Трейдеры рассказали о первой за четыре года поставке российской нефти в США. Трейдеры российской нефти


Русская Швейцария: как трейдер «Лукойла» занял заметное место на рынке торговли нефтью. Фото | Бизнес

Сейчас Субботин, по словам его знакомых, бывает в США и Швейцарии. Связаться с ним не удалось. В Женеве он возглавляет совет директоров Litasco — собственной трейдинговой компании «Лукойла». В 2015 году она стала крупнейшим покупателем российской нефти по версии Forbes. Трейдеры были уверены, что в 2016-м Litasco однозначно потеряет позиции из-за трений «Лукойла» с «Роснефтью». Но этого не произошло. Более того, Litasco удалось сохранить контракт на продажу нефти с месторождений им. Требса и Титова, которую добывает СП «Башнефти» и «Лукойла».

Litasco — уникальное явление для российского нефтяного бизнеса. Похоже, это единственный нефтетрейдер российского происхождения, который не только продает чужую нефть и нефтепродукты, но и делает это в объемах, сопоставимых с поставками родственных компаний. Как «Лукойлу» удалось занять заметное место в мировой нефтеторговле?

Время посредников

«Лукойл» ничего нового не придумал!» — восклицает один из бывших руководителей Союзнефтеэкспорта. Именно эта организация из системы Министерства внешней торговли СССР, по словам собеседника Forbes, стала прообразом Litasco. До 1991 года Союзнефтеэкспорт был абсолютным монополистом в экспорте российской нефти и имел представительства по всему миру. Несмотря на годовой оборот в 200 млн т нефти, в Союзнефтеэкспорте работало несколько десятков трейдеров и 200 человек обслуживающего персонала, рассказывает бывший сотрудник организации.

В 1991 году право экспортировать нефть получили нефтедобытчики, НПЗ и трейдеры. Лицензии выдавались настолько бесконтрольно, что в тот же год разрешенный объем экспорта превысил реально имеющиеся ресурсы, докладывал вице-премьеру Егору Гайдару министр топлива и энергетики Владимир Лопухин. «Это было такое ограбление государства! Все, включая церковь, получали квоты на экспорт», — негодует бывший сотрудник Союзнефтеэкспорта. Это не преувеличение: финансово-хозяйственное управление Московской Патриархии действительно было соучредителем одного из экспортеров — компании «Международное экономическое сотрудничество».

Первым российским частным трейдером стал Urals Trading, учрежденный выходцами из Союзнефтеэкспорта. Одним из основателей Urals был советский разведчик и бывший сотрудник шведского представительства Союзнефтеэкспорта Андрей Панников. Благодаря его связям Urals стал заметным игроком на рынке, утверждает бывший сотрудник компании. Например, знакомым и партнером по бизнесу Панникова был друг Владимира Путина Геннадий Тимченко, в 1997 году основавший торговую компанию Gunvor.

Сам Панников рассказывал Forbes, что участвовал в создании «Лукойла» и якобы лично хлопотал о выдаче компании лицензии на экспорт в Министерстве внешней торговли. Это неудивительно, говорит бывший бизнес-партнер Панникова: круг работников советской нефтянки был очень узким, и все хорошо знали друг друга. Urals даже выделил «Лукойлу» помещение в гостинице «Звездная» у ВДНХ (там у компании был московский офис), в начале 1990-х его как кабинет использовал президент «Лукойла» и бывший замминистра нефтегазовой промышленности СССР Вагит Алекперов.

Именно Urals первое время экспортировал значительные объемы нефти «Лукойла». Другими крупными покупателями были Taurus Petroleum и Western Petroleum. Они были аффилированы друг с другом, рассказал Forbes один из трейдеров. Taurus принадлежал американцу Бенджамину Поллнеру и закупал у «Лукойла» такие заметные объемы, что участники рынка подозревали его в связях с российской компанией. По данным Businessweek, Поллнер был одним из Rich boys — трейдеров из круга легендарного Марка Рича, давнего друга советских руководителей внешней торговли. В начале 1990-х его Marc Rich + Co (сейчас Glencore) была одним из крупнейших покупателей российской нефти.

«В России черт знает что происходило. Все друг друга кидали», — вспоминает российский нефтетрейдер. Покупая российскую нефть не напрямую, а через трейдеров, зарубежные заводы снижали свои риски. Это устраивало и нефтяников: трейдеры могли обеспечить 90%-ную предоплату. Но была одна загвоздка: западные банки неохотно финансировали российские поставки. Исключением был французский BNP Paribas, с которым и сотрудничал Taurus. Контакт с женевским отделением банка был налажен и у Urals, рассказывает бывший сотрудник компании: финансовый директор нефтетрейдера был выходцем из Paribas. Urals пробыл трейдером «Лукойла» около трех лет, но экспорт «Лукойла» еще долго был завязан на сотрудников Urals.

Помощники из Urals

Телефонный звонок в канун нового, 1998 года застал директора по специальным проектам Lukoil Europe Олега Яковицкого за предпраздничными приготовлениями. В трубке раздался командный голос его шефа Валерия Головушкина: «Срочно собирайся, летим в Румынию!» «Эх, все прахом», — вздохнул Яковицкий, собрал чемодан, попрощался с семьей и вскоре уже летел в Бухарест на служебном «лукойловском» самолете. Там нефтяники договорились о покупке НПЗ «Петротел» и сразу же вылетели в болгарский Бургас, где готовилась продажа «Нефтохим Бургас». На крупнейший на Балканах НПЗ было несколько претендентов, но болгары заверили представителей «Лукойла», что завод достанется им: «Потому что у вас самолет больше, чем у других покупателей».

В 1990-е собственный самолет безотказно действовал на директоров заводов, подтверждает бывший сотрудник Urals. Фокус с самолетом вряд ли был секретом и для бывшего руководителя датского филиала Urals и выходца из Союзнефтеэкспорта Валерия Головушкина. В 1994 году он возглавил Lukoil Europe, представительство «Лукойла» в Лондоне. Его основной задачей было исключить западных посредников из экспорта.

На рубеже 1990–2000-х годов все мировые нефтяные мейджоры обзавелись специализированными трейдинговыми подразделениями. Их примеру последовали и российские нефтяники. Функционально это были зарубежные фирмы, на которых оседала маржа от сбыта своей же нефти, рассказывает один из нефтетрейдеров: «Собственно говоря, это был вывод капитала». Нехитрая схема позволяла зарабатывать дополнительно $1–2 с барреля, рассказывает собеседник Forbes. Впоследствии за подобные схемы был разгромлен ЮКОС и два его основных акционера угодили за решетку.

«Лукойл» пошел дальше конкурентов и в 2002 году объявил о централизации экспортных поставок на одной «дочке». Это была идея Алекперова, говорит сотрудник «Лукойла». И во многом это была вынужденная мера. Западные инвесторы критиковали «Лукойл» за продажу нефти своим офшорным филиалам по заниженным ценам. Из-за этого головная компания, чьи ADR торговались на Лондонской и Берлинской биржах, недополучила в 2000–2003 годах около $1 млрд, жаловался руководитель фонда Hermitage Capital Уильям Браудер.

Для консолидации экспорта была выбрана швейцарская Lukoil-Geneva, которую еще 2000-м переименовали в Litasco (Lukoil International Trading and Supply Company). В Швейцарии очень лояльное налоговое законодательство, хотя формально страна не считается офшором и находится в самом центре Европы, объясняют нефтетрейдеры. Реструктуризация совпала с уходом из «Лукойла» одного из его основателей и куратора экспорта Ралифа Сафина. Его место в статусе первого вице-президента «Лукойла» занял Дмитрий Тарасов. Он работал в Союзнефтеэкспорте, а в начале 1990-х возглавлял финское подразделение Urals (там же работал и Тимченко). Его бывший коллега по Urals Головушкин, который до начала 2000-х был более заметен в экспансии «Лукойла» в страны Восточной Европы, перебрался из Лондона в Женеву и возглавил Litasco.

Окно в мир

Собственный трейдер недешево обошелся компании, рассказывает человек, близкий к «Лукойлу»: вложения в капитал Litasco и гарантии перед банками составили около $7–10 млрд. При создании Litasco была поставлена задача, чтобы коэффициент ROI (отношение прибыли к инвестициям) достиг 15%, но это получилось не сразу. Да и быстро замкнуть на Litasco весь экспорт «Лукойла» тоже не удалось. В 2005 году трейдер продавал 87% экспортированной «Лукойлом» нефти, в 2011 году эта доля оставалась примерно на том же уровне. Сейчас «Лукойл» указывает, что Litasco осуществляет все поставки «Лукойла» за пределами России.

Помимо продаж собственных продуктов и поставок нефти на зарубежные НПЗ «Лукойла» перед Litasco стояла задача продавать чужую нефть в сопоставимых объемах. В 2004 году на долю третьих лиц приходилось 28% торговли Litasco, в 2008 году — 40%, а два года спустя уже 52%. В 2015 соотношение составляло 51 на 49 в пользу «Лукойла». Трейдер — это «окно в мир» для «Лукойла», говорится на сайте Litasco.

Litasco существенно нарастил объемы торговли с третьими лицами благодаря новой стратегии, которая была принята в 2007 году, рассказывал вице-президент «Лукойла» Валерий Субботин в интервью журналу Oil of Russia. Она заключалась в подключении к торговле всех зарубежных офисов «Лукойла» (на тот момент это 17 филиалов и представительств по всему миру). «Они стали оптимизировать потоки, продавать, когда выгодно, использовать арбитраж», — перечисляет один из участников рынка. По его словам, за счет трейдинговых операций маржа Litasco могла вырасти на $2,5–3 за баррель.

Есть и другая версия. Сначала трейдер вырос за счет огромных объемов «Лукойла», за которые ему не приходилось бороться. Большие объемы позволили сэкономить на фрахте и кредитах, и уже тогда Litasco смог предложить рынку хорошие цены.

Человек, близкий к «Лукойлу», связывает успехи Litasco с болгарином с иракскими корнями Гати Аль-Джебури. В начале 2000-х он был заместителем двух болгарских министров — энергетики и финансов. А затем Головушкин позвал его в Litasco — финансовым директором. В 2005 году Головушкин пошел на повышение, став вице-президентом «Лукойла» по поставкам и продажам, а Аль-Джебури занял кресло руководителя Litasco.

Болгарин решил завоевывать новые рынки сбыта. В Китае Litasco поначалу приходилось демпинговать, вспоминает один из нефтетрейдеров: снижать либо свою торговую прибыль, либо прибыль НПЗ, выпускающих мазут. Все подобные решения утверждались в Москве и согласовывались «чудовищно долго», рассказывает собеседник Forbes: корпоративные процессы внутри «Лукойла» напоминают крупное российское министерство. Гати Аль-Джебури не только видел новые рынки сбыта, но и сумел пробиться через лукойловскую бюрократию.

В итоге продажи Litasco выросли с 2005 по 2010 год на 37%, до 125 млн т, в то время как экспорт «Лукойла» — всего на 6%. В 2015 году трейдер продал 165 млн т нефти и нефтепродуктов. Выручка Litasco не раскрывается, но из отчетности «Лукойла» по МСФО можно сделать вывод, что в 2015 году она была не менее $63 млрд, а в 2016 году — $68 млрд.

Роль личности

В начале 2011 года в латвийском порту Вентспилс произошел коллапс. Резервуары терминала Ventbunkers оказались под завязку заполнены мазутом. Из-за этого на железнодорожных подъездах к порту скопилось 1700 цистерн с грузом, ожидавших разгрузки. Накопленный в терминале мазут принадлежал Litasco, которая отказалась переливать его в танкеры, сообщал Ventbunkers. В Litasco объясняли, что по вине терминала мазут испортился и уже не соответствует требованиям контракта. Могла быть и другая причина конфликта: Ventbunkers собирался заменить Litasco другим трейдером — Mercuria Energy. В итоге разблокировать порт удалось только спустя несколько недель при посредничестве министра путей сообщения Латвии.

Эта история крайне нетипична для трейдера, заверяет один из собеседников Forbes: Litasco, как и материнская компания, не склонна к рискам и старается не ввязываться в конфликты. В середине 2000-х за считаные годы Gunvor стал главным трейдером российской нефти, и «Лукойл» принял правила игры, хотя они и доставляли неудобства его трейдеру. У Litasco с Gunvor «не так много пересечений по клиентам», неудобство вызывала скорее принятая тогда в портах практика: при растущих ценах танкеры Gunvor загружались чаще, а окно погрузки для остальных трейдеров сдвигалось. И наоборот, рассказывает собеседник Forbes: «Нефть просела — суда Gunvor ставят в конец очереди, а остальных вталкивают».

Владельцы «Лукойла» очень четко понимают границы допустимого, и это один из секретов их успеха, признают собеседники Forbes. В 2016 году «Лукойл» был одним из претендентов на «Башнефть», ведь у этих двух компаний тесные связи. «Башнефть-Полюс» (25% у «Лукойла») добывает нефть на месторождениях им. Требса и Титова (запасы — 140 млн т нефти), а Litasco ее продает. В 2015 году, по оценкам Forbes, трейдер «Лукойла» экспортировал 1,4 млн т нефти СП на $535 млн, в 2016-м — уже почти 2,2 млн т на $634 млн. Но события приняли иной оборот: «Башнефть» досталась «Роснефти». «Будем считать, что она попала в хорошие руки», — прокомментировал эту сделку вице-президент «Лукойла» Леонид Федун.

После покупки «Башнефти» «Роснефть» начала перестраивать торговую политику, и первыми под нож попали контракты с «Лукойлом». С 1 ноября 2016-го был расторгнут контракт на поставку нефти «Лукойла» на НПЗ «Башнефти» и обратную поставку нефтепродуктов Litasco. Пересмотреть хотели и поставки нефти «Башнефть-Полюса». Но пока «Роснефть» не может отказаться от услуг Litasco, говорят два нефтетрейдера: единственный экономически обоснованный пункт отгрузки — порт Варандей — принадлежит «Лукойлу». Поэтому поставки в адрес Litasco продолжаются, но с начала года цены были пересчитаны, рассказывает один из собеседников Forbes. Новую цену он не называет, но отмечает, что она стала более выгодной для «Роснефти». Формула цены не менялась, отмечает источник, близкий к «Лукойлу»: «Какой Brent спрогнозировали, такую цену в контракт и забили». Litasco не комментирует вопросы, касающиеся бизнеса или торговли, сообщила ее представитель. В «Лукойле» не ответили на запрос Forbes. Из комментария пресс-службы «Роснефти» можно понять, что контракт стал более выгодным: «Роснефть» увидела возможность для оптимизации каналов реализации продукции и, как следствие, повышения экономической эффективности продаж, а действующие договоренности направлены на максимизацию прибыли.

На открытый конфликт с Сечиным Вагит Алекперов не решился. И вообще он редко вмешивается в работу своей торговой компании. Нефтетрейдер, близкий к «Лукойлу», вспоминает такой случай. Из-за военных действий на севере Ирака вся местная нефть сливается в общую трубу. От этого падает качество и, как следствие, стоимость сырья, которое Litasco экспортирует с иракского месторождения «Западная Курна — 2». Но закупочные цены этого не учитывали, и трейдер стал терять деньги. Алекперову пришлось лично договариваться с руководством иракской нефтяной госкомпании SOMO о более справедливой цене. В итоге ее удалось снизить на $13. «Роль личности в истории нужно уважать, — отмечает знакомый Алекперова. — трейдинг — это отношения и еще раз отношения».

www.forbes.ru

Новости Руспрес - Разгадка Gunvor

The Economist: трейдер Геннадия Тимченко мог "ронять" котировки наUrals, чтобы дешевле закупать ее в России и после продавать на мировом рынке по полной цене

Немногие за пределами России слышали о Gunvor, и Gunvor, похоже, это вполне устраивает. Это четвертый по величине нефтяной трейдер в мире, на пике на компанию приходилось около трети российского морского экспорта сырой нефти. Мы подозреваем, что Gunvor занижала цены на российскую нефть. Как показало расследование The Economist, стратегия Gunvor по торговле нефтью Urals, возможно, помогала ей закупать нефть в России дешевле и теоретически зарабатывать дополнительную прибыль, продавая нефть на международном рынке по полной цене.

Спотовый рынок нефти фактически не регулируется, и закон предоставляет Gunvor значительную свободу маневра. Однако недополучение средств российским бюджетом могло нанести ущерб гражданам страны, благосостояние которых в большой степени зависит от нефтяных налогов. Кроме того, спотовые рынки стали объектом для беспокойства регуляторов. В марте по просьбе руководителей стран «большой двадцатки», куда входит и Россия, Международная организация комиссий по ценным бумагам (IOSCO), объединяющая финансовых регуляторов разных стран, начала консультации по вопросу о реформировании системы расчета нефтяных цен. Одна из поставленных ею целей — «обеспечить справедливость при определении цен» на рынке нефти. Если наши подозрения обоснованны, торговые операции Gunvor с Urals могут свидетельствовать о том, как уязвим нефтяной рынок для искажений.

Никто, кроме самой Gunvor, не знает, конечно, намеревалась ли компания, как мы подозреваем, сдвигать цену Urals. Gunvor настаивает, что не сделала ничего неправильного.

Таким образом, мы имеем не доказанное дело, а набор подозрительных обстоятельств. При Владимире Путине, который в марте был переизбран президентом России, Gunvor превратилась из маленькой, практически неизвестной компании в важнейшего трейдера российской нефти. Перед президентскими выборами оппозиция и протестующие критиковали Gunvor за то, что она зарабатывает на российской нефти и при этом базируется в Швейцарии. Учитывая, что вопрос деятельности Gunvor стал политически чувствительным, и поскольку России крайне важно получать наилучшую цену за свою нефть, Путину следовало бы внимательно посмотреть на то, что происходит на рынке нефти Urals.

Наше расследование состоит из трех частей. Первая основана на публичных данных, демонстрирующих, что в течение ряда лет торговые операции Gunvor ассоциировались с падением рыночной цены Urals в течение нескольких дней или недель. Вторая — это наш анализ, на котором основаны наши подозрения, что Gunvor так пыталась на некоторое время снизить цены. В третьей рассматривается вопрос, какова могла быть цель этой стратегии.

Смесь Urals — это значительная часть российского экспорта сырой нефти, составляющего около 5 млн баррелей в день. Ее продают нефтедобывающие компании, включая «Роснефть», «Сургутнефтегаз» и «Газпром нефть», а покупают европейские нефтепереработчики, такие как Hellenic и INA, и нефтеперерабатывающие подразделения таких компаний, как Royal Dutch Shell и Total. Посредниками между ними выступают трейдеры — Glencore, Vitol и та же Gunvor.

Сделки через "окно"

В основном спотовые торги нефтью Urals совершаются в частном порядке, и их итоги не разглашаются. Публикует же цену Urals агентство Platts, подразделение медиакомпании McGraw-Hill. Platts дает обзор нефтяного рынка в ежедневном отчете Crude Oil Marketwire, в котором приводятся наиболее важные данные о заявках на покупку и продажу нефти и о совершенных сделках.

Platts устанавливает цену дня, используя эти заявки и сделки, которые публикуются в его системе. Корреспонденты Platts могут в любой момент оценить ситуацию со сделками, но наибольшее значение имеют последние полчаса торгов, которые заканчиваются строго в 16.30 по лондонскому времени, когда устанавливается цена. Незадолго до 15.45 Platts предлагает участникам рынка сообщить информацию о выставленных заявках на покупку и о предлагаемых к продаже партиях нефти; после этого никакие данные не принимаются. Затем начиная с 16.00 эксперты Platts в течение получасового «окна» наблюдают за проведением сделок. Используя свое знание рынка и цены этих сделок, заявок на покупку и продажу, они устанавливают публикуемую цену дня.

У этой системы, известной как методология расчета при закрытии рынка (Market-on-Close, MOC), много преимуществ. Она не полагается только на субъективное восприятие корреспондентов Platts, обзванивающих участников нефтяного рынка с целью узнать его новости, но использует формальный механизм для ежедневного установления цены в один и тот же момент времени. Она сводит покупателей и продавцов, желающих участвовать в формировании публикуемой цены. И избегает недостатков, возникающих при использовании средней цены дня, а она бывает слишком высокой на падающем рынке и слишком низкой — на растущем.

В Platts осознают, что компании могут играть с ценой. Если его корреспонденты посчитают, что трейдер пытается манипулировать или что сделки не отражают ситуацию на рынке, они имеют право исключить любую заявку или сделку из расчета публикуемой цены. Ничто на рынке торговли нефтью Urals не свидетельствует о том, будто Gunvor или любая другая компания вводили рынок в заблуждение, полагают в Platts. «Мы считаем, что в рамках процесса определения цены MOC ни одна компания не способна установить собственную цену», — говорится в заявлении Platts. В агентстве уверены, что принимаемые им меры предосторожности и взаимодействие на рынке продавцов и покупателей создают систему «естественных сдержек и противовесов», не допускающих искажения цены.

Но любую систему можно использовать в своих целях. Рынок Urals малоликвиден: обычно в Crude Oil Marketwire упоминается одна предлагаемая к продаже партия, один покупатель, выказавший интерес, или одна завершенная сделка. Мы полагаем, что, несмотря на заверения Platts, трейдер способен на таком рынке направлять цены MOC. По просьбе The Economist консультант и специалист по нефтяному рынку Эдвард Остервальд, имеющий многолетний опыт работы в Центральной Европе и России, проанализировал деятельность Gunvor на основе публичных данных из Crude Oil Marketwire. (Сейчас Остервальд работает на компанию Navigant, занимающуюся управленческим и судебным консалтингом.) Для анализа был взят период с января 2005 г.(вскоре после того, как «Роснефть» получила контроль над «Юганскнефтегазом»)  по конец мая 2009 г., когда должно было начаться судебное разбирательство дела о клевете между Gunvor и The Economist (дело было урегулировано вне суда). К полученным данным мы применили статистические тесты.

Gunvor практически лишь продавала нефть или предлагала ее к продаже через «окно» МОС. Это объясняется тем, что она покупает нефть не на спотовом рынке, а на тендерах и по долгосрочным контрактам с российскими нефтедобытчиками, поэтому ей нужно избавляться от больших объемов нефти. Продажи через «окно» МОС она проводила концентрированными сериями сделок, которые обычно длились несколько дней. Действия Gunvor привлекли внимание The Economist тем, что отличались от других компаний: ее серии сделок очень часто совпадали с падением рынка нефти Urals.

Такое поведение выглядит странным, поскольку трейдеры, такие как Gunvor, обычно одинаково заинтересованы как в высокой цене продажи, так и в низкой цене покупки. Но, возможно, именно стратегия Gunvor регулярно, пусть и на непродолжительное время, приводила к снижению спотовой цены Urals.

В течение рассматриваемого периода (четыре года и пять месяцев) в Crude Oil Marketwire было отражено 1218 заявок на покупку и продажу нефти, а также завершенных сделок, которые Platts использовало для определения цены. Из них Gunvor участвовала в 412 — это в два с лишним раза больше любого другого трейдера и почти в 9 раз больше среднего показателя. Gunvor, конечно, крупнейший трейдер на рынке Urals, но надо помнить, что данные о заявках и сделках включаются в оценку Platts только потому, что участник рынка хочет, чтобы эта информация стала известна. Некоторые компании, например ExxonMobil, редко предоставляют Platts данные о своей активности. Gunvor же предпочитала торговать в «окне» MOC часто и активно.

Сделки через MOC

Какой эффект производили эти действия Gunvor? Почти все операции Gunvor в «окне» MOC были либо продажами, либо заявками на продажу нефти. За четыре года и пять месяцев Gunvor 399 раз продавала или предлагала нефть и лишь в 13 случаях была покупателем или выставляла заявку на покупку. Иными словами, на долю Gunvor пришлась половина всех сделок по продаже и 40% заявок на продажу в «окне». В случае с покупкой эти показатели составляют 3,1 и 0,7% соответственно.

Gunvor размещала свои заявки не равномерно, а концентрированными сериями. Так, в течение 2007 г. наблюдается 13 таких серий. «Обычным следствием действий Gunvor было понижение цены, — предполагает Остервальд, который в прошлом возглавлял в Arthur Andersen нефтегазовую практику в Центральной и Восточной Европе. — Нормальный же коммерческий продавец старается добиться прямо противоположного».

Спотовая цена Urals сопоставляется с фьючерсной ценой смеси Brent, основанной на нефти, добываемой в Северном море, и являющейся ориентиром для значительной части продаваемой в мире нефти. Urals торгуется с дисконтом к Brent, так как в ней больше серы и тяжелых примесей.

Как свидетельствуют данные Crude Oil Marketwire, в 11 из 13 случаев всплесков торговой активности Gunvor в «окне» MOC в 2007 г. цена Urals падала по отношению к форвардной цене Brent. В 10 соответствующих случаях, когда Gunvor не участвовала или практически не участвовала в механизме определения цены, Urals восстанавливалась.

На рынке, где цены в течение длительного времени в целом стабильны, размер и количество дневных повышений цен должно примерно соответствовать размеру и количеству понижений; это верно и для рынка Urals. Но, как показывает анализ, торговая активность имела предсказуемые последствия. В более чем 80% дней, когда Gunvor сериями продавала нефть в «окне» Platts, Urals падала относительно Brent. В более чем 75% дней, когда компания этого не делала, Urals вырастала.

Интересно, что характер активности Gunvor изменился в марте 2009 г., как раз в конце анализируемого нами периода. В течение последующих двух месяцев в каждой из трех серий активного участия в «окне» Gunvor покупала Urals, и ее цена относительно Brent вырастала. По словам Остервальда, в этих случаях Gunvor впервые выставляла заявки на покупку в «окне» МОС. Мы не знаем, почему изменилось поведение компании.

На этом завершается первая часть детективной истории. Мы имеем набор удивительных сделок, которые представляются нам частью торговой стратегии — ведь Gunvor присутствовала в «окне» исключительно по собственному желанию. Если это так, то чего она пыталась добиться? Мы подходим ко второй части расследования, оставляя за спиной факты, имеющиеся в открытом доступе. Никто, кроме Gunvor, не знает, почему она решила торговать таким образом. За последние два года мы неоднократно просили компанию объяснить это, но она отказывалась давать комментарии для публикации данной статьи. Так что c этого момента мы вынуждены оперировать лишь предположениями и гипотезами.

Продажи с витрины

Люди, знакомые с ситуацией на рынке Urals, предлагают две гипотезы, которые могли бы объяснить деятельность Gunvor. Первая (ее отстаивает сама Gunvor) — компания попросту следовала коммерческим интересам. Продавая в «окне», она старалась установить справедливый ориентир для продажи гораздо больших объемов нефти в сделках, проводимых частным образом. «Окно» Platts компания рассматривала как место, где собираются покупатели. Цена определяется разными факторами: экономический рост, погода, рынок транспортировки и т. д., утверждают Platts и Gunvor. Сводить все к сделкам Gunvor — полная ерунда, говорят они. Если рассматривать ситуацию с такой точки зрения, Gunvor не пыталась опустить рынок, но следовала за его снижением, продавая нефть, когда цена начинала падать, потому что ожидание могло привести к тому, что ей придется продавать по еще менее выгодным ценам.

Может быть и так, но это не снимает наших подозрений. Есть причины считать, что падение цены зачастую было вызвано не объективными факторами, а собственно выходом Gunvor на рынок. Мы проанализировали ее торговлю с помощью статистического метода, называемого тестом Грэнджера на причинность — он позволяет отличить причину от следствия. Вот как работает этот тест. Представьте себе, что есть два свода статистических данных — о дождях и продажах зонтов. В тесте Грэнджера они сравниваются, чтобы определить, что с наибольшей вероятностью является причиной, а что — следствием. В этом случае легко увидеть, что магазины начинают продавать больше зонтов, когда люди уже промокли, — иными словами, дождь провоцирует продажи зонтов.

Наш статистический анализ показывает, что технически действия Gunvor вели к падению цены Urals, потому что она обычно инициировала свою серию продаж и заявок на продажу до того, как цены устремлялись вниз. Редко когда начинать продажи Gunvor заставляло падение цен на рынке. Получается, что продажи Gunvor были сигналом для Urals падать по отношению к Brent.

Возможно, Gunvor использовала объективные данные, ожидая падения цен, — как если бы человек, услышавший прогноз погоды, купил зонт, пока солнце еще светит. Но в то время как Gunvor продавала нефть или выставляла соответствующие заявки, другие компании к ней не присоединялись. Либо остальные участники не видели оснований для падения цен на рынке, либо Gunvor сбивала цены так сильно, что остальные не считали, что смогут заработать, продавая в «окне». В любом случае Gunvor осуществляла продажи гораздо активнее, чем другие компании.

У Gunvor могли быть свои аналитики, которые могли ожидать появления туч, в то время как остальные трейдеры их не замечали. В этом случае действительно можно было бы ожидать, что Gunvor будет продавать нефть, когда остальные этого не делают. Но тогда аналитики Gunvor оказывались не на высоте. Хотя в течение некоторого времени они, как и следует ожидать, были правы, цена обычно начинала восстанавливаться после того, как компания прекращала продажи (т. е. разница между Urals и Brent сокращалась после того, как поначалу увеличивалась). Причем часто она вырастала достаточно существенно: особенно ясно это прослеживается в начале анализируемого нами периода.

В течение первых 3,5 года рынок в целом стоял на месте (т. е. спрэд между Urals и Brent сохранялся примерно на одном уровне). А в течение 12 месяцев по май 2009 г. наблюдался рост котировок Urals, во время которого дисконт к Brent сократился с $5 до $1 (а иногда и еще сильнее). Если Gunvor опиралась на внутренние прогнозы, она зачастую ошибалась, ожидая спада.

Если проанализировать действия Gunvor в этом свете, версия о том, что компания просто реагировала на происходящее на рынке, не кажется полностью убедительной. Если Gunvor намеревалась получить ориентир на рынке, в результате в большинстве случаев она получала более низкую цену. Если она работала в «окне» в поисках лучшей цены, то обычно получала худшую. Если она считала, что существуют объективные факторы, указывающие на возможность скорого спада рынка, она была в одиночестве и зачастую ошибалась.

Вообще-то трейдеры не должны быть предсказуемыми, иначе контрагенты, ожидая их действий, могут сыграть против них. Искусство трейдера частично заключается в том, чтобы получить наилучшую цену. Но стратегия Gunvor заставляла ее продавать нефть предсказуемо и слишком дешево — и терять в прибыли. Можно было бы подумать, что Gunvor просто крупная компания, у которой много нефти, и ее выход на рынок неизбежно приводил к снижению цены. Но ведь рынки были прекрасно осведомлены о размере Gunvor. Вопрос в том, почему Gunvor так часто играла в «окне» Platts на понижение.

Будучи весьма удивлены тем, что обнаружили, мы попросили Майкла Сэйерса проанализировать полученные Остервальдом результаты. Сэйерс — эксперт по надзору за нефтяными рынками, в европейском подразделении биржи ICE Futures он возглавлял отдел по надзору за соблюдением регулирующих норм. «Невозможно представить, чтобы Gunvor не знала, какую тень отбрасывает, но в течение всего рассматриваемого периода они неоднократно продолжали [продавать нефть], — делает вывод Сэйерс. — Рационально мыслящий трейдер понял бы, что его действия не ведут к максимизации прибыли, и изменил бы их соответственно». Однако Gunvor продолжала продавать.

Если не считать Gunvor попросту некомпетентной, приходится рассмотреть вторую, менее безобидную гипотезу: Gunvor знала, что ее действия ведут к снижению цен, и постоянно делала это. Но как продающая нефть компания может заработать на более низкой цене? Здесь мы подходим к третьей части нашего исследования, но опять-таки из-за непубличности торговли сырьевыми товарами наши рассуждения могут быть только гипотетическими — если только регуляторы, обладающие правом проводить расследования, не заинтересуются этим делом.

Время присмотреться

В теории, есть немало способов заработать, предварительно зная, что разрыв между текущей ценой Urals и фьючерсной ценой Brent временно увеличится. Gunvor или связанные с ней структуры могли торговать на фьючерсных рынках — хотя можно было бы ожидать, что ее контрагенты в конце концов поймут, что на этом рынке сложно заработать. Или торговать на других спотовых рынках, где цены связаны с ценой Urals.

Gunvor использует «окно» Platts не только для того, чтобы продавать нефть, она также использовала публикуемую агентством цену, чтобы определить, сколько платить за российскую нефть, закупаемую по долгосрочным контрактам. Например, в марте 2008 г. агентство Reuters сообщило, что Gunvor договорилась с «Роснефтью» о закупке нефти в течение шести месяцев по цене «Brent минус спрэд с ценой Urals, определенной Platts».

Возможно, Gunvor могла выиграть открытый нефтяной тендер, добившись снижения цены Platts и предложив хорошую премию — и зная при этом, что все равно заработает, когда цена Platts восстановится. Или использовать заниженную цену Platts, чтобы сократить собственные расходы на закупку нефти, а потом, когда рынок восстановится, продать ее по полной цене. В России ставка пошлины на экспорт нефти в значительной степени зависит от среднемесячной цены нефти. Снижение цены Urals приводит к снижению доходов российского бюджета от экспорта нефти.

Gunvor могла бы указать на то, что каждый день покупает нефть в России и продает другие партии на открытом рынке. И то, что она заработает, снизив цену закупки одной партии, она потеряет при продаже другой. Однако тут важную роль играют объемы: трейдер мог заработать, продав по сниженной цене меньше нефти, чем купил. Более того, цена могла быть определена не в сам день покупки. Если цена поставок нефти в течение месяца могла быть привязана к средней цене Platts за, скажем, его первые две недели, трейдер тоже мог получить прибыль.

Поскольку Gunvor оперирует огромными объемами, то, чтобы заработать приличные деньги, ей достаточно было снизить цену нефти, которой она торгует, всего на несколько центов. За рассмотренный нами период в четыре года и пять месяцев разница в 25 центов за баррель принесла бы Gunvor более $200 млн дополнительной прибыли.

У The Economist два возможных объяснения поведения Gunvor: компания действовала в коммерческих интересах либо пыталась занизить цену нефти. Gunvor отрицает манипулирование рынком, а Platts отрицает, что наш статистический анализ может подменить его собственные «скрупулезную оценку и анализ рынка». Но если верно второе объяснение, ориентир нефтяного рынка мог быть искажен, а российские налогоплательщики могли лишиться крупных сумм, отправившихся в Женеву.

Рынки, подобные Urals, служат ориентиром для контрактов разных типов, отмечает IOSCO, и поэтому «оказывают существенное воздействие на рынки нефтяных деривативов и <...> в целом на финансовые рынки и мировую экономику». Мы полагаем, что пришло время Владимиру Путину и IOSCO провести свое расследование.

****

Партнер Тимченко

О секрете успеха «Секрет успеха [Gunvor] заключается исключительно в том, что мы всегда предлагаем перспективные решения и никогда не боимся переплатить. И это выгодно всем. У Gunvor сильная концепция бизнеса, которая зарекомендовала себя во всем мире. У нас открытые и прозрачные схемы сотрудничества с производителями и экспортерами, которые видят, что мы абсолютно честны с ними. Это конкурентный рынок. Спросите у наших клиентов — нефтяных компаний, почему они продают свою нефть Gunvor. И вы услышите в ответ: «Они платят более высокую цену».

Ведомости, октябрь 2011

Изображение в хорошем разрешении можно посмотреть здесь

www.rospres.com

Как сбывается нефтяная мечта Путина | Финансы

В России впервые начались торги фьючерсами на Urals. Чтобы они стали полноценными финансовыми инструментами, привлекательными для иностранных трейдеров, Санкт-Петербургской международной товарно-сырьевой бирже предстоит поработать над улучшением условий для участников.

«Во вторник на Санкт-Петербургской международной товарно-сырьевой бирже осуществилась мечта Владимира Путина — он хотел, чтобы в России начались биржевые торги российской нефти», пишет Bloomberg.

Благодарить нужно российских трейдеров — иностранцы пока держатся в стороне, отмечает издание.

Создание российских фьючерсов на нефть марки Urals — это попытка России получить справедливую стоимость своей нефти.

Еще в 2006 году глава РФ призвал начать торговать нефтью, газом и другими видами сырья в России, и с тех пор власти страны неоднократно пытались создать для этих товаров финансовый рынок, но каждый раз оказывалось, что иностранные трейдеры не хотят принимать участие в торгах.

По словам Михаила Темниченко, первого вице-президента Санкт-Петербургской международной товарно-сырьевой биржи (СПбМТСБ), пока что ни одна иностранная нефтяная компания, банк или алгоритмический трейдер не согласился купить или продать фьючерс на Urals. Трейдеры из семи международных нефтяных компаний (они попросили не называть их имен) сказали агентству Bloomberg, что они пока не решили, торговать ли этим видом активов.

Крейг Пирронг, профессор финансов в Университете Хьюстона, говорит:

«У этой инициативы очень низкие шансы на успех. Два главных препятствия: ликвидность и клиринговые издержки».

Механизм ценообразования

В СПбМТСБ надеются на успех — инициативу поддерживают государство, российские производители нефти и Центральный банк.

Темниченко говорит:

«Мы хотим разработать прозрачный механизм ценообразования для нефти Urals. Мы считаем, что в пределах года-двух мы создадим ликвидный рынок, одинаково привлекательный для всех участников: биржи, нефтяных компаний, нефтяных трейдеров и финансовых фирм. Вероятно, в начальный период торгов в них будут участвовать в первую очередь российские нефтяных компании, банки и брокеры».

Нефть Urals, как правило, торгуется с дисконтом относительно североморской нефти Brent (ICE Europe: B) — последняя является наиболее распространенным эталоном нефти в мире и используется в этом качестве более чем в половине международных нефтяных сделок.

В Urals содержится больше серы, чем в Brent, а значит, российская нефть несколько ниже качеством, и, соответственно, трейдеры используют дисконт. Российские же власти и СПбМТСБ хотят, чтобы стоимость Urals формировалась не на международных финансовых рынках, а в России.

Россия добывает достаточно, чтобы создать успешный финансовый инструмент, основанный на своем сырье — по данным Управления энергетической информации США, в прошлом году страна была крупнейшим в мире производителем нефти.

Кроме того, Urals — один из самых популярных видов этого сырья, а в виде Европейского Союза Россия имеет по соседству очень заинтересованного покупателя. Разведанные же запасы страны больше, чем у Нигерии, Норвегии и Анголы вместе взятых.

Таким образом, хотя иностранные фирмы, по крайней мере сначала, не будут принимать участия в торгах, на некоторый объем можно рассчитывать прямо с первого дня. По словам информированного источника, один из крупнейших российских банков уже сообщил своим трейдерам, что им следует использовать новый эталон.

Он добавляет, что, поскольку стоит ожидать низкой ликвидности нового инструмента, хеджирование может быть затруднено. Другими словами, фьючерсы на Urals, предназначенные для хеджирования риска, придется тоже чем-то хеджировать.

Иностранные компании избегают фьючерсов на Urals по нескольким причинам. Во-первых, они опасаются недостатка ликвидности, во-вторых СПбМТСБ не обеспечивает высокоскоростного подключения, которое необходимо участникам рынка ценных бумаг в наше время, и, наконец, существует техническая проблема доставки нефти инвестору, купившему фьючерс.

Темниченко ожидает, что эти проблемы будут решены в течение первой половины будущего года.

Он говорит: «Пока у нас очень конкретная цель: начать торги. После этого мы начнем работать над увеличением ликвидности и улучшением условий для участников».

Стоимость клиринга

Самым большим препятствием для иностранных банков и нефтяных компаний может быть высокая стоимость клиринга фьючерсов на Urals. Весь клиринг сырьевых фьючерсов проводит расчетно-депозитарная компания РДК, принадлежащая российскому Газпромбанку. Любой клиринговый центр собирает с трейдеров депозиты, их еще называют начальной маржой.

Начальная маржа действует как защитный механизм: если трейдер объявляет дефолт, клиринговый центр использует начальную маржу, внесенную банком или нефтяной компанией, для выполнения обязательств по сделке.

Крупнейшие мировые трейдеры, работающие с энергоносителями, привыкли, торгуя нефтью Brent, производить клиринг через ICE Clear, а для сделок с WTI использовать услуги CME Clearing. Если большинство сделок проходят через ICE и CME, снижается сумма необходимого залога.

РДК рассчитывает размер депозита по той же методологии, что ICE и CME, но последние используют взаимозачеты, что позволяет уменьшить его размер — для этого обе компании с помощью специальных алгоритмов устанавливают связи между различными торговыми позициями. Например, стоимость нефти Brent и мазута в некоторой степени коррелируют — и ICE использует около 5 тысяч таких соотношений.

Именно поэтому ICE и CME доминируют в сделках с Brent и WTI, и РДК и СПбМТСБ придется преодолевать «гравитацию» существующего пула начальной маржи у ICE и CME. Ни одна из компаний не раскрывает размер залогов, относящихся конкретно к энергетическому сектору, но общий размер их депозитов составляет 87 млрд и 142 млрд долларов соответственно. У РДК это примерно 230 млн долларов.

СПбМТСБ может многое сделать для иностранных трейдеров, чтобы подтолкнуть их к торговле фьючерсами Urals. Можно предложить высокочастотным трейдерам расположить серверы в том же центре обработки данных, где стоят серверы биржи, можно сделать более гибким механизм поставок физической нефти, можно, наконец, договориться с иностранной клиринговой компании о взаимозачетах, что сильно снизит затраты трейдеров.

7 ноября, выступая в Лондоне, на мероприятии, посвященном запуску торгов фьючерсами Urals, исполнительный директор СПбМТСБ Алексей Рыбников сказал:

«Если рынок не примет этот продукт, какой смысл его запускать?»

ru.ihodl.com

Европейские трейдеры жалуются на качество нефти из РФ | Новости из Германии о России | DW

Качество российской нефти сорта Urals резко упало. Как сообщили сразу несколько собеседников агентства Reuters, экспортная марка нефти, которая идет по трубопроводу "Дружба", часто не соответствует стандартам. Причиной этого называется сильно увеличенные показатели серы в сырье, поставляемом РФ на немецкие, чешские, словацкие и венгерские нефтеперерабатывающие заводы. Согласно данным, уровень серы повысился на 0,15% в сравнении со средними показателями предыдущего года.

Проблемы наблюдаются и в морских поставках Urals. Уровень серы в них находится в пределах нормы, но резко повышен уровень плотности - при допустимой верхней планке в 873,5 кг на кубометр при 15 градусах показатели составляют 877,7 - 878,3 кг/кубометр. Представители европейских компаний не исключили, что в случае долговременного ухудшения качества нефти они будут вынуждены потребовать снизить цены на Urals и ограничить закупки российской нефти.

Анонимный источник Reuters сообщил, что проблему можно решить, подключив к нефтедобыче новые месторождения, однако их ввод в строй перенесен из-за сделки РФ с ОПЕК, согласно которой российские компании сократили нефтедобычу на 300 тысяч баррелей в сутки. В рамках этой договоренности РФ перенаправила большие объемы своей нефти в Китай. Официальный представитель "Транснефти" Игорь Демин собщил, что "жалоб от конечных потребителей пока не поступало", и заявил, что показатели серы и плотности находятся в рамках "национальных стандартов".

Смотрите также:

  • Перемены в Арктике

    Право на свою часть Арктики

    На регулярно проводимых международных конференциях, посвященных ситуации в Арктике, собираются десятки политиков, бизнесменов и экологов. Последняя такая встреча - Третий международный арктический форум - прошла 24-25 сентября в Салехарде. Как считают комментаторы, целью России на этом форуме было закрепление своих претензий на разработку богатых месторождений полезных ископаемых в регионе.

  • Перемены в Арктике

    Новая золотая лихорадка

    Температура в Арктике растет в два раза быстрее, чем в других частях паланеты. Тающие льды открывают доступ к ресурсам региона и увеличивают период устойчивой навигации. Изменения климата - проблема для окружающей среды региона, но и шанс на получение больших прибылей.

  • Перемены в Арктике

    Каждый заявляет о своих претензиях

    Пять государств, имеющих прямой выход к Арктике, проводят интенсивные исследования в районе Северного полюса. Та страна, которая сможет доказать, что подводные шельфы тянутся под водой именно от ее берегов, сможет получить доступ не только к 200 милям исключительной экономической зоны, но и к территориям за пределами этой зоны.

  • Перемены в Арктике

    Под парусом среди льдов

    Российская яхта "Петр I" в 2010 году впервые в истории смогла за одну навигацию пройти Северо-Восточный и Северо-Западный морские пути. То, что раньше считалось практически невозможным, становится все более привычным. Число грузовых судов, идущих по Северо-Восточному пути, увеличилось за последние три года в десять раз.

  • Перемены в Арктике

    Через Арктику - короче

    Северный морской путь через Арктику может стать реальной альтернативой для коммерческого грузового транспорта, который следует из Азии в Европу и обратно. Если грузовой корабль идет не через Суэцкий канал, а вдоль северных российских берегов, то он уменьшает путь от Шанхая до Гамбурга на 6400 километров.

  • Перемены в Арктике

    Нефть в ледяных недрах

    Геологи предполагают, что на дне Арктики залегает четверть всех еще не обнаруженных мировых запасов нефти и газа. Однако многие говорят о серьезных рисках, связанных с добычей энергоресурсов в этом регионе. В 2012 году нефтяную платформу Kulluk, принадлежащую компании Shell, во время транспортировки прибило к берегам одного из островов у Аляски.

  • Перемены в Арктике

    Морские круизы на Север

    Морские круизы в арктических широтах - прибыльная отрасль международного туризма. Конечно, такие путешествия связаны с определенными рисками, особенно во время арктической зимы. В 2011 году страны, имеющие выход к Арктике, впервые подписали договор, регулирующий правила поиска и спасения потерпевших крушение кораблей.

  • Перемены в Арктике

    Военные интересы

    Дания, Канада, Россия и США заявляют о своих территориальных претензиях в Северном Ледовитом океане. Растущий экономический интерес к региону привел и к усилению в нем военного присутствия. Более важную роль, чем раньше, стали играть такие военные базы, как Данеборг в Гренландии (остров является частью Дании).

  • Перемены в Арктике

    Маневры во льдах

    Армии приарктических государств проводят регулярные военные маневры в регионе. Несмотря на то, что непосредственной угрозы конфликта нет, все они стремятся продемонстрировать готовность к защите своих интересов при необходимости и военными средствами. На фото: подводная лодка USS Annapolis ВМС США.

  • Перемены в Арктике

    КНР надеется на свою долю

    Но не только приарктические государства стремятся получить выгоду от изменения климата в Арктики. Ледокол "Снежный дракон" был первым китайским кораблем, который в 2012 году прошел через арктические воды в Европу. КНР строит новый ледокол и входит в Арктический совет в качестве наблюдателя.

  • Перемены в Арктике

    Вся Азия с интересом смотрит на Арктику

    Ситуацией в Арктике интересуется и Индия: с 2008 году на Шпицбергене работает индийская исследовательская станция. Свои проекты в регионе есть также у Японии и Южной Кореи.

    Автор: Ирене Квайле, Михаил Бушуев

 

 

 

www.dw.com

Трейдеры поверили в нефть - ЭкспертРУ

Стоимость «черного золота» подскочила к четырехлетним максимумам благодаря заявлениям ОПЕК+ и ожиданиям достижения Brent уровня 100 долларов за баррель.

По итогам торгов в понедельник, 24 сентября 2018 года, стоимость нефти марки Brent поднялась на 2,9% и превысила 81 долларов за баррель. Это произошло впервые с 21 ноября 2014 года. Такой подъем связан, в первую очередь, с итогами прошедшего в воскресенье заседания министерского мониторингового комитета ОПЕК+ в Алжире.

Члены комитета даже не стали рассматривать возможность увеличения добычи свыше 1 млн баррелей в сутки, а напротив, предупредили о возможном возврате к ограничениям в 2019 году. По прогнозам ОПЕК, передает агентство ТАСС, в следующем году на рынке может повториться сценарий 2014 года, когда излишки запасов опустили нефтяные котировки. Чтобы оценить оптимальный уровень добычи для 2019 года, ОПЕК+ проведет встречу в ноябре.

Между тем, Bloomberg опубликовал прогноз по ценам на нефть, согласно которому участники рынка уверены, что уже в обозримом будущем нефть может подорожать до 100 долларов за баррель по причине санкций против Ирана и ситуации в Венесуэле. Нефтетрейдеры отмечают, в частности, что уже на сегодняшний день на рынке существует недостаток предложения сырья.

Цены на нефть остаются у максимумов, указывает старший аналитик «Альпари» Анна Бодрова. Сегодня утром баррель Brent обновил очередной пик и касался отметки 81,47 доллара - таким образом, черное золото все ближе к трехзначной цифре, еще неделю назад казавшейся фантастикой.

Популярные сейчас ожидания, что баррель Brent к новому году поднимется к отметке в 100 долларов, красивы и даже имеют под собой основания, полагает эксперт, но это означает, что нефть должна за три месяца подорожать на 25%. Это очень много, учитывая уже сложившийся подъем - с начала года прирост цен на сырье составляет не более 20%.

Вполне может быть, говорит Анна Бодрова, что баррель сейчас «зацепится» за область 80,5-82 доллара, где попробует консолидироваться. Внимание стоит обратить на доллар США: если «зеленый» начнет укрепление, напряжение в цене нефти тоже ослабнет.

Рубль, между тем, указывает управляющий партнер экспертной группы Veta Илья Жарский, активно возвращает потерянные в августе-первой декаде сентября позиции во многом благодаря двум ключевым решениям. Первое - решение Центрального Банка о повышении ключевой ставки на 25 б. п. Несмотря на то что повышение выглядит незначительным, особенно с учетом глубины падения, которое пережил рубль (только в августе он потерял свыше 8%), решение нельзя недооценивать, поскольку ЦБ продемонстрировал рынку свою гибкость в отношении проводимой кредитно-денежной политики и способность  оперативно реагировать на новые вызовы и формирующиеся риски для национальной валюты.

Вторая причина - продление моратория на реализацию закупок валюты в рамках бюджетного правила, решение, которого от Минфина ждали давно, и которое, безусловно, сыграло ключевую роль в выходе рубля из очередного девальвационного пике. "Валютный пылесос" остановлен, избытки предложения рублевой ликвидности сокращаются, как следствие, рубль возвращается к классической привязке к баррелю.

Надо отметить, указывает эксперт, что момент для возвращения рубля к жесткой сцепке с нефтью оказался максимально удачным. Успешный штурм отметки в $81 за баррель накануне показал, что возможно если не все, то многое. Можно, конечно, с определенной долей иронии относиться к прогнозам возвращения нефти к докризисным уровням выше 100 долларов, но определенная доля оптимизма в отношении нефтяных котировок и выхода к 90 долларам до конца года вполне оправданы, считает Илья Жарский. 

Если отбросить восторги относительно бурного роста нефти, и обратиться к его причинам, то ситуация может оказаться не столь радужной, указывает эксперт. Локомотивом роста нефти сейчас выступает политический фактор: введенные санкции в отношении Ирана, поставлявшего на внешние рынки порядка 2 млн баррелей нефти в сутки, приводит к рискам формирования более значительного сокращения предложения на мировом рынке, чем предполагает, в том числе, соглашение в формате ОПЕК+. Да, в июне участники соглашения договорились о повышении объемов предложения на 1 млн баррелей в сутки, но рынок получил лишь 80% дополнительных объемов.

С учетом снижения предложения на рынке, которое стимулирует не только Иран, но и Венесуэла, действия ОПЕК и партнеров по соглашению, выглядят недостаточными, не только с точки зрения стран-импортеров, а так же США, в сделке не участвующих. Вашингтон не имеет достаточных экспортных мощностей для наращивания объемов продажи собственной нефти на внешних рынках и замещения того же Ирана (из 11 млн барр/сутки добываемых в США в отсутствие достаточно развитой экспортной инфраструктуры вовне продается лишь 2 млн барр/сутки). Но США, в отличие от любой другой крупной добывающей державы, потребляет в разы больше нефти и нефтепродуктов, чем экспортирует.

Поэтому рост цен на нефть на мировом рынке для Вашингтона - это прямой путь к росту цен производителей в связи с увеличением себестоимости производства и издержек на закупку топлива и энергии. Отсюда - риски разгона инфляции, снижения потребления, роста безработицы и снижение темпов роста экономики, которые обуславливают привлекательность и доллара, и долларовых активов, ну и, конечно, Treasuries, государственного долга. Дорогая нефть, объясняет эксперт, может по сути похоронить весь потенциал роста американской экономики и, что немаловажно, политические амбиции Трампа. 

Будут ли участники сделки ОПЕК+ в экстренном порядке повышать квоты для спасения американской экономики с учетом того, что большинство стран-экспортеров - это страны развивающиеся, страдающие от оттока капитала в пользу США? Нет, не будут, полагает Илья Жарский. Однако надо понимать, что чрезмерно высокие цены могут привести в среднесрочной перспективе к снижению потребления в странах-импортерах. Это риски, которые необходимо учитывать и которые, надо полагать, будут учтены при рассмотрении дальнейшей стратегии ОПЕК. Не исключено, говорит аналитик, что объем предложения будет повышен, но случится это не ранее ноября, когда члены картеля соберутся в очередной раз. Так что время для укрепления у рубля, с учетом продления моратория на закупки в рамках бюджетного правила до конца года, есть.

expert.ru

ЕС теряет вкус к российской нефти - Нефть - 10 мая 2018

Экспорт нефти из России по нефтепроводам «Транснефти» сокращается — за четыре месяца он упал на 4,4%, до 75 млн тонн. В нефтепроводной компании это связывают с ростом содержания серы на западном направлении, что приводит к сокращению закупок европейскими покупателями. По мнению аналитиков, на динамику экспорта скорее влияет сокращение добычи в рамках сделки ОПЕК+, а также рост переработки внутри страны, которая становится все более выгодной по мере роста нефтяных цен.

«Транснефть» уменьшила экспорт нефти за четыре месяца 2018 года на 4,4%, до 74,88 млн тонн, сообщил «РИА Новости» советник главы трубопроводной компании Игорь Демин. Годовой план по экспорту составляет 226,8 млн тонн, исходя из заявок нефтекомпаний, что на 3% ниже уровня 2017 года. При этом поставки на НПЗ в России по трубопроводам за четыре месяца выросли почти на 1,5%, до 80,47 млн. Предполагается, что снижение экспорта нефти будет компенсировано за счет увеличения перекачки нефтепродуктов на зарубежные рынки на 16%, до 27,7 млн тонн.

Это не единственная причина снижения объемов экспорта нефти. Как сообщил «Ъ» Игорь Демин, европейские потребители, расположенные на южной ветке нефтепровода «Дружба» (прежде всего Венгрия и Словакия), выражают недовольство ростом содержания серы, которое увеличилось в этом году до 1,75%. По стандарту сорта Urals предельное содержание серы — 1,8%, однако в предыдущие годы оно, как правило, было около 1,6%. Как пояснил господин Демин, поставки нефти в Венгрию в этом году сократились на 18%, в Словакию — на 8%. По северной ветке «Дружбы» (основные потребители Польша и Германия) сокращение поставок составило 1,4%.

Проблема растущего уровня серы обострилась в этом году из-за того, что в результате расширения отвода от ВСТО в Китай, а также увеличения поставок в Китай через Казахстан в восточном направлении будет перенаправлено около 30 млн тонн малосернистой западносибирской нефти, ранее направлявшейся на запад. Экспорт нефти из РФ по трубопроводной системе в Китай за четыре месяца, по данным «Транснефти», вырос на 47%, до 12,4 млн тонн. В результате уровень серы на западном направлении растет, хотя сделка с ОПЕК по сокращению добычи нефти несколько сдерживает эту динамику — компании в первую очередь сокращают добычу на старых месторождениях, где содержание серы выше, чем на новых проектах.

Для решения проблемы «Транснефть» предлагала выделить отдельный поток высокосернистой нефти в направлении порта Усть-Луга, но идея пока не получила развития.

По данным «Ъ», проблема качества сырья будет обсуждаться на совещании в Минэнерго 11 мая. «Мы считаем, что у нас достаточно большой объем легкой нефти должен появиться на горизонте 2019−2020 годов, в первую очередь за счет (новых) северных проектов», — утверждал в конце декабря замглавы Минэнерго Кирилл Молодцов.

"Исходим из того, что в 2019 году в связи с запуском новых месторождений качество нефти изменится — и изменится в лучшую сторону."Кирилл Молодцов, - замглавы Минэнерго, 20 ноября 2017 года

Экспорт сокращается в том числе из-за сделки ОПЕК+, отмечает Дарья Козлова из Vygon Consulting: в январе—апреле добыча нефти в России снизилась на 1%, до 179,4 млн тонн. «Кроме того, происходит замещение падающей добычи традиционных регионов новыми месторождениями, чья нефть транспортируется вне системы “Транснефти”, — это Приразломное, Новопортовское, Требса и Титова и т. д.», — отмечает госпожа Козлова. Кроме того, по мере роста цен на нефть переработка на НПЗ в России становится все более привлекательной для компаний по сравнению с экспортом сырой нефти, поскольку увеличивается «таможенная субсидия» — разница между ставками экспортной пошлины на нефть и нефтепродукты. По оценке Дарьи Козловой, маржа переработки в среднем по РФ в начале 2018 года составляла $4,2 на баррель против $3,1 в 2017 году.

www.mql5.com

Трейдеры рассказали о первой за четыре года поставке российской нефти в США: Бизнес: Бизнес: Lenta.ru

Трейдер Glencore продал партию российской нефти Urals американской компании Chevron для поставки в США, сообщает в среду, 20 января, Reuters со ссылкой на источники в нефтетрейдинговых компаниях. Это первая поставка партии черного золота в Соединенные Штаты за последние четыре года.

По словам собеседников агентства, Glencore продал 100 тысяч тонн нефти, которая была отгружена 16-17 января из Приморска. Оттуда она отправится в порт Скаген в Дании, а затем в Америку, утверждают трейдеры.

Reuters напоминает, что ранее о целесообразности поставок российской нефти в США заявлял энергетический исследовательский центр JBC — это более выгодно для американских НПЗ, чем переработка марки WTI. В свою очередь, европейцы могут заместить Urals западноафриканским и иранским сырьем, полагают эксперты JBC.

Ранее 20 января стало известно о готовности Ирана снизить стоимость сырья, поставляемого европейским потребителям. Согласно данным Национальной иранской нефтяной компании, скидка на нефть Iran Heavy (входит в корзину ОПЕК, стоит 23,85 доллара за баррель) будет равна 6,55 доллара. Саудовская Аравия, в свою очередь, продает свою нефть с дисконтом в 4,85 доллара за баррель.

Материалы по теме

15:54 — 11 января 2016

18 января правительство Ирана одобрило увеличение производства нефти на 500 тысяч баррелей в сутки.

За день до этого США и Евросоюз объявили о снятии с Исламской Республики экономических санкций. На фоне новостей об этом падение нефтяных котировок ускорилось: стоимость барреля Brent падала ниже 28 долларов.

С июня 2014 года, когда бочка Brent стоила около 110 долларов, цена черного золота упала почти в четыре раза.

lenta.ru