Экономика: белорусские нефтепродукты останутся в портах стран Балтии. Нефть в прибалтике


НЕФТИ ПРИБАЛТИКИ - Справочник химика 21

    В нефти кембрийских отложений в Прибалтике также отмечаются изменения и. с. у. Гипергенные изменения кембрийских нефтей (месторождение Плунге) связаны как с разрушением залежи потоком опресненных вод, так и с окислением нефти у древней поверхности размыва. В результате воздействия обоих факторов произошли существенные изменения и. с. у. нефти (б С изменилось на 0,6 %о), что отражается на и. с. у. парафино-нафтеновой фракции (5 С изменилось на 0,66 %о). Последнее обстоятельство связано не только с изменением и. с. у. пара- [c.125]     Завод перерабатывал западносибирскую нефть, поступавшую по отводу от нефтепровода Дружба по северному направлению Унеча-Полоцк-Биржай-Мажейкяй. Завод предназначался для обеспечения качественными моторными топливами республик Прибалтики и Калининградской области. [c.137]

    В короткий срок на территории нашей страны открыты нефтегазовые, а также газоконденсатные месторождения, радикально изменившие всю структуру развития топливной индустрии страны. Созданы центры комплексной переработки нефти и нефтехимии в районах Урало-Поволжья, Западной Сибири, Средней Азии, Казахстана, на Украине, в Белоруссии, республиках Прибалтики, на Дальнем Востоке, что в значительной степени снизило удельный вес освоенных районов Закавказья, Северного Кавказа и Поволжья. [c.72]

    Характеристики нефтей новых месторождений восточных районов СССР, а также новых нефтегазоносных провинций (Западной Сибири-, п-ова Мангышлак, Белоруссии, Прибалтики) представлены в справочных книгах, изданных коллективами авторов [16—19]. В этих книгах приведены характеристики нефтей, исследованных уже по единым методикам. [c.5]

    Представители нефтей первого типа — подавляющее число нефтей Западной Сибири за исключением нефтей палеозоя и севернь1Х районов. В ИХ число попадают и нефти центральных районов (месторождения Самотлорское, Федоровское, Усть-Балыкское и др.). Среди нефтей других регионов к этому типу следует отнести нефти венда Вилюйской си-неклизы Восточной Сибири, протерозойскую нефть Сивинского месторождения Пермской области, нефти Прибалтики, некоторые нефти терригенных комплексов Урала и Поволжья, ряд нефтей США, Австралии, КНР и др. В мире это один из самых распространенных типов нефтей. [c.64]

    Гипергенные процессы не приводят к значительным изменениям изотопного состава. По наблюдениям авторов [77], изотопное облегчение на 0,6—0,9 %о под влиянием гипергенеза установлено для кембрийских нефтей Прибалтики и верхнемеловых нефтей Восточного Предкавказья. В зоне действия гипергенных про- [c.414]

    Проведенные С.П. Максимовым, Т.А. Ботневой, Н.А. Еременко и др. исследования нефтей Волго-Уральской нефтегазоносной провинции, Предкавказья, Прибалтики и других регионов с применением разработанной во ВНИГНИ геохимической методики с использованием изотопных и спектральных методов, а также структурно-группового анализа позволили по-новому подойти к трактовке причин разнообразия состава нефтей. Были выявлены различия между нефтями, залегающими в разных стратиграфических горизонтах, не связанные с воздействием на них вторичных факторов. Изучение нефтей проводилось в двух направлениях. Первое — выявление закономерностей в изменении состава нефтей в пределах одного и того же стратиграфического комплекса и второе — выделение наиболее типичных для данного комплекса нефтей, наименее подверженных вторичным изменениям, и сопоставление их с выше- и ниже-залегающими нефтями с ОБ вмещающих пород. [c.3]

    Значительные трудности выяснения вопроса о появлении парафина, а следовательно, и низших метановых углеводородов, заставляют думать, что парафин существует в некоторых нефтях с самого начала их образования, что нафтеновые нефти не могут образовать в процессе своего превращения молекулы парафиновых высших углеводородов и что, следовательно, парафин не обязательно характеризует глубокие формы превращения нефти. Это, конечно, равносильно представлению о том, что сам исходный материал мог быть различным один приводил к образованию парафиновых нефтей, другой — нафтеновых. Оба типа могли затем преврав1,аться по общим законам превращения в сторону разукрупнения молекул, всегда выгодного с точки зрения перераспределения свободной энергии. В природе мы имеем примеры, когда специфика организмов оказывает влияние на структуру п состав получающихся продуктов. Так, например, силурийские сланцы Прибалтики, юрские сланцы Поволжья при перегонке совершенно не образуют парафина, который только в одном случае был обнаружен в следах. В то же время большинство других сланцев, например третичные сланцы Фушуна, шотландские [c.66]

    После войны было принято решение газифицировать все квартиры в Ленинграде и подавать газ на ленинградские промышленные предприятия. Город должен был получать 3,5 млн. м газа в сутки. Поставщиками бытового газа стали заводы в городах Сланцы и Кохтла-Ярве. Эстонский сланцевый газ пошел по газопроводу длиной почти в 240 км в город на Неве. До 1959 г. Ленинград снабжался исключительно газом из сланцев Прибалтики и Ленинградской области (позднее стал поступать саратовский газ). Он заменял ежегодно свыше 3 млн. м дров и более чем 250 тыс. т нефти. [c.82]

    Основные закономерности деасфальтизации пропаном нефтяного сырья изучены довольно хорошо. Однако исследования действия пропана на продукты переработки твердых топлив почти пе проводились. В качестве примера можно указать лишь на работу М. Кулика и М. Нейворта (1960) о действии различных парафиновых углеводородов, и в том числе пропана, на низкотемпературную каменноугольную смолу. Серьезные отличия как нефти, так и каменноугольной смолы от смолы прибалтийских сланцев не позволяют распространить на нее выводы, полученные в этих работах. Для изучения действия пропана на сланцевую смолу заводов Прибалтики необходимо было провести специальные исследования. Такие исследования были предприняты нами в 1962 г.  [c.266]

    В сооружение Ново-Уфимского завода, одного из флагманов нефтепереработки страны, вложен творческий труд многих коллективов, ученых, проектировщиков, промышленных предприятий, строителей и монтажников. Он был спроектирован советскими учеными, инженерами. Оборудование, аппаратура завода изготовлены на машиностроительных заводах страны. Оборудование для Ново-Уфимского завода поставляли десятки предприятий союзных и автономных республик, областей Российской Федерации. Так, аппараты поставляли Подольский завод им. С. Орджоникидзе, Таганрогский завод Красный котельщик , Красноярский завод Сибтяжмаш теплообменники — Барнаульский машиностроительный завод, завод Бакинский рабочий компрессоры — Чирчикский завод Средазмаш , Московский завод Компрессор 2. В адрес Ново-Уфимского завода шло оборудование, материалы, приборы, транспорт с Украины и Азербайджана, Прибалтики и Средней Азии, Урала и Сибири, Москвы и Ленинграда. Все строительство, пуск и освоение гиганта комплексной переработки нефти осуществлено советскими рабочи-М И, специалистами. Гордость отечественной науки и техники — Ново-Уфимский завод — выдал свою первую продукцию в [c.106]

    Поскольку ресурсы нефти быстро истощаются, все интенсивнее становятся усилия по изысканию ее возможных заменителей. Особую роль в этом отношении могут сыграть горючие (битуминозные) сланцы. В Австралии, Франции и Шотландии они с давних пор использовались для получения продуктов, подобных получаемым из нефти. В 1694 г. правительство Англии выдало патент № 330 Мартину Илу на способ извлекать и добывать в больших количествах из определенного вида камней деготь, смолу и масло. Это первое документальное упоминание о нефтепродуктах, полученных их горючих сланцев. В выпуске Сайнтифик Америкен было помещено сообщение о том, что при сооружении железной дороги в районе Грин- Ривер рабочие сложили их кусков извлеченной породы стенку для защиты костра от ветра, и камни вскоре загорелись. Этот эпизод знаменовал обнаружение на стыке штатов Колорадо, Юта и Вайоминг горючих сланцев, слагающих одно из наиболее значительных месторождений богатых органическим веществом пород. К 20-м годам нашего столетия добыча горючих сланцев в Зап. Европе, СССР (Прибалтике, Белоруссии, Украине, Поволжье, Узбекистане, Якутии), Китае, Австралии, Канаде, Бразилии и особенно в США была довольно значительной. В процессе изучения месторождений горючих сланцев геологи пришли к выводу о том, что повышенное содержание ОВ в породах является качественным оценочным критерием. Для выделения промышленных пластов главным критерием служит количественный выход сланцевого масла. Анализ разработки месторождений показал, что с экономической точки зрения наиболее рентабельны для разработки не-глубокозалегающие залежи горючих сланцев мощностью более 10 м, со средним выходом масла около 100 - 115 литров на тонну породы. Залежи с выходом сланцевого масла менее 50 л/т вообще не имеют промышленного значения. Повышение рентабельности относительно бедных сланцев [c.56]

chem21.info

Путин предлагает белорусским нефтепродуктам русский путь

Ситуация, при которой Белоруссия отказывается отправлять нефтепродукты в ЕС через российские порты, вызвала недовольство российского президента Владимира Путина, пишет автор российского портала ВЗГЛЯД.

BaltNews.lv напоминает, что на днях в Риге закончились — на оптимистичной ноте — переговоры министра транспорта России Максима Соколова с его латвийскими коллегами. Речь шла и о транзите. Поэтому публикация Ольги Самофаловой на портале ВЗГЛЯД может представлять интерес для оценки транзитных перспектив Прибалтики.

«Ведь на белорусских НПЗ перерабатывается наша нефть, другой там нет и вряд ли появится», объяснил российский президент. Почему Минск поступает подобным образом и можно ли это исправить? Владимир Путин потребовал создать в российских портах условия для перевозки грузов не хуже, чем в соседних странах.

«Это не какие-то политические решения, мы просто должны загружать свои собственные мощности, создавать здесь налоговую базу, мы должны рабочие места обеспечивать — именно в России, а не где-то в другом месте», — обратил внимание глава государства на совещании по развитию транспортной инфраструктуры Северо-Запада России. Что же надо сделать, чтобы перенаправить грузы из Прибалтики в российскую Балтику? Во-первых, снизить железнодорожные тарифы.

«Когда выгоднее тащить за рубеж — они будут за рубеж тащить. Хочу обратить ваше внимание, много раз уже говорил, далеко не все еще сделано тут», — отметил Путин. Во-вторых, президент предложил обязать белорусские НПЗ использовать российскую инфраструктуру для транспортировки нефтепродуктов на экспорт в Европу.

«Ведь на белорусских НПЗ перерабатывается наша нефть, другой там нет и вряд ли появится», — напомнил Путин. Поэтому стоит привязать получение беспошлинной российской нефти к использованию российской инфраструктуры для реэкспорта нефтепродуктов.

Пока белорусские НПЗ отказываются от услуг «Российских железных дорог», предпочитая транспортировать нефть через страны Прибалтики. И это несмотря на то, что в данном случае как раз с железнодорожными тарифами все в порядке, рассказал глава РЖД Олег Белозеров.

«По нефтеналиву мы дали 50-процентную скидку для перевозки с белорусских заводов, но белорусские заводы пока не используют ни Усть-Лугу, ни Санкт-Петербург, а едут в республики Прибалтики. Мы ведем дискуссию, они говорят, что у них долгосрочные контракты на эту тему заключены, но мы стараемся выстраивать с ними диалог», — сказал Белозеров.

Действительно, с точки зрения логистики несколько удобней экспортировать нефтепродукты из Белоруссии в Европу через страны Прибалтики. Так как расстояние от Мозыря (здесь находится крупнейший белорусский НПЗ) до Клайпеды примерно 800 км, а от Мозыря до Усть-Луги — в районе 1000 км, напоминает гендиректор исследовательского агентства InfraNews Алексей Безбородов.

«Но нельзя забывать и о вредности батьки (белорусского)», — согласен он. Но гендиректор Фонда национальной энергетической безопасности Константин Симонов уверен, что Минск пытается выторговать для себя еще более выгодные условия транзита через российские порты.

«Мы дали скидку, но они понимают, что мы можем дать больше. Это типичная белорусская хитрость — держаться и торговаться до последнего. Лукашенко — мастер таких фокусов. А у нас есть проблема с загрузкой российских портов, и есть желание наказать страны Прибалтики за слишком агрессивную позицию», — считает Симонов.

Нельзя исключать, что белорусы могут бояться быть уличенными в мошеннических схемах при реэкспорте нефтепродуктов в Европу, на которых они могут неплохо зарабатывать.

В прошлые годы Белоруссия уже была уличена в мошенничестве, когда под видом, например, растворителей и разбавителей продавала в третьи страны (ЕС) нефтепродукты. Тем самым российский бюджет лишался части доходов в виде пошлин, а белорусы на этом неплохо зарабатывали. После серии скандалов эта схема была закрыта. Однако нельзя исключать, что нечто подобное используется Минском до сих пор, только масштаб уменьшился, чтобы не так легко его было распознать.

«Если вы отправляете грузы через российские порты, то уже не сможете фальсифицировать отчетность», — говорит Симонов.

Транзит белорусских нефтепродуктов мог бы стать хорошим подспорьем для российских портов. В прошлом году Белоруссия поставила на экспорт 13 млн тонн нефтепродуктов, примерно треть — на Украину и в Россию, остальное — в ЕС.

В этом году объемы поставок будут больше благодаря разрешению нефтегазовых разногласий с Москвой (в прошлом году Минск получил меньше нефти, чем получит в этом году). Что касается железнодорожных тарифов, то здесь ситуация неоднозначная. Первый вице-президент Российского союза инженеров Иван Андриевский согласен с несовершенством тарифной политики РЖД.

«РЖД каждый год повышает тарифы на перевозку нефтепродуктов, так что нефть становится более выгодно транспортировать по трубе. Отсюда идет и падение объемов морских перевозок. При таком указании президента РЖД наверняка будет вынуждено найти решение, учитывающее пожелание Путина», — говорит Андриевский. Однако Алексей Безбородов считает, что до Путина просто неправильно донесли ситуацию с тарифами.

«По «Российским железным дорогам» тарифы адекватные», — полагает он. В целом, считает Безбородов, ситуация в российских балтийских портах вполне положительная.

«Наши балтийские порты и так хорошо себя чувствуют. У нас плохо чувствует себя лишь Калининград, остальные порты решают свои проблемы без участия государства», — говорит Безбородов. Калининградский порт (грузооборот 12-13 млн тонн за год) испытывает сложности из-за конкуренции с литовским портом Клайпеда, и ему как раз господдержка не помешает.

Для сравнения: порт Клайпеда перевалил 40 млн тонн грузов и в этом году может нарастить объем на пару процентов. «Это результат беззубой политики предыдущего Минтранса, который полностью запретил паритетную работу с Клайпедой. Мы свои обещания выполнили по разным тарифам, а литовцы — нет, и никто их не призвал к ответственности. Теперь с Литвой бесполезно решать этот вопрос, время упущено», — говорит Безбородов. В целом российские порты продолжают наращивать перевалку грузов, а прибалтийские порты — терять.

В 2000-х Россия переваливала через зарубежные порты до четверти собственных грузов, однако благодаря стратегии развития собственных портов ситуация серьезно изменилась. Уже к 2015 года эта доля сократилась до 8,4%, а к 2030 году доля российского транзита по плану должна сократиться до 4%.

Согласно данным портала Infranews, за семь месяцев 2017 года объем перевалки грузов в портах Балтийского бассейна вырос на 6%, до 143,9 млн тонн. В целом грузооборот российских портов за тот же период вырос на 10,5%, до 449 млн тонн.

Латвийские порты перевалили в первом полугодии 2017 года 34 млн тонн грузов, что на 7% больше, чем в прошлогодний период. Однако рост показали лишь Вентспилсский и Лиепайский порт. И он объясняется в основном тем, что через них стали больше везти стройматериалов и угля из России. Тогда как крупнейший в стране Рижский порт продолжает терять грузы: в первом полугодии он перевалил на 4,1% меньше, чем годом ранее, а за семь месяцев падение еще больше — на 5,8%.

 

 

baltnews.lv

Россия уводит нефть из Прибалтики

Латвия начала поиск замены транзита российских энергоресурсов, заявил глава Латвийской ассоциации портов Карлис Лейшкалнс. По его словам, самые большие надежды – на поставщиков из Китая и Казахстана. Если планы России перенаправить потоки энергоносителей в свои порты будут выполнены, это станет болезненным ударом для Рижского и Вентспилсского портов, цитирует его слова агентство Sputnik, однако подчеркнул, что Латвия переживет падение транзита, поскольку активно работает над привлечением новых грузов, а вот порты России пока не справляются с возросшим трафиком.

«Россия уже долгое время планирует перенаправить грузы нефтепродуктов и угля в свои порты в балтийском регионе, поэтому инвестирует в них значительные средства. Пока еще российские порты не справляются со всем грузооборотом, поэтому используются и порты стран Балтии, но есть политическое решение продвигаться к использованию только своих портов», - добавил Лейшкалис.

В начале этой недели Россия озвучила свои планы полностью отказаться от экспорта своей нефти через порты прибалтийских государств. Об этом заявил глава компании «Транснефть» Николай Токарев на встрече с Владимиром Путиным.

«В соответствии с поручением правительства мы переориентируем грузопотоки с прибалтийских портов Вентспилса и Риги на наши балтийские порты — это Усть-Луга и Приморск, а также на Новороссийск. Если в прошлом году там переваливалось порядка 9 миллионов тонн нефтепродуктов, то в этом году — 5 миллионов. До 2018 года, в ближайшие годы, мы сократим этот грузопоток в район Прибалтики до нуля. Будем загружать свои порты, поскольку есть профицит мощностей», — сказал Токарев агентству ТАСС.

Говоря о том, что решение России лежит в политической плоскости, глава ассоциации портов Латвии безусловно прав. Решение, между тем, абсолютно правильное. Как еще России относиться к откровенно недружественным прибалтийским государствам, членам НАТО, ущемляющим права русскоязычного населения и при каждом удобном случае вставляющим нам палки в колеса? России нет никакой выгоды поддерживать такие государства экономически, в то время, как у нас есть собственные порты. Пусть они, возможно, и не справляются с нынешними объемами, но вложить средства в собственную инфраструктуру куда резоннее, чем в экономику враждебных государств.

Во времена СССР инфраструктура всех республик развивалась как единый организм. Единственный на тот момент трубопровод в регионе вел в Латвию, к порту Вентспилс. К началу 90-х годов в год только через порты Латвии транспортировалось свыше 30 млн тонн нефти, а доходы от транзита составляли почти 10% бюджета Латвии.

После развала Советского союза, за неимением альтернативы, Россия была вынуждена использовать порты в Прибалтике – не только для транзита нефтепродуктов, но и для всего прочего. Вступление этих стран в НАТО и резкий разворот на Запад дали понять российскому руководству: необходима собственная система нефтетранзита. И чем больше прибалтийские страны упражнялись в русофобии, тем больше становилось очевидно: транзит необходимо не просто снизить, но и максимально перестать контактировать с этими республиками.

С 1997 года постепенно шло перенаправление нефтяного транзита на российские порты. Дело это нелегкое и непростое: по сути, речь шла о создании инфраструктуры с нуля. Даже к 2007 году Россия была вынуждена экспортировать через Прибалтику около 80% нефтепродуктов. И вот, наконец, глава «Транснефти» озвучил историческую дату, когда транзитная зависимость России от вражеских государств – иначе их и не назовешь – будет полностью снята.

Несмотря на то, что прибалты всячески храбрятся и делают вид, что ничего особенно страшного для их экономики не произойдет, становится очевидно: убытки от потери российского транзита будут существенными.

«Транзит нефтепродуктов через латвийские порты составляет 20-23 млн тонн в год, это примерно треть общего объема перевалки. В массе своей нефтепродукты приходят именно из России. Разумеется, потеря таких объемов навредит латвийскому народному хозяйству», – заявила в интервью Русской службе BBC Сандра Сондоре-Кукуле, член правления Вентспилсского свободного порта. Российские эксперты более суровы в оценках. «Только от прекращения транзита российского угля через Рижский порт убытки латвийской экономики составят 130−140 млн евро в год. При этом уголь в общем объеме перевалки грузов через порт занимает далеко не самую большую долю. Поэтому общие потери могут исчисляться миллиардами евро», заявил агентству Regnum председатель совета директоров «Инжиниринговой компании «2К» Иван Андриевский.

Когда-то СССР вкладывал колоссальные средства в развитие промышленности и инфраструктуры союзных республик Прибалтики. При распаде Союза все это богатство, по сути, было подарено. Россия, кстати, была готова выкупить некоторые предприятия – но прибалты каждый раз гордо отказывались. И все эти годы Латвия, Эстония и Литва только и делали, что предъявляли нам счет «за оккупацию» и требовали покаяния. Что ж, больше мы таких ошибок не повторим.

russianpulse.ru

Беларусь начала экспортировать нефтепродукты в обход Прибалтики

Белорусский концерн «Белнефтехим» подписал контракт о переправке своей нефтепродукции через российские морские порты: еще до конца года первые 72 тысячи тонн белорусских нефтегрузов отправятся на экспорт не через Прибалтику, а через Россию. Процесс переориентации белорусского нефтетранзита запущен. Страны Прибалтики начинают терять белорусские грузы.

Председатель «Белнефтехима» Игорь Лященко заявил на заседании Совета Министров Союзного государства России и Беларуси, что Беларусь в ближайшее время поставит первую партию своих продуктов через российские порты. С декабря 2017‑го по январь 2018 года через Россию будет экспортировано 72 тысячи тонн белорусских нефтепродуктов. «Соответствующий контракт на поставку через российские порты уже есть», — сказал Лященко.

Рассуждая о том, выгодно ли белорусской нефтеперерабатывающей промышленности переориентировать свой грузопоток с Прибалтики на Россию, глава «Белнефтехима» заметил, что процесс производства, транспортировки и продажи энергоносителей — это математика. Если по цифрам выходит, что поставлять нефтепродукты через порты Ленинградской области выгодно, то подписывается соответствующий контракт.

По словам Игоря Лященко, перевозки через Усть-Лугу — это взаимный интерес России и Беларуси. Контракт на поставки белорусских нефтепродуктов через российские порты — это пример нормального взаимовыгодного сотрудничества. Если этот первый опыт окажется удачным, то в 2018 году экспорт нефтепродуктов, произведенных на НПЗ Беларуси, через порты российского Северо-Запада может достигнуть миллиона тонн.

Таким образом, процесс переориентации белорусского транзита с Прибалтики на Россию запущен, причем с рекордной скоростью — спустя всего несколько месяцев после того, как такая задача была официально поставлена и публично озвучена.

В августе этого года президент России Владимир Путин заявил, что белорусские нефтепродукты, получаемые из российской нефти, поставляемой по льготным ценам на белорусские НПЗ, должны экспортироваться через порты России, а не Прибалтики. «Это нужно обсуждать в более широком формате. Ведь на белорусских НПЗ перерабатывается наша нефть (российская — прим. RuBaltic.Ru), другой там нет и вряд ли появится, поэтому это нужно запакетировать — получение нашей нефти от соответствующих вопросов использования нашей инфраструктуры, — сказал Путин, выступая в Калининграде. — Это не какие-то политические решения, мы просто должны загружать свои собственные мощности, создавать здесь налоговую базу, мы должны рабочие места обеспечивать — именно в России, а не где-то в другом месте».

Слова российского президента вызвали в Латвии и Литве реакцию в духе бессмертной чеховской фразы: «Этого не может быть, потому что этого не может быть никогда». Беларусь не откажется от транзита через балтийские страны, потому что иные варианты нереализуемы.

Усть-Луга, Приморск и другие порты Ленинградской области России находятся не менее чем в 800 километрах от белорусских нефтеперерабатывающих заводов — ощутимо дальше, чем порты Вентспилса, Риги и Клайпеды. Стоимость транспортировки оказывается кратно выше, чем через Прибалтику. При этом стоимость перевалки белорусских нефтепродуктов в прибалтийских портах до сих пор составляла 6–8 долларов за тонну, тогда как в российских — 12–18 долларов за тонну.

Поэтому переориентация транзита была объявлена делом невозможным. В Прибалтике, как обычно, занялись самовнушением: убедили себя, что Минск навстречу Путину не пойдет, а поскольку перевод грузопотоков белорусских НПЗ, после того как такую задачу озвучил Владимир Путин, стал вопросом политической репутации российского президента, то Кремль будет давить на белорусских союзников по нарастающей. Между Москвой и Минском неизбежен новый конфликт, который приобретет политический характер. Литовские СМИ предрекали скорую смерть Союзного государства: «Союз существует уже больше 17 лет, однако сложно сказать, суждено ли ему перешагнуть в третье десятилетие».

И вот настигшая Прибалтику реальность.

В августе президентом Путиным было сказано о переориентации белорусского нефтетранзита — в декабре первая партия продукции «Белнефтехима» будет экспортирована через Россию.

Белорусская сторона отреагировала на слова российского президента совершенно не так, как этого бы хотелось той же Литве. В Минске заявили, что переориентация транзита на Россию возможна, если это будет выгодно Беларуси и не нанесет ущерба ее экономическим интересам. Белорусское правительство с самого начала отказалось переводить диалог с Россией в политическую плоскость и тем более перенимать политический язык соседей: говорить об «энергетическом шантаже» и тому подобных вещах. Напротив, представители официального Минска говорили, что Москва не оказывает давления на белорусских союзников и не «выкручивает им руки» в вопросе переориентации нефтегрузов.

Сотрудники профильных госучреждений, российские и белорусские предприниматели несколько месяцев работали над проблемой транзита, вели переговоры, консультировались и согласовывали условия. Без криков, информационной шумихи и резонансных политических заявлений.

В ноябре в Москве состоялась встреча вице-премьеров России и Беларуси Аркадия Дворковича и Владимира Семашко. На ней белорусский премьер заявил, что белорусские НПЗ не имеют права потерять на переориентации транзита ни копейки и Беларусь пойдет на замену Риги и Клайпеды Усть-Лугой и Санкт-Петербургом только на условиях, которые будут выгодны для ее экономики.

Такие условия, судя по всему, были предоставлены, потому что «пробный шар» по переориентации транзита «кинули» уже в этом году. В следующем, 2018 году объем нефтепродукции, поставляемой через Россию, планируется увеличить в 12 раз, а через 5 лет, по оценкам экспертов, основная часть белорусского нефтетранзита будет идти мимо Прибалтики.

Союзное государство России и Беларуси на одном конкретном кейсе продемонстрировало феноменальную эффективность и оказалось даже более успешным, чем думали многие его сторонники.

Именно в этом, а не в потере ее железными дорогами и портами белорусских клиентов в конечном счете состоит самое большое поражение Прибалтики. Ведь литовские политики открыто говорили, что транзитной отраслью можно пожертвовать ради достижения стратегических целей литовской внешней политики.

Они и жертвовали все эти годы, сознательно ставя под удар Клайпеду, когда устраивали информационную войну против Белорусской АЭС или участвовали в подготовке в Минске «демократической революции» против «последнего диктатора Европы» Александра Лукашенко.

Ими двигали не национальные интересы Литвы, а поставленная перед ними историческая сверхзадача довести процесс распада Советского Союза до полного логического завершения, окончательно дезинтегрировать постсоветское пространство, не дать России создавать на нём новые объединения и союзы, «добить Империю».

И вот к чему это привело.

Союзное государство России и Беларуси работает третье десятилетие, причем работает временами феноменально успешно и результативно. Из союза России и Беларуси вырос целый Евразийский экономический союз.

И Прибалтика со своей политикой «сдерживания» России ничего не добилась. Зато лишилась возможности участвовать во всех крупных стратегических проектах с участием России, утратила доступ к российским рынкам и потеряла российский транзит.

А теперь потеряет еще и белорусский.

https://www.rubaltic.ru/article/ekonomika-i-biznes/20171211-belarus-nachala-eksportirovat-nefteprodukty-v-obkhod-pribaltiki/

gilljan.livejournal.com

Нефть. Новости дня: Латвия договорилась с Россией «дружить» против Литвы - Свободная Пресса

Сенсационная новость: в Латвии будут строить терминал сжиженного природного газа. А в чем сенсация? В том, что в регионе уже есть терминал СПГ в Клайпеде, Литва пытается порвать любые связи с Газпромом, а вот латвийский терминал будет покупать в том числе российский газ!

На фоне ненависти к России и информационной войны прибалтов, а особенно Литвы против сотрудничества с Москвой в энергетической сфере, новость кажется удивительной.

Итак, терминал построят в Рижском порту в течение двух лет. В этом, как сообщают СМИ, заверил председатель правления фирмы-подрядчика Kundziņsalas dienvidu projekts («Южный проект Кундзиньсала», где Кундзиньсала — «Остров госпожи» — район и остров в Риге) Дмитрий Артюшин.

Цель терминала — обеспечить сжиженным газом Латвию, Эстонию и даже Литву, куда голубое топливо будет поступать на регазификационные станции, то есть, говоря «бытовым» языком, превращаться из сжиженного газа в нормальное топливо для его передачи в трубопроводы и потребления. На Рижском терминале СПГ можно будет заправлять и суда, которые используют газ в качестве топлива. Оказывается, Евросоюз подталкивает страны — члены ЕС к использованию в судоходстве не мазута, а голубого топлива. Это еще один бонус Газпрому.

Читайте также

«Нафтогаз»: «Северный поток-2» будет работать на Украину

В Киеве рассчитывают, что Лондонский суд уже до конца года продаст акции газопровода

В реализации рижского проекта принимают участие и западные компании, включая французский Sofregas, который раньше назывался Gaz de France — он, кстати, участвовал в строительстве терминала сжиженного природного газа в Клайпеде.

И вот «вишенка на торте»: сообщают, что совладелец Петербургского нефтяного терминала Михаил Скигин с партнерами планирует инвестировать от 80 млн. до 100 млн. долларов в строительство электростанций в Латвии, работающих на сжиженном природном газе, и сети газозаправочных станций для грузовиков, а СПГ намерен покупать в России у завода «Криогаз» из группы «Газпромбанка». И что любопытно: Министерство экономики Латвии, в отличие от литовского аналогичного ведомства, не чинит препятствий в стремлении получить СПГ из России, то есть не активничает в борьбе за так называемую энергонезависимость в газовой сфере себе же в ущерб, и даже позитивно оценило строительство терминала в Риге, который возводится только на частные средства.

Рижский терминал будет не таким крупным, как Клайпедский, но и без него Латвия вопреки уговорам Литвы отказывалась покупать СПГ в Литве. Просто потому, что он получался дороже газпромовского топлива. А тут еще Рига решила и свой идеологически неправильный терминал построить — собирается покупать даже сжиженный газ, в том числе у Газпрома.

Причина такого поступка Латвии достаточно проста. Идеология идеологией, а газ газом, тем более, что газпромовский, да, дешевле, к тому же Литва несколько лет назад обманула Латвию. Вопреки переговорам стран Балтии и планам Евросоюза оплатить терминал СПГ в Эстонии или в Латвии, да хоть и в Литве, если столицы договорятся, Вильнюс сам подсуетился с подачи президента Дали Грибаускайте и попытался без договоренности с соседями поставить их перед фактом — построил свой терминал в Клайпеде, рассчитывая, что Еврокомиссия оплатит именно этот проект, а прибалтийские партнеры бросятся покупать газ в Литве. Не вышло.

О коллизии было известно из разных утечек в СМИ, но окончательно разоблачил газовые интриги Литвы бывший глава МИД республики Антанас Валенис, который в 2008—2011 годах был послом в Латвии. Он написал книгу мемуаров «Политические качели», в которой рассказал и о той ситуации.

В тот период между Латвией, Литвой и Эстонией шли переговоры о том, где построить терминал сжиженного газа, который Евросоюз признал бы региональным и финансировал бы. Еврокомиссия тогда ждала результата переговоров, по итогам которых и приняла бы решение о выделении средств. И вот, как рассказал в своей книге Валенис, Вильнюс пообещал Латвии помочь в переговорах с ЕС о финансировании строительства терминала СПГ под Ригой в ответ на поддержку литовского энергетического проекта. Бывший посол Литвы в Латвии рассказал, как во время визита в Вильнюс премьер-министра Латвии Валдиса Домбровскиса в 2009 году «удалось договориться о том, что электроэнергетическая смычка в Швецию пойдет из Клайпеды, а мы в ответ поможем латышам получить от ЕС примерно 45 миллионов евро на укрепление электросетей западной части их страны и совместно на деньги Брюсселя мы будем строить региональный терминал СПГ под Ригой». Проект смычки NordBalt в Швецию, которая, кстати, постоянно выходит из строя, был реализован, однако Вильнюс, пишет Валенис, не поддержал строительство регионального терминала СПГ под Ригой. Зато сама Литва «вдруг» быстренько построила свой терминал в Клайпеде.

Как утверждает Валенис, мощности Клайпедского терминала «заметно превышают потребности Литвы, и второй Балтийскому региону уже не нужен». Бывший посол понадеялся, что терминал в Клайпеде все равно в итоге станет региональным и окупится, «но нужно дождаться, чтобы латыши забыли, что мы им обещали и как мы их обманули».

Не срослось. Отказ латышей, а также и обиженных эстонцев покупать газ в Клайпеде, строительство терминала СПГ в Риге говорят о том, что Латвия не только не забыла обман Вильнюса, но и приступила к реализации собственного проекта, которому даже финансирование со стороны Евросоюза не требуется — все осуществляется на частные инвестиции, в том числе российские.

Читайте также

Ставка на свинство: Минсельхоз заставит Европу забыть хамон

Зачем главе ведомства Дмитрию Патрушеву срочно потребовались бюджетные миллиарды

Но самое страшное для Вильнюса — грузы СПГ пойдут в Ригу и из России, что пока совершенно невозможно представить на Клайпедском терминале, где, судя по рапортам Министерства энергетики Литвы, радостно встречают газовозы из Норвегии и особенно — из США.

В результате, скорее всего, Клайпедский терминал никогда не окупится, тем более, что даже и эстонский Eesti Gaas вовсе не шарахается от российского СПГ, а покупает его все больше, а у него, в свою очередь — латвийские и польские компании.

Шанс окупиться у литовского терминала все же есть, но лишь в том случае, если местная литовская элита, наконец, прозреет хотя бы в сфере энергетики…

Любопытно, раскроет ли ей глаза латвийское «газовое предательство»?

Нефть и газ: Эрдоган рассказал о битве за российский газ в НАТО

Новости экономики: Трамп меняет «Северный поток-2» на санкции против Ирана

svpressa.ru

белорусские нефтепродукты останутся в портах стран Балтии

Беларусь не откажется от использования прибалтийских портов. Часть нефтепродуктов, направленная в российские гавани на Балтике, не повлияет на общую динамику. Оптимизм россиян в связи с решением концерна "Белнефтехим" отправить 72 тыс. тонны на экспорт через РФ не скажется на партнёрстве РБ и стран Балтии.

Сегодня заголовки российских СМИ пестрят о том, что Беларусь готова переориентировать свои нефтепродукты на порты в российском Северо-Западном федеральном округе. Основное место назначения – порт Усть-Луга. Ряд патриотичных "аналитиков" из РФ уже заявили, что страны Балтии поплатятся за свою русофобию и неприязнь к "большому соседу".

Между тем за внешней патетикой и напыщенностью ситуация выглядит несколько по-иному. Если отбросить весь политический экстаз, станет понятно, что о переориентировке грузов говорить пока очень рано. Даже принимая во внимание тот факт, что "Белнефтехим" подписала контракт о поставке через российские порты 72 тыс. тонн бензина, — это акция одноразовая, да и объём поставок в РФ очень мал на фоне общего экспорта.

Не больше миллиона

Теперь к фактам. О потенциальном разворте белорусских нефтепродуктов в сторону российских портов говорилось на полях заседания Совета Министров Союзного государства Беларуси и России, которое состоялось 8 декабря, но, несмотря на восторженные выводы российской прессы, никаких сенсационных заявлений от участвовавших там вице-премьеров Беларуси и России Владимира Семашко и Аркадия Дворковича не прозвучало.

Более того, официальный Минск в очередной раз подчеркнул, что белорусские компании готовы переваливать в российских портах лишь часть нефтепродуктов и то при условии "благоприятной экономической конъюнктуры".

Надеяться на то, Россия переманит весь белорусский транзит, нелогично. Как рассказал глава "Бенефтехима" Игорь Ляшенко: "В протоколе встречи Владимира Семашко и Аркадия Дворковича есть обращение российской стороны… написано в протоколе, что при условии экономических положительных факторов белорусская сторона до 1 млн тонн [нефтепродуктов] может обеспечить на Усть-Лугу".

Учитывая то, что объёмы поставок нефти на белорусские нефтеперерабатывающие заводы варьируются от 18 млн тонн до 24 млн тонн, возможная отправка 1 млн тонн бензина в российские порты – это капля в море, — по сравнению с тем, сколько переваливают в странах Балтии.

С аналогичной точкой зрения выступил и белорусский эксперт Пётр Петровский, политолог, сотрудник Национальной академии наук Беларуси. По его словам, 1 млн тонн – это максимум, который могут выжать россияне. И договорённость Семашко и Дворковича это только подтверждает.

"Как я и прогнозировал. Проект транзита через Усть-Лугу до 1 млн тонн – это тот максимум, который не сможет задеть транзитные интересы Беларуси в Прибалтике", — написал он на своей страничке в Facebook, комментируя перспективы переориентации транзита нефтепродуктов на Россию. 

Непростая математика

Российские критики долгосрочной политики президента РБ Александра Лукашенко по диверсификации внешнеэкономических связей отказываются понять, что белорусские власти и нефтяные компании руководствуются прежде всего экономическими соображениями, а не политикой.

Утверждения о "скорой переориентации" нефтепродуктов абсурдны хотя бы потому, что спецэкспортёр белорусских нефтепродуктов – "Белорусская нефтяная компания" (БНК) уже заключила долгосрочные контракты с Клайпедой, Ригой и Вентспилсом.

В частности, по договору клайпедского нефтетерминала Klaipėdos nafta и белорусской БНК, объёмы погрузок через Клайпеду в 2018 году будут не меньше, чем в 2017 году. Руководство отечественной компании отказывается разглашать информацию о том, сколько белорусской нефти переваливают в столице литовского Приморья – секрет фирмы, — но известно, что за год БНК перерабатывает от 18 до 24 млн нефти, а около 9-12 млн тонн идёт на экспорт.

Российским коллегам нужно принять, осознать и смириться с тем, что страны Балтии приступили к модернизации портовой и сопутствующей железнодорожной инфраструктуры гораздо раньше России. 

Кроме этого, с учётом географической близости белорусских НПЗ к Прибалтике и меньших затрат на транспортировку, в портах стран Балтии сложилась гораздо более благоприятная торговая инфраструктура: трейдеры предпочитают покупать нефть именно через балтийские, а не российские порты.

Для прибалтийских портов характерен высокий уровень конкуренции и, как следствие, – гораздо более привлекательные условия в долгосрочных контрактах, касающиеся как железнодорожных тарифов, так и портовых услуг.

Так, например, БНК – торгует нефтепродуктами через семь своих дочерних предприятий в странах Балтии.

Переориентация на российские порты, как следствие, с высокой вероятностью разорвёт существующие логистические и торговые цепочки, и приведёт к потерям белорусских нефтяников не только из-за более дорогой российской инфраструктуры и длинного маршрута, но в том числе и в формате упущенной выгоды.

Даже по оценкам независимых российских экспертов, потери белорусов в случае переориентации нефтепродуктов на российские нефтетерминалы составят около 150 млн долларов. 50%-я скидка "Российских железных дорог" в направлении портов Усть-Луга и Санкт-Петербург не улучшат положение. Работать через страны Балтии всё равно дешевле.

Климат и география

Ещё одно крайне важное инфраструктурное преимущество балтийских портов – их проходимость. Многие не учитывают влияние погодных условий, но они имеют огромное значение для тех, кто детально занимается транспортировкой нефтепродуктов.

Климат в российских портах значительно холоднее, в результате чего Усть-Луга, порт Санкт-Петербурга и Приморск замерзают почти на два месяца в году, и для того, чтобы через них прошли танкеры приходится задействовать ледоколы.

Это, в свою очередь, увеличивает стоимость портовых услуг, снижает скорость прохождения танкера через залив порта, и увеличивает риск задержки грузов из-за неблагоприятных погодных условий.

Помимо этого – и это, едва ли, не самое важное – на качество целого ряда нефтепродуктов влияет температура окружающей среды, что повышает риск снижения качества нефтепродуктов. Для нивелирования таких рисков необходим обогрев цистерн, однако, возможность российских портовиков дать гарантии сохранности нефтепродуктов далеко не очевидна, хотя РФ активно работает в этом направлении.

В лучшем случае необходимость обогрева цистерн будет повышать стоимость портовых услуг, в худшем – качество нефтепродуктов будет снижаться, и белорусская сторона будет поставлять не только более дорогие нефтепродукты, но и менее качественные.

Аналогичного мнения придерживается Почётный консул РБ в Клайпеде Николай Логвин. Он уверен, что в обозримом будущем транзит останется в странах Балтии.

"Сегодня Россия говорит о готовности снизить тарифы на перевозки, но эта инициатива имеет лишь второстепенное значение. Основная составляющая – это быстрая перевалка, хранение, складирование, экспедирование и фрахт судов. По этим показателям Россия пока проигрывает в конкуренции с прибалтийскими портами. И это мы ещё не говорим о расстоянии от Беларуси до российских портов на Балтике", — говорит он. 

Мнение противников

Основной аргумент сторонников переориентации белорусских нефтепродуктов на Россию заключается в том, что российская нефть, пусть и переработнная на белорусских НПЗ, должна экспортироваться из отечественных портов. Российская сторона утверждает, что официальный Минск забывает, какие привилегии он получает от Москвы.

Кроме долгосрочных контрактов с Литвой и Латвией, у Минска есть и другие аргументы, самый весомый из которых – экономическая неэффективность. Ведь цена вопроса для Беларуси серьёзная – выгода от поставки беспошлинной нефти при годовом объёме 24 млн тонн и текущих ценах составляет около 1,4 млрд долларов в год.

В случае очередного нефтегазового спора, который может разразиться между Москвой и Минском из-за цен или же из-за несогласия белорусских компаний переориентировать нефтегрузы на российские порты, руководство России может вновь сократить поставки нефти в Беларусь, что очень серьёзно скажется на экономике республики.

Из-за энергетического конфликта с РФ Беларусь в 2016 году снизила примерно на треть переработку нефти, а, следовательно, и экспорт нефтепродуктов – на 23% по сравнению с 2015 годом, – до 13 млн тонн. В апреле этого года Лукашенко и Путин разрешили все разногласия и поставки возобновились.

Клайпедский порт и латвийские порты тоже пострадали от этого, из-за сокращения переработки белорусских наливных грузов грузооборот в морских воротах стран Балтии уменьшился. Это, в частности, вынудило гендиректора Клайпедского порта Арвидаса Вайткуса косвенно признать то, что Клайпеда тоже зависит от российских грузов, хотя де-юре они проходят как белорусские.

Также по теме:

В России наивно полагают, что смогут увести из Литвы белорусские грузы 

Пока Литва борется за китайский транзит, Пекин инвестирует в Беларусь? 

Российские гавани готовы побороться за грузы с портами в странах Балтии

baltnews.lt

Белоруссия начала экспортировать нефтепродукты в обход Прибалтики

 

Белорусский концерн «Белнефтехим» подписал контракт о переправке своей нефтепродукции через российские морские порты: еще до конца года первые 72 тысячи тонн белорусских нефтегрузов отправятся на экспорт не через Прибалтику, а через Россию. Процесс переориентации белорусского нефтетранзита запущен. Страны Прибалтики начинают терять белорусские грузы.

Председатель «Белнефтехима» Игорь Лященко заявил на заседании Совета Министров Союзного государства России и Белоруссии, что Белоруссия в ближайшее время поставит первую партию своих продуктов через российские порты. С декабря 2017‑го по январь 2018 года через Россию будет экспортировано 72 тысячи тонн белорусских нефтепродуктов. «Соответствующий контракт на поставку через российские порты уже есть», — сказал Лященко.

Рассуждая о том, выгодно ли белорусской нефтеперерабатывающей промышленности переориентировать свой грузопоток с Прибалтики на Россию, глава «Белнефтехима» заметил, что процесс производства, транспортировки и продажи энергоносителей — это математика. Если по цифрам выходит, что поставлять нефтепродукты через порты Ленинградской области выгодно, то подписывается соответствующий контракт.

По словам Игоря Лященко, перевозки через Усть-Лугу — это взаимный интерес России и Белоруссии. Контракт на поставки белорусских нефтепродуктов через российские порты — это пример нормального взаимовыгодного сотрудничества. Если этот первый опыт окажется удачным, то в 2018 году экспорт нефтепродуктов, произведенных на НПЗ Белоруссии, через порты российского Северо-Запада может достигнуть миллиона тонн.

Таким образом, процесс переориентации белорусского транзита с Прибалтики на Россию запущен, причем с рекордной скоростью — спустя всего несколько месяцев после того, как такая задача была официально поставлена и публично озвучена.

В августе этого года президент России Владимир Путин заявил, что белорусские нефтепродукты, получаемые из российской нефти, поставляемой по льготным ценам на белорусские НПЗ, должны экспортироваться через порты России, а не Прибалтики. «Это нужно обсуждать в более широком формате. Ведь на белорусских НПЗ перерабатывается наша нефть (российская — прим. RuBaltic.Ru), другой там нет и вряд ли появится, поэтому это нужно запакетировать — получение нашей нефти от соответствующих вопросов использования нашей инфраструктуры, — сказал Путин, выступая в Калининграде. — Это не какие-то политические решения, мы просто должны загружать свои собственные мощности, создавать здесь налоговую базу, мы должны рабочие места обеспечивать — именно в России, а не где-то в другом месте».

Слова российского президента вызвали в Латвии и Литве реакцию в духе бессмертной чеховской фразы: «Этого не может быть, потому что этого не может быть никогда». Белоруссия не откажется от транзита через балтийские страны, потому что иные варианты нереализуемы.

Усть-Луга, Приморск и другие порты Ленинградской области России находятся не менее чем в 800 километрах от белорусских нефтеперерабатывающих заводов — ощутимо дальше, чем порты Вентспилса, Риги и Клайпеды. Стоимость транспортировки оказывается кратно выше, чем через Прибалтику. При этом стоимость перевалки белорусских нефтепродуктов в прибалтийских портах до сих пор составляла 6–8 долларов за тонну, тогда как в российских — 12–18 долларов за тонну.

Поэтому переориентация транзита была объявлена делом невозможным. В Прибалтике, как обычно, занялись самовнушением: убедили себя, что Минск навстречу Путину не пойдет, а поскольку перевод грузопотоков белорусских НПЗ, после того как такую задачу озвучил Владимир Путин, стал вопросом политической репутации российского президента, то Кремль будет давить на белорусских союзников по нарастающей. Между Москвой и Минском неизбежен новый конфликт, который приобретет политический характер. Литовские СМИ предрекали скорую смерть Союзного государства: «Союз существует уже больше 17 лет, однако сложно сказать, суждено ли ему перешагнуть в третье десятилетие».

И вот настигшая Прибалтику реальность.

В августе президентом Путиным было сказано о переориентации белорусского нефтетранзита — в декабре первая партия продукции «Белнефтехима» будет экспортирована через Россию.

Белорусская сторона отреагировала на слова российского президента совершенно не так, как этого бы хотелось той же Литве. В Минске заявили, что переориентация транзита на Россию возможна, если это будет выгодно Белоруссии и не нанесет ущерба ее экономическим интересам. Белорусское правительство с самого начала отказалось переводить диалог с Россией в политическую плоскость и тем более перенимать политический язык соседей: говорить об «энергетическом шантаже» и тому подобных вещах. Напротив, представители официального Минска говорили, что Москва не оказывает давления на белорусских союзников и не «выкручивает им руки» в вопросе переориентации нефтегрузов.

Сотрудники профильных госучреждений, российские и белорусские предприниматели несколько месяцев работали над проблемой транзита, вели переговоры, консультировались и согласовывали условия. Без криков, информационной шумихи и резонансных политических заявлений.

В ноябре в Москве состоялась встреча вице-премьеров России и Белоруссии Аркадия Дворковича и Владимира Семашко. На ней белорусский премьер заявил, что белорусские НПЗ не имеют права потерять на переориентации транзита ни копейки и Белоруссия пойдет на замену Риги и Клайпеды Усть-Лугой и Санкт-Петербургом только на условиях, которые будут выгодны для ее экономики.

Такие условия, судя по всему, были предоставлены, потому что «пробный шар» по переориентации транзита «кинули» уже в этом году. В следующем, 2018 году объем нефтепродукции, поставляемой через Россию, планируется увеличить в 12 раз, а через 5 лет, по оценкам экспертов, основная часть белорусского нефтетранзита будет идти мимо Прибалтики.

Союзное государство России и Белоруссии на одном конкретном кейсе продемонстрировало феноменальную эффективность и оказалось даже более успешным, чем думали многие его сторонники.

Именно в этом, а не в потере ее железными дорогами и портами белорусских клиентов в конечном счете состоит самое большое поражение Прибалтики. Ведь литовские политики открыто говорили, что транзитной отраслью можно пожертвовать ради достижения стратегических целей литовской внешней политики.

Они и жертвовали все эти годы, сознательно ставя под удар Клайпеду, когда устраивали информационную войну против Белорусской АЭС или участвовали в подготовке в Минске «демократической революции» против «последнего диктатора Европы» Александра Лукашенко.

Ими двигали не национальные интересы Литвы, а поставленная перед ними историческая сверхзадача довести процесс распада Советского Союза до полного логического завершения, окончательно дезинтегрировать постсоветское пространство, не дать России создавать на нём новые объединения и союзы, «добить Империю».

И вот к чему это привело.

Союзное государство России и Белоруссии работает третье десятилетие, причем работает временами феноменально успешно и результативно. Из союза России и Белоруссии вырос целый Евразийский экономический союз.

И Прибалтика со своей политикой «сдерживания» России ничего не добилась. Зато лишилась возможности участвовать во всех крупных стратегических проектах с участием России, утратила доступ к российским рынкам и потеряла российский транзит.

А теперь потеряет еще и белорусский.

maxpark.com