Пока есть нефть в трубе. Нефть в трубе


Тенденции на рынке трубопроводов - ТЭК 360

Трубопроводный транспорт, появившийся, по сути, всего полтора века назад, продолжает развиваться. И речь идет даже не об увеличении длины трубопроводов, которая уже измеряется миллионами километров, а о появлении все новых инженерных решений, помогающих с большей эффективностью использовать «трубу».

Развитие трубопроводного транспорта тесно связано с его особенностями, которые выгодно отличают его от других способов перемещения полезного груза. Прежде всего, это непрерывность перемещения — нефти, газа, воды или чего-либо еще. Поезд, самолет или танкер в первую очередь перевозят самих себя, а уж потом — груз. Трубопровод же — это непрерывно функционирующая машина, которая переносит груз, оставаясь сама неподвижной.

С одной стороны, жесткая связка пункта А и пункта В — это недостаток трубопровода, но такая особенность характерна и для железной дороги, и для шоссе, и даже для речного транспорта. С другой стороны, это достоинство, так как после того как трубопровод проложен, он может непрерывно работать десятилетиями, круглые сутки. Конечно, надо обслуживать компрессорные станции, возможно, замерять поврежденные секции, но это рутина. Трубопровод, по сути, это та машина, которую проще всего автоматизировать.

Время умных труб

Казалось бы, как соотносятся между собой роботы и трубы? Самым прямым образом. Поскольку сам трубопровод не движется, а перемещается внутри него сама полезная среда, нет проблемы «встречного движения», как в случае с роботизацией авто- или воздушного транспорта. Здесь стоит одна задача: разумно и эффективно перекачивать полезное вещество из одного конца трубы в другой.

Тем не менее это достаточно сложная задача. Компрессорные станции, вентили и заглушки, станции подогрева продукта, осушения — все это «хозяйство», работающее под давлением в десятки атмосфер, требует очень четкого управления. Именно тут автоматизированные системы управления показывают высокую эффективность, так как тонко чувствуют, что происходит в трубе, и могут гармонично регулировать перепады давления, рабочие температуры и другие параметры.

Кроме самих труб в комплекс трубопроводного транспорта входят также и сопутствующая инфраструктура — вплоть до мест проживания работников, автодорог и взлетно-посадочных площадок. Поэтому развитие автоматизации способствует сокращению расходов и на содержание обслуживающего персонала, вынужденного проживать в удаленных районах.

Современные магистральные трубопроводы — это уже далеко не труба с вентилем. И автоматизация трубопроводов — это одна из самых ярких тенденций начала ХХI века. Тем более что трубопроводы прокладывают во все более сложных условиях.

Где пройдет трубопровод?

Самая лучшая труба — это прямая труба. К сожалению, есть природные преграды, через которые трубопроводы вряд ли будут перебрасывать, например, через высочайшие горные хребты. Или укладывать их по океанскому дну на большие расстояния. Технически, может, и возможно, но экономически — стоит ли?

С другой стороны, современные нефтепроводы резко сократили список участков, где их крайне сложно или невозможно проложить. Это сто лет назад трубы просто укладывали на землю. С годами все изменилось.

Трубопровод сейчас проходит по дну морей, рек, озер и даже непроходимых болот. Классической схемой укладки трубопровода десятилетиями считалось закапывание его в грунт. Эта схема имеет множество преимуществ, в случае если мы укладываем трубопровод в достаточно плотные грунты: под землей труба надежно защищена от внешних воздействий, в том числе криминальных, она обеспечивает устойчивость трубы в пространстве и позволяет перемещаться поверх закопанной трубы людям и животным.

И мало того, под землей менее заметны перепады температур, что сильно влияет на условия перекачки полезного продукта, особенно в зимнее время. Неслучайно подавляющее большинство трубопроводов сооружено по этой схеме.

Однако по мере освоения Крайнего Севера стали возникать проблемы особого рода. Труба сама может быть источником тепла, и в условиях вечной мерзлоты она разрушает поверхность, на которую ее положили. С другой стороны, в зонах, где возможны землетрясения или какие-либо иные подвижки грунтов, заглубленная в их толщу труба неминуемо порвется. Поэтому и в СССР, и в США еще в семидесятые годы начались работы по прокладке трубопроводов, установленных на специальные опоры.

Такие опоры не передают тепло от трубы в грунт и поэтому надежно стоят на нем. Опоры позволяют проходить под трубой животным и даже транспорту. В случае землетрясения опоры могут смещаться, но так как трубы способны скользить относительно верхушки опоры, вероятность разрыва трубопровода снижена максимально.

Уже давно трассы трубопроводов совмещают с линиями электропередач и других коммуникаций. В комплексе это позволяет повысить экономическую эффективность прокладки трассы. Поэтому сокращение необходимых «обходных путей» для трубопроводов, максимальное спрямление трасс ⎯ это еще одна тенденция развития современного трубопроводного транспорта.

Плывущие в нефти

Нефтяной поток плывет по трубам со скоростью несколько метров в секунду. А что, если бросить в него контейнер с каким-то грузом и выловить на приемной станции? Идея трубопроводного транспорта для перевозки контейнерных грузов уже прорабатывается учеными и инженерами многих стран.

С одной стороны, контейнер по трубе может плыть вместе с полезной жидкостью, например той же нефтью, безо всяких дополнительных затрат. Чтобы его похитить, надо разрушить трубопровод, что далеко не всегда будет привлекательной идеей для воров. Так что это вполне безопасный способ отправить посылку.

А когда закончится нефть, полезный груз можно будет перемещать по трубе потоком воды, целиком перепрофилировав трубопровод под контейнерную транспортную систему. Ведь большинство нефте- и газопроводов рано или поздно будет ждать такая участь. И инженеры уже сейчас думают над тем, что делать с магистральными трубопроводными системами в будущем.

Наконец, можно будет строить специальные грузовые трубопроводы, которые изначально будут рассчитаны на перевозку грузов, а может быть и людей. Не стоит забывать, что пневмопочта, созданная еще в XIX веке, работает до сих пор. Идеи вакуумных трубопроводных поездов и грузовых систем разрабатываются по всему миру. Так что производители труб, особенно труб большого диаметра, могут не бояться кризиса — на их продукцию всегда останется спрос.

Скорость востребована

Но это задачи будущего. Пока же в полный рост стоит задача повышения эффективности перекачивания нефти и газа. К сожалению, даже газ сопротивляется своему продвижению в трубах. Поэтому тенденция борьбы за снижение этого сопротивления, повышение скорости потока и, как результат, пропускной способности трубопровода остается крайне актуальной.

Российские ученые и инженеры разрабатывают методики борьбы с этой проблемой. Самая большая проблема — с нефтью. Ее вязкость зависит от температуры. Когда она вырывается из скважины, то при температуре, близкой к ста градусам, она очень жидкая. Но при снижении температуры нефть превращается в густой сироп, который крайне трудно протолкнуть через трубу. Значит, ее надо нагреть.

Прежде всего приходит на ум простой подогрев самой трубы, чтобы снизить вязкость нефти. Для этого разработаны специальные электрические кабели. Также можно подогревать и саму нефть на специальных станциях, где тепло создается сжиганием той же нефти. Если обеспечить трубе надежную термоизоляцию, то расходы на подогрев нефти снизятся. Вопрос, что выгоднее ⎯ вложиться в утеплители или больше подогревать нефть, далеко не так прост и для каждого трубопровода может иметь свой ответ.

Однако существуют и довольно парадоксальные идеи для решения этих проблем. Например, есть предложения создавать в трубе вихревое движение потока нефти, что, как показывают лабораторные опыты, повысит скорость ее движения, а следовательно, эффективность трубопровода. Возможно, это не решение вопроса, но один из элементов комплекса мер.

Есть и еще более «тонкие» способы решения вопроса. Российские ученые предложили использовать полярные молекулы, напоминающие стрелку компаса. Такие молекулы, если их добавить в нефть в ничтожном количестве, стремятся «прилипнуть» к стенкам трубы и создают своеобразный молекулярный промежуточный слой, который резко уменьшает трение нефти о стенки трубы.

Скорее всего, в ближайшее время основными тенденциями развития трубопроводного транспорта как раз и будет повышение его эффективности за счет широкой автоматизации управления, повышение эффективности перекачки продуктов и оптимизация строительства. Это должно в итоге сделать трубопроводный транспорт еще эффективнее и конкурентоспособнее даже в случае снижения цен на нефть и газ.

Facebook

Twitter

Вконтакте

Одноклассники

Google+

tek360.rbc.ru

Пока есть нефть в трубе - ЭкспертРУ

Трубопроводная политика стала одной из основных тем KIOGE-2011. Несмотря на остроту темы, в высказываниях чиновников, нефтяников и дипломатов верх взяла деликатность

Говорить о просчетах в юбилейный для страны год даже в очень либеральных системах считается плохим тоном. И лишь немногие понимают, что это и есть та конструктивная критика, которой не хватает для поступательного развития. Прошедшая в Алматы в начале октября нефтегазовая конференция KIOGE-2011 стала площадкой для такой критики. Здесь, например, было признано, что мы за 20 лет растеряли все достижения в геологии. И пусть относительно II фазы разработки Кашагана и III фазы Карачаганака определенности нет никакой, пока цены на нефть держатся выше 70 долларов за баррель и нефтепроводы заполняются «черным золотом», настроение и у политиков, и у нефтяников будет хорошее. Главное, правильно расставить экспортные акценты. Побывавший на KIOGE корреспондент «Эксперта Казахстан» убедился в верности тезиса, что главным из инструментов для нас является труба.

Парад дипломатов

Открывавший форум министр нефти и газа (МНГ) РК Сауат Мынбаев сначала вспомнил прошедший несколькими днями раньше VI Евразийский форум KAZENERGY. «Тематика этого форума освещала достижения 20-летия независимости. Мы считаем, содержательное обсуждение получилось», — охарактеризовал он богатый на новости KAZENERGY.

KIOGE продолжает собирать интересных ньюсмейкеров, но отходит на второй план, становясь площадкой для специалистов исключительно нефтянки, где все друг друга хорошо знают. «Немаловажная часть форума — вечером встретиться и пообщаться со старыми друзьями», — точно подметил в своем докладе (в Астане подобный доклад делал министр) вице-министр нефти и газа РК Ляззат Киинов.

Далее г-н Киинов заговорил о вещах менее приятных, чем редкие, трогательные встречи друзей-нефтяников. Тоном статистика он рассказал, что нефтяные запасы РК оцениваются в 4,8 млрд тонн, а газовые — 3,7 трлн кубометров. Конечно, это неплохо — такие показатели не первый год выводят Казахстан на 9-е место по запасам в мире. Но вряд ли это можно отнести к достижениям последних 20 лет. «Мы растеряли те достижения, которые имели в геологии», — печально признался вице-министр. Но проблема адекватно решается: сейчас, по словам г-на Киинова, рассматривается вопрос о создании соответствующего НИИ.

Если прогноз, оглашенный г-ном Кииновым сбудется, то к 2015 году в стране будут добывать 95 млн тонн нефти, из которых 84 тонны экспортируют. С 88% продукции на экспорт нефтедобыча останется второй наиболее ориентированной на экспорт крупной отраслью промышленности РК после урановой. Из 59,3 млрд кубометров добытого природного газа за границу в 2015 году отправят 31,4 млрд, остальное переработают и потребят в стране.

Докладчик коснулся и злободневной темы ГСМ. «Продавцы ГСМ начали искать, по-видимому, различные пути, как сделать так, чтобы восполнить снижение своей прибыли различными законными и незаконными путями», — заметил он. Г-н Киинов проиллюстрировал ситуацию так: как только АИ-92 стал дефицитом, заправщики начали «бодяжить» продукт, делать АИ-92 и 93 из АИ-80. Конечно, инновация — так себе, но и она дефицит АИ-92 не поборола, напротив, с заправок начал пропадать АИ-80. «При этом отмечаем, что на АЗС нет бензина, но на нефтебазах он есть», — раскрыл парадокс докладчик. Но и тут МНГ уже выправляет ситуацию в тесном взаимодействии с акиматами.

Поговорим о газе

Но самым интересным отрывком спича г-на Киинова был отрывок, касающийся трубопроводной политики РК. Пробежавшись по реализованным и реализуемым проектам нефтепроводов, говоря о газопроводах, он посетовал, что газ экспортируется только через российскую систему. Тут он подошел к самой острой теме последнего месяца — Транскаспийскому газопроводу (ТКГ; см. «Эксперт Казахстан» № 38 (328) от 26 сентября 2011 года). За пару дней до этого еврокомиссар по энергетике Гюнтер Эттингер, выступая на KAZENERGY, призвал Казахстан присоединиться к проекту.

Официальную позицию Казахстана г-н Киинов дипломатично изложил в трех предложениях. Во-первых, для Казахстана главной проблемой доставки газа в ТКГ и далее в Nabucco является недостаток в перспективе нескольких лет свободных объемов газа, так как имеющиеся в наличии свободные объемы пустят на удовлетворение собственных потребностей. При этом РК осознает необходимость прокладки ТКГ — без него невозможно экспортировать газ по Nabucco. И третье, Казахстан может рассмотреть возможность поставок газа по Южному коридору в дальнейшем, когда появится свободный газ. Пока же на повестке дня у министерства принятие закона о газе, где появится определение и функционал единого национального оператора по газу, а также закреплена зональность в тарифах на голубое топливо.

По обычаю вслед за Ляззатом Кииновым выступал глава АО НК «КазМунайГаз» (КМГ). В программке был записан Каиргельды Кабылдин, но за день до этого его на посту сменил Болат Акчулаков. Получилось, что г-н Кабылдин уже отправился руководить одной из дочек КМГ — «КазТрансОйлом», а г-н Акчулаков еще не успел сесть в новое кресло. Обычай был нарушен, но не попран — от КМГ речь перед участниками форума держал управляющий директор компании по разведке и добыче Алик Айдарбаев. Его короткий доклад запомнился уверенностью. «Уверен, что предстоящий обмен мнениями был полезен для всех участников, — говорил он. — Уверен, что насыщенная программа конференции послужит для укрепления связей и завязки новых деловых контактов». Надо понимать, что это тоже должно случиться вечером, потому что график заседаний в этот день был действительно плотный — 5 сессий и 24 выступающих.

Вставший за кафедру предправления Казахстанского института нефти и газа (КИНГ) Узакбай Карабалин начал пафосно, перечислив все актуальные для отечественных нефтяников юбилеи текущего года. «Развитие казахстанской нефтегазовой отрасли связано с развитием нации! Функционирование нефтегазовой отрасли связано с национальной самоидентификацией!» — почти в рифму звучало с кафедры, и с этим не поспорил бы ни один скептик, имеющий представление о Казахстане в последние 20 лет. Г-н Карабалин сравнил по сложности работу нефтяников на глубине морской с работами на орбитальной станции, и конструкторы космических кораблей едва не были биты инноваторами-нефтяниками. В это время на экране возникали разноцветные карты, схемы и объемные образы недр Кашагана и Карачаганака. Также глава КИНГ поделился достижениями в трансферте технологий, сотрудничестве с Shell в разработке плана технологического развития РК. «КИНГ — первая из казахстанских инжиниринговых компаний, кто участвует в разработке Тенгиза», — подчеркнул он.

Спич британского посла в РК и Киргизии Дэвида Морана, выступавшего на казахском и английском сразу, был, пожалуй, самым оригинальным. Он бы был даже эксклюзивным, если бы то же и так же г-н Моран не сказал недавно на KAZENERGY в Астане. «Сейчас важное время, когда важные решения могут быть приняты», — уверял г-н Моран, а переводчики поначалу не успевали переводить сразу с казахского на английский и с английского на русский. Из-за чего журналисты ворчали, в том числе и об упадке KIOGE в сравнении с KAZENERGY. «Очень надеюсь, что иностранный опыт будет применен в больших проектах, — намекнул на BP и Shell посол, предупредив: — Мы все имеем большую заинтересованность в сильном Казахстане».

Старший советник спецпосланника госдепартамента США по энергетическим вопросам в Евразийском регионе Дэниэл Стайн сфокусировал внимание слушателей на интересах США в транспортировке нефти и газа из вверенного ему региона. «Поставки из одного места высвобождают объемы в другом месте», — точно подметил советник, предупредив, что «Европа наш партнер по многим интересам». Редкий обыватель не понял бы, что советник сотрудника госдепа лоббирует Южный коридор. «Наша задача поощрять множество источников экспорта, — объяснял он. — И помочь таким странам, как РК, найти новые пути экспорта. В основе нашей политики — разнообразие поставщиков, потребителей и транспортировщиков». После этого г-н Стайн опроверг тех, кто изображает «энергетические отношения с Россией как продолжение противостояния», приведя в пример сделку «Роснефти» и Exxon Mobil. «Но мы уверены, что Южный коридор будет реализован», — подытожил он.

Пустите на толлинг

Первое, что ждало г-на Мынбаева на традиционной пресс-конференции — это вопрос о кадровых переменах в КМГ. И министр сделал первое, что сделал бы каждый на его месте: отказался от комментариев. Зато охотно рассказал о переговорах по реализации II фазы разработки Кашагана (повышение объемов добычи нефти). «На сегодня по II фазе ясности нет. Ни по срокам, ни по объемам, ни по деньгам», — признался г-н Мынбаев.

«Намерено ли государство вмешиваться в конфликт в “Озенмунайгазе”?» — спросили из зала. «В какой конфликт?» — переспросил министр. «Между забастовщиками и работодателями», — пояснил журналист. В ответ г-н Мынбаев аккуратно изложил версию работодателя, и это уже было косвенным ответом. «Грозит ли Казахстану стать сырьевым придатком Китая?» — поинтересовалась одна журналистка. «Сырьевым придатком? — опять переспросил министр. — Что вы имеете в виду? Хотите, чтобы мы всю нефть у себя перерабатывали?» И он привлек статистику в свидетели, что китайцам принадлежит лишь четверть отечественной нефти по запасам.

Кстати, с Китаем РК вскоре может связать нефтяной толлинг. По замыслу МНГ, если иногда отправлять нефть соседям для переработки, внутреннему рынку было бы проще пережить бензиновый дефицит. «Потому что, кроме КМГ, мы никому не скажем: “Завези бензин себе в убыток!” Но мы можем поставить нефть в Китай для толлинга, — поделился г-н Мынбаев. — Правда, пока инициатива не реализована. Из-за пошлин и рентного налога условия толлинга невыгодны».

В это время в большом зале заседала секция «Обзора сектора разведки и добычи в РК». «Следующее слово предоставляется Герою Жолтаевичу Жолтаеву. Это наш известный ученый, — объявил модератор. — Конечно, без науки нельзя двигаться вперед…». «Ой, рахмет!» — душевно поблагодарил модератора завкафедрой геологии нефти и газа КазНТУ профессор Герой Жолтаев и рассказал о слабом развитии геологоразведки в РК и поведал об интересных в нефтеносном плане палеогенных отложениях.

Последним в этой сессии выступал гендиректор АО «Каспийский трубопроводный консорциум» Николай Платонов. Он представил схему модернизации главной на сегодня нефтяной артерии республики. Модернизацию в три этапа КТК планирует окончить к 2014 году. На первом этапе, в течение ближайших двух лет, пропускную способность планируется увеличить до 35 млн тонн в год. На следующих этапах — в 2012—2013 и 2013—2014 годах — планируется сначала построить еще 5 НПС, а потом 3 резервуара по 100 тыс. тонн. В итоге КТК будет прокачивать 67 млн тонн нефти. Ставка делается, главным образом, на казахстанскую нефть. «Будем развиваться, если есть гарантии, что труба будет заполняться как сейчас, а сейчас она заполняется под завязку», — с оптимизмом заявил он.

Только глава МНГ приковал в тот день больше внимания, чем г-н Платонов: все выступающие уже разошлись, а журналисты все задавали уточняющие вопросы, окружив спикера у его места в президиуме, не пуская на обед. Спрашивали относительно конфликта среди акционеров КТК, относительно объемов прокачки по годам, относительно доли казахстанской нефти и относительно много еще чего. Его коллеги по президиуму смотрели на эту картину не то с жалостью, не то с завистью. Потом один не выдержал и предложил себя в жертву журналистам, но журналисты его не приняли. Ведь когда еще поговоришь с человеком, ответственным за самую главную для Казахстана трубу?

expert.ru

Пока есть нефть в трубе

Говорить о просчетах в юбилейный для страны год даже в очень либеральных системах считается плохим тоном. И лишь немногие понимают, что это и есть та конструктивная критика, которой не хватает для поступательного развития. Прошедшая в Алматы в начале октября нефтегазовая конференция KIOGE-2011 стала площадкой для такой критики. Здесь, например, было признано, что мы за 20 лет растеряли все достижения в геологии. И пусть относительно II фазы разработки Кашагана и III фазы Карачаганака определенности нет никакой, пока цены на нефть держатся выше 70 долларов за баррель и нефтепроводы заполняются «черным золотом», настроение и у политиков, и у нефтяников будет хорошее. Главное, правильно расставить экспортные акценты. Побывавший на KIOGE корреспондент «Эксперта Казахстан» убедился в верности тезиса, что главным из инструментов для нас является труба.

Парад дипломатов

Открывавший форум министр нефти и газа (МНГ) РК Сауат Мынбаев сначала вспомнил прошедший несколькими днями раньше VI Евразийский форум KAZENERGY. «Тематика этого форума освещала достижения 20-летия независимости. Мы считаем, содержательное обсуждение получилось», — охарактеризовал он богатый на новости KAZENERGY.

KIOGE продолжает собирать интересных ньюсмейкеров, но отходит на второй план, становясь площадкой для специалистов исключительно нефтянки, где все друг друга хорошо знают. «Немаловажная часть форума — вечером встретиться и пообщаться со старыми друзьями», — точно подметил в своем докладе (в Астане подобный доклад делал министр) вице-министр нефти и газа РК Ляззат Киинов.

Далее г-н Киинов заговорил о вещах менее приятных, чем редкие, трогательные встречи друзей-нефтяников. Тоном статистика он рассказал, что нефтяные запасы РК оцениваются в 4,8 млрд тонн, а газовые — 3,7 трлн кубометров. Конечно, это неплохо — такие показатели не первый год выводят Казахстан на 9-е место по запасам в мире. Но вряд ли это можно отнести к достижениям последних 20 лет. «Мы растеряли те достижения, которые имели в геологии», — печально признался вице-министр. Но проблема адекватно решается: сейчас, по словам г-на Киинова, рассматривается вопрос о создании соответствующего НИИ.

Если прогноз, оглашенный г-ном Кииновым сбудется, то к 2015 году в стране будут добывать 95 млн тонн нефти, из которых 84 тонны экспортируют. С 88% продукции на экспорт нефтедобыча останется второй наиболее ориентированной на экспорт крупной отраслью промышленности РК после урановой. Из 59,3 млрд кубометров добытого природного газа за границу в 2015 году отправят 31,4 млрд, остальное переработают и потребят в стране.

Докладчик коснулся и злободневной темы ГСМ. «Продавцы ГСМ начали искать, по-видимому, различные пути, как сделать так, чтобы восполнить снижение своей прибыли различными законными и незаконными путями», — заметил он. Г-н Киинов проиллюстрировал ситуацию так: как только АИ-92 стал дефицитом, заправщики начали «бодяжить» продукт, делать АИ-92 и 93 из АИ-80. Конечно, инновация — так себе, но и она дефицит АИ-92 не поборола, напротив, с заправок начал пропадать АИ-80. «При этом отмечаем, что на АЗС нет бензина, но на нефтебазах он есть», — раскрыл парадокс докладчик. Но и тут МНГ уже выправляет ситуацию в тесном взаимодействии с акиматами.

Поговорим о газе

Но самым интересным отрывком спича г-на Киинова был отрывок, касающийся трубопроводной политики РК. Пробежавшись по реализованным и реализуемым проектам нефтепроводов, говоря о газопроводах, он посетовал, что газ экспортируется только через российскую систему. Тут он подошел к самой острой теме последнего месяца — Транскаспийскому газопроводу (ТКГ; см. «Эксперт Казахстан» № 38 (328) от 26 сентября 2011 года). За пару дней до этого еврокомиссар по энергетике Гюнтер Эттингер, выступая на KAZENERGY, призвал Казахстан присоединиться к проекту.

Официальную позицию Казахстана г-н Киинов дипломатично изложил в трех предложениях. Во-первых, для Казахстана главной проблемой доставки газа в ТКГ и далее в Nabucco является недостаток в перспективе нескольких лет свободных объемов газа, так как имеющиеся в наличии свободные объемы пустят на удовлетворение собственных потребностей. При этом РК осознает необходимость прокладки ТКГ — без него невозможно экспортировать газ по Nabucco. И третье, Казахстан может рассмотреть возможность поставок газа по Южному коридору в дальнейшем, когда появится свободный газ. Пока же на повестке дня у министерства принятие закона о газе, где появится определение и функционал единого национального оператора по газу, а также закреплена зональность в тарифах на голубое топливо.

По обычаю вслед за Ляззатом Кииновым выступал глава АО НК «КазМунайГаз» (КМГ). В программке был записан Каиргельды Кабылдин, но за день до этого его на посту сменил Болат Акчулаков. Получилось, что г-н Кабылдин уже отправился руководить одной из дочек КМГ — «КазТрансОйлом», а г-н Акчулаков еще не успел сесть в новое кресло. Обычай был нарушен, но не попран — от КМГ речь перед участниками форума держал управляющий директор компании по разведке и добыче Алик Айдарбаев. Его короткий доклад запомнился уверенностью. «Уверен, что предстоящий обмен мнениями был полезен для всех участников, — говорил он. — Уверен, что насыщенная программа конференции послужит для укрепления связей и завязки новых деловых контактов». Надо понимать, что это тоже должно случиться вечером, потому что график заседаний в этот день был действительно плотный — 5 сессий и 24 выступающих.

Вставший за кафедру предправления Казахстанского института нефти и газа (КИНГ) Узакбай Карабалин начал пафосно, перечислив все актуальные для отечественных нефтяников юбилеи текущего года. «Развитие казахстанской нефтегазовой отрасли связано с развитием нации! Функционирование нефтегазовой отрасли связано с национальной самоидентификацией!» — почти в рифму звучало с кафедры, и с этим не поспорил бы ни один скептик, имеющий представление о Казахстане в последние 20 лет. Г-н Карабалин сравнил по сложности работу нефтяников на глубине морской с работами на орбитальной станции, и конструкторы космических кораблей едва не были биты инноваторами-нефтяниками. В это время на экране возникали разноцветные карты, схемы и объемные образы недр Кашагана и Карачаганака. Также глава КИНГ поделился достижениями в трансферте технологий, сотрудничестве с Shell в разработке плана технологического развития РК. «КИНГ — первая из казахстанских инжиниринговых компаний, кто участвует в разработке Тенгиза», — подчеркнул он.

Спич британского посла в РК и Киргизии Дэвида Морана, выступавшего на казахском и английском сразу, был, пожалуй, самым оригинальным. Он бы был даже эксклюзивным, если бы то же и так же г-н Моран не сказал недавно на KAZENERGY в Астане. «Сейчас важное время, когда важные решения могут быть приняты», — уверял г-н Моран, а переводчики поначалу не успевали переводить сразу с казахского на английский и с английского на русский. Из-за чего журналисты ворчали, в том числе и об упадке KIOGE в сравнении с KAZENERGY. «Очень надеюсь, что иностранный опыт будет применен в больших проектах, — намекнул на BP и Shell посол, предупредив: — Мы все имеем большую заинтересованность в сильном Казахстане».

Старший советник спецпосланника госдепартамента США по энергетическим вопросам в Евразийском регионе Дэниэл Стайн сфокусировал внимание слушателей на интересах США в транспортировке нефти и газа из вверенного ему региона. «Поставки из одного места высвобождают объемы в другом месте», — точно подметил советник, предупредив, что «Европа наш партнер по многим интересам». Редкий обыватель не понял бы, что советник сотрудника госдепа лоббирует Южный коридор. «Наша задача поощрять множество источников экспорта, — объяснял он. — И помочь таким странам, как РК, найти новые пути экспорта. В основе нашей политики — разнообразие поставщиков, потребителей и транспортировщиков». После этого г-н Стайн опроверг тех, кто изображает «энергетические отношения с Россией как продолжение противостояния», приведя в пример сделку «Роснефти» и Exxon Mobil. «Но мы уверены, что Южный коридор будет реализован», — подытожил он.

Пустите на толлинг

Первое, что ждало г-на Мынбаева на традиционной пресс-конференции — это вопрос о кадровых переменах в КМГ. И министр сделал первое, что сделал бы каждый на его месте: отказался от комментариев. Зато охотно рассказал о переговорах по реализации II фазы разработки Кашагана (повышение объемов добычи нефти). «На сегодня по II фазе ясности нет. Ни по срокам, ни по объемам, ни по деньгам», — признался г-н Мынбаев.

«Намерено ли государство вмешиваться в конфликт в “Озенмунайгазе”?» — спросили из зала. «В какой конфликт?» — переспросил министр. «Между забастовщиками и работодателями», — пояснил журналист. В ответ г-н Мынбаев аккуратно изложил версию работодателя, и это уже было косвенным ответом. «Грозит ли Казахстану стать сырьевым придатком Китая?» — поинтересовалась одна журналистка. «Сырьевым придатком? — опять переспросил министр. — Что вы имеете в виду? Хотите, чтобы мы всю нефть у себя перерабатывали?» И он привлек статистику в свидетели, что китайцам принадлежит лишь четверть отечественной нефти по запасам.

Кстати, с Китаем РК вскоре может связать нефтяной толлинг. По замыслу МНГ, если иногда отправлять нефть соседям для переработки, внутреннему рынку было бы проще пережить бензиновый дефицит. «Потому что, кроме КМГ, мы никому не скажем: “Завези бензин себе в убыток!” Но мы можем поставить нефть в Китай для толлинга, — поделился г-н Мынбаев. — Правда, пока инициатива не реализована. Из-за пошлин и рентного налога условия толлинга невыгодны».

В это время в большом зале заседала секция «Обзора сектора разведки и добычи в РК». «Следующее слово предоставляется Герою Жолтаевичу Жолтаеву. Это наш известный ученый, — объявил модератор. — Конечно, без науки нельзя двигаться вперед…». «Ой, рахмет!» — душевно поблагодарил модератора завкафедрой геологии нефти и газа КазНТУ профессор Герой Жолтаев и рассказал о слабом развитии геологоразведки в РК и поведал об интересных в нефтеносном плане палеогенных отложениях.

Последним в этой сессии выступал гендиректор АО «Каспийский трубопроводный консорциум» Николай Платонов. Он представил схему модернизации главной на сегодня нефтяной артерии республики. Модернизацию в три этапа КТК планирует окончить к 2014 году. На первом этапе, в течение ближайших двух лет, пропускную способность планируется увеличить до 35 млн тонн в год. На следующих этапах — в 2012—2013 и 2013—2014 годах — планируется сначала построить еще 5 НПС, а потом 3 резервуара по 100 тыс. тонн. В итоге КТК будет прокачивать 67 млн тонн нефти. Ставка делается, главным образом, на казахстанскую нефть. «Будем развиваться, если есть гарантии, что труба будет заполняться как сейчас, а сейчас она заполняется под завязку», — с оптимизмом заявил он.

Только глава МНГ приковал в тот день больше внимания, чем г-н Платонов: все выступающие уже разошлись, а журналисты все задавали уточняющие вопросы, окружив спикера у его места в президиуме, не пуская на обед. Спрашивали относительно конфликта среди акционеров КТК, относительно объемов прокачки по годам, относительно доли казахстанской нефти и относительно много еще чего. Его коллеги по президиуму смотрели на эту картину не то с жалостью, не то с завистью. Потом один не выдержал и предложил себя в жертву журналистам, но журналисты его не приняли. Ведь когда еще поговоришь с человеком, ответственным за самую главную для Казахстана трубу?

expertonline.kz