перед успешным освоением шельфа России необходимо кропотливо поработать над законодательством. Для запуска проекта потребовались поправки в нескольких федеральных нормативно-правовых актах. Законодательство доселе не сталкивалось с необходимостью регулирования человеческой или хозяйственной деятельности в Северном Ледовитом океане.

По словам заместителя генерального директора ООО "Газпромнефть шельф" Рустама Романенкова, концепция изменения законодательства уже есть, но многие вопросы по-прежнему остаются нерешенными: среди них транспортная безопасность, статус и эксплуатация имущественных объектов на шельфе.

"Существует потребность в специализированном нормативном регулировании, определяющем порядок проектирования, строительства, ввода в эксплуатацию и эксплуатации объектов на континентальном шельфе, - рассказывает Рустам Романенков. - Также в законодательстве нет единых стандартов в области арктических операций, управления ледовой обстановкой, вопросов логистики, береговых и морских операций. Все это значительно усложняет освоение шельфовых месторождений".

Многие функции ведомств и министерств дублируют друг друга, заставляя разработчиков шельфовых проектов получать около 60 разрешений. К примеру, выдача разрешений на строительство и эксплуатацию тех же морских скважин и других объектов входит в сферу ответственности и Федерального агентства по недропользованию (Роснедра), и Минстроя России.

Готовить сани летом

Сейчас российской Арктике необходимо восстановление хозяйственной деятельности, гидрометслужбы, создание должной транспортной инфраструктуры и обороноспособности. Эти задачи важнее, чем отдаленное освоение нефтегазового потенциала арктического шельфа. Но государство в разговорах о масштабном развитии Севера то и дело вспоминает о невиданных запасах в арктических морях и уже называет цифры: к 2050 году арктический шельф будет обеспечивать 20?30% всей российской нефтедобычи.

Работа в Арктике

Для выполнения таких целей нужно не просто в ближайшие годы снять мораторий на выдачу шельфовых лицензий. Основное внимание должно быть уделено технологиям, которые способна предложить отечественная наука. Замминистра энергетики России Кирилл Молодцов однажды назвал проекты по разработке морского и континентального шельфа "драйвером развития" и сказал, что "Минэнерго и Минпромторг окажут поддержку таким проектам, поскольку заинтересованы в прорывных технологиях, от геологоразведки до транспортировки".

На новых технологиях должны основываться и новые нормативно-правовые акты. Пока у России нет ни того, ни другого. Кроме того, единичные изменения законодательства, вызванные такими уникальными проектами, как "Приразломное", чреваты для общего формирования отрасли. От субъективного восприятия компании избавиться не могут, и так или иначе, но бизнес диктует свои условия авторам регулирующих отрасль документов. С открытием шельфа для большего числа компаний лоббистские инициативы начнут сталкиваться между собой.

Баланса интересов компаний и государства можно достичь, принявшись за поступательную работу над документом, который впоследствии будет регулировать все вопросы освоения шельфа Арктики. В том, что такой закон понадобится, нет никакого сомнения. И чем больше будет спешка в его создании, тем пагубнее это скажется на правилах игры.

www.benzol.ru