Катастрофа в Мексиканском заливе – последствия. Последствия нефть в мексиканском заливе


Ученые анализируют последствия взрыва нефтяной платформы в Мексиканском заливе

Снова о катастрофе и её последствиях в Мексиканском заливе (ВР: поток нефти в Мексиканский залив остановился, Сколько стоит дырка в Мексиканском заливе, Гольфстрим умер, Какой погоды ждать от Гольфстрима нынешним летом и т.д.):Год назад произошел взрыв глубоководной буровой установки в Мексиканском заливе. Американский эколог Карл Сафина суммирует последствия катастрофы для экосистем этой акватории. По его мнению, в целом последствия не такие трагические, как предсказывали панически настроенные обозреватели вскоре после самого события. Но эта относительная безнаказанность явилась скорее результатом счастливого стечения обстоятельств, чем признаком закономерной неуязвимости природной системы. Человеческая технология, психологическая и профессиональная подготовка пока не способны справиться с теми рисками, которые неизменно возникают при глубоководном нефтяном бурении. Катастрофы при этом обязательны и неизбежны. Карл Сафина убежден, что правительственные вложения в глубоководное бурение — это недальновидная и тупиковая линия экономики. Необходимо вкладывать как можно больше ресурсов, материальных и творческих, в развитие альтернативных энергетических производств.Прошло около года с момента одной из самых серьезных мировых экологических катастроф — взрыва глубоководной нефтяной платформы и разлива нефти в Мексиканском заливе. Сам взрыв произошел 20 апреля 2010 года, 22 апреля горящая платформа затонула, и после этого в течение последующих нескольких месяцев нефть выливалась в океан. Прекратить поступление нефти в залив удалось лишь к августу 2010 года. Президент-учредитель Института океана (Blue Ocean Institute) Карл Сафина (Carl Safina) подводит непосредственные итоги этого события в публикации журнала PLOSBiology, которая кратко излагает основные положения выпущенной 19 апреля объемной и подробной книги «Море в огне» (A sea in flames).Прежде всего Сафина напоминает хронологию самой катастрофы.В 2008 году компания British Petroleum — BP — оформила долгосрочную аренду на участок морского дна в Мексиканском заливе в 80 км от побережья Луизианы. В этом месте была построена плавучая платформа размером с два футбольных поля, названная Макондо (так назывался город в романе Габриэля Гарсиа Маркеса «Сто лет одиночества», своего рода аллегория «рая сырости и одиночества»). Буровая установка «Глубоководный Горизонт» (Deepwater Horizon), работавшая на платформе, имела высоту 122 м, дистанция от бура до морского дна составляла 1,6 км, а глубина пробуренной скважины — около 4 км. Так что работы проходили на глубине 5,6 км. В таких условиях могут работать только автоматы, всё управление велось дистанционно.Несмотря на такую гигантскую глубину, диаметр скважины составлял всего 1,72 м, а диаметр дна скважины — 1 м. Стенки скважины укреплялись стальными кольцами длиной 600 м; по мере углубления колодца кольца спускали вниз — более узкое проскальзывало вниз сквозь более широкое и скреплялось цементом. Все цементные работы осуществляла компания Halliburton, взявшая подряд от BP. Сверху скважины был установлен предохранитель — 12-метровая система клапанов, которые при развитии неконтролируемой ситуации должны были полностью перекрыть и закупорить скважину.В скважине, как и положено, по затрубу — пространству между бурильной трубой и стенками скважины — циркулировал буровой раствор. Эта тяжелая жидкость должна не только выносить наверх частицы раздробленной породы, но и укреплять стенки скважины и, главное, сдерживать напор газа, высвобождаемого при бурении. Буровая жидкость — это дорогостоящий материал, его стоимость при глубоководном бурении составляет около полумиллиона долларов. В данном случае в буровой раствор добавляли особый полимер, который уменьшал проницаемость породы — иначе сквозь стенки скважины просачивалось изрядное количество дорогостоящего бурового раствора. Этого полимера заказали с большим излишком, остатки девать было некуда, так как его транспортировка на сушу и последующее захоронение (а это химически агрессивный вредный материал) влетело бы компании в копеечку. Излишки решено было оставить и использовать так или иначе в дальнейшем.В середине апреля 2010 года бур достиг крупного нефтегазоносного резервуара, скважину решено было законсервировать, чтобы впоследствии начать коммерческую добычу. Началась подготовка к консервации.20 апреля рабочие должны были, во-первых, установить мощный цементный стопор или затвор, который перекрыл бы скважину, и, во-вторых, перехватив буровой раствор, заменить его на морскую воду. В этих работах использовали специально изготовленный цемент, такой, чтобы выдерживал высокие давления и высокие температуры, характерные для глубоких скважин.Скважину перекрыли цементной пробкой, начали закачку морской воды, а чтобы отметить границу бурового раствора и воды, использовали излишки вяжущего полимера. Далее необходимо было отслеживать динамику изменения давления над цементным затвором. Оно не должно было увеличиваться. Контрольно-измерительные приборы показывали разные значения. Один из приборов показывал нормальные величины и отсутствие динамики, другой, напротив, демонстрировал рост давления. Какие показания верны? Решено было, что те, которые показывали норму.В действительности, как раз этот прибор был неисправен, так как вяжущий полимер, закачанный между буровым раствором и водой, остановил весь его рабочий механизм. На самом деле давление над цементной пробкой увеличивалось, а это означало, что цемент не выдержал и газ снизу начал поступать в скважину.Далее рабочие должны были избавится от той самой полимерной жидкости, маркирующей границу бурового раствора и воды. На это время отключили запасные измерители давления. Если бы не это, приборы могли бы предупредить о возникшей опасности. Когда же ситуация стала очевидна, начальство растерялось и не среагировало оперативно. Закачку тяжелого бурового раствора, который всё еще мог бы остановить выброс газа, произвели слишком поздно, газ уже поднялся к поверхности. Один из рабочих, поняв, что нужно срочно отключить генераторы, не сделал этого, так как побоялся взять на себя ответственность. А ответственные лица, опять же, оказались слишком медлительны. Генераторы засосали газ, и произошел взрыв. Главный электрик буровой установки утверждал, что, чтобы сработала автоматическая предохранительная система, нужно было отключить сигнал тревоги, а этого никто не решился сделать.При взрыве погибли 11 человек, на платформе начался пожар. Взрывом и огнем повредило систему предохранительных клапанов, перекрывающих и закупоривающих скважину наглухо. Скважина, снабженная практически неограниченным количеством топлива, превратилась в ад. Всё пылало. Около ста человек спаслись на надувных лодках, некоторые успели прыгнуть в воду и уплыть. Платформа горела двое суток, потом затонула.Нефть начала поступать в залив. Первоначальные попытки закупорки скважины провалились, и это неудивительно, так как методы, использованные сразу после взрыва, были разработаны в 70-е годы для мелких аварий. Нужно отметить, что те же методы, примененные в 1979 году при аварии на платформе «Иксток» (Ixtoc), уже показали свою неэффективность. Пришлось спешно изобретать новую методику и новые материалы, чтобы справиться с катастрофой. Только к концу июля удалось перекрыть скважину.По оценкам BP, скорость поступления нефти в залив составляла 160 000 литров в день (1 тыс. баррелей в день), по оценкам береговых служб — 60 тыс. баррелей в день (скорость поступления нефти во время катастрофы на платформе «Иксток» была в два раза меньшей). Для уничтожения нефтяного пятна на поверхности BP выжигала локальные пятна и использовала диспергенты. Было вылито в воды залива около 8 млн литров диспергента. Нужно иметь в виду, что химический состав диспергента — коммерческая тайна BP. По приблизительным оценкам, в воды Мексиканского заливы вылилось около 800 миллионов литров нефти.Каковы экологические последствия этого нефтяного выброса — реальные, а не те панические предсказания, что циркулировали в средствах массовой информации после катастрофы?Публика, памятуя о колоссальной смертности птиц, тюленей, каланов и китов после разлива нефти с танкера Exxon Valdez, ожидала столь же массовой гибели морской и прибрежной живности. Тут, однако, повезло — если такое выражение употребимо по отношению к катастрофе. В отличие от акватории пролива Принца Вильгельма у южного побережья Аляски, где расположены естественные местообитания различных животных и птиц, в Мексиканском заливе ничего такого нет. Поэтому никакой массовой гибели животных и птиц на самом деле не наблюдалось. Гибель птиц оценивалась первой тысячей, не больше. Птицы и морские млекопитающие в неблагоприятный период откочевали в безопасные для себя места. Наибольшему риску подверглась популяция исчезающих черепах — атлантических ридлей (Lepidochelys kempii).

Ареал атлантической ридлеи. Изображение с сайта www.euroturtle.org

Однако многие взрослые особи в это время года откочевали в открытое море. После взрыва было зарегистрировано 500 особей этих черепах, но многие, по-видимому, погибли не от нефтяного заражения, а от повреждений орудиями лова местных промысловиков. Многие, предвосхищая скорый запрет на лов в море, постарались загодя наловить побольше, поставив все имеющиеся орудия лова. Службы охраны постарались восполнить потери популяции этого редкого вида и перевезли на побережье Мексиканского залива 70 000 черепашьих яиц. Однако результат этой спасательной операции будет ясен только через полтора десятилетия, так как атлантическая ридлея размножается раз в 12–20 лет.Что же касается гибели рыбных запасов в водах залива, то тут ситуация совсем не катастрофическая. После введения запрета на лов, запасы неизменно и очень быстро восстанавливаются. Так было после гибели рыбных популяций, произошедшей после катастрофы Exxon Valdez — будет, по всей вероятности, и теперь.При этом отмечается, что нефтяная пленка, покрывшая донные осадки в некоторых частях залива, послужила причиной гибели донной инфауны и глубоководных морских кораллов.То гигантское количество нефти, которое вылилось в воды залива, при относительно высокой среднегодовой температуре воды должно быть очень быстро переработано бактериальной микрофлорой и превращено в углекислоту. Так что бактериальные процессы должны сильно уменьшить последствия загрязнения.Самые серьезные опасения вызывает судьба заливных лугов дельты реки Миссисипи.

Нефтяное пятно движется к дельте Миссисипи. Фото с сайта submit.nytimes.com

Река несет огромное количество осадка, сформировав за 4–5 тысяч лет территорию дельты, выдающуюся в море на десятки километров. Протоки дельты меняют свой маршрут, высокая влажность и продуктивность почв создают благоприятные условия для растительности, биоразнообразие в дельте ошеломляюще высоко. Поэтому загрязнение этих территорий действительно грозит серьезными потерями биоразнообразия.Цифры же таковы: в результате катастрофы из 18 000 км2 заливных лугов нефтяными пятнами покрыто 9 км2. На этих загрязненных площадях к концу лета уже возобновилась нормальная вегетация. 9 км2 — много это или мало? Для сравнения приведены данные антропогенного разрушения территории дельты: за время эксплуатации дельтовых земель площади сократились на 5 тыс. км2 ; ежегодные темпы сокращения площадей оцениваются в 100–200 км2. Так что 9 км2 нефтяных пятен выглядят не слишком впечатляюще на фоне остальных экологически агрессивных факторов.Основными причинами сокращения территорий дельты считаются зарегулирование стока, нарушающего естественный терригенный снос, который восполняет вымывание дельты морскими водами, и опускание фрагментов суши вследствие добычи нефти на этих территориях.Поэтому, анализируя последствия, естественно возникает вопрос: была ли эта катастрофа той «самой большой катастрофой в истории», как назвал ее президент США Барак Обама?Именно эта катастрофа, по всей видимости, не была. Нейтрализуя человеческую нерасторопность и недальновидность, обстоятельства случайно сложились в пользу природы: массовые поселения птиц и млекопитающих находились далеко к северу, большая часть нефти всплыла на поверхность, не достигнув донной фауны, а голодные бактерии переработали нефтяные озера. Всё могло бы быть гораздо, гораздо хуже.Но, как отмечает автор обзора, хуже всего то, что основной урок из этой катастрофы касается не сиюминутных мер по соблюдению экологической безопасности, а общей политики энергодобычи. Глубоководное бурение, на которое сейчас возлагают серьезные надежды многие топливные компании, а вместе с ними и правительства нефтедобывающих стран, — это чрезвычайно опасное мероприятие. Человеческая техника, человеческая психология и профессиональная подготовка еще не готовы справляться с рисками глубоководной нефтедобычи. И вряд ли в обозримом будущем справятся. Следует переориентировать технологический поиск на альтернативные задачи, творческие и сырьевые. Но Карл Сафина имеет серьезные и обоснованные опасения, что государственные деятели такой дальновидностью не отличаются. No comments

printver.blogspot.com

Последствия разлива нефти в мексиканском заливе к 2018 году. — Агрокультура

Современные исследования экосистемы в плоть до 2018 года показывают, что на данной территории остается неблагоприятная обстановка для морских обитателей и прибрежных растений. Ситуация напоминает аварию у берегов Аляски 23 марта 1989 года, тогда произошел выброс нефти из танкера Эксон-Вальдез (Exxon-Valdez), утечка составила 40,9 миллионов литров и образовала пятно в 28 тысяч квадратных километров. Вследствие чего, рыба — жизненно важное звено в пищевой цепи и ресурс для местной экономики начала исчезать.

Исследователи на протяжении нескольких десятилетий изучали экологию после этой трагедии в акватории Аляски. Сейчас проведя аналогию уже с катастрофой 2010 года, они все чаще приходят к неутешительным прогнозам. Одной из главных проблем является исчезновение сельди и нанесения вреда растениям. После взрыва на нефтяной платформе Deepwater Horizon принадлежащей British Petroleum в течении 3 месяцев погибло огромное количество обитателей (убиты тысячи млекопитающих и морских черепах, а также более миллиона птиц).

Гибель птиц в Мексиканском заливе.

После исчезновения хищников, косяки рыб быстро увеличивались, изменив вскоре экосистему, которая стала не предназначенной для существования такого количества популяций. Атлантический менхаден (вид морских рыб из семейства сельдевых) стал прогрессировать и через год его количество увеличилось примерно в два раза. В результате этого рыба быстрыми темпами съела свою планктонную добычу и начала голодать, в свою очередь становясь менее питательной для остальных морских птиц и других рыб, которые употребляют её в пищу.

Атлантический менхаден.

Морские птицы, если бы они были живы, съели бы огромное количество молодняка сельди, тем самым подтвердив естественный отбор – эволюционный процесс. Эта ситуация в природе является классическим примером форсированного роста популяции путем освобождения от хищничества. Дальнейшее увеличение данного вида рыб, приведет их к массовому голоданию и к серьезным заболеваниям среди стай. Последующая восприимчивость к болезням, как считают ученые в итоге скажется на их численности, что вообще может привести к исчезновению рыбы, как это произошло в акватории Аляски.

Согласно другим итогам исследования по состоянию на начало 2018 года становится видно, что последствия разлива BP сказываются ещё негативнее на береговую флору, чем считалось ранее. После разлива нефть попадала в водно-болотистые угодья Луизианы и застревала между растениями.

Болота Луизианы.

В настоящее время американские экологи обнаружили, что нефтяная масляная пленка замедляет процесс потребления кислорода через корни практически всех растений. Это неблагоприятно скажется на всю территорию, что приведет к сокращению болотной зоны и исчезновению местных животных.

Научные специалисты не намерены останавливаться на достигнутых результатах. Исследования будут продолжаться дальше. Пока близлежащие населенные пункты и морские обитатели все ещё чувствуют последствия той страшной катастрофы, администрация Дональда Трампа предлагает резко расширить территории морского бурения. Из-за таких действий под угрозой окажутся живущие там обитатели, а также территории береговых зон Атлантики, Тихого океана и Арктики. В то же время, а именно сейчас та самая виновница аварии компания British Petroleum удваивает объемы бурения на шельфе инвестируя десятки миллиардов долларов, чтобы попытаться сделать его более дешевым.

Нам лишь остается надеется, что такая катастрофическая ситуация для всего живого больше не повториться.

agro-kult.ru

Ученые анализируют последствия взрыва нефтяной платформы в Мексиканском заливе / news2.ru

Прошло около года с момента одной из самых серьезных мировых экологических катастроф — взрыва глубоководной нефтяной платформы и разлива нефти в Мексиканском заливе. Сам взрыв произошел 20 апреля 2010 года, 22 апреля горящая платформа затонула, и после этого в течение последующих нескольких месяцев нефть выливалась в океан. Прекратить поступление нефти в залив удалось лишь к августу 2010 года. Президент-учредитель Института океана (Blue Ocean Institute) Карл Сафина (Carl Safina) подводит непосредственные итоги этого события в публикации журнала PLOSBiology, которая кратко излагает основные положения выпущенной 19 апреля объемной и подробной книги «Море в огне» (A see in flames).

Прежде всего Сафина напоминает хронологию самой катастрофы.

В 2008 году компания British Petroleum — BP — оформила долгосрочную аренду на участок морского дна в Мексиканском заливе в 80 км от побережья Луизианы. В этом месте была построена плавучая платформа размером с два футбольных поля, названная Макондо (так назывался город в романе Габриэля Гарсиа Маркеса «Сто лет одиночества», своего рода аллегория «рая сырости и одиночества»). Буровая установка «Глубоководный Горизонт» (Deepwater Horizon), работавшая на платформе, имела высоту 122 м, дистанция от бура до морского дна составляла 1,6 км, а глубина пробуренной скважины — около 4 км. Так что работы проходили на глубине 5,6 км. В таких условиях могут работать только автоматы, всё управление велось дистанционно.

Несмотря на такую гигантскую глубину, диаметр скважины составлял всего 1,72 м, а диаметр дна скважины — 1 м. Стенки скважины укреплялись стальными кольцами длиной 600 м; по мере углубления колодца кольца спускали вниз — более узкое проскальзывало вниз сквозь более широкое и скреплялось цементом. Все цементные работы осуществляла компания Halliburton, взявшая подряд от BP. Сверху скважины был установлен предохранитель — 12-метровая система клапанов, которые при развитии неконтролируемой ситуации должны были полностью перекрыть и закупорить скважину.

В скважине, как и положено, по затрубу — пространству между бурильной трубой и стенками скважины — циркулировал буровой раствор. Эта тяжелая жидкость должна не только выносить наверх частицы раздробленной породы, но и укреплять стенки скважины и, главное, сдерживать напор газа, высвобождаемого при бурении. Буровая жидкость — это дорогостоящий материал, его стоимость при глубоководном бурении составляет около полумиллиона долларов. В данном случае в буровой раствор добавляли особый полимер, который уменьшал проницаемость породы — иначе сквозь стенки скважины просачивалось изрядное количество дорогостоящего бурового раствора. Этого полимера заказали с большим излишком, остатки девать было некуда, так как его транспортировка на сушу и последующее захоронение (а это химически агрессивный вредный материал) влетело бы компании в копеечку…

news2.ru

Катастрофа в Мексиканском заливе – последствия

Ильяс Кадирович стал самым молодым доктором наук в республике Башкортостан. Семь лет назад он заведовал кафедрой механики и прикладной математики в государственной педагогической академии Стерлитамака. Своим званием он не только завоевал новый статус в научном мире, но и установил некий рекорд. Профессором он стал всего в 32 года, на его счету многочисленные правительственные гранты и правительственные награды за вклад в развитие науки. Его недавно пригласили и в Париж для консультаций по поводу катастрофы, произошедшей в Мексиканском заливе, сейчас все сообщество интересует то, каким образом можно избежать страшных последствий.

Катастрофа в Мексиканском заливе заинтересовала и СМИ, которым ученый рассказал подобности встречи, произошедшей в Париже.  Интересно, почему совещание происходило в Париже, тогда как утечка нефти произошла с буровой платформы, установленной в Мексиканском заливе. Как утверждает ученый катастрофа в Мексиканском заливе, произошедшая 22 апреля в 2010 году обернулась мировой экологической катастрофой. После утечки произошел пожар, который длился 36 часов, буровая платформа была полностью затоплена British  Petroleum. После чего всего в 80 километрах от берегов Мексики, на поверхности океана оказалось огромное масляное пятно, размеры которого просто невероятны. Оно начало свой дрейф по водам океана, достигло берегов США в области Флориды, Алабамы. Подверглись  «атаке» великолепный пляжи у Майами. Все национальные заповедники, парки и сам залив оказались в большой опасности. Пожаром дело не ограничивалось, неисправная платформа продолжала добавлять в воды мексиканского залива дополнительные порции сырой нефти в размере 50 тонн ежедневно. Устранение аварии, по мнению специалистов, должно было проводиться несколькими путями на выбор. 

Но все эти пути оказались не слишком эффективными, мало того, катастрофа в Мексиканском заливе  получила свое продолжение в виде повторного пожара на буровой платформе. Более того, ученые предположили, что поток нефти, существенно легче воды и он может изменить привычные течения, такие как теплый Гольфстрим.  В этом случае у Европы есть все шансы подвергнутся мировому кризису и катастрофе, размеры которой никто не мог бы себе представить. Англии, Франции и Германии предстоит замерзнуть. Именно поэтому одна из ведущих нефтяных компаний  Total провела совещание с участием мировых научных светил, так из России был приглашен руководитель научно-производственной фирмы Москвы Михаил Барышев. Как мозговой центр был приглашен и сам молодой доктор наук из Башкортостана. Причем знакомство с Барышевым произошло непосредственно во Франции. В группу исследователей он был введен относительно недавно, это произошло всего около одного месяца назад. Игорь Геннадьевич оказался очень заинтересован в работах, касающихся гидродинамических процессов мирового океана. Организация, которую возглавляет Барышев производит изделия для военной сферы, они поставляются в оболочках из полиуретана.

К примеру, они производят мягкие полиуретановые матрасы, используемые во время перевозки горючего по разным регионам. Барышева можно считать современным изобретателем типа Кулибина. Его инженерные находки поражают, он еще совсем в юном возрасте фонтанировал идеями и даже публиковался в «Юном технике». А рационализаторство с годами никуда не подевалось, он стал проявлять свои способности в профессиональном плане. И он не мог остаться в стороне оттого, что сегодня происходит в районе Мексиканского залива.  Он предлагает перекрыть доступ к источнику заражения нефтью при помощи купола из полиуретана диаметром в 100 метров. Это позволит перекрыть доступ в океан нефти, вытекающей с платформы. Откачку газа и нефти можно будет производить при помощи специализированных трубок. В технологическом плане разделение веществ будет происходить так – в самом низу вода, затем гидратный слой, слой нефти  в самом верху газ. Как говорит Барышев, следующий этап должен состоять в том, чтобы снабдить теплом прибрежные пласты, что приведет к накоплению газа в куполах. Для того, чтобы там не происходило накопление гидрантов.

Нужно произвести работы по гидроизоляции. Чтобы провести полную математическую модуляцию всех процессов, руководителю и понадобилась помощь ведущих специалистов в своих направлениях. И эта мысль по-настоящему увлекла людей, которые с удовольствием принялись за работу. Именно в Башкирии проживает самое большое число ученых, занимающихся гидратами, около десяти человек являются продолжателями школы, которую организовал Роберт Нигматулин, который в свое время  был президентом АН РБ. Сегодня он занимает ответственный пост директора института океанологии в  Москве. Интересно, что во время создания Титаника, Камерон, известный кинорежиссер очень плотно сотрудничал с Московским институтом Океанологии, на время съемок он даже заключил соответствующий договор с этим научным заведением. Основным направлением этой научной школы как раз и являются природные катастрофы, которые сопровождаются волновыми ударами и последующими пожарами.

И, к сожалению, эти знания начинают становиться всё боле актуальными, Фукусима, катастрофа в Мексиканском заливе и многие другие стихийные бедствия требуют внимания со стороны этих научных сотрудников. Владислав Шагапов, недавно вместе со своей командой начал заниматься проблемой разработки система предотвращения катастроф подобных той, которая произошла с энергоблоком атомной станции Фукусима. Интересно, что западный научный мир воспринял такую идею ликвидации последствий катастрофы, воспринял с большим интересом.  Уже готов купить всю технологическую цепочку по ликвидации разлива нефти в Мексиканском заливе в том случае, если каждый шаг будет точно просчитан и главный  эксперт по науке предприятия Тоtаl Жаном Клод уже передал все необходимые бумаги членам совета директоров компании. Сейчас все документы практически рассмотрены, очень скоро будет вынесен окончательный вердикт относительно того, каким образом будет производиться ликвидация последствий.

news-mining.ru