Зависимость экономики россии от нефти


Россия избавляется от нефтяной зависимости :: Экономика :: Дни.ру

Депутаты фракции "Единая Россия" в Госдуме обсуждают проект бюджета на 2018-й и плановый период 2019-2020 годов. Представил главный финансовый документ страны министр финансов Антон Силуанов. Рассказав об основных параметрах бюджета, глава ведомства призвал парламентариев поддержать его. Как отметил спикер Госдумы Вячеслав Володин, проект бюджета все больше опирается на ненефтегазовые доходы, что является одним из основных его показателей.

Выступая в начале заседания фракции единороссов в нижней палате парламента, председатель Госдумы отметил, что согласно параметрам бюджета, в 2018 году 35,9% поступлений будут относиться к нефтегазовой сфере. На 2019 и 2020 годы доля нефтегазовых должна составить 33,7 и 33,4% соответственно.

Вячеслав Володин призвал коллег обратить внимание на то, как поменялась структура экономики страны. "Это действительно шаг серьезный вперед, это достижение, и мы должны понимать, что на это было непросто выйти, - сказал он. – Мы вышли именно на такую структуру доходов через вызовы, через проблемы, через преодоление санкций".

По словам спикера Госдумы, соотношение нефтегазовых доходов и остальных видов доходов бюджета составит примерно 30 к 70%. "Это говорит о том, что наша экономика развивается не только в нефтегазовом секторе, но и вне его, и это один из ключевых показателей бюджета", – подчеркнул он, добавив, что Россия уходит от нефтяной зависимости.

"Ранее говоря о том, чтобы мы не были заложниками нефтяной иглы, мы говорили, что крайне важно развивать экономику, чтобы у нас доля ненефтегазовых доходов была порядка 35−38%. Сейчас мы выходим на показатель 35,9% в 2018 году".

Согласно проекту федерального бюджета, в 2018 году рост экономики страны должен быть выше 2%. "Он – на уровне 2,1-2,3% роста, но если так же эффективно будет работать наше правительство, возможно, этот рост можно будет увеличить и он может быть на уровень 3-4%, тогда мы будем выходить на тот темп, который у нас ранее был и благодаря которому мы развивались более эффективно", – сказал Вячеслав Володин.

Одним из важнейших вопросов при рассмотрении проекта документа, по словам председателя нижней палаты, являются межбюджетные отношения. В этой связи спикер Госдумы предложил обсудить его 31 октября вместе с главами комитетов региональных заксобраний по бюджету и руководителями фракций "Единая Россия" в парламентах субъектов Федерации.

Как отметил Володин, впервые при внесении проекта федерального бюджета правительство из 65 субсидий 52 уже расписало по территориям. "Регионы могут посмотреть субсидии, сколько получат еще до принятия в окончательном чтении бюджета", – сказал он, добавив, что кабинет министров в ближайшие пару недель озвучит данные по оставшимся субсидиям.

Как отметил, в свою очередь, министр финансов Антон Силуанов, нынешний вариант проекта бюджета сформирован по новому бюджетному правилу, которое Госдума приняла в весеннюю сессию. "Бюджет сформирован при цене на нефть в 40 долларов за баррель на ближайшую трехлетку – мы считаем, что это умеренно-консервативный подход", – сказал глава Минфина.

По его словам, одна из главных задач – сокращение дефицита бюджета. "Это важный фактор с точки зрения снижения инфляции и ставок в экономике", – сказал министр. Он сообщил депутатам, что пока страна продолжает тратить ранее накопленные резервы в качестве источника финансирования дефицита. По словам Силуанова, лишь с 2019 года при таком подходе к балансу бюджета Россия "перестанет залезать в кубышку".

"С 2019 года у нас предусмотрено прекращение трат наших резервов".

Напомним, проект федерального бюджета на 2018, 2019 и 2020 годы Госдума планирует рассмотреть в первом чтении на пленарном заседании 27 октября. Окончательно проект бюджета должен быть принят во всех трех чтениях до 28 ноября. В нынешнюю сессию работа над главным финансовым документом страны ведется по-новому. Проект документа проходит широкое экспертное обсуждение, в том числе в регионах. Кроме того, "ЕР" привлекает к анализу законопроекта представителей профессиональных сообществ и сторонников партии, чьи наказы будут учтены при доработке окончательного варианта проекта.

dni.ru

«Просто нефтегазовая компания» - насколько экономика России зависит от нефти / Журнал «Гражданин-Созидатель»

Экономика России не зависит ни от внутренней политики, ни от санкций, ни от мировых технологических прорывов, ни от курса «навстречу Западу» или «на дружбу с Китаем». Единственное, что играет роль в экономике России, – это цена на нефть и газ.

Еще весной 2014 года (впрочем, не в первый и не в последний раз) сенатор-республиканец и один из самых известных спикеров Республиканской партии США Линдсей Грэм публично заявил: «Россия – это просто нефтегазовая компания, прикидывающаяся страной». Можно было бы сильно обидеться на Линдсея Грэма, если бы он не был широко известен своими громкими, резкими и часто совершенно необоснованными заявлениями. Можно вспомнить его недавнее утверждение, что падение цен на нефть – это заговор арабов-суннитов против Ирана и России. Или то, как он обещал, что США, свергнув Саддама Хусейна, быстро построят демократию на всем Ближнем Востоке. В январе 2014 года он утверждал, что «мир в ближайшее время взорвется». Спустя год (мир так и не взорвался) он заявил, что «мы живем в самое опасное время, которое только можно вообразить». Самым естественным, кажется, было бы просто отмахнуться от заявления Грэма о России, приняв его за одно из обычных алармистских и противоречащих фактам утверждений.

Но не стоит спешить. Как говорил один человек существенно больших талантов и знаний: «Враг, вскрывающий ваши ошибки, гораздо полезнее друга, скрывающего их». Если Грэм прав, то с учетом падения цен на нефть, которое обещает быть долгосрочным, Россия находится в такой экономической опасности, какой она много лет не видела.

На первый взгляд Россия совсем не нефтегазовая компания. Доля производства нефти, газа и их производных в ВВП за последние 25 лет не превышала 26,5%, доля экспорта нефтегазовой индустрии не выходила за 14,5% ВВП – вполне скромные цифры. Именно ими оперируют «защитники» экономической стабильности России. Но не все так просто: даже если формально три четверти ВВП России не происходят из нефтяных скважин, это еще не значит, что они не зависят от нефти – вопрос, например, в источниках финансирования этих ненефтяных частей ВВП.

Более точный анализ выглядит несколько менее оптимистично. 29% ВВП в России дает торговля. Примерно 60% товаров Россия импортирует за счет поступлений от экспорта, а в экспорте безраздельно доминируют нефть и газ. Выходит, что к доле нефти и газа в ВВП надо добавить еще 17,5%.

Далее, 20–22% ВВП в России составляют государственные расходы. Их источником являются доходы консолидированного бюджета, не менее 60% которых формируются за счет НДПИ, акцизов, экспортных пошлин, НДС на импорт и прочих налогов на нефтегазовый сектор. Это еще 13% добавки к «нефтяному ВВП».

Так, только крупными мазками мы получаем, что 57% ВВП России являются нефтезависимыми. А есть ведь еще прямой приток нефтедолларов, преобразующийся в инвестиции и расходы на другие сектора экономики, в дополнительное потребление и прочее. Этот объем очень трудно посчитать; по спорным оценкам, это в последние годы где-то 10–13% ВВП, и наша цифра поднимается до 67–70%.

Зависимость особенно хорошо видна в динамике показателей. На графике 1 представлено изменение доходов консолидированного бюджета России в сравнении с динамикой цены на нефть (WTI). Корреляция комментариев не требует. На графике 2 – зависимость темпов роста (падения) золотовалютных резервов от динамики цены на нефть. Здесь совершенно та же картина – даже не пропорциональность, а почти полное совпадение. Если (что не очень корректно, но очень показательно) взять темпы роста российского ВВП в текущих долларах США и сравнить их с темпами изменения цены на нефть, кривые (как видно на графике 3) почти совпадут. 

 

Даже рубль, как показывает несложный анализ, подчиняется не ЦБ России, а мировому рынку нефти. Если цена на нефть выше $60 за баррель, рубль стоит дороже своего расчетного значения по инфляции; если ниже – дешевле (график 6). Сегодня нефть дешевле, и рубль догнал свои инфляционные уровни – первый раз с 2005 года – и уходит выше инфляционной кривой стоимости. Более того, отклонение рубля от своей теоретической стоимости, рассчитанной по исторической инфляции, практически точно определяется ценой нефти. На графике 7 дано соответствие этого отклонения в среднегодичном выражении и среднегодовой цены на нефть. Параметр точности линейной аппроксимации – R2 – составляет 0,945 – это (грубо) означает, что цена рубля на 95% определяется ценой нефти и инфляцией, и на 5% – всеми остальными факторами. Осталось заметить, что инфляция в России вызвана в основном тарифами монополий, которые либо банально производят нефть и газ, либо активнейшим образом ее используют как сырье (в энергетике) или топливо (РЖД). Так что и инфляция в России в каком-то смысле порождение нефти. 

В итоге получается, что на сей раз сенатор вопреки своей обычной манере прав. Экономика России не зависит ни от внутренней политики, ни от санкций, ни от мировых технологических прорывов, ни от курса «навстречу Западу» или «на дружбу с Китаем». Единственное, что играет роль в экономике России, – это цена на нефть и газ.

И еще одна плохая новость – падение цен на нефть не является, как считает Грэм, результатом заговора суннитов. Мировое предложение нефти превысило к концу 2014 года 95 млн баррелей в день, в то время как спрос застрял на 93 и доберется до 95, по прогнозам OECD, только к началу 2016 года (в то время при цене WTI $50 за баррель предложение составит уже 97 млн баррелей в день). За последние пять лет спрос на нефть рос почти в два раза медленнее предложения. Даже чувствительная к цене сланцевая индустрия сегодня выглядит эффективной – количество буровых установок в США снова начало расти. По всем параметрам мы в самом начале длинного цикла низких нефтяных цен. А в конце этого цикла нефть поджидают новые эффективные солнечные батареи и супераккумуляторы, еще более экономичные двигатели для самолетов и машин, массовое распространение электромобилей, повышение энергетической эффективности строительных материалов и прочие инновации. Возможно, через десять лет мы будем вспоминать сегодняшние цены на нефть как неоправданно высокие, а скандальное заявление о России Линдсея Грэма как запоздавшее дружеское предостережение, которое, увы, мы вовремя не услышали.

автор - директор программы «Экономическая политика» Московского Центра Карнеги

www.grso.ru

ЗАВИСИМОСТЬ ЭКОНОМИКИ РОССИИ ОТ СТОИМОСТИ НЕФТИ

Состояние национальной денежной единицы любой страны зависит от того, насколько развита ее экономика и какие тенденции просматриваются в перспективе.

Один из самых весомых факторов, которые оказывают серьезное влияние на курс валюты, является соотношение импорта и экспорта. Если страна больше продает товаров за рубеж, чем импортирует, это означает что у нее положительное сальдо внешнеторгового баланса. Ее валюта становится более крепкой, ее курс по отношению к другим валютам повышается.

Значительное влияние на курс российской валюты оказывает состояние торгового баланса России (разница между экспортом и импортом), а также отток/приток капитала. Как только цена нефти начинает падать, у России начинает сокращаться экспортная выручка, что ухудшает состояние торгового баланса. Подобное наблюдалось в конце 2014 года.

Изменение стоимости барреля нефти на 10%, или на $4, приводит к росту или снижению валютной выручки страны на $12–15 млрд. В этом случае при сохранении прежнего объема импорта (в 2015 году $230 млрд) изменение курса рубля к доллару, по расчетам аналитикоа, может составить 5–6%.

Российская Федерация на протяжении долгого периода имеет положительное сальдо внешнеторгового баланса, чего не скажешь про США, у которых длительное время это сальдо отрицательное. Но если посмотреть на поведение национальных денежных единиц США и России, то вместо того, чтобы доллар ослабевал по отношению к рублю, как было показано выше, наблюдается совсем противоположная тенденция.

Экспорт нашей страны на 70% состоит из энергоносителей и нефтепродуктов. Именно поэтому соотношение импорта и экспорта зависит от мировых цен на нефть, газ, производных продуктов. При повышении этих цен возрастает экспорт, рубль укрепляется, а при понижении этих цен наблюдается обратная тенденция.

Необходимо отметить, что именно от динамики цен на нефть курс рубля зависит на 80% и на 20% наблюдается зависимость от других факторов. И чтобы снизить эту зависимость, необходимо увеличивать процентное соотношение других составляющих экспорта, например, машиностроение, уменьшая роль сырья.

Колебания курса национальной валюты четко отвечают на все изменения, которые происходят как в мире, так и непосредственно возле границ страны. И эти изменения отображаются на курсе российского рубля к доллару.

Наш бюджет (да и вся наша экономика) в огромной степени зависит именно от того, сколько на мировом рынке стоит сырье. Доходы казны более чем на 50% состоят из прибыли от экспорта нефти, газа, металлов и другого сырья.

Россия один из самых больших добытчиков нефти в мире, соответственно экономика очень ведома этому фактору, и получается что нефть – это самое основное сырье в России. Из всего этого следует, что если котировки на нефть стремительно идут вверх (цена на нефтепродукты в долларах), то курс доллара к рублю становится ниже.

В случае, когда котировки на нефть снижаются – это очень пагубно сказывается на Российской экономике и валюте, так как в этом случае Россия начинает нести колоссальные убытки и, как следствие, рубль подвергается девальвации, а делается это для того, что бы прибыль с нефтепродуктов для России не снижалась. Получается, что в этот момент доллар начинает стремительно расти по отношению к Российскому рублю.

Причина данного явления довольна проста. Дело в том, что рубль принято считать нефтяной валютой, хотя, например, тот же американский доллар таковой не является. Данный факт вовсе не означает, что расчеты за операции с нефтью производятся в рублях. Национальная валюта превращается в нефтяную в том случае, если основная часть дохода государства в большей мере зависит именно от продажи нефти. Так что, при сокращении цен на энергоресурсы происходит дефицит бюджета, который влечет за собой снижение стоимости валюты.

studlib.info