Увеличивается или уменьшается зависимость РФ от нефти? Зависимость россии от нефти


Зависимость России от нефти | Stockinfocus.ru

Когда речь идет про российскую экономику, фондовый рынок и рубль люди непременно сводят разговор к нефти. Будто ничего другого не существует. Степень фиксации на нефти в обществе, у журналистов и наблюдателей мне кажется чрезмерной и раздражает. Живут же как-то такие страны как Польша, Украина или Литва. Российское сознание ушиблено, успехи десятилетия в экономике осознаются не как достижение, а как следствие цены барреля.

Зависимость России от нефти хорошо иллюстрирует график – чистый экспорт нефти на душу населения (экспорт нефти минус импорт нефти). В пересчете на одного жителя страны за рубеж продается 12.8 барреля (~1.75 тонн) в год. Есть масса стран, где цифра больше, на порядок больше. Можно обратить внимание на положение Канады, Дании и Норвегии, высокий уровень жизни которых мирно сосуществует с нефтью. Венесуэла и Казахстан продают в разы больше нефти на жителя, чем Россия.

Среднегодовая цена Юралз в 2010 году пока составляет $76 баррель (в 2009 г. — $61) и, если считать по этой цене, на одного россиянина приходится почти $1 тысяча долларов. Именно на такую сумму в год должны расплатиться с нами иностранцы. Либо товарами, либо «бумажками», такими как вложения ЦБ РФ в международные валютные резервы, чтобы купить российкую нефть (либо таким должен быть отток частного капитала, что невозможно на постоянной основе и в таких масштабах). Сравните эту тысячу долларов с уровнем жизни среднего россиянина в $15 тыс. по паритету покупательной способности и примерно $10 в номинальных ценах. Согласитесь, нефть дает не так много.

График не учитывает экспорт газа из РФ, цена которого также зависит от цены нефти. Но нужно учесть что и Дания и Канада и Норвегия также экспортирует газ. Поправку можете прикинуть по следующим цифрам. По итогам 2009 года Россия продала газа на $42 млрд., нефти и нефтепродуктов на $149 млрд. Еще $113 млрд. дает «прочее» – преимущественно металлы и другие сырьевые товары. Влияние нефти на экономику России преувеличено.

Мы можем посмотреть на тех, кто платит за нефть — тыльная сторона таблицы. Зачем оффшорам столько нефти на душу не очень ясно, но это не так важно. Развитые страны покупают нефти порядка 10 баррелей на душу в год — близко к тому, что продает Россия на душу. Судьба распорядилась так, что средний житель «золотого миллиарда» платит примерно $1 тыс. в год за нефть, и эта тысяча достается среднему россиянину. Это не слишком обременительно для развитых стран, где ВВП на душу составляет $25-40 тыс. в год.

«Ведомости» как-то глупо повадились называть баррель «бочкой», похоже, не ведая, что русская дометрическая мера сороковедерная бочка примерно в 3 раза больше.

Дмитрий ТимофеевВсе материалы Дмитрия Тимофеева на stockinfocus.ru

stockinfocus.ru

Как сильно Россия зависит от нефти

Россия, 28 апреля – Новости. Обозреватель Forbes Марк Адоманис пишет, что Джон Маккейн был неправ, когда назвал Россию «страной-бензоколонкой». В качестве доказательства своих слов Марк Адоманис приводит любопытную диаграмму – процент «сырьевой ренты» от ВВП страны для разных стран мира.

Россия на этой диаграмме находится примерно на двадцатом месте с показателем в 18%.

Это весьма низкий показатель: в странах, которые по-настоящему зависят от экспорта природных ресурсов – таких как Катар, Саудовская Аравия и Конго – этот показатель находится на уровне от 35 до 60%.

Марк пишет, что если мы мысленно вычеркнем доходы от нефтяных ресурсов из ВВП страны, то подушевой ВВП в России изменится незначительно и по-прежнему будет находиться на уровне стран восточной Европы (типа Польши).

Если мы немного глубже посмотрим на структуру нашей промышленности, мы увидим, что выводы господина Адоманиса в целом верны. Добыча полезных ископаемых занимает всего лишь 24% в структуре нашей промышленности – остальные же 76% приходятся на обрабатывающие производства и на инфраструктурные мощности типа электростанций.

Так, например, 10% нашей промышленности – это производство пищевых продуктов. В то время как в лихие девяностые страна кушала сплошной импорт, сейчас мы уже обеспечиваем себя всеми важными видами продовольствия самостоятельно. Ещё 10% промышленности приходится на металлургию и металлообработку. Производство транспортных средств и оборудования – ещё 8%.

Как видите, только эти три отрасли – пищёвка, металлургия и машиностроение – больше по размеру, чем вся добыча полезных ископаемых вместе взятая. При этом строительство новых заводов постоянно продолжается, поэтому в будущем доля полезных ископаемых, которая идёт на экспорт, будет только снижаться.

Кстати, добыча нефти сегодня – это самые что ни на есть высокие технологии. Россия сейчас добывает нефть и газ самостоятельно. Конечно, кое-где нам помогают иностранные компании, некоторых вещей мы пока что делать не умеем. Однако и Россия, в свою очередь, экспортирует ряд нефтяных технологий за рубеж.

Если бы Россия была «страной-бензоколонкой», как называет её настроенный на войну Маккейн, мы вынуждены были бы отдавать все наши скважины в разработку западным операторам.

Также у нас развивается переработка нефти, строятся серьёзные НПЗ. Особенно сильно скорость строительства увеличилась за последние несколько лет.

Есть у нас хорошие достижения и в других высокотехнологичных отраслях. В «Ростех», например, входит масса оборонных предприятий, которые производят более чем конкурентоспособное на мировом рынке оружие. «Росатом», в свою очередь, является главной атомной корпорацией планеты.

Российский IT-сектор довольно хорошо развит, мы ежегодно наращиваем экспорт ПО.

Наконец, мы по-прежнему лидируем по количеству космических запусков. Даже американцы вынуждены пользоваться нашими услугами для доставки своих астронавтов на МКС.

Сейчас стало известно, что Россия предварительно договорилась с Китаем – с крупнейшей экономикой мира – о совместном освоении Луны.

Когда этот проект будет реализован, у связки Россия-Китай в космосе не будет сравнимых по масштабам конкурентов.

Подведу итог

Сейчас планета находится на пороге масштабного кризиса, во время которого действующие торговые связи будут частично нарушены. Для того, чтобы пройти этот кризис без серьёзных потерь, нужно иметь как энергоресурсы, так и обрабатывающую промышленность.

У России есть и то и другое – а также у нас есть мощная армия, которая может защитить нас от посягательств стран с менее сбалансированной экономикой.

Другим регионам планеты пройти кризис будет куда как сложнее. В той же Европе, например, нет ни нормальной армии, ни своих нефти и газа. Если Евросоюз не начнёт в спешном порядке договариваться с Россией о тесном сотрудничестве, в кризис ему придётся довольно кисло.

Источник: http://fritzmorgen.livejournal.com

Читайте также:

www.news-usa.ru

Россия избавляется от нефтяной зависимости :: Экономика :: Дни.ру

Депутаты фракции "Единая Россия" в Госдуме обсуждают проект бюджета на 2018-й и плановый период 2019-2020 годов. Представил главный финансовый документ страны министр финансов Антон Силуанов. Рассказав об основных параметрах бюджета, глава ведомства призвал парламентариев поддержать его. Как отметил спикер Госдумы Вячеслав Володин, проект бюджета все больше опирается на ненефтегазовые доходы, что является одним из основных его показателей.

Выступая в начале заседания фракции единороссов в нижней палате парламента, председатель Госдумы отметил, что согласно параметрам бюджета, в 2018 году 35,9% поступлений будут относиться к нефтегазовой сфере. На 2019 и 2020 годы доля нефтегазовых должна составить 33,7 и 33,4% соответственно.

Вячеслав Володин призвал коллег обратить внимание на то, как поменялась структура экономики страны. "Это действительно шаг серьезный вперед, это достижение, и мы должны понимать, что на это было непросто выйти, - сказал он. – Мы вышли именно на такую структуру доходов через вызовы, через проблемы, через преодоление санкций".

По словам спикера Госдумы, соотношение нефтегазовых доходов и остальных видов доходов бюджета составит примерно 30 к 70%. "Это говорит о том, что наша экономика развивается не только в нефтегазовом секторе, но и вне его, и это один из ключевых показателей бюджета", – подчеркнул он, добавив, что Россия уходит от нефтяной зависимости.

"Ранее говоря о том, чтобы мы не были заложниками нефтяной иглы, мы говорили, что крайне важно развивать экономику, чтобы у нас доля ненефтегазовых доходов была порядка 35−38%. Сейчас мы выходим на показатель 35,9% в 2018 году".

Согласно проекту федерального бюджета, в 2018 году рост экономики страны должен быть выше 2%. "Он – на уровне 2,1-2,3% роста, но если так же эффективно будет работать наше правительство, возможно, этот рост можно будет увеличить и он может быть на уровень 3-4%, тогда мы будем выходить на тот темп, который у нас ранее был и благодаря которому мы развивались более эффективно", – сказал Вячеслав Володин.

Одним из важнейших вопросов при рассмотрении проекта документа, по словам председателя нижней палаты, являются межбюджетные отношения. В этой связи спикер Госдумы предложил обсудить его 31 октября вместе с главами комитетов региональных заксобраний по бюджету и руководителями фракций "Единая Россия" в парламентах субъектов Федерации.

Как отметил Володин, впервые при внесении проекта федерального бюджета правительство из 65 субсидий 52 уже расписало по территориям. "Регионы могут посмотреть субсидии, сколько получат еще до принятия в окончательном чтении бюджета", – сказал он, добавив, что кабинет министров в ближайшие пару недель озвучит данные по оставшимся субсидиям.

Как отметил, в свою очередь, министр финансов Антон Силуанов, нынешний вариант проекта бюджета сформирован по новому бюджетному правилу, которое Госдума приняла в весеннюю сессию. "Бюджет сформирован при цене на нефть в 40 долларов за баррель на ближайшую трехлетку – мы считаем, что это умеренно-консервативный подход", – сказал глава Минфина.

По его словам, одна из главных задач – сокращение дефицита бюджета. "Это важный фактор с точки зрения снижения инфляции и ставок в экономике", – сказал министр. Он сообщил депутатам, что пока страна продолжает тратить ранее накопленные резервы в качестве источника финансирования дефицита. По словам Силуанова, лишь с 2019 года при таком подходе к балансу бюджета Россия "перестанет залезать в кубышку".

"С 2019 года у нас предусмотрено прекращение трат наших резервов".

Напомним, проект федерального бюджета на 2018, 2019 и 2020 годы Госдума планирует рассмотреть в первом чтении на пленарном заседании 27 октября. Окончательно проект бюджета должен быть принят во всех трех чтениях до 28 ноября. В нынешнюю сессию работа над главным финансовым документом страны ведется по-новому. Проект документа проходит широкое экспертное обсуждение, в том числе в регионах. Кроме того, "ЕР" привлекает к анализу законопроекта представителей профессиональных сообществ и сторонников партии, чьи наказы будут учтены при доработке окончательного варианта проекта.

www.dni.ru

Зависимость России от нефти преувеличена?. Нефть. Ресурсы. Статьи Bigness.ru

Прогнозы потребления нефти в мире неутешительные – потребность в нефти, а, следовательно, и её цена, будут падать. Для нефтегазовой России это кажется большой проблемой. Но это не совсем так – зависимость нашей страны от нефти сильно преувеличена, говорят эксперты Bigness.ru.

Как уже писал Bigness.ru, Минфин России не стал вносить коррективы в проект бюджета страны на 2009-2011 годы. Представители финансового министерства не видят для этого серьезных оснований, несмотря на то, что при расчетах доходной части они опирались на стоимость барреля нефти на уровне $95 в следующем году. И это при том, что цены на российскую нефть в эти дни упали ниже $70.

Более того – надежды на возвращение старых рекордных цен весьма призрачные. Международное энергетическое агентство (МЭА) вновь сократило свой прогноз глобального потребления нефти в следующем году. По мнению аналитиков агентства, объединяющего 28 стран, сокращение потребления составит 0,5% из-за мирового финансового кризиса. В абсолютных числах это равно 440 тысячам баррелей в сутки. Отметим, что данный прогноз сделан на основе консервативных оценок развития финансового кризиса. Насколько глобальная рецессия охватит планету не возьмется предсказать никто.

Да, падение нефтяных цен гипотетически может больно ударить по нашей стране. «Нужно очень длинное и очень основательное падение цен на нефть, чтобы нам пришлось сильно переделывать бюджет 2009 года», - сказал в интервью Bigness.ru Дмитрий Белоусов, ведущий эксперт Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП). По его мнению, «это проблема 2010 года».

По оценкам Белоусова, Россия сможет в течение года выдержать падение нефтяных цен до $50 за баррель. По оценкам же научного сотрудника института экономики переходного периода (ИЭПП) Марии Казаковой, которые она озвучила в беседе с Bigness.ru, критический уровень цен на нефть для России составляет $56-58 за баррель.

«Пока есть определенный запас прочности, который позволит в следующем году принимать оперативные решения и выполнить обязательства перед бюджетополучателями. А на более отдаленные перспективы – 2010 год – все равно надо пересчитывать прогноз и разбираться с нашей политикой на ближайшие годы», - считает Белоусов.

В любом случае, в трехлетний бюджет уже заложено снижение доходов от экспорта углеводородов. «В соответствии с проектом бюджета на 2009 г. и плановый период до 2011 г., вследствие прогнозируемого снижения мировых цен на нефть и газ, замедления роста добычи и экспорта углеводородов и укрепления рубля к доллару, ожидается снижение соотношения нефтегазовых доходов федерального бюджета к ВВП в 1,3 раза: с 9,0% в 2007 г. до 6,9% ВВП в 2011 г», - рассказала Bigness.ru Мария Казакова. Таким образом, за три года нефтегазовые доходы, как доля ВВП, сократятся почти на 40%. По оценкам Министерства финансов РФ, на 80% снижение нефтегазовых доходов обусловлено уменьшением доли этого сектора в структуре ВВП, а оставшиеся 20% – снижением нефтяных цен. «При этом даже если цена будет сохраняться на уровне $150 за баррель, этот тренд практически не изменится в связи с отрицательной динамикой объемов нефтедобычи», - сказала эксперт Bigness.ru.

При самом неблагоприятном развитии событий, после 2009 года у России останутся резервы, которые помогут ей продержаться. Во-первых, возрастающая нагрузка на резервные фонды (из которых сейчас изымаются деньги на борьбу с финансовым кризисом и на дефицит пенсионной системы) будет снижена, в том числе за счет усиления налогообложения компаний. Так, увеличение социального налога до 34% с 2010 заметно облегчит нагрузку на бюджетные фонды, говорит Белоусов.

Кроме того, «у нас есть такой ресурс, как участие государства в собственности – государство за последнее время набрало пакеты самых разнообразных акций. За счет продажи этих активов тоже можно продержаться», - напоминает эксперт ЦМАКП.

Да и вообще, корень нынешних проблем и угроз российской экономики лежит явно не в наполняемости бюджета, подчеркивает Белоусов. «Главная пуля летит не из бюджетной сферы. Главная проблема – это финансы реального сектора, финансы банков, воздействие оттока капитала», - сказал он Bigness. ru.

Пока денег от экспорта углеводородов хватало, «мы могли одновременно могли наращивать инвестиции, повышать занятость и реальные доходы населения», - продолжает он. Сейчас же компании встанут перед выбором, что сохранить – инвестиции, занятость или высокие зарплаты.

Сергей Малинин

www.bigness.ru

Россия и ее зависимость от нефти

Насколько Россия зависит от цен на нефть, наглядно описал заведующий отделом международных рынков капитала ИМЭМО РАН. Его публикация размещена на "Газета.ру".

Мировые цены на нефть падают. Показался рубеж в $96 за баррель. За три месяца — минус 15%. С ними неизбежно упадут и цены на газ. Так устроен механизм ценообразования. Начинается ли новое критическое испытание для российской экономики?

У нефтяного крана

Прямое участие нефтегазовой отрасли в ВВП — более трети ВВП России. Нефтегазовые доходы формируют 48–52% доходов федерального бюджета. Доля нефти и газа в экспорте товаров и услуг составляла в 1994 году 33%, в 2007-м — 55%, в первом квартале 2014 года — 61% (ЦБР).

Россия сидит у "нефтяного крана". Мир и спокойствие на улицах, возможность выпить чашку кофе, доходы, чем бы ни зарабатывали россияне на хлеб насущный, — всё от него, от крана. Зависимость от цен на нефть и газ — критическая.

Что с Россией делают цены на нефть и газ

Трехкратное падение цен на нефть во второй половине 1980-х годов добило Советский Союз. Причина — "сезон низких цен" длился четыре года. Одна из версий — ценовой сговор США и Саудовской Аравии.

Полгода низких цен на нефть отправили Россию прямиком в кризис августа 1998 года. Счастье, что цены через год отскочили вверх.

В кризис 2008 года цена на нефть, всего лишь за пять месяцев, упала в четыре раза. И вновь, через полгода, ангел-хранитель вытащил цены наверх. Иначе бы страну ждали тяжелые и смутные времена. В марте 2012 года цена нефти марки "Брент" достигла 125 долл. за баррель. Через три месяца она стала меньше 90 долл. Затем месяц за месяцем отскочила вверх. Опять пронесло.

Утром нужно молиться за семью, за всех за нас и за то, чтобы мировые цены на топливо стояли высоко.

Откуда берутся мировые цены на нефть и газ

До 2000-х годов ценой на нефть рулили в основном "фундаментальные факторы". Экономические циклы, запасы, спрос, производство, технологии, политика ОПЕК — нефтяного картеля стран, военные конфликты.

С начала 2000-х цены на нефть, газ, металл — еще и финансовые переменные.

Эти цены формируются на рынках товарных деривативов (фьючерсов, опционов) в Нью-Йорке, Чикаго и Лондоне. Эти цены сверхволатильны, в огромной степени зависят от курса доллара США как мировой резервной валюты. Достаточно доллару уйти в зону 1,1–1,15 за евро, как нефть опустится до 80 долл. за баррель или даже ниже.

Как бы россияне не хотели обратного, но все их благополучие, все блистание золота на куполах Москвы сейчас на 100% зависят от туманного и изменчивого мира финансовых рынков и высокоскоростной спекулятивной игры где-то там за кордоном.

Почему цены падают

Обычные объяснения — замороженный мировой спрос на топливо. Он слабенький у Европы, Японии, Китая. Меньше импортных нефти и газа нужно США. В этой стране — крупнейшем потребителе топлива — производство нефти и газа бьет рекорды (15–20% в год).

Этих объяснений маловато. Мировой баланс спроса и предложения топлива не выглядит таким, чтобы вызвать резкое падение цен на нефть. Политические риски зашкаливают в районах нефтедобычи, а цены не растут. Россия, крупнейший в мире производитель топлива, стала чуть ли не страной-изгоем, а цены не летят к небу. Кто-то добывает топлива все больше (Канада). У кого-то производство чуть падает (страны ОПЕК). Но в целом — не драматично.

Что же случилось? Возможно, случились "доллар" и его величество финансовый рынок.

Доллар

Доллар США — мировая резервная валюта, расчетная единица мира. В долларах формируются цены и рассчитываются за нефть. Поэтому, когда доллар падает к корзине мировых валют, цена на нефть растет. Продавцы нефти стремятся компенсировать свои потери от ослабления доллара.

Именно поэтому в 2000–2008 годах, когда доллар долго и нудно падал, мировые цены на нефть, газ, металлы, акции стремились только вверх. Механизм тот же, что и рост цен внутри России при падении курса рубля.

Доллар имеет свои 15–17-летние циклы "ослабления — укрепления" начиная с 1970-х годов. После "ослабления" 2000-х годов технически ждем, что доллар будет много лет укрепляться к другим валютам. А это — сильное, на многие годы давление вниз на цены за газ и нефть.

Началось это или нет? Да и начнется ли? Доллар за 2,5 месяца усилился к евро на 5— 6%. Это не может не давить на нефть вниз. Надолго это или же это просто короткое колебание курса доллара — покажет жизнь.

Финансовый рынок

Финансовые рынки — хуже ядерного оружия. Они могут возносить страну, а могут ее уничтожить. Десятки процентов рынка нефтяных деривативов занимают спекулянты. Нефть — финансовый товар.

В этом нет ничего плохого, все в мире потихоньку превращается в финансовые инструменты. Но рынки могут манипулироваться. На них могут влиять слухи или ложная информация. Или могут создаваться торговые пулы, которые играют на понижение, создавая искусственно низкие цены.

Центральные банки манипулируют валютными рынками, чтобы добиться заданного курса национальной валюты. Глобальные инвесторы могут "рулить" финансовыми рынками целых стран, как это было в азиатском кризисе 1997 года. Барак Обама, озабоченный ростом цен на топливных рынках, создал в 2011 году в министерстве юстиции США специальную рабочую группу по надзору за мошенничеством на нефтяном и газовом рынках. В конце 2013 года в США известными трейдерами был подан иск против крупнейших нефтяных компаний с обвинениями в манипулировании ценами на нефть в течение десятилетий.

Страны — экспортеры сырья накапливают крупные финансовые ресурсы. Эти деньги являются финансовым источником, подпитывающим конфликты с США.Что будет дальше

Этого никто не знает. Может быть, сегодня пронесет. А может быть, и нет. Если вы живете в сейсмической зоне, то землетрясение все равно случится, рано или поздно. Такова уж природа финансовых рынков, что обрушение цен на сырье неминуемо состоится, пусть даже на более высоких ценовых уровнях.

А если не случится, то через два-три года сократится доля России на рынках топлива. Это "удаление игрока с поля" является официальной политикой США и ЕС.

Как отвечать на вызовы

Очень важно сыграть на опережение будущих резких, длительных, неконтролируемых сходов вниз выручки за газ, нефть, уголь, металлы. Что-то новое должно случиться в российской экономической политике, чтобы нефтяная ловушка не захлопнулась.

Правильный ответ — неожиданный, асимметричный, которого не ожидают.

Либерализация, "взрыв" внутренней экономической активности в России. Все подчинить росту внутреннего спроса и предложения. На первое место поставить интересы среднего класса, увеличение его активов. Ударные стимулы для "экономического чуда" в России. Все это — не утопия, если играть в большой шахматной игре по-гроссмейстерски.

www.nur.kz

насколько экономика России зависит от нефти: storm100

Карикатура на нефтяную монополию. Журнал «Puck» 1904г.КРАТКОЕ РЕЗЮМЕПо официальной статистике, нефтегазовый сектор дает всего четверть ВВП России. Показатель довольно скромный, но он не учитывает те отрасли российской экономики, которые не происходят напрямую из скважин, но от нефти все равно зависят самым непосредственным образом

Еще весной 2014 года (впрочем, не в первый и не в последний раз) сенатор-республиканец и один из самых известных спикеров Республиканской партии США Линдсей Грэм публично заявил: «Россия – это просто нефтегазовая компания, прикидывающаяся страной». Можно было бы сильно обидеться на Линдсея Грэма, если бы он не был широко известен своими громкими, резкими и часто совершенно необоснованными заявлениями. Можно вспомнить его недавнее утверждение, что падение цен на нефть – это заговор арабов-суннитов против Ирана и России. Или то, как он обещал, что США, свергнув Саддама Хусейна, быстро построят демократию на всем Ближнем Востоке. В январе 2014 года он утверждал, что «мир в ближайшее время взорвется». Спустя год (мир так и не взорвался) он заявил, что «мы живем в самое опасное время, которое только можно вообразить». Самым естественным, кажется, было бы просто отмахнуться от заявления Грэма о России, приняв его за одно из обычных алармистских и противоречащих фактам утверждений.

Если ничего не менять, выхода из рецессии не будет никогда

Но не стоит спешить. Как говорил один человек существенно больших талантов и знаний: «Враг, вскрывающий ваши ошибки, гораздо полезнее друга, скрывающего их». Если Грэм прав, то с учетом падения цен на нефть, которое обещает быть долгосрочным, Россия находится в такой экономической опасности, какой она много лет не видела. На первый взгляд Россия совсем не нефтегазовая компания. Доля производства нефти, газа и их производных в ВВП за последние 25 лет не превышала 26,5%, доля экспорта нефтегазовой индустрии не выходила за 14,5% ВВП – вполне скромные цифры. Именно ими оперируют «защитники» экономической стабильности России. Но не все так просто: даже если формально три четверти ВВП России не происходят из нефтяных скважин, это еще не значит, что они не зависят от нефти – вопрос, например, в источниках финансирования этих ненефтяных частей ВВП. Более точный анализ выглядит несколько менее оптимистично. 29% ВВП в России дает торговля. Примерно 60% товаров Россия импортирует за счет поступлений от экспорта, а в экспорте безраздельно доминируют нефть и газ. Выходит, что к доле нефти и газа в ВВП надо добавить еще 17,5%. Далее, 20–22% ВВП в России составляют государственные расходы. Их источником являются доходы консолидированного бюджета, не менее 60% которых формируются за счет НДПИ, акцизов, экспортных пошлин, НДС на импорт и прочих налогов на нефтегазовый сектор. Это еще 13% добавки к «нефтяному ВВП». Так, только крупными мазками мы получаем, что 57% ВВП России являются нефтезависимыми. А есть ведь еще прямой приток нефтедолларов, преобразующийся в инвестиции и расходы на другие сектора экономики, в дополнительное потребление и прочее. Этот объем очень трудно посчитать; по спорным оценкам, это в последние годы где-то 10–13% ВВП, и наша цифра поднимается до 67–70%.Зависимость особенно хорошо видна в динамике показателей. На графике 1 представлено изменение доходов консолидированного бюджета России в сравнении с динамикой цены на нефть (WTI). Корреляция комментариев не требует. На графике 2 – зависимость темпов роста (падения) золотовалютных резервов от динамики цены на нефть. Здесь совершенно та же картина – даже не пропорциональность, а почти полное совпадение. Если (что не очень корректно, но очень показательно) взять темпы роста российского ВВП в текущих долларах США и сравнить их с темпами изменения цены на нефть, кривые (как видно на графике 3) почти совпадут.

В связи с этим возникает вопрос, что происходит с этой зависимостью? Косвенно ответ можно получить из анализа ВВП России, пересчитанного в баррелях нефти. В 1991 году, когда Россия была едва ли не на дне кризиса, ненефтяной (то есть за вычетом собственно добытой нефти) ВВП России составлял 19,5 млрд баррелей (в ценах 1991 года). Пик падения пришелся на 1999 год – ненефтяной ВВП недотянул тогда до 8 млрд баррелей. Однако и сегодня, в 2015 году, Россия производит (кроме нефти) всего на 16,7 млрд баррелей в сегодняшних ценах – на 18% меньше, чем в 1991 году (график 4). За этот же период Польша, например, увеличила свой ненефтяной ВВП, выраженный в баррелях, на 37%; Норвегия, которая за 25 лет сократила добычу нефти почти в два раза, не потеряла в объемах ненефтяного ВВП в баррельном эквиваленте (график 5).

Даже рубль, как показывает несложный анализ, подчиняется не ЦБ России, а мировому рынку нефти. Если цена на нефть ниже $60 за баррель, рубль стоит дороже своего расчетного значения по инфляции; если ниже – дешевле (график 6). Сегодня нефть дешевле, и рубль догнал свои инфляционные уровни – первый раз с 2005 года – и уходит выше инфляционной кривой стоимости. Более того, отклонение рубля от своей теоретической стоимости, рассчитанной по исторической инфляции, практически точно определяется ценой нефти. На графике 7 дано соответствие этого отклонения в среднегодичном выражении и среднегодовой цены на нефть. Параметр точности линейной аппроксимации – R2 – составляет 0,945 – это (грубо) означает, что цена рубля на 95% определяется ценой нефти и инфляцией, и на 5% – всеми остальными факторами. Осталось заметить, что инфляция в России вызвана в основном тарифами монополий, которые либо банально производят нефть и газ, либо активнейшим образом ее используют как сырье (в энергетике) или топливо (РЖД). Так что и инфляция в России в каком-то смысле порождение нефти.

В итоге получается, что на сей раз сенатор вопреки своей обычной манере прав. Экономика России не зависит ни от внутренней политики, ни от санкций, ни от мировых технологических прорывов, ни от курса «навстречу Западу» или «на дружбу с Китаем». Единственное, что играет роль в экономике России, – это цена на нефть и газ.И еще одна плохая новость – падение цен на нефть не является, как считает Грэм, результатом заговора суннитов. Мировое предложение нефти превысило к концу 2014 года 95 млн баррелей в день, в то время как спрос застрял на 93 и доберется до 95, по прогнозам OECD, только к началу 2016 года (в то время при цене WTI $50 за баррель предложение составит уже 97 млн баррелей в день). За последние пять лет спрос на нефть рос почти в два раза медленнее предложения. Даже чувствительная к цене сланцевая индустрия сегодня выглядит эффективной – количество буровых установок в США снова начало расти. По всем параметрам мы в самом начале длинного цикла низких нефтяных цен. А в конце этого цикла нефть поджидают новые эффективные солнечные батареи и супераккумуляторы, еще более экономичные двигатели для самолетов и машин, массовое распространение электромобилей, повышение энергетической эффективности строительных материалов и прочие инновации. Возможно, через десять лет мы будем вспоминать сегодняшние цены на нефть как неоправданно высокие, а скандальное заявление о России Линдсея Грэма как запоздавшее дружеское предостережение, которое, увы, мы вовремя не услышали. КОММЕНТАРИЙ CARNEGIE.RU 25 АВГУСТА 2015

Андрей Мовчан — директор программы «Экономическая политика» Московского Центра Карнеги. Он является одним из самых известных финансовых менеджеров России.

ДИРЕКТОР ПРОГРАММЫ

МОСКОВСКОГО ЦЕНТРА

ПРОГРАММА «ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ПОЛИТИКА»

storm100.livejournal.com

Увеличивается или уменьшается зависимость РФ от нефти?

Вопрос, увеличилась ли зависимость России от нефтяных цен за последние 25 лет, не является даже философским, а масштаб усугубления зависимости впечатляет: доля нефти и газа в экспорте за 25 лет поднялась с 40% до более чем 70%; с 1999 года, когда производство нефти в России составляло 293 млн тонн, к 2014 году производство выросло до 514 млн тонн; цена барреля нефти за то же время выросла в 8 раз, то есть валовая добыча нефти в долларах увеличилась с 1999 по 2014 год в 14 раз (а в рублях – в 70 раз). В 1999 году доля доходов бюджета от экспорта нефти составляла всего 18%, в 2014 она уже превышала 50%, и это без учета «косвенных» доходов – например НДС, пошлин и акцизов на импорт, закупаемый на нефтедоллары.

Зависимость от нефти на сегодня такова, что падение цены на нефть на 45% с лета 2014 года вызвало падение импорта на 50%, сокращение потребления в основных областях в России на 30 – 55%, рост цен в среднем на 30 – 40%, падение курса рубля в 2 раза, падение ВВП в номинальном выражении в долларах примерно на 40% – основные показатели оказались на 100% скоррелированными с ценой на нефть.

На этом фоне вопрос о том, как и почему так произошло, кажется важным не только с академической точки зрения: мы сегодня входим в длительный цикл низких цен на сырье, ждать повышения цен на нефть не приходится ни в краткосрочной, ни в долгосрочной перспективе. России предстоит каким-то образом искать выход из рецессии, сопровождающейся высокой инфляцией. Ситуация усугубляется тем, что российский кризис сегодня уникален — наша экономика страдает не вместе с мировой, как мы привыкли по кризисам 1998 и 2008 годов, а на фоне роста мировой экономики в самом начале цикла, на фоне ожидаемого роста ставок и существенных сдвигов в области повышения эффективности мирового производства, инновационных прорывов и технологических усовершенствований. Россия впервые за свою историю может безнадежно отстать от развитых стран, потеряв возможность не только конкурировать своими товарами на мировых рынках (фактически эта возможность уже потеряна — весь наш экспорт кроме сырья составляет около 40 млрд долларов ), но и импортировать технологии и товары, замкнувшись в заколдованном круге «отсутствие инвестиций – отсутствие развития – отсутствие конкурентного товара – отсутствие инвестиций» и превратившись в failed state.

У российского нефтяного тупика было (как часто бывает в контексте катастроф) много причин. К сожалению для страны, в самом начале совпали три фактора, каждый из которых «толкал» страну в эту сторону.

Еще СССР в послевоенные годы оказался в экономической ловушке, связанной с низкой эффективностью «социалистического труда». Лидеры страны достаточно четко осознавали, что в политизированной среде конкуренция идей вырождается в конкуренцию уровнем подлости и приспособленчества (в результате чего СССР фактически добровольно выбыл из соревнования в таких областях как кибернетика, агробиология, коммуникации) и необходимо искать другие точки роста, не связанные с научно-технической революцией. С другой стороны, понимание проблем, связанных с демографической волатильностью (следствие войны), не оставляло шансов на превращение страны в платформу для производства товаров массового спроса (не хватило бы рабочих рук) – да и закрытость страны мешала бы развитию в эту сторону.

В результате СССР сделал ставку на экспорт энергии и минеральных ресурсов (тогда металлические руды и уголь были важнее электричества, нефти и газа, но это продлилось недолго). Создание инфраструктуры экспорта, добывающего комплекса, энергокомплекса стали главными экономическими задачами. Рост цен на нефть в 70-е годы привел к тому, что советское руководство, некомпетентность которого прогрессировала теми же темпами, какими росло число анекдотов про Брежнева, полностью отказалось от попыток развития альтернативных экономических направлений — на фоне колбасы за 2.20 и «неуклонного повышения благосостояния трудящихся» новости о строительстве газопроводов стали ведущими, а все экономические комплексы (прежде всего – транспортный и машиностроительный) подчинялись задаче добывать больше и продавать дальше.

Затем пришел 1981 год, и двадцатилетний период падения цен на нефть. Но к этому времени промышленность уже была выстроена «под ресурсы», и, когда спустя 10 лет СССР развалился, новая Россия унаследовала однобокую экономику.

С другой стороны, как раз к 90-м годам прошлого века закончился «цикл металлов» — не смотря на развитие новых рынков, в силу одновременно роста эффективности их использования, появления новых материалов и совершенствования системы вторичной переработки, цены на основные металлы стали снижаться, и конкуренция за рынок стала расти. Это оставляло России только рынки энергетического сырья.

Наконец, СССР и его внешний экономический контур – СЭВ – были построены как система экономической кооперации, в которой периферия снабжала центр (а центр периферию) товарами в рамках плановой, неконкурентной системы. Эта система привела к вырождению производства, превращению товаров в дорогие и некачественные, но, за счет своего существования, поддерживала объемы производства на достаточном уровне. Развал СССР и системы СЭВ привел к тому, что страны–сателлиты стали переключаться с товаров, производимых Россией, на более дешевые и качественные товары мировых и региональных лидеров. В результате экспорт небиржевых товаров (до 1990 года СССР все же имел в экспорте чуть менее 60% неэнергетических несырьевых товаров) сильно пострадал.

Эти предпосылки (собственно, и убившие СССР), не оставляли шансов на легкую, без специальных общегосударственных программ и масштабных инвестиций диверсификацию экономики новой России. Однако для такой диверсификации внутренних ресурсов не было, и необходимо было привлекать иностранный капитал, параллельно ограничивая влияние на рынок доминирующего нефтегазового сектора. Эта программа никак не стыковалась с доминирующей идеей группы, состоявшей в основном из бывших партийных и комсомольских лидеров и функционеров советской экономической науки — они видели себя новыми хозяевами и готовы были строить капитализм только при одном условии: главными капиталистами должны были стать они и/или те, кого они назначат.

Такой подход предполагал прежде всего приватизацию и концентрацию в их руках промышленного наследия СССР с установлением контроля над денежными потоками. Институты власти, четкие и исполняемые законы, открытость страны для внешних инвестиций могли стать помехой, создать им реальную конкуренцию. И строительство институтов не было произведено, законы служили интересам новых капиталистов, судебная система деградировала, внешние инвесторы, испугавшись первых опытов и насмотревшись на залоговые аукционы и войны за предприятия, если и давали небольшие деньги, то в основном в спекулятивные проекты. Параллельно тотальная приватизация в том числе нефтедобывающей отрасли передала в руки крупного бизнеса инструмент зарабатывания, который они не создавали, превращая их в рантье, не заинтересованных в диверсификации экономики.

Андрей Мовчан

Источник: echo.msk.ru

© 2015, admin. Все права защищены.

Статья прочитана 15 раз(a).

nororuss.ru