Подсядет ли Казахстан на нефтяные деньги снова? В казахстане есть ли нефть


Есть ли жизнь после нефти в Казахстане?

По сообщению сайта Sputnik

АЛМАТЫ, 22 ноя — Sputnik, Анна Платонова. На сколько лет хватит нефти в Казахстане? Этот вопрос на протяжении нескольких лет обсуждается экспертным сообществом. В настоящее время уже разрабатываются новые альтернативные виды топлива, но специалисты утверждают, что найти замену «черному золоту» достаточно сложно.

Мировая экономическая неопределенность

Тринадцатого ноября ОПЕК опубликовал свой ежемесячный отчет, согласно которому спрос на нефть ОПЕК в 2019 году составит 31,5 миллиона баррелей в сутки, тогда как в октябре текущего года 15 стран картеля суммарно добыли 32,9 миллиона баррелей нефти в сутки.

© Sputnik / Илья ПиталевПарламент Казахстана ратифицировал соглашение с Россией о спорной нефти в трубопроводахСогласно анализу специалистов, рынок нефти с каждым днем смещается в сторону переизбытка. В свою очередь ОПЕК пересмотрела свой прогноз по спросу на нефть в следующем году на курс понижения. Так, спрос на нефть в 2019 году повысится на 1,29 миллиона баррелей в сутки, что на 70 тысяч баррелей ниже прогноза, который был сделан в октябре. Эксперты связывают снижение прогноза с растущей неопределенностью в мировой экономике.

Что касается Казахстана, то добыча нефти в нашей стране выросла на 0,13 миллиона баррелей в сутки и составляет 1,8 миллиона. Повышение произошло по причине завершения технического обслуживания и возобновления работ на Тенгизском месторождении. Большую роль также сыграло восстановление добычи нефти на Кашаганском месторождении до уровня 0,28 миллиона баррелей в сутки. Ожидается, что в следующем году объем поставок нефти в Казахстане достигнет 1,87 миллиона баррелей в сутки по причине продолжающегося роста добычи на Кашаганском месторождении.

Необходимость реформы

В начале ноября финансовое информационное агентство Modern policy опубликовало статью, в которой говорится, что Казахстану нужно повысить производительность для воспрепятствования негативной тенденции в динамике экономического роста. 

© Sputnik / Илья ПиталевПрезиденту сообщили о ситуации на нефтяном рынке КазахстанаИздание приводит цитату экономиста представительства Всемирного банка в Центральной Азии Хулио Ревилла: «Казахстан нуждается в масштабных реформах, которые будут нацелены на укрепление частного сектора, поскольку замедление роста производительности может привести к диверсификации, повышению конкурентоспособности и общему экономическому росту».

По его словам, компенсировать отсутствие положительной динамики в производительности смогут инвестиции, но их объем должен быть равен 60% ВВП. Эксперт полагает, что эта цифра нереалистичная.

Кто возглавил рейтинг влиятельных нефтяников Казахстана?

Стоит отметить, что проведение реформ в казахстанском правительстве поддерживают. Так, министр энергетики Казахстана Канат Бозумбаев, выступая на заседании Всемирного нефтяного совета в октябре, заявил, что Казахстан, чтобы быть привлекательным для инвестиций, постоянно анализирует практику развитых стран, совершенствует собственную законодательную базу в отрасли недропользования и неустанно двигается вперед.

Как заявил министр, Казахстан старается стимулировать увеличение инвестиций в нефтегазовую отрасль Казахстана и эффективно регулировать уровень налоговой нагрузки на недропользователей. В планах также – активизация разработки новых месторождений на шельфе Каспийского моря.

Налоговый маневр

Канат Бозумбаев отдельно остановился на принятом в этом году Кодексе «О недрах и недропользовании». По его словам, кодекс существенно упрощает сроки получения права недропользования и сроки заключения контракта. Права недропользования можно добиться путем проведения аукциона. Исключение представляют национальные компании, которые имеют право на прямые переговоры.

CC0 / Michal Jarmoluk Нацбанк: дешевая нефть может ударить по платежному балансу КазахстанаРанее срок заключения контракта занимал от полутора до двух лет, сейчас – полтора месяца. Период разведки согласно Кодексу составляет до 12 лет, для проектов, расположенных на море глубиной 5000 и более метров, с повышенным содержанием сероводорода или аномально высоким давлением – до 18 лет. Период добычи составляет до 25 лет, а для месторождений с запасами более 100 миллионов тонн нефти – до 45 лет.

Кроме того, в налоговой сфере отменен бонус коммерческого обнаружения и введен альтернативный налог на недропользование для морских и глубоких нефтегазовых месторождений.

Как неоднократно заявлял министр энергетики, все эти нововведения способны обеспечить конкурентоспособность деятельности казахстанских недропользователей по сравнению с другими странами.

Искусственный интеллект в помощь

Казахстан делает акцент на том, что будущее энергетики связано с цифровыми технологиями последнего поколения. Так, на заседании правительства, в рамках которого обсуждалось повышение энергоэффективности, Канат Бозумбаев заявил, что в настоящий момент в нефтегазовой отрасти реализуются уникальные по своим технологиям проекты по разработке месторождений — гигантов – Кашаган, Тенгиз и Карачаганак. К примеру, крупномасштабный «Проект будущего расширения», осуществляемый на Тенгизе, нацелен, в первую очередь, на увеличение объема добычи нефти на 12 миллионов тонн — до 39 миллионов тонн в год.

© Foto: kmgrm.kzАтырауский НПЗ начал выпуск нового вида авиатопливаУже сейчас в нефтегазовой отрасли реализуются масштабные и уникальные по своим технологиям проекты.

На Кашагане планируется в ближайшее время добыча до 370 тысяч баррелей нефти в сутки. На Карачаганаке намеченное выполнение инвестиционного проекта, который связан со снятием производственных ограничений по газу, будет способствовать поддержанию максимального уровня добычи в последующие несколько лет.

Стоит также отметить разработанный проект «Интеллектуальное месторождение», который сейчас активно внедряется на казахстанских месторождениях. Этот проект позволяет вести непрерывную обработку данных для оперативного контроля и быстрого принятия решений. Как ожидают в министерстве энергетики, этот проект повысит добычу нефти на 2 %, сэкономит электроэнергию на 15 % и сократит время восстановления работы скважин до 10 %.

Собственные нефтепродукты

Отдельно стоит остановиться на модернизации Атырауского, Шымкентского и Павлодарского НПЗ, которая проводится в надежде обеспечить страну собственными нефтепродуктами, чтобы не зависеть от импорта. Планируется, что заводы будут вырабатывать горюче-смазочные материалы, которые соответствуют экологическим стандартам К-4 и К-5.

© Sputnik / Юрий КуйдинПавлодарский нефтеперерабатывающий завод

В ближайшем будущем на Атырауском и Шымкентских нефтеперерабатывающих заводах будут реализовываться проекты по техническому обслуживанию и ремонту оборудования, что позволит управлять ремонтными работами и профилактическими работами. Благодаря внедренным проектам ожидается увеличение надежности оборудования на 8 %, планируется также повысить объем переработки нефти на 300 тысяч тонн в год за счет сокращения простоев.

Будущее за альтернативными источниками энергии

Профессор Института экономики Минобразования Олег Егоров считает, что нефть еще рано «хоронить». По мнению эксперта, при адекватной господдержке нефти хватит на много лет.

«По прогнозам казахстанских геологов нефть будет добываться 70, а то и 110 лет. Но это при условии, если мы будем добывать ее так, как мы это делаем сегодня. Иными словами, если нефть и газ будут идти по своему прямому назначению, к которому относится получение топлива из нефти, нефтехимической продукции из остатков нефти и газа, то это даст нашей экономике дополнительный источник доходов», — заявил эксперт.

Как считает Олег Егоров, речь идет об альтернативных источниках.

© Sputnik / Алексей ДаничевБозумбаев рассказал о судьбе четвертого НПЗ Казахстана«В правительстве много говорят о нетрадиционных источниках энергии, но на сегодняшний день мы даже не прикасаемся к ним. Вот, к примеру, при переработке нефти и газа получаются нефтепродукты и отходы. Можно выпускать дополнительную продукцию из отходов, что позволит создать новые ресурсы сырья, из которых можно получить тысячи изделий, применяемых в авиа — и машиностроении», — отметил спикер.

К слову, как заявил Канат Бозумбаев в начале года, главным конкурентным преимуществом Казахстана является наличие недорогого углеводородного сырья, и министерство энергетики оказывает поддержку нефтегазохимическим проектам по обеспечению сырьем в случае, если подтвердится экономический эффект для республики.

aqparat.info

Есть ли жизнь после нефти в Казахстане?

АЛМАТЫ, 22 ноя — Sputnik, Анна Платонова. На сколько хватит нефти в Казахстане — этот вопрос на протяжении нескольких лет обсуждается экспертным сообществом. В настоящее время уже разрабатываются новые альтернативные виды топлива, но специалисты утверждают, что найти замену черному золоту достаточно сложно.

Мировая экономическая неопределенность

Тринадцатого ноября ОПЕК опубликовал свой ежемесячный отчет, согласно которому спрос на нефть ОПЕК в 2019 году составит 31,5 миллиона баррелей в сутки, тогда как в октябре текущего года 15 стран картеля суммарно добыли 32,9 миллиона баррелей нефти в сутки.

Согласно анализу специалистов, рынок нефти с каждым днем смещается в сторону переизбытка. В свою очередь ОПЕК пересмотрела свой прогноз по спросу на нефть в следующем году на курс понижения. Так, спрос на нефть в 2019 году повысится на 1,29 миллиона баррелей в сутки, что на 70 тысяч баррелей ниже прогноза, который был сделан в октябре. Эксперты связывают снижение прогноза с растущей неопределенностью в мировой экономике.

Что касается Казахстана, то добыча нефти в нашей стране выросла на 0,13 миллиона баррелей в сутки и составляет 1,8 миллиона. Повышение произошло по причине завершения технического обслуживания и возобновления работ на Тенгизском месторождении. Большую роль также сыграло восстановление добычи нефти на Кашаганском месторождении до уровня 0,28 миллиона баррелей в сутки. Ожидается, что в следующем году объем поставок нефти в Казахстане достигнет 1,87 миллиона баррелей в сутки по причине продолжающегося роста добычи на Кашаганском месторождении.

Необходимость реформы

В начале ноября финансовое информационное агентство Modern policy опубликовало статью, в которой говорится, что Казахстану нужно повысить производительность для воспрепятствования негативной тенденции в динамике экономического роста.

Издание приводит цитату экономиста представительства Всемирного банка в Центральной Азии Хулио Ревилла: "Казахстан нуждается в масштабных реформах, которые будут нацелены на укрепление частного сектора, поскольку замедление роста производительности может привести к диверсификации, повышению конкурентоспособности и общему экономическому росту".

По его словам, компенсировать отсутствие положительной динамики в производительности смогут инвестиции, но их объем должен быть равен 60% ВВП. Эксперт полагает, что эта цифра нереалистичная.

Стоит отметить, что проведение реформ в казахстанском правительстве поддерживают. Так, министр энергетики Казахстана Канат Бозумбаев, выступая на заседании Всемирного нефтяного совета в октябре, заявил, что Казахстан, чтобы быть привлекательным для инвестиций, постоянно анализирует практику развитых стран, совершенствует собственную законодательную базу в отрасли недропользования и неустанно двигается вперед.

Как заявил министр, Казахстан старается стимулировать увеличение инвестиций в нефтегазовую отрасль Казахстана и эффективно регулировать уровень налоговой нагрузки на недропользователей. В планах также активизация разработки новых месторождений на шельфе Каспийского моря.

Налоговый маневр

Канат Бозумбаев отдельно остановился на принятом в этом году Кодексе "О недрах и недропользовании". По его словам, кодекс существенно упрощает сроки получения права недропользования и сроки заключения контракта. Права недропользования можно добиться путем проведения аукциона. Исключение представляют национальные компании, которые имеют право на прямые переговоры.

Ранее срок заключения контракта занимал от полутора до двух лет, сейчас – полтора месяца. Период разведки согласно Кодексу составляет до 12 лет, для проектов, расположенных на море глубиной 5 000 и более метров, с повышенным содержанием сероводорода или аномально высоким давлением – до 18 лет. Период добычи составляет до 25 лет, а для месторождений с запасами более 100 миллионов тонн нефти – до 45 лет.

Кроме того, в налоговой сфере отменен бонус коммерческого обнаружения и введен альтернативный налог на недропользование для морских и глубоких нефтегазовых месторождений.

Как неоднократно заявлял министр энергетики, все эти нововведения способны обеспечить конкурентоспособность деятельности казахстанских недропользователей по сравнению с другими странами.

Искусственный интеллект в помощь

Казахстан делает акцент на том, что будущее энергетики связано с цифровыми технологиями последнего поколения. Так, на заседании правительства, в рамках которого обсуждалось повышение энергоэффективности, Канат Бозумбаев заявил, что в настоящий момент в нефтегазовой отрасти реализуются уникальные по своим технологиям проекты по разработке месторождений гигантов Кашаган, Тенгиз и Карачаганак. К примеру, крупномасштабный "Проект будущего расширения", осуществляемый на Тенгизе, нацелен, в первую очередь, на увеличение объема добычи нефти на 12 миллионов тонн — до 39 миллионов тонн в год.

Уже сейчас в нефтегазовой отрасли реализуются масштабные и уникальные по своим технологиям проекты.

На Кашагане планируется в ближайшее время добыча до 370 тысяч баррелей нефти в сутки. На Карачаганаке намеченное выполнение инвестиционного проекта, который связан со снятием производственных ограничений по газу, будет способствовать поддержанию максимального уровня добычи в последующие несколько лет.

Стоит также отметить разработанный проект "Интеллектуальное месторождение", который сейчас активно внедряется на казахстанских месторождениях. Этот проект позволяет вести непрерывную обработку данных для оперативного контроля и быстрого принятия решений. Как ожидают в министерстве энергетики, этот проект повысит добычу нефти на 2%, сэкономит электроэнергию на 15% и сократит время восстановления работы скважин до 10%.

Собственные нефтепродукты

Отдельно стоит остановиться на модернизации Атырауского, Шымкентского и Павлодарского НПЗ, которая проводится в надежде обеспечить страну собственными нефтепродуктами, чтобы не зависеть от импорта. Планируется, что заводы будут вырабатывать горюче-смазочные материалы, которые соответствуют экологическим стандартам К-4 и К-5.

В ближайшем будущем на Атырауском и Шымкентских нефтеперерабатывающих заводах будут реализовываться проекты по техническому обслуживанию и ремонту оборудования, что позволит управлять ремонтными работами и профилактическими работами. Благодаря внедренным проектам ожидается увеличение надежности оборудования на 8%, планируется также повысить объем переработки нефти на 300 тысяч тонн в год за счет сокращения простоев.

Будущее за альтернативными источниками энергии

Профессор Института экономики Минобразования Олег Егоров считает, что нефть еще рано "хоронить". По мнению эксперта, при адекватной господдержке нефти хватит на много лет.

"По прогнозам казахстанских геологов, нефть будет добываться 70, а то и 110 лет. Но это при условии, если мы будем добывать ее так, как мы это делаем сегодня. Иными словами, если нефть и газ будут идти по своему прямому назначению, к которому относится получение топлива из нефти, нефтехимической продукции из остатков нефти и газа, то это даст нашей экономике дополнительный источник доходов", — заявил эксперт.

Вместе с тем Олег Егоров коснулся вопроса об альтернативных источниках.

"В правительстве много говорят о нетрадиционных источниках энергии, но на сегодняшний день мы даже не прикасаемся к ним. Вот, к примеру, при переработке нефти и газа получаются нефтепродукты и отходы. Можно выпускать дополнительную продукцию из отходов, что позволит создать новые ресурсы сырья, из которых можно получить тысячи изделий, применяемых в авиа- и машиностроении", — отметил спикер.

К слову, как заявил Канат Бозумбаев в начале года, главным конкурентным преимуществом Казахстана является наличие недорогого углеводородного сырья, и министерство энергетики оказывает поддержку нефтегазохимическим проектам по обеспечению сырьем в случае, если подтвердится экономический эффект для республики.

www.lada.kz

Подсядет ли Казахстан на нефтяные деньги снова? | Курсив

Возвращение высоких цен на нефть создает риски и для новой зависимости Казахстана от нефтяных поступлений. Как избежать нефтяного соблазна, не упустить возможность проинвестировать в другие секторы экономики и стоит ли рассчитывать на пресловутую диверсификацию – с «Къ» поделились аналитики.

В весеннем докладе Всемирного банка по экономике Казахстана прогноз по росту ВВП на 2018 пересмотрен с 2,6% до 3,7%, что связано с улучшением данных по ценам и объемам добычи нефти. Учитывая, что прогнозируемые цены на нефть достигнут в среднем $65 за баррель в 2018–2020 годах, баланс счета текущих операций должен улучшиться и перейти от дефицита к профициту.

В документе не исключается, что возврат к проциклической макроэкономической политике может привести к рискам проявления «голландской болезни», что повлияет на снижение конкурентоспособности экономики.

Свежа ли память о дорогой нефти?

Специалисты подчеркивают, что риск снова подсесть на так называемую нефтяную иглу есть у любой сырьевой экономики. Существует опасность, что очередной рост цен на сырьевые товары, обеспечивающий рост поступлений в бюджет, принесет ощущение успокоения и уверенности в будущем, а значит отсрочит принятие необходимых решений, предполагает эксперт-аналитик АО «ФИНАМ» Алексей Калачёв. «В результате благоприятная возможность – увеличить инвестиции в несырьевые отрасли и инфраструктуру – будет в очередной раз упущена. А следующее окно возможностей может открыться не скоро», – не исключает он.

Однако в Казахстане есть механизмы, способные помочь избежать этого. Повторение такой проблемы регулярно происходит практически в любой сырьевой экономике, которая использует средства от продажи сырья для исполнения бюджета напрямую, считает другой специалист. «Минимизация возможна только при изымании средств или направлении в развитие самодостаточных бизнесов в совершенно других сферах, имеющих иную периодичность циклов и смещение по фазе относительно сырьевого. Хотя это теория, а практика говорит о том, что сделать это трудно», – говорит ведущий аналитик Amarkets Артем Деев.

Ненефтяные фонды

В Ассоциации финансистов Казахстана (АФК) угрозы возвращения голландской болезни не столь велики. Во многом это связано с системой накопления средств в Нацфонде РК. К примеру, существенная часть валютной выручки поступает в Нацфонд в виде налоговых поступлений, который, в свою очередь, в основном инвестирует за рубежом, соответственно в иностранной валюте. Компания-экспортер, имея счета в иностранных и казахстанских банках, конвертирует валютную выручку лишь по мере необходимости, рассказывает эксперт аналитического центра АФК Мерей Исабеков. «Подобный механизм позволяет избегать прямого предложения иностранной валюты, вследствие которого курс национальной валюты может укрепляться, дестимулируя тем самым экспорт и усиливая давление на платежный баланс», – пояснил он.

К слову, на конец апреля 2018 года активы Нацфонда составляли $58,88 млрд. Золотовалютные резервы – $30,99 млрд, которые при необходимости регулятор может пополнять за счет покупки валюты на внутреннем рынке. «Также не стоит забывать об ЕНПФ – фонде размером в 8,14 трлн тенге. Практически треть данных средств инвестирована в иностранной валюте. За 2017 год средства у ЕНПФ увеличились более чем на 1 трлн тенге. Гипотетически, ежегодно ЕНПФ может требоваться иностранной валюты примерно на 300 млрд тенге на указанные инвестиционные цели», – напомнил г-н Исабеков.

В целом же платежный баланса Казахстана в последние годы был дефицитным, однако в первом квартале 2018 года вновь приблизился к нулю.

Напомним, что Нацфонд в основном пополняется за счет прямых налоговых поступлений от недропользователей. Однако также не стоить забывать и об инвестиционном доходе. Так, за 2017 год налоговые поступления в НФ составили 2,0 трлн тенге, тогда как инвестиционные доходы от управления фондом были равны 1,43 трлн тенге.

«Вопрос не столько в том, за счет чего пополняется Нацфонд РК, нефтегазовые и горнорудные доходы ничем не хуже других, а в том, как и насколько эффективно используются эти средства.

Полностью уйти от сырьевой зависимости, я думаю, вряд ли возможно. Сложно развивать с нуля совершенно новые отрасли, вступив в мировую технологическую гонку с большим отставанием», – добавил аналитик ФИНАМ.

Сбудется ли диверсификация?

К слову, идее развития недобывающих отраслей, деления экономики на кластеры, поиску новых отраслей развития экономики в Казахстане уже более 10 лет. Но все чаще они звучат в последние годы.

«Диверсификация экономики – это процесс многоплановый и очень длительный. Его эффект нельзя оценить наполовину, общая эффективность слишком прочно связана с множеством смежных экономических направлений», – говорит старший аналитик Альпари Анна Бодрова.

Например, перенося инвестиции с добывающего сектора на производственный, приходится сталкиваться с проблемами оптимизации рынка труда. Это тоже очень медленный процесс, и таких примеров очень много.

Эффективность мер по диверсификации будет видно лишь на горизонте 4-7 лет, когда можно будет оценить их рост в структуре ВВП. «Длительный срок реакции экономики на изменение условий хозяйствования мешает объективно оценивать правильность выбранного курса, но это неизбежный риск, который просто нужно учитывать», – пояснил Алексей Калачёв.

Опираться все же придется на те преимущества, которые имеются: дешевое и доступное сырье, недорогая и квалифицированная рабочая, доступная и качественная транспортная, инженерная, финансовая, информационная и социальная инфраструктура (которую нужно отчасти модернизировать, отчасти построить заново). Необходимо развивать переработку, производство конечной продукции с высокой долей добавленной стоимости, имеющей экспортный потенциал. Самый простой и прямой путь для этого – создание совместных предприятий с глобальными высокотехнологическими компаниями: это даст приток инвестиций и доступ как к самим новым технологиям, так и технологиям их обновления, говорит Алексей Калачёв.

«Но этого недостаточно. Внешние рынки высококонкурентны. Большим потенциалом должен обладать внутренний рынок, который нужно развивать. Прежде всего стимулировать рост внутреннего потребительского спроса, чего невозможно добиться без обеспечения роста доходов и благосостояния населения страны», – считает аналитик ФИНАМ.

Экономика Казахстана развивается неплохими темпами, отчасти используется опыт России, отчасти – мировая практика, что дает неплохой результат. Однако об итогах говорить преждевременно. Признаков «голландской болезни» в экономике Казахстана сейчас не видно. Локальный рост цен на нефть не окажет влияния на общую экономическую стратегию Казахстана, так как в глобальном экономическом плане есть несколько вариантов развития событий, резюмировала г-жа Бодрова.

Привлекательность отраслей

При соблюдении указанных условий, широкий спектр перерабатывающих отраслей может стать интересным для иностранных инвесторов. Это и химическая промышленность, и нефтехимия, и машиностроение в самом широком спектре, считает Алексей Калачев.

Из данных CIA World Fact Book следует, что 6,1% мирового ВВП приходится на сельское хозяйство (2014). Хоть доля является относительно маленькой, в абсолютном выражении составляет $4,77 трлн. Тем временем, по данным Мирового банка, сельскохозяйственные земли в мире составляют 48,63 млн квадратных километров, а на Казахстан приходится 2,17 млн кв. километров или 4,5%. Гипотетически, потенциал сельскохозяйственного сектора Казахстана может превышать $200 млрд, при условии, что будут решены проблемы с переработкой и сбытом продукции, считает Мерей Исабеков. При росте сельского хозяйства толчок к дальнейшему развитию получат другие отрасли страны: логистика, обрабатывающая промышленность, машиностроение, финансовый сектор и другие.

«При правильной подаче своих инвесторов могут найти сельскохозяйственный, промышленный, транспортный и туристические секторы. Сельскохозяйственный сектор может быть интересен в том числе с точки зрения дешевизны и доступности земельных ресурсов. Тем временем любое производство экономически целесообразно размещать ближе к источникам сырья, тогда как с точки зрения сбыта Казахстан находится в центре евразийского материка, что логистически привлекательно», – заключил он.

kursiv.kz

Нужен ли Казахстану единый рынок нефти?

Эксперты продолжают спорить о том, что может дать Казахстану единый рынок нефти и нефтепродуктов и выгоден ли он стране

Во время недавней встречи министра иностранных дел Казахстана Ерлана Идрисова с населением глава МИД отметил, что создание единого рынка нефти и нефтепродуктов в странах Евразийского экономического союза, запланированное на 2025 год, может быть отменено. Это произойдет в том случае, если этот рынок не будет отвечать интересам входящих в ЕАЭС стран. Эксперты продолжают спорить о том, что может дать Казахстану единый рынок нефти и нефтепродуктов и выгоден ли он стране.  

Как отметил Ерлан Идрисов, единый рынок нефти должен пойти на пользу экономикам всех государств ЕАЭС, и, чтобы достичь этой цели, еще есть достаточно времени. Однако если создание общего нефтяного рынка будет ущемлять интересы какой-либо страны ЕАЭС, этот процесс будет отложен, подчеркнул глава внешнеполитического ведомства.  Напомним, что ранее в Астане лидеры стран ЕАЭС достигли договоренности о создании к 2025 году общего рынка углеводородов. Тогда президент России Владимир Путин отметил, что  единый рынок нефти и газа для стран Евразийского экономического союза сможет приносить до 9 млрд долларов в год.«Мы делаем очередной шаг к созданию к 2025 году единого рынка углеводородов. Это даст совокупный эффект в газовой отрасли более одного миллиарда долларов, а в нефтяной – до восьми миллиардов долларов в год», – отметил тогда президент России.Лекарство от девальвацийПервый вице-премьер России Игорь Шувалов  отметил, что разработка концепции единого рынка углеводородов шла достаточно сложно.  На последнем заседании по межправительственным соглашениям в Ереване были серьезные разногласия, но их удалось урегулировать, подчеркнул в интервью СМИ российский чиновник.Стоит отметить, что в докладе экспертов Института экономических стратегий ООН РАН «Формирование общего рынка нефти и нефтепродуктов ЕАЭС» подчеркивается, что система рынков нефти и нефтепродуктов ЕАЭС – это не только механизм управления оборотом какой-то товарной массы, но одновременно инструмент поддержания курса национальной валюты, объемов золотовалютных резервов и реализации социальных программ.«Особенно важным преимуществом предлагаемого механизма является возможность противостоять скачкам цен на внешних по отношению к ЕАЭС, то есть мировых рынках. Эти скачки могут быть как случайными – сочетание факторов, так и намеренно организованными, в спекулятивных и/или геоэкономических целях»,  – подчеркивается в докладе.Стоит отметить, что со стороны Беларуси прозвучало предложение установить цену нефти для поставок между странами – членами ЕАЭС не выше стоимости цены, рассчитанной на основе котировок международных ценовых агентств  с вычетом затрат на поставки нефти вне  Евразийского экономического союза и на экспортные пошлины.  В свою очередь российское Министерство энергетики заявило, что категорически против такого подхода, потому что это может привести к прямому регулированию цен.  К тому же аргументом российской стороны стал сам договор ЕАЭС, в котором отмечено, что цены на углеводороды должны быть основаны на рыночных принципах. Точно такой же позиции придерживается  Казахстан. В  Астане подчеркивают, что цены на нефть должны формироваться на основании рыночных механизмов и добросовестной конкуренции. Дело в том, что Россия и Казахстан – страны, обладающие углеводородами и активно экспортирующие их, в то время как остальные государства ЕАЭС их импортируют. Поэтому единый рынок нефти по сути несет выгоды странам, не наделенным ресурсами, и несет риски для Казахстана и России.Председатель коллегии Евразийской экономической комиссии Тигран Саркисян сообщил, что  в соответствии с концепцией энергетические компании союзных стран получат недискриминационный доступ к нефтяной инфраструктуре партнеров, смогут закупать нефть и нефтепродукты без количественных ограничений по рыночной цене без экспортных пошлин, которая будет формироваться в числе прочего на биржевых торгах.Найти золотую серединуБывший исполнительный директор ОЮЛ «KazEnergy», эксперт по энергетике Арман Кашкинбеков отметил, что в сложившейся вокруг единого рынка нефти ситуации каждая сторона права, так как она отстаивает свои национальные интересы.  По его словам,  выход представляется в применении законов рынка, тогда у нефтепродуктов из России и Казахстана есть возможность находить лучшие предложения как внутри ЕАЭС, так и вне его.«Тем не менее  мы знаем много примеров того, что в других нефтепроизводящих странах цены на нефтепродукты внутри страны гораздо ниже, чем у соседей без таковых углеводородных ресурсов. Это делается правительствами данных стран для стимулирования экономического роста, с целью снижения транспортных издержек. ЕАЭС в этом вопросе надо найти золотую середину, которая бы удовлетворила всех участников. Ведь есть внутристрановые квоты на поставку нефтепродуктов, можно теоретически расширить их применение на все страны союза, ведь его целью было и является создание единого экономического пространства», – подчеркнул Арман Кашкинбеков.Нефтегазовый аналитик Олжас Байдильдинов заметил, что  в любом случае и Казахстан, и Россия столкнутся со снижением добычи нефти в связи с истощением основных крупных месторождений. Нефтедобывающим компаниям в условиях снижения добычи и роста себестоимости производства, а расходы на добычу после прохождения пика добычи возрастают, будет необходимо увеличивать выручку, в том числе продавая нефть и нефтепродукты на внутренних рынках по мировым ценам, за вычетом налогов и расходов на транспортировку. Эксперт заметил, что переход к равнодоходным ценам в будущем – это не только требования ВТО и документов ЕАЭС, через некоторое время это станет объективной экономической необходимостью.«Хотелось бы отметить, что модель рыночного регулирования цен уже частично запущена в РФ: нефтедобывающие компании обязаны продавать через Санкт-Петербургскую товарно-сырьевую биржу определённый процент от добываемой нефти на открытых торгах. Этот способ позволяет определить рыночный баланс спроса и предложения, а также выступает неким бенчмарком по нефти и нефтепродуктам на внутреннем рынке. В Казахстане такого пока нет. При переходе наших стран к равнодоходным ценам и свободному ценообразованию, вероятнее всего, российские торговые площадки будут основными в рамках ЕАЭС – это и технологический фактор, и большое количество участников, а также существенные объёмы торгов и поставок. Поэтому хочу подчеркнуть, создание единых рынков со свободным рыночным ценообразованием позволит нефте- и газодобывающим компаниям увеличить выручку, при этом цены на внутреннем рынке вырастут, что актуализирует вопрос о применении более энергоэффективных автомобилей, оборудования и прочего. Де-факто мы уже двигаемся в этом направлении: государство отказалось от регулирования цен на Аи-92, и сейчас планируется переход к рыночному ценообразованию на бензин Аи-80 и дизельное топливо», – сказал он.По канонам рынкаПо словам эксперта, пока не ясно, будут ли цены в Казахстане, России,  Беларуси, Армении, Кыргызстане одинаковыми, однако он полагает, что нет. К этому времени страны ЕАЭС должны прийти к гармонизации налогового законодательства, внутренний контроль на границах для движения товаров будет практически снят, но следует учитывать фактор емкости рынка, подчеркнул он. Эксперт заметил, что товары и услуги, как правило, стремятся на те рынки и ниши, где большое количество платёжеспособных клиентов, где выше спрос. Соответственно, на этих рынках больше конкуренции и участников, а по канонам рыночной экономики это означает более гибкое предложение и цены. То есть в этом случае будет выигрывать Россия, и вполне возможен переток казахстанской нефти и нефтепродуктов на российский рынок. При этом и по нефти, и по газу нужно учитывать следующий фактор: территория и РФ, и РК огромна, и «балом правят» трубопроводы, по которым уже на многие годы вперёд есть законтрактованные объемы на экспорт в Европу и КНР. То есть создание единых рынков не означает, что вся нефть начнёт торговаться на биржах. Основной поток по-прежнему будет ориентирован на экспорт, рассказал эксперт.«Весьма интересной выглядит идея создания эталонного сорта российской нефти на базе сорта Urals, контракты и фьючерсы на экспорт которого будут заключаться на российских торговых площадках, а не на европейских, как сейчас. Но это уже тема для следующего интересного прогноза. Что касается газа, здесь я более пессимистичен. Нефть и нефтепродукты легко транспортировать различными видами транспорта, а сеть нефтепроводов обширна. Газ – менее гибкий товар, его можно транспортировать только по газопроводам. К примеру, в РФ при достаточно успешной модели функционирования биржевой торговли нефтью и нефтепродуктами объемы торгов газа незначительны. Кроме того, в России по-прежнему существует монополия «Газпрома» в плане транспортировки и экспорта. То есть мы можем увидеть какие-то элементы биржевой торговли и определения цен на газ, но полноценно функционирующий рынок газа маловероятен», – подчеркнул Олжас Байдильдинов.Нефтегазовый аналитик, доктор университета регионоведения «Ханкук» из Южной Кореи Ровшан Ибрагимов  заметил, что нефть – это такой продукт, который без проблем можно продавать на любой рынок, не делая особых усилий. В данном случае непонятно, зачем Казахстану нужно ограничивать себя какими-то обязанностями в пользу потребителей внутри ЕАЭС. К тому же рынки союзников сравнительно небольшие, и это с экономической точки зрения может быть нерентабельным, отметил он. Отказ частично или полностью от суверенитета в определении своей энергетической политики может носить лишь политический характер, что Казахстану не нужно, сказал эксперт. К тому же также невозможен союз в этой сфере между Казахстаном и Россией. Основным экспортом этих стран являются энергоресурсы, поэтому  государства являются потенциальными конкурентами. А союзы возможны лишь между экономиками, которые являются дополняющими друг друга, убежден аналитик.Директор компании Oil Gas Project  Жарас Ахметов подчеркнул, что дело в том, что после создания ЕАЭС выяснилось, что страны-участники не готовы к конкуренции в рамках вновь созданного союза.«Собственно, и внутренняя конкуренция в этих странах достаточно сильно ограничена. Теперь ищут формы эту конкуренцию развить. Получится ли из этого что-нибудь? Бог ведает! Но в любом случае обсуждать сейчас некие довольно смутные предложения еще преждевременно», – заключил Жарас Ахметов.

Марат Елемесов, Алматы

liter.kz

​Что будет с нефтедобычей в Казахстане к 2030 году?

Добыча в 2017 году

В феврале этого года министерство энергетики Казахстана увеличило прогноз объёмов добычи нефти в 2017 году на 1,5 млн. тонн - до 81 млн. Более половины планируемого объема обеспечат три крупнейших месторождения страны: Тенгиз – 27,5 млн. тонн, Карачаганак – 11,85 млн. тонн, Кашаган – 5-8,9 млн. тонн. По сравнению с 2016 годом производство углеводородов вырастет незначительно – на 3 млн. тонн, и, как видно из цифр, в основном за счет ввода в эксплуатацию Кашагана. За 2016 год в стране добыли 78,04 млн. тонн при прогнозе в 75,5 млн. тонн. Перевыполнение плана в профильном министерстве связали с привязкой экспортной таможенной пошлины к мировой цене на нефть, которая показала положительную динамику.

Основные инвестиционные проекты отрасли будут связаны с тремя крупнейшими месторождениями. В октябре 2016 года консорциум North Caspian Operating Company (NCOC) приступил к опытно-промышленной разработке Кашагана. После реализации проекта ЦК-01, добыча на месторождении в краткосрочной перспективе может быть доведена до 370 тыс. баррелей в сутки (13 млн. тонн в год), а к 2025 году - до 450 тыс. баррелей в сутки (16 млн. тонн в год). При этом на одном из последних брифингов министр энергетики Канат Бозумбаев отметил, что сроки ЦК-01 могут быть сокращены. В целом NCOC уже вложил в месторождение $55 млрд.

Международный консорциум «Тенгизшевройл» также приступил к проекту расширения (ПБР-ПУУД) на месторождении Тенгиз. Это позволит увеличить производство нефти на 12 млн. тонн в год до 39 млн. тонн к 2022 году. Стоимость проекта - $37 млрд, из которых $12 млрд будут потрачены на казахстанское оборудование, услуги местных нефтесервисных компаний и другие статьи расходов.

Решение о финансировании и реализации расширения Карачаганского газоконденсатного месторождения ожидается в 2017 году. Пока акционеры консорциума заняты оптимизацией его бюджета.

Увеличение добычи после 2020 года

По различным оценкам, после 2020 года среднегодовая добыча нефти в Казахстане превысит 100 млн. тонн, а к 2030 году достигнет 130 млн. тонн. Прирост по-прежнему будет обеспечен за счет большой тройки проектов: Кашаган, Карачаганак и Тенгиз. Что касается остальных месторождений в стране, дополнительные объемы они не предоставят. Большинство из них являются «зрелыми» и переживают естественное снижение добычи.

Но часть из них уже находится на последней стадии разработки. Еще в 2013 году более половины добываемой нефти в стране приходилось на эти проекты. Более того, большинство недропользователей, кроме большой тройки, из-за ряда бюрократических искажений не инвестируют в геологоразведочные и буровые работы, а производство нефти сегодня опережает прирост запасов в стране.

В 2017 году министерство энергетики готовит ряд предложений в новый Кодекс о недрах и Налоговый кодекс для того, чтобы переломить отрицательную динамику в геологоразведке. На сегодня, по данным ведомства, прирост запасов к объему добываемой нефти отстает в среднем на 22%, а инвестиции в нефтедобывающую отрасль страны за последние три года снизились с $18 млрд до $12 млрд.

Однако, по мнению экспертов нефтегазового рынка, значительные и неизведанные запасы углеводородов в Казахстане залегают на больших глубинах и являются трудноизвлекаемыми. Недропользователи могут произвести доразведку действующих месторождений, но ее результаты вряд ли серьёзно повлияют на прирост ежегодной добычи.

Как изменятся логистические возможности Казахстана

До 2020-2022 годов Казахстан может экспортировать добываемую нефть без каких-либо проблем. Транспортные мощности республики позволяют перенаправлять почти 95 млн. тонн нефти: нефтепровод Каспийского трубопроводного консорциума позволяет доставить 54,7 млн. тонн, нефтепровод «Атырау-Самара» - 15 млн. тонн, транспортировка морем через порт Актау - 10 млн. тонн, нефтепровод «Казахстан-Китай» - 15 млн. тонн. При этом в 2017 году казахстанские производители планируют отправить на экспорт только 65 млн. тонн сырья.

Нехватка транспортных мощностей для казахстанской нефти может возникнуть ближе к 2025 году. Таким образом, акционеры большой нефтяной тройки и другие заинтересованные лица могут поднять вопрос о строительстве нового нефтепровода или транспортной системы уже через несколько лет. Таким проектом может стать Казахстанско-Каспийская система транспортировки (ККСТ), обсуждение которой началось еще в 2007 году.

ККСТ состоит из нефтесливных терминалов на побережье Каспийского моря (порт Курык) и танкерного флота, который обеспечивает доставку сырья до нефтепровода «Баку-Тбилиси-Джейхан». Другими словам, по системе ККСТ нефть транспортируют по морю до порта Баку и далее по экспортным нефтепроводам Азербайджана. Проект задумывался в первую очередь под нефть Кашагана, но предполагалось, что и другие недропользователи смогут пользоваться его свободными мощностями. Однако из-за неоднократного переноса запуска Кашагана, проект (ККСТ) был заморожен на неопределенный срок.

По словам исполнительного вице-президента по транспортировке, переработке и маркетингу АО НК «КазМунайГаз» Данияра Берлибаева, вопрос по ККСТ все еще «не снят с повестки дня».

«Мы занимаемся изучением ККСТ. К 2020 году мы поймем, как будет развиваться Кашаган, если возникнет необходимость, (проект – прим.) будет реанимирован, он не забыт. Сейчас объем добываемой нефти полностью обеспечен системой транспортировки. В некоторых случаях, бывает профицит транспортных мощностей», - пояснил он.

Куда будет экспортироваться нефть после 2020 года

Пока главными покупателями казахстанской нефти остаются страны Европы. По итогам 2015 года среди них лидировали: Италия - 17,9 млн. тонн, Нидерланды – 8,8 млн. тонн, Швейцария и Франция - по 5,9 млн. тонн, соответственно. По мнению топ-менеджера «КазМунайГаза» Данияра Берлибаева, в следующие 10-20 лет главным экспортным рынком для казахстанской нефти могут стать Азиатско-Тихоокеанский регион и другие регионы с растущей экономикой. Для этого могут использоваться действующие пути, ведущие к Чёрному морю – нефтепроводы Каспийского трубопроводного консорциума и «Атырау-Самара», который протянут до морского порта в Новороссийске.

«Исходя из наших транспортных мощностей и стратегии компании, мы считаем, что наш рынок – Чёрное море. В том регионе потребителем будет Турция – растущая экономика, которая активно потребляет. Далее через Чёрное море мы можем транспортировать уже в Средиземное море и дальше в Японию, Китай и другие морские (страны – V). Главным потребителем, по нашим прогнозам, будут растущие страны: Азиатско-Тихоокеанский регион (АТР), например, Индия», - поделился прогнозом Берлибаев.

Если же произойдёт снижение использования нефти в производстве топлива, это нивелируется ростом нефтехимической промышленности, отмечает вице-министр энергетики Магзум Мирзагалиев. «Потребление нефти будет расти ежегодно, но будет меняться структура баланса. Если сегодня большая часть нефти поступает на нефтеперерабатывающие заводы, на производство топлива, то в дальнейшем больше сырья будет уходить на нефтегазохимию. С этой точки зрения, я полагаю, проблемы перепроизводства перед нами не стоит», - полагает он.

Loading...

vlast.kz