Об офшорной дружбе «танкистов» и чекистов. Как «Роснефть» купила долю в ТНК-BP. Тнк нефть расшифровка


Тнк расшифровка. ТНК - это... Транснациональная корпорация: структура, деятельность, предприятия, примеры

ТНК в экономике. ТНК - это...

Среди сотни самых больших экономик в мире 52 являются транснациональными корпорациями, а 48 - государствами. Сегодня корпорации правят миром. Политическое лоббирование и глобальное влияние ТНК на экономику многих государств настолько велико, что они устанавливают правила игры не только для конкурентов, но и для целых государств.

ТНК – это экономика, сопоставимая с масштабами отдельной страны. Некоторые корпорации можно по праву называть государствообразующими, так как они создают миллионы рабочих мест и имеют доходы, превышающие объемы ВВП многих стран мира.

Что такое ТНК?

ТНК – это фирма, имеющая подконтрольные активы в нескольких странах и ведущая деятельность далеко за пределами родной страны. Специалисты ООН, изучающие международные корпорации с 1960-х, выделили три характерные для транснациональных корпораций черты:

  • корпорация принимает решения через один руководящий центр, проводит согласованную политику и осуществляет единую стратегию;
  • она имеет в составе единицы, расположенные в двух или более странах, юридическая форма и поле деятельности которых могут быть разнообразными;
  • отдельные единицы в компании взаимосвязаны, влияют на деятельность друг друга, делятся знаниями, ресурсами и ответственностью.

Глобальные корпорации

ТНК – это 2/3 внешней торговли, почти половина промышленных производств, до 80% технологических нововведений. Вполне закономерно, что весомая доля товаров на рынке (25%) выпускается несколькими транснациональными корпорациями. Например, компания Nestle реализует косметику L’Oreal и джинсы Diesel. Широкая линейка товаров, от мыла Dove до шоколада Klondike, принадлежит фирме Unilever.

До 1/3 продукции международных корпораций относится к выпуску зарубежных структур в составе ТНК, объем продаж, которых уже превысил мировой экспорт. Американские и зарубежные ТНК осуществляют 50% экспортных операций в США. В экспорте Великобритании на долю корпораций приходится до 80%, а в экспорте Сингапура – до 90%.

Первые международные компании

Первой международной организацией ряд исследователей считают Орден тамплиеров, основанный в XII веке и ведущий, кроме всего прочего, международную финансовую деятельность. Самые первые ТНК – это Британская Ост-Индская и Голландская Ост-Индская компании, основанные в 1600 и 1602 годах соответственно. Голландская компания являлась еще и первой акционерной компанией. Мегакорпорации XVII века уже тогда обладали полномочиями на уровне государственных, вели военные действия, чеканили монету, создавали колонии и принимали участие в решении вопросов высокой политики.

Транснациональные корпорации в более современном виде возникли во второй половине XIX века и осуществляли добычу и сбыт полезных ископаемых. В XX веке их сфера деятельности значительно расширилась, достигла мировых масштабов благодаря развитию кооперации и всеобщему разделению труда. Специализация производства способствовала увеличению его объемов.

ТНК и МНК

По национальной принадлежности крупные корпорации принято подразделять на транснациональные (ТНК) и многонациональные фирмы (МНК).

  • ТНК - это корпорация, обладающая зарубежными активами, ведущая производственную и торгово-сбытовую деятельность за границами «родной» страны (где располагается их штаб-квартира). В США под корпорацией чаще всего подразумевают акционерное общество, а так как многие современные ТНК появились в результате международной американской экспансии, данный термин вошел в их название. ТНК осуществляют свою деятельность в различных странах через филиалы, дочерние компании и другие формы организаций. Отделения имеют практически независимые производственные и сбытовые подразделения, осуществляют научно-исследовательские разработки и т. д. В целом филиалы представляют собой огромный производственный комплекс. Акции компании, как правило, принадлежат только представителям страны-учредителя.
  • МНК – это многонациональные фирмы, объединения бизнесов из разных государств на производственной и научно-технической основе. Их отличительными признаками являются: многонациональный акционерный капитал и многонациональное руководящее ядро. Большинство современных ТНК относятся к первому типу, так как управляются представителями одного государства. Многонациональных фирм не так много. Например, англо-голландский нефтеперерабатывающий концерн Royal Dutch Shell и химический концерн Unilever.

В отдельную группу можно вынести международные кооперативные союзы, консорциумы, создаваемые для решения определенных задач.

Классификация корпораций

В зависимости от масштабов деятельности и годового оборота выделяют малые ТНК (3-4 зарубежных филиала) и крупные ТНК (десятки и сотни филиалов в разных странах).

  • ТНК с горизонтальной интеграцией имеют подразделения в нескольких странах и выпускают в основном одинаковую или подобную продукцию (например, автомобильные компании США или система «fast food»).
  • ТНК с вертикальной интеграцией объединяют филиалы при одном собственнике, отвечающие за все стадии производства конечного продукта, поставляемого в подразделения этой же компании, находящиеся в других странах.
  • Раздельные (диверсифицированные) ТНК – это предприятия, производящие разнообразную продукцию: от продуктов питания до косметики. Они управляются подразделениями, находящимися в различных странах, не объединенными по горизонтали или вертикали.

Особой разновидностью ТНК являются транснациональные банки (ТНБ), кредитующие биз

szemp.ru

ТНК в экономике. ТНК - это...

Среди сотни самых больших экономик в мире 52 являются транснациональными корпорациями, а 48 - государствами. Сегодня корпорации правят миром. Политическое лоббирование и глобальное влияние ТНК на экономику многих государств настолько велико, что они устанавливают правила игры не только для конкурентов, но и для целых государств.

ТНК – это экономика, сопоставимая с масштабами отдельной страны. Некоторые корпорации можно по праву называть государствообразующими, так как они создают миллионы рабочих мест и имеют доходы, превышающие объемы ВВП многих стран мира.

Что такое ТНК?

ТНК – это фирма, имеющая подконтрольные активы в нескольких странах и ведущая деятельность далеко за пределами родной страны. Специалисты ООН, изучающие международные корпорации с 1960-х, выделили три характерные для транснациональных корпораций черты:

  • корпорация принимает решения через один руководящий центр, проводит согласованную политику и осуществляет единую стратегию;
  • она имеет в составе единицы, расположенные в двух или более странах, юридическая форма и поле деятельности которых могут быть разнообразными;
  • отдельные единицы в компании взаимосвязаны, влияют на деятельность друг друга, делятся знаниями, ресурсами и ответственностью.

Глобальные корпорации

ТНК – это 2/3 внешней торговли, почти половина промышленных производств, до 80% технологических нововведений. Вполне закономерно, что весомая доля товаров на рынке (25%) выпускается несколькими транснациональными корпорациями. Например, компания Nestle реализует косметику L’Oreal и джинсы Diesel. Широкая линейка товаров, от мыла Dove до шоколада Klondike, принадлежит фирме Unilever.

До 1/3 продукции международных корпораций относится к выпуску зарубежных структур в составе ТНК, объем продаж, которых уже превысил мировой экспорт. Американские и зарубежные ТНК осуществляют 50% экспортных операций в США. В экспорте Великобритании на долю корпораций приходится до 80%, а в экспорте Сингапура – до 90%.

Первые международные компании

Первой международной организацией ряд исследователей считают Орден тамплиеров, основанный в XII веке и ведущий, кроме всего прочего, международную финансовую деятельность. Самые первые ТНК – это Британская Ост-Индская и Голландская Ост-Индская компании, основанные в 1600 и 1602 годах соответственно. Голландская компания являлась еще и первой акционерной компанией. Мегакорпорации XVII века уже тогда обладали полномочиями на уровне государственных, вели военные действия, чеканили монету, создавали колонии и принимали участие в решении вопросов высокой политики.

Транснациональные корпорации в более современном виде возникли во второй половине XIX века и осуществляли добычу и сбыт полезных ископаемых. В XX веке их сфера деятельности значительно расширилась, достигла мировых масштабов благодаря развитию кооперации и всеобщему разделению труда. Специализация производства способствовала увеличению его объемов.

ТНК и МНК

По национальной принадлежности крупные корпорации принято подразделять на транснациональные (ТНК) и многонациональные фирмы (МНК).

  • ТНК - это корпорация, обладающая зарубежными активами, ведущая производственную и торгово-сбытовую деятельность за границами «родной» страны (где располагается их штаб-квартира). В США под корпорацией чаще всего подразумевают акционерное общество, а так как многие современные ТНК появились в результате международной американской экспансии, данный термин вошел в их название. ТНК осуществляют свою деятельность в различных странах через филиалы, дочерние компании и другие формы организаций. Отделения имеют практически независимые производственные и сбытовые подразделения, осуществляют научно-исследовательские разработки и т. д. В целом филиалы представляют собой огромный производственный комплекс. Акции компании, как правило, принадлежат только представителям страны-учредителя.
  • МНК – это многонациональные фирмы, объединения бизнесов из разных государств на производственной и научно-технической основе. Их отличительными признаками являются: многонациональный акционерный капитал и многонациональное руководящее ядро. Большинство современных ТНК относятся к первому типу, так как управляются представителями одного государства. Многонациональных фирм не так много. Например, англо-голландский нефтеперерабатывающий концерн Royal Dutch Shell и химический концерн Unilever.

В отдельную группу можно вынести международные кооперативные союзы, консорциумы, создаваемые для решения определенных задач.

Классификация корпораций

В зависимости от масштабов деятельности и годового оборота выделяют малые ТНК (3-4 зарубежных филиала) и крупные ТНК (десятки и сотни филиалов в разных странах).

  • ТНК с горизонтальной интеграцией имеют подразделения в нескольких странах и выпускают в основном одинаковую или подобную продукцию (например, автомобильные компании США или система «fast food»).
  • ТНК с вертикальной интеграцией объединяют филиалы при одном собственнике, отвечающие за все стадии производства конечного продукта, поставляемого в подразделения этой же компании, находящиеся в других странах.
  • Раздельные (диверсифицированные) ТНК – это предприятия, производящие разнообразную продукцию: от продуктов питания до косметики. Они управляются подразделениями, находящимися в различных странах, не объединенными по горизонтали или вертикали.

Особой разновидностью ТНК являются транснациональные банки (ТНБ), кредитующие бизнес и организующие международные денежные расчеты. Господствуя на государственных и международных финансовых рынках, они могут оказать серьезное влияние на взаимный паритет национальных валют.

Рынки

На транснациональные корпорации приходится половина всего промышленного производства в мире, 70% мировой торговли, 40% из которых – это внутренняя торговля отдельных ТНК. Многие транснациональные корпорации осуществляют деятельность в сфере нефтяной, химической промышленности, автомобилестроения, электроники. В этих сферах создавать международные производственные объединения достаточно легко и выгодно. ТНК – это монополии во многих отраслях, берущие под контроль мировые рынки:

  • на 90% пшеничный, кукурузный, кофейный, табачный, лесной, железорудный рынок;
  • 85% рынка по добыче бокситов и меди;
  • 80% чайного рынка и рынка по добыче олова;
  • 75% - нефтяного, каучукового и бананового рынка.

ТНК – это предприятие, которое не всегда занимается только производством как, например, Siemens, это международные банки, пенсионные и инвестиционные фонды, аудиторские и страховые компании.

Рейтинги ТНК

Рейтинг глобальных мировых гигантов из 62 стран, задающих тон мировой экономике, был опубликован в американском журнале Forbes. В него вошли 515 ТНК из США, 210 японских, 113 китайских, 56 индийских, 62 канадских корпорации. Первое место получил американский банк JP Morgan Chase. Остальные места в пятерке разделили между собой General Electric, Bank of America, Exxon Mobil и ICBC.

Вторым по значимости рейтингом стал ранжир от Partnership for a New American Economy. Возглавила список розничная сеть Wal-Mart Stores из США, консолидированная выручка которой сопоставима с бюджетом Германии. Второе и третье места получили Royal Dutch Shell из Голландии и Exxon Mobil. Высокие строчки рейтинга достались Apple, AT&T, Google, Colgate, Budweiser, eBay, IBM, General Electric и McDonald´s. По оценкам специалистов ТНК из данного рейтинга создали более 10 млн рабочих мест, а их совокупный доход составляет триллионы долларов.

Россия в рейтинге гигантов

В рейтинге ТНК от Forbes российский газовый монополист «Газпром» получил 16-е место, занял лидирующие позиции среди компаний, относящихся к нефтегазовому сектору. По данным американского журнала, прибыль «Газпрома» составляет почти $25 млрд, а его рыночная стоимость - $133,6 млрд. «Лукойл» и «Роснефть» в мировом рейтинге получили лишь 69-е и 77-е места среди 115 компаний со всего мира.

Международная роль крупных корпораций

Транснациональные корпорации играют одну из ведущих ролей в глобализации в НИОКР мирового уровня. На долю крупнейших корпораций приходится более 80% зарегистрированных патентов и финансов, направляемых на научные исследования. На предприятиях ТНК трудятся сегодня более 70 млн человек, ежегодно производящих продукции почти на $1 трлн. В смежных отраслях благодаря международным компаниям работой обеспечены 150 млн человек.

ТНК и правительства государств

Сегодня ТНК многих стран мира влияют на все сферы общественной жизни без исключения и обладают монопольной властью. Есть немало корпораций, по объему оборота превосходящих ВВП многих стран, топ-менеджеры таких компаний обычно ведут дела непосредственно с правительствами государств. Могущественные ТНК нередко уклоняются от любого контроля, в том числе на политическом и экономическом уровнях. Эксперты и аналитики не раз высказывали опасения по поводу возможности негативного давления со стороны ТНК на малые страны. Известны случаи, когда руководство корпораций добивалось поддержки со стороны правительств, даже если действия компаний имели серьезные последствия для народа и благосостояния страны. Например, в 2003 году Halliburton (США) добилась заключения контракта по восстановлению объектов инфраструктуры в Ираке на $680 млн.

Российские ТНК

Возникновение крупных российских корпораций, занимающих ведущие места на мировом рынке, за последние 15 лет стало результатом развития экономики РФ.

В начале 2000 годов сформировались благоприятные условия для выхода нескольких российских компаний на глобальный рынок. ТНК - это корпорация, головная компания которой принадлежит капиталу одной страны, владеющая зарубежными активами. Под критерии ТНК в РФ подходят следующие предприятия: НЛМК, РАО «ЕЭС России», МТС, «Вымпелком», ТНК-ВР, «Алроса». ТНК – это «Роснефть», «Лукойл», «Евразхолдинг», «Газпром», «Русал», «Северсталь», «Суал», ГМК «Норильский никель». Все вышеперечисленные компании имеют активы за рубежом, осуществляют экспансию мирового рынка.

Нельзя не отметить и солидные российские банки, владеющие зарубежными активами. К ним относятся «Внешторгбанк», «Сбербанк», «Альфа-банк», «МДМ-банк». По данным ЮНКТАД к российским ТНК могут быть отнесены и транспортные компании, такие как «Новошип», «Приморское морское пароходство» и «Дальневосточное морское пароходство».

fb.ru

Новости Руспрес - ТНК-ВР под "Роснефтью"

Грядущий переход ТНК-ВР под контроль «Роснефти» заставил многих говорить об усилении роли государства в нефтяной отрасли, вышедшей на рекордный даже для советских времен уровень добычи, и возможных негативных последствиях этого процесса. Оценивать однозначно полную или частичную монополию в национальном масштабе сложно — слишком разные примеры можно привести. Но именно сегодня стоит вспомнить, что таким путем изначально решили идти в постсоветской России. И не нынешние «государственники», а реформаторы из правительства Егора Гайдара определили подобную конфигурацию нефтяной отрасли ровно 20 лет назад. Согласно ей активы той же ТНК-ВР были составной частью «Роснефти». Что это — замкнутый круг или все же новая конфигурация? 

Структура активов нефтедобывающей отрасли, 1993–2013. В большом разрешении - здесь. 17 ноября 1992 года президент Борис Ельцин подписал указ №1403. Название у него было достаточно длинное: «Об особенностях приватизации и преобразования в акционерные общества государственных предприятий, производственных и научно-производственных объединений нефтяной, нефтеперерабатывающей промышленности и нефтепродуктообеспечения». Именно эти особенности во многом определили то, что происходит в отрасли сегодня.

Никаких «татарских», «башкирских», «сибирско-дальневосточных», «нижегородских», «оренбургских» нефтяных компаний ни указ, ни позиция реформаторов российской экономики не предусматривали. Не было даже «сибирских» (а ныне газпромовских) и «тюменских» (сегодня — без пяти минут опять роснефтевских) нефтяников.

Все названные выше компании появились значительно позже и вовсе не потому, что частное эффективнее государственного, а лишь потому, что в те времена от регионального сепаратизма было принято откупаться кусочками федеральных недр. Ими же было принято оплачивать различного рода услуги, как политические, так и не очень. А еще маленькая (и даже не очень) нефтяная компания вполне могла стать поощрением за преданность и даже реформаторство.

Сейчас, 20 лет спустя, структура нефтяной отрасли становится чрезвычайно похожей на то, что мы видели в начале 1990-х. После завершения сделки по поглощению «Роснефтью» ТНК-BP первая станет громадной компанией, которая, конечно, не дотягивает до постсоветского монстра, который аккумулировал почти 60% добычи нефти в России, но со своими 39% становится доминирующей силой на российском рынке.

Ниже мы представили график — этакое генеалогическое древо, на котором слева указаны основные нефтедобывающие активы, а цветом показано, к какой нефтяной корпорации они относились за все время существования частной нефтянки в России. Еще ниже — история того, как приватизировались, продавались, переходили из рук в руки и, наконец, были снова собраны в знакомую структуру все эти активы. 

  

Наследие Советов 

Если внимательно вчитаться в название указа, то даже из него станет понятным, что не то чтобы приватизировать, но даже акционировать собирались далеко не все. И уж ни о каком модном разгосударствлении речь в отношении российской «нефтянки» не шла.

Изначальная конфигурация отрасли выглядела так. В центре — не подлежащая даже акционированию «Роснефть», обладающая всеми признаками национальной нефтяной компании. И три акционерных общества (о приватизации нефтяной отрасли в указе говорилось осторожно), создаваемых на базе фактически созданных в советское время государственных «концернов» — «Лукойла», «Сургутнефтегаза» и ЮКОСа.

Сегодня это уже во многом имена нарицательные, а тогда — всего лишь аббревиатуры.

Самая крупная из них носила в советское время не очень благозвучное, но громкое название «Международный нефтяной Концерн "ЛАНГЕПАСУРАЙКОГАЛЫМНЕФТЬ" (LUKOIL)». Лангепас, Урай, Когалым — названия городов, в которых базировались одноименные производственные объединения по добыче нефти. К ним должны были добавиться три нефтеперерабатывающих завода — «Пермьоргсинтез», Волгоградский и Новоуфимский, а также шесть сбытовых предприятий, расположенных весьма бессистемно — от Адыгеи до Кирова, а также почти десяток сервисных предприятий.

Такое построение было не случайным, ибо основывалось на сложившихся цепочках поставок — от скважины до бензоколонки. Пусть и не очень эффективно, но они работали. Ведь экспортные возможности госконцернов были весьма ограниченными и зачастую выражались в бартерных поставках ширпотреба для работников и оборудования для предприятий (по большей части авто-иномарок). Вот и оставался для «новой» российской нефтянки внутренний рынок, построенный по принципам старых, советских технологических цепочек.

Третьей по масштабам бизнеса компанией страны должен был стать «Сургутнефтегаз». Эта компания получилась самой «компактной». Одно добывающее производственное объединение в Сургуте, завод в Киришах и сбытовые подразделения на Северо-Западе, в основном в Петербурге. Впрочем, было и ключевое отличие «Сургутнефтегаза» от «Лукойла».

Концерн, созданный Вагитом Алекперовым в конце 1980-х годов, изначально планировался как плательщик московского бюджета (а уровень налоговой централизации в то время был существенно ниже, чем сегодня), а компания, возглавляемая с 1984 года Владимиром Богдановым, должна была иметь сургутскую «прописку».

С этим возникли определенные проблемы. Постановление Совета Министров РФ №271 от 19 марта 1993 года, в котором юридический адрес был определен для компании как сургутский, никак не могло попасть в сам Сургут. Как говорят очевидцы того процесса, этому активно препятствовал тогдашний мэр Санкт-Петербурга Анатолий Собчак, мечтавший видеть в городе на Неве «свою» нефтяную компанию и до последнего пытавшийся убедить в этом Бориса Ельцина и премьера Виктора Черномырдина. Говорят даже, что было две версии одного и того же постановления, отличавшиеся только местом регистрации. И все же 6 апреля «Сургутнефтегаз» был зарегистрирован, правда, не в городе Сургуте, а в Сургутском районе. В конечном итоге это стоило компании четырех крупных объектов в Петербурге, которые компания потеряла при непосредственном участии городских властей. Но позиция Владимира Богданова была принципиальной: «Сургутнефтегаз» будет сургутским.

Отсутствующий сегодня на нефтяной карте России ЮКОС также изначально был компанией не московской, а нефтеюганской. Причем, самой маленькой из трех предполагавшихся к акционированию. Название компании было аббревиатурой из названий ключевых дочерних предприятий — «Юганскнефтегаза» и «Куйбышеворгсинтеза». Изначально эта компания включала в себя три завода и восемь «сбытов» в центре России и Поволжье. Причем, даже добывающие предприятия в Самаре, согласно указу, должно были войти не в ЮКОС, а в «Роснефть». С точки зрения географии юганская нефтяная компания была наименее перспективной, особенно если учитывать, что часть ее поставок нефти было изначально ориентированы на восток, а не на запад. Именно они обеспечивали сырьем, в том числе, и один из крупнейших в стране НПЗ в Ангарске, который должен был быть передан в «Роснефть».

Если бы указ 1403 был исполнен в точном соответствии с замыслами его авторов, то на долю «Роснефти» пришлось бы 60% добычи нефти в стране, «Лукойлу» досталось бы почти 14%, «Сургутнефтегазу» — почти 11%, а ЮКОСу — немногим более 9%.

Впрочем, планы так и остались планами. Начало конца идеи построения мощной национальной нефтяной компании наступило достаточно быстро. Все 259 (всего их было в России 301) различных предприятий (добывающих, перерабатывающих, сбытовых, ремонтно-механических, проектных и научно-исследовательских, и даже отделов рабочего снабжения — магазины и базы) просто не смогли собрать в единую компанию.

Сегодня слово сепаратизм почти забыто, но в начале 1990-х независимость от федерального центра пыталась провозгласить не только мятежная Чечня, но и Свердловская область. 

 

Первичный передел 

Первый удар по идее национальной нефтяной компании был нанесен из Казани. Получить контроль над «Татнефтью» не удавалось больше года. В феврале 1994 года был подписан договор между Татарстаном и Россией о разграничении предметов ведения и взаимном делегировании полномочий. Согласно ему интересы региона и федерального центра в нефтедобыче определялись специальными соглашениями. После это буквально за месяц производственное объединение «Татнефть» преобразовано в акционерное общество, контроль над которым перешел к правительству республики, а не к национальной нефтяной компании.

Спустя год этим же путем прошла и «Башнефть». Башкирский путь оказался еще более замысловатым. Под контроль республиканских властей, причем в виде отдельной структуры («Башнефтехимзаводы»), перешли и все НПЗ на территории Башкирии. Причем, в данном случае ради политического компромисса пожертвовали активами не только «Роснефти», но и «Лукойла», потерявшего Новоуфимский завод.

Впрочем, не только национальные республики разменивали политические возможности на нефтяную «прибавку». Один из любимых Борисом Ельциным губернаторов Борис Немцов, которому в 1994 году первый президент то ли в шутку, то ли всерьез предложил стать вторым, сумел пролоббировать создание Нижегородской нефтяной компании.

Вообще создание очередной нефтяной компании, оформлявшееся постановлением правительства, начиналось фразой «в соответствии с указом №1403…». Для легитимизации процесса был издан еще один указ, №327, с весьма символической датой 1 апреля 1995 года. И не менее символическим названием «О первоочередных мерах по совершенствованию деятельности нефтяных компаний».

Согласно ему «Роснефть» превращалась в акционерное общество. Хитрость указа заключалась в том, что он поручал «правительству Российской Федерации определить перечень акционерных обществ, акции которых вносятся в уставный капитал НК «Роснефть», утвердить учредительные документы этой нефтяной компании, обеспечить формирование ее уставного капитала и органов управления».

Речь шла уже как бы о новой «Роснефти», а значит, и указ 1403 вроде бы и не действовал. Причем, в дальнейшем логика была еще более извращенной. Каждый раз, извлекая очередной, первоначально «роснефтевский» актив, председатель правительства ссылался одновременно на два указа.

За ними следовала «просьба» от очередного субъекта федерации. В итоге, по сути, легитимизировалась ситуация для отпочкования очередной компании. Таким образом, можно было выделить уже подготовленную под передачу в нужные руки нефтяную компанию. Именно таким путем перед президентскими выборами 1996 года «готовились» залоговые аукционы в нефтяной отрасли.

В случае с «НОРСИ-ойл» речь шла о ходатайстве администраций Нижегородской и Владимирской областей, а также правительств Марий Эл и Удмуртии. С точки зрения здравого смысла создание нефтяной компании из НПЗ в городе Кстово и четырех сбытовых предприятий было абсолютно абсурдным. Лишенная собственной ресурсной базы компания в условиях массовых неплатежей того времени была обречена на давальческие схемы, при которых «нижегородской» НК оставалась практически только плата за переработку. В этих условиях решать проблему нефтепродуктообеспечения Поволжья, для чего все и задумывалось, было практически невозможно, налоги в областной бюджет были минимальны.

Вообще судьба «НОРСИ-ойл» весьма показательна. Ею руководил Сергей Кириенко, ставший затем первым замминистра топлива и энергетики и премьер-министром. Его попытки привлечь в этот актив банковский капитал закончились ничем. Как и идея создания на ее базе ни много ни мало финансово-промышленной группы с громким названием «Волжская нефтяная компания» и громкими именами «Лукойл», «Альфа-Банк», «Онэксим-банк», «Инкомбанк». Логичная попытка объединить татарское с нижегородским (в какой-то момент «Татнефть» даже владела почти 8,5% акций «НОРСИ-ойла») также не увенчалась успехом.

В итоге в 1997 году фактический контроль за заводом получил «Лукойл», который четыре года спустя за $26 млн выкупил у государства 87% акций неудавшейся нефтяной компании, сконцентрировав в своих руках все 100%. Почти сразу же «Нефтяная компания "НОРСИ-ойл"» была переименована. Это действие Вагит Алекперов сопроводил ироничным комментарием — «В его ("Лукойла") структуре может быть только одна нефтяная компания — "Лукойл"».

Вообще, многие «мины замедленного действия» были заложены в самом указе №1403. Создавая акционерные нефтяные компании, государство предполагало их приватизацию. Но наполняло их не имуществом, как это было, например, в случае с «Газпромом», а государственными пакетами акций дочерних предприятий. Таким образом, сроки формирования нефтяных компаний порой затягивались. Вертикально-интегрированные нефтяные компании, по сути, превращались в инвестиционные холдинги. А это, в свою очередь, не устраивало менеджмент, который стал первым их акционером. Особенно это относится к «коренным» нефтяникам Богданову и Алекперову.

И с этой точки зрения слова руководителя «Лукойла» о том, что двух нефтяных компаний в рамках одной быть не может, относятся не только к поглощениям, но и к самому принципу ее формирования. Таким образом, необходимость перехода на единую акцию была заведомо заложена в указ, пусть и в неявной форме. Прошли этим путем и «поглощавшие» ЮКОС и «Лукойл», и «буривший» «Сургутнефтегаз». Процесс обмена акций дочерних компаний на «материнские» был непростым. Например, ЮКОСу пришлось выдержать многолетнюю настоящую войну с известным в мире гринмейлером Кеннетом Дартом.

Владимир Богданов пошел вообще экзотическим путем. Избавляясь от двух «Сургутнефтегазов» (ОАО НК и просто ОАО), акции материнской компании, на которые, кстати, были ограничения на свободное обращение в виде оферты (как и в «Газпроме»), обменяли на ценные бумаги дочерней. Как и акции почти всех остальных «дочек» — с одной из них этого сделать не удалось. Тому были объективные причины. Акции НК были высоко номинальные, а «дочек» — наоборот. В случае обратного обмена акции материнской компании пришлось бы дробить, причем, весьма серьезно. А против этого выступили бы миноритарные акционеры. В результате сложилась структура собственности, разобраться в которой никто кроме Владимира Богданова и его ближнего круга не может.

Вообще итоги первого десятилетия оказались весьма символичными. Если бы указ 1403 был исполнен в точности, то по итогам 2003 года на долю «Роснефти пришлось бы 55% общероссийской добычи, «Лукойл» потерял бы 2,7 процентных пункта до с 13,8 до 11,7% (вместе с этим 2,2 млн т добычи), а вот ЮКОС, наоборот, немного прирастил бы свою долю с 9,1 до 11,8%.

На самом деле ситуация выглядела совсем иначе. Окончательно разобранная на куски «Роснефть» имела менее 5% от добычи в стране и на роль национального лидера явно не претендовала. По иронии судьбы примерно столько же добывала и еще одна нефтяная компания, вплоть до 2002 года находившаяся в госсобственности. Речь идет о созданной в 1994 году российско-белорусской НГК «Славнефть». На излете первого десятилетия нефтяной истории ее акции были проданы консорциуму «Сибнефти» и ТНК за $1,86 млрд долларов.

Больше всего за счет приобретений вырос ЮКОС — его доля увеличилась более чем в два раза до 19,2%. «Лукойл» расширился почти в полтора раза (19,2% общероссийской добычи). А вот на долю всех остальных компаний, появление которых изначально не предполагалось, приходилось более 40% нефтяного пирога. И только «Сургутнефтегаз» за две первые нефтяных пятилетки ни разу не участвовал в переделе собственности, развивая то, что у него было изначально. Это не помешало ему прирастить свою долю с 10,8 до 12,8%.

Причем, за эти годы практически никаких серьезных новых проектов не было — активно «разбуривалось» имеющееся. Рост добычи при этом составил примерно 19%, а вот «Сургутнефтегаз», не участвовавший в дележе, прирастил ее почти на 42%, обеспечив около четверти общего прироста. И это при том, что доля компании Владимира Богданова составляла примерно те же 10–12%. Этот пример хорошо иллюстрирует происходившее в отрасли в то время — большинство делило «наследство» «Роснефти», обеспечивая рост показателей и капитализации. Парадокс того времени — рост за счет бурения практически обеспечивала изначально третья компания, ставшая благодаря своей продуманной производственной политике …четвертой. 

 

"Сиданко" — забытый гигант 

Второе десятилетие российской нефтяной истории открывалось масштабной сделкой по созданию ТНК-ВР. Но перед тем как говорить о ней, стоит рассказать о компании, ставшей одной из ее частей. Сибирско-Дальневосточная нефтяная компания («Сиданко») со штаб-квартирой в Москве была одним из первенцев в деле выделения активов из состава «Роснефти». Постановление о ее создании подписано 5 мая 1994 года. По традиционной инициативе руководства Ямало-Ненецкого и Ханты-Мансийского округов, Иркутской, Саратовской, Сахалинской областей в ее состав вошли весьма привлекательные добывающие активы «Варьеганнефтегаз», «Кондпетролеум», «Черногорнефть», «Пурнефтегаз», к ним добавили не очень интересную «Удмуртнефть» и два завода — Ангарскую нефтехимическую компанию и Саратовский НПЗ.

Необремененная сбытовыми активами (в первоначальный состав попал только «Сахалиннефтепродукт») «Сиданко» была призвана решать острейшую на тот момент проблему снабжения нефтепродуктами Дальнего Востока и удаленных районов Крайнего Севера. Правда, очень быстро в компанию добавили «сбыты» всех депрессивных регионов Дальнего Востока, вместе с обязательствами снабжать их нефтепродуктами. Зачем при этом включать в компанию завод в Саратове и месторождения в Поволжье, а офис делать в нескольких съемных квартирах на Страстном бульваре в Москве, толком никто объяснить не мог. Впрочем, искать логики во многих решениях того времени не стоит.

Загрузить один из крупнейших НПЗ в России, расположенный в Ангарске, все добывающие активы «Сиданко» в принципе могли. Но для этого они должны были работать только на это. К тому же технологических возможностей для этого не было. Практически все поставки осуществлялись с помощью замещения из Нижневартовска и Нефтеюганска.

В результате поставки сырья на завод снижалась, постепенно приближаясь к критическому для технологий переработки уровня (к 1998 году падение составило почти 2,5 раза). К тому же с формированием самой нефтяной компании дело как-то сразу не заладилось. Несмотря на желание видеть Ангарскую НХК в составе «Сиданко», губернатор Иркутской области Юрий Ножиков распоряжением на клочке бумаги перевел половину «сиданковского» пакета в АНХК в собственность области. Акции вернули, но, как говорится, осадок остался.

К тому же на заводе рубль перестал быть платежным средством. Оплаты практически за все поставки осуществлялись векселями «Иркутскэнерго» и казначейскими обязательствами. Попытки установить контроль за товарно-финансовыми потоками внутри холдинга также оказались безуспешными. Несмотря на то, что в этом процессе принимали активное участие специалисты из «Альфа-Групп», имевшие богатый аналогичный опыт в Нижневартовске при создании Тюменской нефтяной компании.

Когда же в феврале 1995 года «Пурнефтегаз» вернули в состав «Роснефти», «заменив» ее Хабаровским НПЗ и «Саратовнефтегазом», стало очевидным — желаемой вертикальной интеграции явно не получается. Кстати, если бы возвращение «блудной» «дочки» не состоялось, то к 2003 году добывающих мощностей у госкомпании практически не осталось бы.

Как это ни странно, но все перипетии в судьбе «Сиданко» не снижали ее инвестиционной привлекательности. В результате за два года компания оказалась в частных руках. В процессе приватизации участвовали структуры Бориса Иордана, Владимира Потанина и акционеров «Альфа-Групп». Более того, именно акции «Сиданко» стали своеобразным пропуском ВР на российский рынок. За 10% акций этой, мягко говоря, проблемной компании британские нефтяники заплатили структурам Владимира Потанина совершенно невероятные для России тех лет деньги — $571 млн.

Спустя год тот же Потанин назвал «Сиданко» «набором бессмысленных активов» и предложил часть из них вернуть в госсобственность в обмен на содействие в реструктуризации долгов. Под контроль государства они, конечно, не вернулись, но в той или иной форме банкротства побывали все. В итоге «Черногорнефть», «Кондпетролеум» и Саратовский НПЗ попали в состав ТНК-ВР, «Варьеганнефтегаз» оказался в «Славнефти». Многострадальная Ангарская нефтехимическая компания через ЮКОС перешла в «Роснефть». Туда же попала и «Удмуртнефть», только в паритете с китайскими партнерами. «Саратовнефтегаз» достался «Русснефти», а Хабаровский НПЗ — НК «Альянс», ее создатель Зия Бажаев как раз и руководил «Сиданко» одно время.

Официально свое существование «Сиданко» прекратила в 2005 году, но фактически именно она стала основой для создания в 2003 году ТНК-ВР. 

  

И снова нефть государственная 

О создании российско-британской нефтяной компании было объявлено в феврале 2003 года. Поддержка во всех эшелонах власти, встреча с президентом страны, презентация и подписание документов в Кремле, разговоры о масштабных иностранных инвестициях в Россию, восторженная реакция прессы, разговоры и аналитические материалы о дальнейших перспективах.

На этом фоне немногочисленные скептические голоса были почти не слышны. А ведь объединялись далеко не самые лучшие активы, например «Сиданко», за которую ВР уже немало заплатила, и ОНАКО (Оренбургская нефтяная акционерная компания). Сама сделка была не чем иным, как продажей фактическими владельцами частной и не российской компании (TNK International зарегистрирована на Британских Виргинских островах) части своего бизнеса (50%) англо-американскому гиганту ВР в общей сложности за $6,75 млрд.

Официальной информации об акционерах (или выгодоприобретателях) TNK International не было. «Честно говоря, мы всегда считали, что это не является какой-то тайной», — прокомментировал тогда этот факт Виктор Вексельберг. Главе «Альфа-Групп» Михаилу Фридману также пришлось объяснять ситуацию: «Соглашение между акционерами BP и ТНК будет оформлено по английскому праву, а сама объединенная компания зарегистрирована в России и будет оперировать в российском юридическом пространстве». Кстати, английское право в сочетании с российским юридическим пространством не помогло избежать острого внутреннего конфликта, тлевшего не один год и закончившегося еще одной «сделкой века» спустя почти 10 лет.

Но в 2003 году создание ТНК-ВР происходило на фоне уже разворачивающегося «дела ЮКОСа». Михаилом Ходорковским и его партнерами была выбрана модель развития компании, очень похожая на реализованную собственниками ТНК. Постоянно расширяющийся за счет приобретенных активов ЮКОС дважды, в 1997-м и 2003 годах, пытался слиться с «Сибнефтью» для еще одного последующего слияния — с крупным западным игроком. Более того, как и в случае с ТНК это слияние происходило бы не совсем в России, ибо акционерами ЮКОСа были не физические лица, а несколько офшоров. Только, понимая возможную цену прозрачности, владельцы этой компании заранее заявляли о своих долях контроля, что потом во многом работало против них. Разрушенный за несколько лет ЮКОС шел общим для всей российской нефтяной отрасли путем, во многом определяя его.

Как известно, история, в том числе и нефтяная, не терпит сослагательного наклонения. И все же. Если бы указ №1403, подписанный 20 лет назад, был исполнен строго и точно, какова бы была нынешняя конфигурация российской нефтяной отрасли. При этом все новые проекты компаний, которые в отличие от 2003 года стали играть весьма существенную роль (более 10%), мы выделили в отдельную статью.

В первоначальных границах на долю «Роснефти» приходилось бы 37,4% от общероссийской добычи. Доля уже несуществующего ныне ЮКОСа немного возросла бы (с 9,1 до 12,9%), а вот первоначальный «Лукойл» потерял, и его доля сократилась бы почти в полтора раза до 8,5%. При своих остался бы только по-прежнему не участвующий в слияниях и поглощениях «Сургутнефтегаз».

На практике же картина выглядит иначе. Сегодня «Роснефть» имеет лишь немногим менее четверти в российской добыче и только с учетом возможного поглощения в 2013 году ТНК-ВР чуть превысит (38,9%) то, что могла иметь «в теории» — 37,4%. При этом нужно понимать, что большинство новых проектов пришлось именно на госкомпанию. Занималась бы она ими, если бы оставалась все эти годы «большой» компанией, или нет? Вопрос непростой, и однозначного ответа на него, наверное, нет.

«Лукойл» хотя и вырос по сравнению с 1993 годом, но по отношению к 2003 году несколько потерял свой вес в российской добыче (13,8, 18,8 и 16,3% соответственно). «Сургутнефтегаз» в последнее десятилетие перестал быть лидером физического роста, но свои позиции практически сохранил.

Роль ЮКОСа в большой нефтяной четверке занял «Газпром», но опять-таки произошло это за счет поглощений. Среди итогов первых 20 лет можно отметить и существенно возросшую роль «прочих производителей, включая СРП». В эту категорию попадают «Татнефть» и «Башнефть», успешно пережившие бурное двадцатилетие, так и не став объектами поглощения.

К ним добавилась «Русснефть». Эта компания сумела не только собрать никому больше не нужные остатки большого нефтяного пирога, но и дополнила их разбросанными по стране малыми нефтяными компаниями. И, конечно, соглашения о разделе продукции, роль которых в добыче нефти в России за эти годы заметно выросла.

Более 20% роста добычи нефти с выходом на рекордный объем, два тяжело пережитых кризиса, несколько волн приватизации и как минимум две волны до и после приватизационных переделов. Таковы краткие итоги первых 20 лет работы современной российской нефтяной отрасли. В другом персональном составе, но к свою юбилею отрасль подошла в конфигурации, очень напоминающей задуманную, но не реализованную в соответствии с указом № 1403 от 17 ноября 1992 года.

Анатолий Ходоровский 

www.rospres.com

это... Транснациональная корпорация: структура, деятельность, предприятия, примеры :: SYL.ru

Под корпорацией понимают юрлицо, объединяющее граждан и их капиталовложения, но являющееся независимым от них и самоуправляемым. Сегодня преобладающей формой организации считается акционерное общество. Поэтому, как правило, понятие "корпорация" используется как синоним к АО. Между тем, это различные категории.

Международная транснациональная корпорация

Этот термин появился в результате компромисса о мандате работы ООН в вопросах ограничения функционирования мировых монополий в развивающихся государствах. Транснационализация – движение капитала из стран, в которых он находится в избытке, на территории, где он в дефиците, но присутствуют другие производственные факторы, которые невозможно рационально использовать в связи с недостатком средств. Речь, в частности, о рабочей силе, земле и пр.

Экономическая транснационализация – самая современная форма вывода хозяйственной деятельности на мировой уровень. Она выражается в создании определенных бизнес-структур. Они являются международными по характеру деятельности, но национальными по контролю, сохраняемому над капиталом.

Общее описание

ТНК – это фирмы, работающие в двух и более государствах, управляющие своими подразделениями из одного либо нескольких центров. Такое определение дано ООН. В узком смысле ТНК – это объединение частной главной организации, капитал которой находится в стране базирования (происхождения) и в подразделениях, функционирующих в принимающих странах. Последние являются относительно самостоятельными фирмами. Они функционируют в отраслях народнохозяйственного комплекса принимающих стран, участвуют в их внешнеэкономических связях для целей, соответствующих задачам и интересам главной организации. В зависимости от статуса подразделения выступают как дочерние компании или филиалы. Существуют также и ассоциации.

Филиалы

Они являются обособленными подразделениями. Филиал ТНК – это отделение, находящееся на самоуправлении, но не обладающее собственным имуществом, акциями. Такое подразделение находится в подчинении руководству главной фирмы, перечисляет ей все поступления. От других филиалов отделение ТНК отличается тем, что материнская организация создает предприятие и регистрирует его как национальное юрлицо.

Дочерняя фирма

Она выступает как юрлицо, имеющее собственное имущество. Материнская организация создает "дочку" вместе с другими инвесторами. При этом головная фирма сохраняет контрольный пакет бумаг (больше 50%). Это позволяет ей вести контроль за созданным юрлицом, назначать, снимать с должностей большую часть руководителей.

Ассоциированные фирмы

Они выступают как самостоятельные юрлица. Формируются такие фирмы материнской организацией и инвесторами принимающих государств. Уровень участия главной компании обуславливается тем, что она владеет 10-50% акций. Соответственно, контроль над работой ассоциированных фирм более ограничен, чем "дочек" и филиалов.

Контрольный пакет

Одним из ключевых признаков ТНК выступает мононациональность. Она предполагает приоритет валюты одной страны над финансами других государств. Контрольный пакет сосредотачивается в главной фирме. Ее штаб располагается в стране базирования. Между тем, капитал корпорации, являющийся собственностью иностранных инвесторов, должен быть не меньше 25% от общей имущественной массы (всех акций). Иначе такую организацию нельзя считать ТНК. Это будет просто крупная фирма, имеющая обособленные подразделения за границей. Если контрольный пакет рассредоточен по нескольким фирмам, которые принадлежат различным странам, то это будет МНК.

Значение для экономики

ТНК – это крупные компании, ставшие на современном этапе движущей силой, основой процесса интернационализации мирового народнохозяйственного комплекса. Это значит, что господство в экономике нескольких сотен таких фирм определяет пропорции сбыта и производства. В целом, деятельность ТНК обеспечивает порядка 50% мирового объема промышленного производства. На долю этих фирм приходится больше 70% торговли. При этом около 40% сделок совершается внутри ТНК. Торговля ведется не по рыночной цене, а по так называемой трансфертной. Она формируется под влиянием политики главной фирмы.

Очень большие предприятия ТНК имеют бюджет, величина которого превышает размер финансовых фондов многих государств. Из 100 мировых экономик 52 являются такими фирмами, а остальные – странами. ТНК оказывают существенное влияние на народнохозяйственный комплекс регионов, поскольку обладают большим объемом средств, связями с общественностью. Особую роль играют такие организации в НИОКР. На долю таких фирм приходится не менее 80% патентов.

Примеры ТНК

Самыми богатыми считаются Apple, Google и ExxonMobile. На 2013 г. стоимость имущества первой была выше суммы доходной части бюджета РФ. Стоит сказать, что большая часть мировых брендов принадлежит ТНК - Procter & Gamble, Coca-cola, McDonalds. К таким фирмам относят не только производственные организации. В число ТНК входят и банки (Deutsche Bank), аудиторские, страховые ("Ингосстрах"), инвестиционные, телекоммуникационные компании, пенсионные фонды.

Классификация

Существует три типа корпораций:

  1. Вертикально-интегрированные. В этом случае управление подразделениями осуществляется в пределах одного государства. Продукция же поставляется в другие страны. По такому принципу работают многие российские ТНК. Одной из них является "АвтоВАЗ". Производственный процесс, разработка, проектирование, изготовление деталей, сборка осуществляются только в РФ. Автомобили, выпущенные заводом, реализуются не только в пределах страны, но и за границей. Стоит сказать, что самая продаваемая модель – "ВАЗ-2107". Объем реализации составляет больше 25% от совокупного экспорта. Приобретают эти автомобили из-за их высокой ремонтопригодности и низкой цены. Если что-то сломается в машине по пути, всегда можно устранить поломку самостоятельно. Большинство же иномарок приходится везти в автосервис.
  2. Горизонтально-интегрированные. Структура ТНК этого типа включает в себя подразделения, расположенные в разных странах и производящие один товар. Горизонтально-интегрированными являются пивные фирмы. К примеру, отечественная ТНК "Балтика". Эта фирма выпускает продукцию на 12 различных заводах, а головной офис расположен в Санкт-Петербурге.
  3. Раздельные. Самые яркие примеры ТНК такого типа – автомобильные гиганты Ford, Renault. Раздельные фирмы управляют подразделениями в разных государствах. Они не объединяются ни горизонтально, ни вертикально. Как работает такая компания? ТНК открывает заводы в государствах, где впоследствии будет реализовываться продукция. Это делается для экономии средств на выплату пошлин и транспортировку. К примеру, Ford – американская ТНК, открывшая завод в Ленинградской обл. Там собирают автомобили для продажи в РФ. Renault пошла несколько иным путем. Эта компания пользуется производственными мощностями отечественного завода "АвтоВАЗ", взяв площади в аренду.

ТЭК

Самые конкурентоспособные российские ТНК работают в топливно-энергетическом комплексе. Основными их направлениями являются добыча и переработка нефти. Одной из крупнейших фирм в свое время была ТНК-ВР. Наименование холдинга происходило от названий соучредителей. Штаб-квартира располагалась в Москве. ТНК-ВР была основана в 2003 г. на паритетных началах. В образовании холдинга участвовали тюменская и британская фирмы.

В 2012 г., в октябре было объявлено о продаже организации "Роснефтью". В 2013 г., 21 марта сделка была завершена. Заправки ТНК располагались в различных регионах страны. Это была довольно крупная сеть станций. В начале 2000-х заправки ТНК стали создаваться и на территории государств ближнего зарубежья. Так, в 2001 г. был выкуплен Лисичанский НПЗ, находящийся тогда в состоянии банкротства. После создания совместного с британскими инвесторами предприятия некоторые заводы были проданы. В настоящее время 100% акций принадлежит "Роснефти".

Концепция появления холдингов

История ТНК в мире довольно продолжительна. В 1939 г. их насчитывалось порядка 300. К 1999 году численность холдингов в мире достигла почти 60 тысяч. При этом было открыто более полумиллиона филиалов. Эксперты выдвигают разные предположения по вопросу возникновения ТНК. По мнению некоторых специалистов, предпосылкой к образованию таких холдингов стала сравнительная узость внутренних рынков в условиях постоянно увеличивающихся производственных объемов и антимонопольного регулирования. Соответственно, у предприятий возникла необходимость освоить мировые площадки, представив не просто продукцию, а товары, обладающие конкурентными преимуществами.

Сегодня в качестве основной формы экспансии и для уже образованных, и для создаваемых фирм выступает вывоз капитала. Благодаря перемещению средств ТНК формируют самый динамический экономический сектор в мире. Инвестиции таких холдингов увеличиваются вдвое быстрее, чем экспорт продукции. Приоритетной формой перемещения капитала стали прямые вложения (ПИИ). Это обуславливается тем, что право собственности на средства позволяет осуществлять контроль работы предприятия, в которые они инвестированы.

Нормативные основы функционирования

Стоит сказать, что мировая общественность очень внимательно следит за усилением ТНК на международной арене. Дело в том, что работа холдингов в народнохозяйственных комплексах разных стран может вызывать как положительные, так и отрицательные последствия. Как показывает мировая практика, то, что будет выгодно ТНК, не всегда прибыльно для принимающих и вывозящих государств.

Проблемы

Основной сложностью в настоящее время считается практическая невозможность внешнего управления ТНК. Эту проблему поднимали более 40 лет назад. В 1972 г. был сформирован Центр ООН, занимавшийся вопросами ТНК. Основной целью объединения выступало изучение работы холдингов, их влияния на мировую и внутригосударственные экономики. Центр ООН занимался также публикацией сведений о ТНК, выявлял наиболее существенные направления их развития. В результате анализа была признана могущественность этих холдингов при довольно ограниченных возможностях влияния на их работу со стороны мирового сообщества.

После деколонизации ООН прочие международные объединения начали искать пути установления нового экономического порядка в мире. Предполагалось, что он будет благоприятствовать государствам, освободившимся от колониального гнета. Международные структуры – ЮНЕСКО, ООН, МОТ и пр. – пришли к выводу о необходимости оказать внешнюю помощь странам третьего мира. В связи с этим нужно было прийти к компромиссу между развивающимися государствами и иностранным капиталом, сконцентрированном в ТНК.

Хартия 1972 г.

Этот документ должен был стать определяющим в регулировании работы ТНК развитых государств. 2 статья Хартии закрепляло право каждой страны:

  1. Регламентировать и контролировать зарубежные инвестиции в рамках распространения национальной юрисдикции, в соответствии со своими законами и постановлениями. Согласно государственным целям и приоритетным задачам ни одна страна не может принуждаться к предоставлению льготных условий иностранному капиталу.
  2. Регулировать и контролировать работу ТНК в рамках своей юрисдикции, принимать меры, направленные на соответствие деятельности таких организаций законодательству, постановлениям, нормам, социально-экономической политике. Холдинги не должны вмешиваться в какие бы то ни было внутренние дела страны.
  3. Экспроприировать, национализировать или передавать зарубежную собственность.

По инициативе Америки значение этой Хартии постепенно стало уменьшаться. В 1987 г. Генассамблея ООН обсуждала Концепцию мировой экономической безопасности. Она во многом была близка Хартии, однако в ней отсутствовал базисный аппарат, необходимый для реализации положений в форме системы обязанностей и прав стран. Соответственно, Концепция была невыполнима.

Решение проблемы

В 1992 г. Хартия была приведена в соответствие с реальными условиями. В результате документ перестал являться одним из фундаментальных, поскольку ТНК получили неограниченную свободу в своей деятельности. В 1993 г. Центр ООН прекратил работу. Его преобразовали в Департамент по прямым иностранным инвестициям и ТНК в рамках ЮНКТАД.

В начале 1990-х сформировался компромисс между холдингами и принимающими государствами. Он был представлен в следующей форме. Страны, которые принимают ТНК и зарубежные капвложения, соглашаются смягчить контроль их деятельности, создавать благоприятные условия для допуска ПИИ и регулирования их в экономических отраслях. Спустя время этот компромисс был реализован в усовершенствованном виде. В странах базирования и принимающих государствах создавались предприятия с взаимным участием финансовых средств.

www.syl.ru

Об офшорной дружбе «танкистов» и чекистов. Как «Роснефть» купила долю в ТНК-BP — Открытая Россия

Бывший советник газового блока ТНК-ВР Илья Заславский — о самой крупной в истории России офшорной сделке последних лет

На фоне опубликования «панамских бумаг» изначально комичная многолетняя болтовня Путина о необходимости деофшоризации российской экономики выглядит вдвойне смешной. Однако в контексте офшорных афер еще смешнее то, что Путина легко поймать на развешивании лапши населению на эту тему через простой поиск видеоклипов с нашего ТВ. Спасибо «Вестям» и Russia Today, что сохраняете все эти улики!

Дело в том, что по какой-то непонятной мне причине большинство аналитиков упустили из вида самую большую офшорную сделку в истории России. Многие говорят про схемы с Ролдугиным, про аферы, обогатившие Кирилла Шамалова и прочих родственников и друзей, но почему-то проводка на $28 млрд кэшем по продаже российской доли в ТНК-BP «Роснефти» весной 2013 года осталась вне серьезного анализа. На мой взгляд, это большое упущение. Задумайтесь, что такое 28 «ярдов» в свете, например, бюджета на российскую медицину и образование (вместе взятые — около $6 млрд).

Англо-американская компания British Petroleum с 2003 года владела 50% акций ОАО «ТНК-ВР Менеджмент», вторая половина принадлежала консорциуму AAR («Альфа-Групп» Михаила Фридмана, Германа Хана и Петра Авена, Access Industries Леонида Блаватника и группа компаний «Ренова» Виктора Вексельберга). Российских акционеров ТНК также часто называли «танкистами».

Итак, давайте восстановим события хронологически через общедоступные онлайн видео. В июле 2012 года прошла первая новость о том, что «Роснефть» готова выкупить 50-процентную долю BP в ТНК-BP, при этом Михаил Фридман, участник консорциума акционеров ААР, сделал встречное предложение в $10 млрд за половину доли BP (то есть оценил всю компанию в $40 млрд):

Но после корпоративного рейдерства со стороны «танкистов» и чекистов в 2008-2009 годах британцы почему-то не горели желанием оставаться в одной компании с ААР, и сама «Роснефть», а точнее лично Путин с Сечиным, пришли к тому, что надо выкупить обе 50-процентные доли — и BP, и ААР. Обе сделки были проведены одновременно в конце 2012-го — начале 2013-го, но с юридической точки зрения осуществлялись отдельно, независимо друг от друга.

Британцев выкупили за $27,5 млрд, но из них заплатили наличными лишь $17 млрд, из которых $4 млрд ушло тут же обратно на покупку акций «Роснефти», остальная сумма была также учтена взаимным обменом акций «Роснефти» и BP. Кто-то резонно спросит, почему «Роснефть» переплатила BP, если вся компания никогда не оценивалась серьезными аналитиками больше $40-45 млрд, и, значит, половина не должна была стоить больше $20-22,5 млрд? Ну тут есть хотя бы какое-то разумное коммерческое обоснование: часть выплат происходила сомнительными в далекой перспективе акциями «Роснефти», BP — это мировой бренд, англичане обещали новые технологии и обмен опытом и кадрами. Кремлю было выгодно получить такого стратегического партнера, даже если за это российскому государству в лице главного акционера «Роснефти» надо было переплатить.

Однако с какой радости российские акционеры ААР получили $28 млрд «наликом», непонятно было никому вменяемому и в сам момент сделки в 2012-м, и сейчас. Что такого полезного принесли «танкисты» для государства или «Роснефти», что им надо было переплачивать, как верно подметил «Коммерсантъ», 40-60%, то есть, по моим подсчетам, около $8-10 млрд? Думаю, только они сами да Путин с Сечиным знают.

И вот в октябре 2012-го канал Russia Today радостно отрапортавал, что сделка заключена, и приглашенный аналитик из «Газпромбанка» сказал, что справедливая оценка компании несколько выше рыночной капитилизации в $40 млрд, и перечислил ряд активов — долю в «Славнефти», НПЗ в Украине, международные лицензии, — которые должны быть включены в общую стоимость.

По моим подсчетам, даже с учетом этих активов максимальная справедливая цена должна была быть $45, ну, если быть крайне щедрым, — $48 млрд, но никак не $55-61 млрд, которые «Роснефть» в результате заплатила. Разница в конечной сумме произошла из-за того, что после официальной сделки в октябре 2012-го «Роснефть» еще в 2016 году доплачивала набежавшие проценты на не полностью оплаченную сумму сделки в 2013-м. Простите, что вгрызаюсь в эту арифметику! Это же так скучно: ну подумаешь, Сечин разбазарил несколько лишних миллиардов, мы к этому привыкли... Просто, если даже округлять все в пользу Путина и Сечина, все равно получается, что эти нефтяники-гэбисты переплатили своим дружкам-олигархам по самому скромному счету больше, чем отпущено на все российское образование и медицину за год.

Но никого в Кремле в конце 2012 года не смущала ни сама общая сумма сделки с ААР, ни тот факт, что она была проведена через офшоры. Даже бывший топ-менеджер ТНК-БП Марат Атнашев открытым текстом сказал, что «слияние ТНК-ВР и ’’Роснефти’’ выгодно всем, кроме экономики России», но все спокойно это воспринимали.

Вывод из всего этого, похоже, напрашивается сам собой: российские налогоплательщики привыкли, что у них могут среди бела дня без внятных причин, не стыдясь, забрать миллиарды долларов.

Несмотря на обширную критику (есть много еще ссылок с критикой), без всякого публичного обсуждения, Путин лично, как сообщает Reuters, проконтролировал и одобрил сделку во время ночной сессии с адвокатами и банкирами в Ново-Огарево.

Несколько недель спустя, в послании Федеральному собранию в декабре 2012-го, Путин на голубом глазу призвал в очередной раз провести деофширизацию экономики! Как будто это кто-то другой, а не он накануне одобрил прокачку через офшоры десятков миллиардов своим давно знакомым олигархам. И вот тут наступает важный и смешной момент: во время помпезной пресс-конференции с журналистами Путина конкретно спрашивают: мол, вы нам тут про деофшоризацию рассказываете, а у вас в ААР 28 миллиардов ушло, это, мол, не страшно? Полюбуйтесь, какую пургу Путин несет в ответ про то, что процесс должен быть аккуратным и цивилизованным, как уходит от ответа про конкретную сумму и сделку.

И вот наступает момент завершения сделки в марте 2013 года. Путин, просто как начищенный чайник, реально светится от счастья, довольно объясняет британцам, как им повезло с новым партнером «Роснефтью». Диктор бодро утверждает, что доходы госкомпании существенно возрастут. Сечин говорит, что сделка проведена по самым высоким международным стандартам, Путин кивает. В отдельном интервью в это же время Сечин хвалит «Роснефть» за прозрачность своих сделок.

Но самый апофеоз в стиле «плюнь в глаза — божья роса» наступил всего восемь месяцев спустя, в момент очередного послания в конце 2013 года. Нефтяные цены просели, но и без них было ясно, что покупка «Роснефти» — это огромный удар по бюджету госкомпании, а значит, и по федеральному бюджету. Путин снова говорит о необходимости деофшоризации (так, как будто эта тема поднята первый раз) и, ни больше ни меньше, приводит пример покупки ТНК-BP через офшоры как чего-то очень негативного, — правда, почему-то называя сумму сделки в $50 млрд и делая акцент не на переплате, а на проводке через офшоры.

А кто это все лично одобрил, спрашивается? И Путин как бы намекает: оказывается, это из-за олигархов, несознательных российских граждан, любящих, — в отличие от него, — офшоры, с чем теперь соглашается и «Первый канал».

И вот уже диктор (на 3:30 мин.) с северокорейской чеканкой в голосе бодро рассказывает в середине репортажа «Вестей», что «крупнейшую сделку, как выясняется, провели в офшорах, на Кипре, Карибах и в Европе», и если бы сделка по ТНК-BP прошла не через офшоры, то, оказывается, можно было бы лишь на одни налоги от нее построить высокоскоростную дорогу Москва—Казань. Вот бы познакомить ее с тем журналистом из 2012 года, который спрашивал Путина про 28 «ярдов» на конференции, вдруг у нас бы теперь была эта чудесная дорога!

После послания Сечин оправдывался, что некоторые сделки действительно проходят через офшоры «по настоянию партнеров», но при этом сама «Роснефть не намерена работать в офшорах». Ну, правильно: уже «поработала».

С тех пор вся объединенная «Роснефть» стала стоить меньше, чем то, что она потратила на покупку ТНК-BP, хотя Сечин и обещал молочные берега и капитализацию в $120 млрд. Но с нефтяным чекистом ничего плохого не случилось. В прошлом году он сказал, что не жалеет о покупке ТНК-BP на пике цен на нефть и что имеет право гордиться сделкой: ведь «синергия продолжает расти, и с ней — эффект от этого приобретения». Также Сечин сказал, что не имеет личных претензий к олигархам, продававшим ТНК-BP. На вопрос, как Сечин относится к олигархам сейчас, он ответил: «Они все очень приличные люди».

Между тем, вменяемые аналитики и политики все прекрасно понимали. В 2014 году Навальный написал, что из-за этой «удивительной сделки» мы должны теперь расплачиваться из бюдежета или нацрезервов.

В августе того же 2014-го я брал телефонное интервью у Бориса Немцова (аудиозапись еше нигде не публиковалась), на мой вопрос об оправданности и полезности сделки по покупке ТНК-BP «Роснефтью» он ответил — цитирую дословно расшифровку: «Это абсурдная, крайне вредоносная, абсурдная сделка, которая привела к монополизации нефтяного рынка в России, которая поставила в тяжелейшее положение компанию ’’Роснефть’’, которая сделала более отсталой эту саму отрасль, более коррумпированной. Потому что одно дело — частная компания ТНК-BP, другое дело — чекистско-государственная-бюрократическая компания ’’Роснефть’’. То есть это абсолютный тотальный абсурд, свидетельствующий о полной профнепригодности как Сечина, так и Путина, который эту сделку одобрил. Кроме того, эта сделка привела немедленно к очень большим проблемам — к снижению поступления налогов в бюджет, поскольку ’’Роснефть’’ начала требовать налоговых высбождений и т.д. И, кроме того, вся эта сделка привела к росту цен на рынке нефтепродуктов по той причине, что произошла неестественная монополизация рынка. Это — абсолютный абсурд!»

openrussia.org