Сбежать от нефти. Почему в ОАЭ нет кризиса. Оаэ когда нашли нефть


Вчерашние неимущие бедуины-кочевники сегодня живут как в восточной сказке: albercul

Лодка доу, на которой мы плывем, построена в 1941 году. 70 лет назад под ее навесом ютилось до 20 человек. Шесть месяцев в году 10 ныряльщиков доставали со дна раковины, а еще 10 рабочих вскрывали их одну за одной. Найденный жемчуг отдавали хозяину лодки или скупщику, зарплату делили поровну. Ее хватало, чтобы прокормить семью.

— В день ныряльщик совершал до 50 погружений с камнем, привязанным к ногам… — рассказывает Аиша. — Скудный рацион, долгие месяцы тяжелой работы в открытом море, болезни — редкий ловец жемчуга доживал до 30 лет.

Девушка знает о суровой жизни коренных эмиратцев только по книгам. Она из нового поколения — тех, кто получил университетское образование и престижную работу. Аиша проводит семинары для студентов, школьников и даже взрослых, рассказывает и показывает, как жили предки. О том, что в Эмиратах раньше добывали жемчуг, мало кто помнит. Ход истории резко изменился в 1953 году, когда в эмирате Абу-Даби нашли нефть.

Нефть народу

В 1962-м нефть стали продавать на экспорт.

За несколько лет бедный регион, состоящий из разбросанных по пустыне княжеств, превратился в богатое нефтедобывающее государство.

Но для простых жителей ничего не изменилось. Нефтяная казна правящего шейха Шахбута хранилась в подвале его дворца в мешках. Говорят, часть ее съели крысы. 6 августа 1966 года после бескровного дворцового переворота Шахбута отстранили от власти. На семейном совете было решено, что страной должен править его младший брат шейх Заед бен Султан аль Нахайян.

В августе 1966 года все малоимущие граждане Абу-Даби получили от пришедшего к власти шейха огромную сумму наличными из запасов его брата. С 1968 по 2002 год более чем 162 миллиарда дирхамов были инвестированы в развитие эмирата.

Шейх Заед мечтал распорядиться богатствами родины так, чтобы все стали счастливы. Он сделал программное заявление: «Если Аллах облагодетельствовал нас дарами, то первое, что мы должны сделать в угоду и благодарность ему, — направить богатства на преобразование страны и благосостояние народа». Почти такие же лозунги о всеобщем процветании, только без упоминания Аллаха, в 1960-х красовались и на советских фабричных стенах вместе с портретами вождей. В ОАЭ и сегодня с каждого второго здания смотрит строгий лик шейха Заеда. Его тут почитают чуть ли не наравне с Аллахом и иначе как отцом народа не называют.

Песок, стекло и сталь

Шейх повелел снести все бедуинские хижины. Бывшим хозяевам выдали не только жилье, но и щедрую денежную компенсацию. В 1975 году почти 24 тысячи граждан в рамках социальной помощи получили 87,7 миллиона дирхамов, а в 1982-м уже более 120 тысяч человек оказались одарены 275 миллионами дирхамов. Люди покинули пустыню и переехали в города.

Сегодня столица Эмиратов Абу-Даби выглядит как Гонконг или Нью-Йорк: стеклянные небоскребы, в цокольных этажах банки, студии маникюра и кофейни западных сетей. Каждый небоскреб назван в честь какого-нибудь шейха, по идеально гладким дорогам ездят сплошь суперкары.

10-километровым променадом вдоль моря протянулась набережная Корниш-роуд. Она начинается около отеля Emirates Palace и идет почти до острова Саадият, где строятся филиалы Лувра и музея Гуггенхайма. Под пальмами, высаженными стройными рядами, прогуливаются семьи с детьми.

Содержание одной пальмы обходится государству в 10 000 долларов в год.

К каждому дереву подведена система полива. В Эмиратах нет ни одной реки, растения поливаются опресненной водой. Основная часть территории — засушливые каменистые равнины и солончаки. Два миллиона деревьев, привезенных в Абу-Даби с разных концов света, призваны сдерживать наступление пустыни. А всего 40 лет назад на месте современного мегаполиса была нищая бедуинская деревня.

Сегодня 85% коренного населения ОАЭ живет в городах на побережье и в оазисах, редко покидая кондиционированные квартиры и офисы. Впрочем, кондиционеры на полную мощность работают везде — в такси, автобусах и даже на остановках общественного транспорта. Во внутренних пустынных районах страны остались те арабы, которые по сей день предпочитают вести кочевой образ жизни, например бедуинское племя бени-китаб.

Комфорт за чужой счет

По пути в деревню бедуинов, который проходит через пески пустыни Разин, прошу водителя остановиться возле загона с верблюдами. Верблюжьи гонки — национальный спорт, и инвестиции в будущих чемпионов огромные. Все звери холеные, в загонах убрано, в кормушках свежее сено, в поилках чистая вода. Рядом с верблюжьим загоном прямо под открытым небом — ржавая кровать. Вместо матраса — несколько пучков соломы. Тут 11 месяцев в году спит Курбан Батти, 35-летний пакистанец, ухаживающий за верблюдами. Водитель торопливо убеждает меня, что пакистанец очень доволен условиями — так жить лучше, чем без работы в Пакистане.

— Щедрый хозяин даже оплачивает мне билеты на родину, — хвастается Курбан. — Один месяц в году я могу провести с семьей. У меня жена, два сына и две дочки.

В месяц Батти получает 1000 дирхамов (~270 долларов). В его обязанности входит кормление верблюдов и уборка загонов. В день он распаковывает по два пакета сена для каждого из 200 верблюдов из стада. Один пакет стоит 600 дирхамов…

На следующий день в лобби роскошного отеляEmirates Palace в Абу-Даби я разговариваю с инженером Эрнакуламом Кералой. Он приехал из Мумбая четыре года назад. Шесть дней в неделю Эрнакулам шкурит и чистит потолки и колонны отеля, чтобы приклеить на них пластинки сусального золота. На 40 квадратных метров поверхности уходит 1600 пластинок 22-каратного золота. Работа тяжелая и ответственная — материал дорогой. В месяц Эрнакулам получает около 5000 дирхамов.

Условия труда офисных служащих лучше. Белых воротничков привлекает всегда солнечная погода и возможность быстрого карьерного роста. Ирландка Дерна О’Лири в Эмиратах уже год, она организует работу отдела маркетинга Фестиваля искусств. Ее зарплата — 9000 дирхамов — ниже, чем была бы при аналогичной должности на родине.

— Я веду крупный проект, возглавляю департамент компании. А в Ирландии с моим опытом я могла бы рассчитывать только на место стажера или практиканта, — говорит 25-летняя Дерна.

Ее ровесница Надия Брахими из Алжира занимается аккредитацией прессы на мероприятия.

— Я обожаю ОАЭ. Здесь очень безопасно. Я училась в Париже и там больше боялась за жизнь и кошелек. Тут девушка может спокойно идти одна ночью по городу. На женщин нельзя смотреть, их нельзя фотографировать, нельзя показывать на них пальцем — за такие нарушения придется выложить немаленькие штрафы. — Надия носит строгий черный костюм, но волосы не покрывает — роскошные черные локоны струятся по спине.

Образованные люди

В начале 1960-х население было не только бедным, но и наполовину неграмотным. Редко кто из родителей мог нанять ребенку учителя. А если доход семьи и позволял такую роскошь, как образование, то в медресе — духовных школах при мечетях — обычно изучался только Коран. Шейх Заед мечтал, чтобы в стране жили образованные люди, которые знали бы, как распорядиться богатством. В 1953 году в эмирате Абу-Даби была открыта первая светская школа и зарегистрировано 450 учеников. А в 1972 году образование в школах стало для всех эмиратцев бесплатным и обязательным.

— Мое обучение в Калифорнийском университете оплатил фонд Abu Dhabi Investment Authority, — рассказывает известный эмиратский телеведущий и колумнист Али Алсалум. — Там я штудировал основы туризма и гостеприимства. Затем учился в Канаде. Дополнительно овладел английским, немецким и корейским языками.

Назад к корням

Проект Мохамеда Рашад Кудси — бедуинская деревня — тоже получил государственную поддержку. Мохамед встречает меня кофе и финиками. Сейчас деревня пустует, но на выходные все номера забронированы. Коренные жители приезжают сюда семьями на уик-энд, чтобы пожить в хижинах без кондиционеров и поспать на циновках.

— Гости хотят полюбоваться дюнами, прокатиться на верблюде, отведать национальной еды и показать детям, как жили их предки, чтобы те ценили свое богатство и блага, которые им дает государство, — рассказывает Мохамед. —Покойный президент Его Высочество шейх Заед бен Султан аль Нахайян говорил: «Предки оставили нам в наследство традиции. Наша миссия — поддерживать и развивать их в качестве активов для будущего нации».

В традиционной арабской деревне есть выбор между палаткой бедуина, тростниковой хижиной рыбака и каменным фортом в пустыне. Отвыкших от жары резидентов ждет прохладный бассейн. Но приобщаются к жизни предков эмиратцы недолго. Полюбовались дюнами и песками — и в город, к благам цивилизации, которыми их одарил дальновидный шейх. А мог бы сложить нефтяные деньги в копилку и наслаждаться ими с группкой соратников.

Фото: Istock (x8), Getty Images (x14)

albercul.livejournal.com

Эмираты до открытия в стране нефти

Жизнь в Дубаи до нахождения месторождения нефти.

Сегодня Дубай - это огромный мегаполис в небоскребами, который выглядит футуристичнее любого другого города на земле. Но в 1833 году, когда Дубай был основан, поселение насчитывало всего 800 человек. Маленький центр рыболовли и поиска жемчужин. Иногда сюда приходили бедуины и занимали простые хижины, созданные из пальмовых деревьев. Фотографии в нашем обзоре показывают жизнь этого замечательного города в 1950-60х, как раз накануне открытия месторождения нефти. Всего 60 лет назад - но такая потрясающая разница!

Караван верблюдов следует через Дубай. 1960-е.

Мужчина, курящий кальян, продает лимоны и сушеные травы.

Рынок в центре города Дубай.

Бур Дубаи, 1960-е.

Аэропорт Дубай. 1971г.

Аэропорт.

Дубай с высоты птичьего полета. 1950-е.

Набережная линия в городе Дубай. 1950-е.

Мужчины на молитве во время мусульманского фестиваля Eid in Dubai.

Местонахождение нефти в Договорном Омане.

Один из заливов в Дубай. 1960-е.

Башня с часами.

Первый магазин Jashanmal в Дубаи. 1956г.

Первым самолетом, приземлившимся на новую посадочную полосу в аэропорте Дубаи стал Comet из Middle East Airlines в 1965г.

Водоснабжение в Дубаи. 1960-е.

[источник]Источник: http://www.kulturologia.ru/blogs/011015/26507/

sayanarus.livejournal.com

Сбежать от нефти. Почему в ОАЭ нет кризиса | Экономика | Деньги

Кого у нас ни спроси, каждый в курсе: где-то там, на Аравийском полуострове, имеется с десяток монархий, живущих исключительно за счёт нефти и погрязших в роскоши. Больше всего таких легенд ходит про Объединённые Арабские Эмираты, где во время становления «дикого капитализма» в качестве торговцев-«челноков» побывали многие наши граждане. Однако с тех пор ситуация значительно изменилась. С­амый известный эмират — Дубай — ничуть не волнует обрушение цен на чёрное золото, местная валюта не упала по отношению к доллару, а власти и не думают сокращать бюджет. Почему? Ровно 20 лет назад 83% доходов «оазиса в пустыне» составляли деньги от продажи нефти, но сейчас их доля в ВВП... лишь 6% у Дубая и 29% в целом по ОАЭ. Для сравнения: Россия получает около половины всех заработков от экспорта энергоресурсов, этим и обусловлены проблемы в нашей экономике. Так как же зависимому от чёрного золота эмирату удалось быстро слезть с «нефтяной и­глы»?

Диверсификация верблюдов

— Первоначально, в 70-е и 80-е гг., тут не делали ничего — только тратили, — рассказывает экономический консультант Хамид Хасан аль-Бахр. — Как и в России в «золотые годы», жители Эмиратов хотели лишь по­треблять — самое дорогое, лучшее, заграничное. Однако исследования показали: нефть в пустыне обязательно иссякнет. Не скоро — возможно, лишь к 2040 г. (а то и позже), но зато навсегда. Необходима диверсификация: поиск других источников доходов. Именно поэтому в правительстве срочно начались разработки: на чём можно будет зарабатывать вместо нефти? В первую очередь предлагали туризм, но тогда все на эту тему откровенно смеялись. Да упаси Аллах, что тут смотреть — п­ески и п­ару верблюдов?

Сейчас Дубай — одно из главных туристических направлений мира. В прошлом году крохотный эмират, по последним данным, посетили 20 млн человек — столько же, сколько и Россию с нашим огромным количеством достопримечательностей. Например, туристов из КНР в Эмиратах уже 400 тыс., а у нас (притом что мы с Китаем граничим) — едва за полмиллиона. Дубай развил туризм с нуля, и теперь приезжие просто тонут в развлечениях. В центре города турагенты хватают за руку — предлагают фото на фоне небос­крёбов, покататься на верблюде, порыбачить в Персидском заливе и даже... по­ехать на горно­лыжный курорт. Да-да, в Дубае при кругло­годичной жаре работает крытый комплекс со снежными горами, морозом и искусственным льдом. «Россия — совершенно уникальная страна: стоит взглянуть хотя бы на Карелию, озеро Байкал, Камчатку — это просто сказка, — восторгается представитель департамента туризма Дубая Мохаммед Эмин аль-Вахед. — Но доля денег иност­ранных гостей в вашем ВВП — всего 1,5%, хотя могла быть в десять раз больше. У вас мало дешёвых гостиниц, а визу в РФ получить — это ужас, т­уристы ждут по 2-3 недели; разрешение же на въезд в Эмираты выдают за сутки. РФ теряет десятки миллиардов долларов, игнорируя развитие туризма».

Искусственные огороды

Крайне важным моментом является уход Дубая от «колбасного импорта». Казалось бы, какой выбор у ОАЭ? В пустыне ничего не вырастишь, тут и пресная вода на вес золота — стало быть, еду можно ввозить только из-за границы. Однако сейчас доля жителей эмирата, занятых в сельском хозяй­стве, составляет 7% (в России — 10), Дубай полностью обеспечивает себя своими овощами и на треть — мясом. Каким образом? Сразу было налажено опреснение океана, созданы искусственные пастбища для овец, «огороды» и «фруктовые сады» на бывшей морской воде. Смешно сказать, теперь Эмираты экспортируют собст­венную клубнику и вообще являются одними из лидеров по продаже экологически чистых ягод и фруктов в ЕС. У нас же предпочитают сейчас покупать помидоры в Марокко, а фермеры с юга России не могут пробиться на рынки Москвы и Санкт-Петербурга — бизнесменам проще в­тридорога приобрести в А­фрике «пласт­массовые» овощи. Хотя, как справедливо заметил фермер в Абу-Даби, «если вдруг в целом мире исчезнет еда, одна Россия сможет всех прокормить». Увы, мы даже себя не кормим.

Нефтяная «наркомания»

— За последние годы Эмираты потратили 35 млрд долл., чтобы избавиться от нефтяной зависимости, — объясняет журналист «Абу-Даби ТВ» Джамаль Исмаил. — Когда государство ничего не производит, а только потребляет, сидя на нефти, — это «наркомания». В ОАЭ вовсю идёт переход на другие источники энергии, нежели нефть и природный газ. Скажем, в эмирате Абу-Даби существует «город солнца» Масдар: электри­чество там вырабатывается не благодаря углеродному сырью, а солнечной электростанцией и батареями — лишние «киловатты» успешно продают за границу. У России есть куда больше возможностей зарабатывать, чем в Эмиратах, и не зацикливаться на нефти. Только в вашей стране этим почему-то не хотят заниматься.

В моей статье не хватит места, чтобы перечислить всё, что сделали Эмираты, стараясь отойти от экспорта энергоресурсов. Тут и огромный аэропорт в Дубае, п­еревозящий 70 млн пассажиров, — из Москвы можно полететь через ОАЭ куда угодно, хоть в Непал и Кению (а ведь каждый сэндвич, купленный путешест­венником на пересадке, — это деньги в бюджет). И решение построить «Силиконовый оазис» с целью привлечь специалистов-компьютерщиков со всего мира, и лучшие условия для бизнесменов, превратившие Дубай в финансовый центр Ближнего Востока. Именно поэтому в Эмиратах сейчас нет таких сложностей, как в Саудовской Аравии или Омане, где по причине падения цен на нефть спешно ужимают раздутый бюджет. Могло ли в России в разгар экономического кризиса быть иначе? Конечно. Все, с кем я беседовал в Эмиратах, удивлялись: почему при столь огромных возможностях вы «застряли» в нефти? И верно. У нас под ногами валяются десятки (если не сотни) миллиардов долларов — туризм, сельское хозяйство, альтернативные источники энергии. Но в правительстве в упор не видят этих денег. Зачем? Проще сидеть в кресле и надеяться, что нефть снова подорожает.

«Доллар обязан стоять на месте». Почему курс «зелёного» в Эмиратах не меняется уже 20 лет? Читайте специальный репортаж из Дубая в следующем номере «АиФ».

www.profgeo.ru